Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-40795/2020

29 июля 2020 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 28 июля 2020 года. Полный текст решения изготовлен 29 июля 2020 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

в составе:

судьи Петровой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

заявитель: общество с ограниченной ответственностью "СГК-1"

заинтересованные лица: 1) судебный пристав-исполнитель Московского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу ФИО2, 2) Управление Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу 

третье лицо: акционерное общество "Взрывпром"

о признании недействительным постановления 

при участии

от заявителя: ФИО3, доверенность от 17.10.2019,

от заинтересованного лица: 1) ФИО4, доверенность от 12.02.2020, 2) не явился, извещен.

от третьего лица: не явился, извещен.   

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «СГК-1» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя Московского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу ФИО2 (далее – судебный пристав) от 18.11.2019 № 78012/19/1159386 о взыскании исполнительского сбора.

Определением суда от 27.05.2020 к участию в деле в качестве второго заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований,  относительно предмета спора, акционерное общество «ВЗРЫВПРОМ».

Суд, завершив предварительное судебное заседание, открыл судебное заседание в первой инстанции в порядке статей 136-137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) перешел к рассмотрению спора по существу.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы заявления, а судебный пристав возражал против его удовлетворения.

Управление и третье лицо, извещенные надлежащим образом о дате и месте судебного заседания, своих представителей в суд не направили.

Как следует из материалов дела, на исполнении у судебного пристава-исполнителя Московского РОСП УФССП находилось исполнительное производство от  01.10.2019 № 217007/19/78012-ИП, возбужденное на основании исполнительного листа от 25.09.2019 № ФС 032127715, выданного Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-142773/2018, с предметом исполнения - взыскание в Общества (должника) в пользу АО «Взрывпром» (взыскателя) 89 285 044 руб. 90 коп.

В постановлении от 01.10.2019 о возбуждении исполнительного производства судебный пристав-исполнитель предложил должнику в пятидневный срок со дня получения этого постановления добровольно исполнить требования, содержащиеся в исполнительном документе.

В связи  с неисполнением должником требований исполнительного документа в срок, установленный для добровольного исполнения в постановлении от 01.10.2019, судебным приставом вынесено постановление от 18.11.2019 № 78012/19/1159386 о взыскании исполнительского сбора в размере 6 249 953 руб. 14 коп.

Не огласившись с данным постановлением, Общество оспорило его в судебном порядке.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.04.2019 по делу № А56-142773/2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 04.09.2019, с Общества в пользу АО «Взрывпром»  взыскано 87 655 587 руб. 43 коп. задолженности по договору от 01.07.2017 № С1/17-282 и 1 429 457 руб. 47 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В рамках рассмотрения дела N А56-142773/2018 в суде кассационной инстанции утверждено мировое соглашение, в связи с чем решение от 19.04.2019 и постановление от 04.09.2019 отменены, производство по делу прекращено (постановление от 03.02.2020).

В соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 112 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закона № 229-ФЗ)  исполнительский сбор является денежным взысканием, налагаемым на должника в случае неисполнения им исполнительного документа в срок, установленный для добровольного исполнения исполнительного документа, а также в случае неисполнения им исполнительного документа, подлежащего немедленному исполнению, в течение суток с момента получения копии постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства. Исполнительский сбор зачисляется в федеральный бюджет.  Исполнительский сбор устанавливается судебным приставом-исполнителем по истечении срока, указанного в части 1 настоящей статьи, если должник не представил судебному приставу-исполнителю доказательств того, что исполнение было невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Постановление судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора утверждается старшим судебным приставом.

Исполнительский сбор, установленный статьей 112 Закона № 229-ФЗ, не является фискальным платежом, взимаемым за совершение юридически значимых действий судебным приставом-исполнителем, а выступает мерой публично-правовой ответственности должника за совершенное им в процессе исполнительного производства правонарушение, которой присущи признаки административной штрафной санкции: он имеет фиксированное, установленное законом денежное выражение, взыскивается принудительно, оформляется постановлением уполномоченного должностного лица, взимается в случае совершения правонарушения, а также зачисляется в бюджет, средства которого находятся в государственной собственности.

Взимание исполнительского сбора преследует публично-значимую цель повышения эффективности исполнительного производства, предполагая, что неисполнение и несвоевременное исполнение решений судов и иных уполномоченных органов создает угрозу гарантиям государственной защиты конституционных прав и свобод, законности и правопорядка в целом.

Вместе с тем, поскольку штрафное взыскание связано с ограничением конституционного права собственности, толкование и применение положений законодательства об исполнительном производстве, регулирующих взимание исполнительского сбора, должно осуществляться судами с учетом критерия соразмерности (пропорциональности), вытекающего из части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, и не должно приводить к подавлению экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерному ограничению свободы предпринимательства и права собственности, что в силу статей 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации недопустимо.

Это означает, что взимание исполнительского сбора, как специальной меры публично-правовой ответственности за нарушение законодательства об исполнительном производстве, должно производиться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности, что предполагает возможность уменьшения судом размера исполнительского сбора, освобождения от его взимания с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств.

Изложенное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлениях от 30.07.2001 N 13-П, от 17.01.2013 N 1-П, от 25.02.2014 N 4-П и от 19.01.2017 N 1-П, определении от 02.04.2015 N 654-О.

Из этого же исходит Европейский Суд по правам человека, который, признавая такую меру ответственности, как штраф, оправданным вмешательством в право каждого физического и юридического лица на уважение своей собственности в соответствии с абзацем вторым статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, полагает, что финансовое обязательство, вытекающее из уплаты штрафа, если оно возлагает чрезмерное бремя на заинтересованное лицо или оказывает значительное влияние на его финансовое состояние, может поставить под сомнение данное право, гарантированное абзацем первым той же статьи (постановление от 11.01.2007 по делу "Мамидакис (Mamidakis) против Греции").

В соответствии с частью 1 статьи 139 АПК РФ, частью 1 статьи 50 Закона                    № 229-ФЗ за сторонами исполнительного производства признается право урегулировать спор посредством заключения мирового соглашения на стадии исполнения судебного акта.

Таким образом, суд считает, что обстоятельства, связанные с заключением мирового соглашения, имеют значение при оценке правомерности поведения, а также виновности должника, не исполнившего в установленный срок требование исполнительного документа.

Реализация права на мирное урегулирование спора в течение пятидневного срока добровольного исполнения требований исполнительного документа является объективно невозможной, поскольку часть 4 статьи 141 АПК РФ допускает рассмотрение судом вопроса об утверждении мирового соглашения, заключаемого в процессе исполнения судебного акта, в срок, не превышающий месяца со дня поступления в суд заявления о его утверждении.

Обязанность добровольного исполнения требования исполнительного документа не может противопоставляться праву сторон исполнительного производства на урегулирование спора на основе взаимных уступок путем заключения мирового соглашения. 

Соответственно, если требование исполнительного документа не исполнено в связи с реализацией законного права на урегулирование спора посредством заключения мирового соглашения, впоследствии утвержденного судом, такое поведение должника не может расцениваться как нарушающее законодательство об исполнительном производстве.

Отсутствие признака противоправности в поведении должника, не исполнившего требование исполнительного документа, исключает возможность его привлечения к ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 122 Закона № 229-ФЗ, в виде взыскания исполнительского сбора.

Указанная позиция изложена в пункте 47 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2018 № 305-КГ17-23457.

В рассматриваемом случае стороны реализовали свое право на заключение мирового соглашения.

Материалами дела подтверждается, что Общество обращалось к судебным приставам с заявлением от 24.10.2019 № 03399-И, в котором, ссылаясь на ведение между сторонами исполнительного производства переговоров о заключении мирового соглашения, просило отложить исполнительные действия и применение мер принудительного исполнения.

Судебный пристав не отрицает, что был уведомлен о ведении сторонами переговоров по заключению мирового соглашения.

Суд считает, что в этой ситуации применение к должнику меры ответственности в виде взыскания исполнительского сбора, размер которого является существенным, не отвечает принципам справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности, поскольку приводит к возложению денежного взыскания на добросовестного участника гражданского оборота.

При таких обстоятельствах заявление Общества подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Признать недействительным постановление Московского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу от 18.11.2019 № 78012/19/1159386 о  взыскании исполнительского сбора.

          Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Петрова Т.Ю.