﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-6098/2013

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 13 июля 2021 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Лаптева Н.В.,

судей							Куклевой Е.А.,

								Мелихова Н.В. –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк ВТБ (ИНН 7702070139, ОГРН 1027739609391, далее – Банк ВТБ, кредитор) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 18.12.2020 (судья Лихачёв М.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2021(судьи Усанина Н.А., Иващенко А.П., Кудряшева Е.В.) по делу№ А45-6098/2013 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Сибинвестпроект» (ИНН 5405247140, ОГРН 1035401911731, далее – общество «Сибинвестпроект», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего должником Гурченко Кирилла Алексеевича к обществус ограниченной ответственностью «Доктор Фармер Инвест» (ИНН 5032256808, ОГРН 1125485000893; далее – общество «Доктор Фармер Инвест») о признании сделок недействительными.

В заседании приняли участие представители: общества «Доктор Фармер Инвест» - Воложанина О.А. по доверенности от 23.10.2020, Банка ВТБ – Лунина Н.А. по доверенности от 12.02.2021.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества «Сибинвестпроект» конкурсный управляющий 13.08.2020 обратился в арбитражный судс заявлением об оспаривании цепочки сделок по продаже имущества должника:

земельного участка, пяти зданий и нежилых помещений, расположенных по адресу: Новосибирская область, город Куйбышев, улица Садовое Кольцо, дом 1;

технологического оборудования.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 18.12.2020 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2021 определение арбитражного суда от 18.12.2020 оставлено без изменения.

Банк ВТБ обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда от 18.12.2020 и постановление апелляционного суда от 26.03.2021 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам выводов судовоб отсутствии в оспариваемой сделке признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Кредитор указывает на то, что выводы судов о истечении срока исковой давности для оспаривания указанных сделок нарушают положения пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве и пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), поскольку конкурсный управляющий не имел реальную возможность узнать о наличии признаков недействительности сделки без наличия документации по оспариваемым договорам. При этом суды существенно нарушили нормы процессуального права – ошибочно возложили на него обязанность опровергнуть предусмотренные законом презумпции, нарушили принцип справедливого распределения бремени доказывания значимых обстоятельств.

В отзыве на кассационную жалобу представитель общества «Доктор Фармер Инвест» возражал против доводов Банка ВТБ, согласился с выводами судов о недоказанности наличия оснований для признания сделки действительной, просил оставить обжалованные судебные акты без изменения.

В судебном заседании представители участвующих лиц поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в деле, и их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа находит основания для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН)в 2011 году отчуждено ликвидное имущество должника, используемоев хозяйственной деятельности:

земельный участок с кадастровым номером 54:34:011205:20, пяти зданий и нежилых помещений с кадастровыми номерами 54:34:011205:36 (корпус 235, цеха 8, площадью 74,2 кв. м), 54:34:011205:37 (корпус 230 цеха № 8), 54:34:011205:39 (корпус 232, цеха 8, площадью 1811,7 кв. м.), 54:34:011205:209 (площадью 1 009,2 кв. м) и 54:34:011205:210 (площадью 431,9 кв. м), расположенных по адресу: Новосибирская область, город Куйбышев, улица Садовое Кольцо, дом 1 (далее – недвижимое имущество);

оборудование по перечню, указанному в договорах купли-продажи от 17.11.2011 № КП-сибИ/161Ю, № КП-сибИ/189, № КП-сибИ/190 (далее – оборудование).

Приобретателем спорного имущества стало созданное 28.12.2010 общество с ограниченной ответственностью «Консалт» (далее – общество «Консалт») в лице генерального директора и учредителя Лузина А.В.

Из имеющего в материалах дела договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.11.2011 № 01-19/033, заключённого между Федеральным агентством по управлению государственным имуществом (продавец) и обществом «Консалт» (покупатель), следует что начальная цена корпуса № 235 цеха 8 составляет 30 680 руб., а реализовано имущество по цене 31 180 руб.

Общество «Консалт» ликвидировано, ликвидатором являлся Лузин А.В.

В дальнейшем, указанное имущество 27.01.2012 было реализовано в пользу общества с ограниченной ответственностью «Доктор Фармер Рус», а затем в пользу общества с ограниченной ответственностью «Доктор Фармер Инвест» (текущий собственник).

Согласно данным бухгалтерского баланса должника за 2010 год деятельность должника носила прибыльный характер.

В 2009 – 2011 годах должником приняты поручительства на сумму свыше 2 000 000 000 руб. по долгам предприятий агрохолдинга САХО, возглавляемого Скурихиным П.В. В частности, договоры поручительства заключены с акционерным обществом Россельхозбанк, публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – Сбербанк), Банком ВТБ, Внешэкономбанк и другими.

На момент первого отчуждения в отношении должника были поданы иски о взыскании задолженности по кредитам и договорам поручительства в судах общей юрисдикции, а также в арбитражных судах на общую сумму более 500 000 000 руб., в частности: Сбербанк и общество «Сибинвестпроект» заключили договор поручительства от 29.12.2009 № 408, обеспечив исполнение обязательств закрытого акционерного общества «Житница» по кредитному договору от 29.12.2009 № 47.

Решением Куйбышевского районного суда города Омска от 12.04.2011 по делу № 2-788/2011 с общества «Сибинвестпроект» (поручитель) солидарно в пользу Сбербанка взыскано 465 099 934,56 руб.

Определением Куйбышевского районного суда города Омска от 12.04.2011 по делу № 2-788/2011 произведена замена Сбербанка на Министерство финансов Российской Федерации в части требования по основному долгу в размере 66 920 000 руб.

Определением арбитражного суда от 06.06.2013 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Сибинвестпроект».

Решением арбитражного суда от 09.10.2013 признано несостоятельным (банкротом) общество «Сибинвестпроект», открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждён Вирфель Ж.С.

Определением арбитражного суда от 21.05.2014 (резолютивная часть от 14.05.2014) Вирфель Ж.С. отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником в связи с удовлетворением жалобы кредитора. 

Определением арбитражного суда от 28.05.2014 конкурсным управляющим обществом «Сибинвестпроект» утверждена Логинова Л.А., которая 27.01.2016 была также отстранена. 

Определением арбитражного суда от 10.03.2016 конкурсным управляющим должником утверждён Гарана В.М., который 03.08.2016 освобождён по собственному желанию. Конкурсным управляющим утверждён Панин Е.Ф.

Определением арбитражного суда от 11.01.2017 Панин Е.Ф. освобождёнот исполнения обязанностей конкурсного управляющего ликвидируемого должника – общества «Сибинвестпроект», конкурсным управляющим утверждён Гурченко К.А.

Полагая, что имущество неплатёжеспособного должника реализованобез предоставления равноценного встречного исполнения со стороны последовательных покупателей, аффилированных между собой, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 09.11.2011, а также трёх договоров купли-продажи оборудования от 16.11.2011 № КП-сибИ/161Ю,№ КПсибИ/189 и от 17.11.2011 № КП-сибИ/190, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходилиз того, что переход права собственности на недвижимое имуществои оборудование от должника к обществу «Консалт» зарегистрирован в декабре 2011 года, и далее к обществу «Доктор Фармер Рус» – в январе 2012 года,к обществу «Доктор Фармер Инвест» - в августе 2012 года; конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании названных выше сделок произошло только в августе 2020 года по истечении срока исковой давности как для первого конкурсного управляющего должника, так и для Гурченко К.А.

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда, дополнив тем, что конкурсный управляющий не доказал наличие признаков недействительности сделки.

Между тем, суды не учли следующее.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (определения Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6)).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделкис целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника,либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В абзаце тридцать втором статьи 2 Закона о банкротстве дано определение вреда, причинённого имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6 Постановления № 63).

Распределение бремени доказывания по спорам о признании подозрительных сделок недействительными, зависит от наличия презумпций, закреплённых в абзацах первом-пятом пункта 2 статьи 61.2 Законао банкротстве.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц,либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в делео банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренциии ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно разъяснениям, приведённым в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях банкротства должникаи конкуренции его кредиторов интересы должника-банкротаи аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы, возлагается на аффилированные стороны сделки.

В целях недопущения ущемления прав кредиторов на получение адекватного удовлетворения требований за счёт конкурсной массы указанный стандарт подлежит применению и в спорах о признании недействительными сделок должника с аффилированными контрагентами в преддверии банкротства, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что управляющий как лицо, не участвовавшее в такой сделке, объективно лишён возможности представить в суд исчерпывающий объём доказательств, порочащих эту сделку.

В то же время он может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключённой сделки (так называемые доказательства опровержимой презумпции (prima facie)), а на ответчике как аффилированной с должником стороне сделки лежит обязанность по опровержению таких разумных сомнений конкурсного управляющего.

Кроме того, при установлении условий для признания недействительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует учитывать наличие опровержимой презумпции осведомлённости заинтересованного ответчика о противоправной цели совершения сделки.

В подтверждение недействительности оспариваемой цепочки сделок конкурсный управляющий привёл доводы о неплатёжеспособности должника, неравноценности встречного предоставления, аффилированности должникас первым и последующими покупателями его имущества, единой цепочки сделок с целью вывода активов должника в пользу единого для них бенефициара и причинения тем самым вреда имущественным правам кредиторов; ходатайствовал о привлечении к участию в деле руководителейи ликвидаторов ответчиков, истребовать у них документы, подтверждающие законность сделок.

Вопреки требованиям процессуального законодательства (часть 1статьи 168, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суды первойи апелляционной инстанций не дали надлежащей оценки указанным доводам конкурсного управляющего, в нарушение части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказали в удовлетворении ходатайства об истребовании у аффилированных ответчиков доказательства законности оспариваемых договоров и при наличии обоснованных сомненийв законности данных сделок, сокрытии заинтересованными лицамиот конкурсного управляющего соответствующих документов сделали выводыо недоказанности заявления в нарушение принципа справедливого распределения бремени доказывания фактических обстоятельств.

Таким образом, судебные акты приняты без исследования всех существенных обстоятельств, на которые ссылалась сторона обособленного спора, что нарушает принципы законности, равноправия и состязательности (статьи 6, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, суд округа не может согласиться и с выводами судов первойи апелляционной инстанций, к компетенции которых относятся оценка доказательств и установление обстоятельств спора, в том числе и по вопросу соблюдения сроков исковой давности.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основаниядля оспаривания сделки, совершённой должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомлённость другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомлённости заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

При этом в пункте 32 Постановления № 63 разъяснено, что само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротомне приводит к началу течения давности. При рассмотрении вопроса об осведомленности арбитражного управляющего об основанияхдля оспаривания сделки учитывается, насколько он мог, действуя разумнои проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо приниматьво внимание, в частности, что разумный управляющий, утверждённыйпри введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных и преференциальных сделок. У руководителя должника запрашивается бухгалтерская и иная документация должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве),у соответствующих лиц запрашиваются сведения о совершённых в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника, а также имевшихся счетах в кредитных организацияхи осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Суды первой и апелляционной инстанций фактически презюмировали полную осведомленность конкурсного управляющего о сделке, связавеё с самим фактом наделения управляющего полномочиями по финансовому анализу и доступу к информации должника. Такой подход явно неверен, поскольку, во-первых, количество совершённых сделок может быть достаточно значительным для незамедлительного и одновременного их анализаи реагирования; во-вторых, от управляющего может скрываться как сам факт совершения сделок, так и существенные сведения о них, что требует дополнительного времени для отыскания достоверных и достаточных сведений из различных источников; в-третьих, при намерении сторон сделки скрытьеё суть от третьих лиц знание о её формальном совершении не указывает однозначно на осведомлённость управляющего о пороках сделки. Не всякая сделка, совершённая в подозрительный период, недействительна.Для оспаривания сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется доказывание всех признаков сложного юридического составаи знания о самом факте отчуждения имущества явно недостаточно.

В силу изложенного вывод судов о том, что о признаках порочности спорных договоров управляющий мог быть осведомлён сразу же с момента его утверждения временным управляющим, несостоятелен. По тем же причинам несостоятелен и вывод о начале течения срока исковой давности с даты утверждения заявителя конкурсным управляющим.

Данные обстоятельства требуют проверки и оценки деятельности конкурсного управляющего на предмет разумности, оперативностии добросовестности и имеют существенное значение для решение вопросао течении давности, чего не было сделано судами первой и апелляционной инстанций. Как следствие, это не позволяет дать им юридическую оценкув порядке кассационного судопроизводства.

Допущенные судами нарушения норм права являются существеннымив силу частей 1, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, без их устранения невозможны восстановлениеи защита прав и законных интересов кредитора, в связи с чем обжалуемые судебные акты на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отменес направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное в настоящем постановлении, установить перечисленные выше обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора, по результатам оценки принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьи 288, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 18.12.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2021 по делу № А45-6098/2013 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий							Н.В. Лаптев

Судьи											Е.А. Куклева

												Н.В. Мелихов