969/2023-61284(3) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

19 сентября 2023 года Дело № А56-76503/2020  

 Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Боровой А.А.,  Чернышевой А.А.,  

при участии от закрытого акционерного общества «Игристые вина»  представителя ФИО1 (доверенность от 19.01.2023),  

рассмотрев 30.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «МБД» на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 22.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда от 23.05.2023 по делу № А56-76503/2020/тр.18,  

у с т а н о в и л:

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью  (далее – ООО) «Вирго», адрес: 192019, Санкт-Петербург, ул. 2-й Луч, д. 8,  лит. Б, каб. 8, ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***> (далее – Общество), в  Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило  заявление ООО «МБД» (далее – Компания) о включении в реестр  требований кредиторов должника (далее – Реестр) требования в размере  220 520 497,89 руб.  

Определением суда первой инстанции от 22.02.2023, оставленным без  изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 23.05.2023, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение  судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение  обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просит отменить  определение от 22.02.2023 и постановление от 23.05.2023, направить дело в  суд первой инстанции на новое рассмотрение.  

Компания полагает, что неотражение финансовых операций по договору  уступки права требования от 30.11.2020 № АС/01-2020 и соглашению о зачете  встречных требований от 31.12.2020 в бухгалтерской и налоговой отчетности, а  также допущенные при оформлении товарно-транспортных накладных  нарушения не свидетельствуют об их фиктивности и не опровергают  состоявшейся поставки товара; вывод суда первой инстанции об экономической  нецелесообразности перевозки 90 бутылок в отдельном грузовом,  крупнотоннажном автомобиле ошибочен, поскольку перевозка осуществлена  исходя из интересов перевозчика; вывод суда первой инстанции о  необходимости осуществления перевозки в зимний период с соблюдением  температурного режима, как следствие, по повышенным тарифам, не  обоснован; аффилированность Общества и Компании не доказана;  

продажа права требования по заниженной цене не свидетельствует о  существенной убыточности сделки и отсутствии экономической  целесообразности в ее заключении; вывод судов о необоснованности  требования кредитора ошибочен, сделан в связи с неправомерным отказом  суда первой инстанции в удовлетворении ходатайств Компании о привлечении к  участию в споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно его предмета, и об истребовании от Федеральной службы по  регулированию алкогольного рынка сведений из единой государственной  автоматизированной информационной системы учета объема производства и  оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции  

(далее – ЕГАИС). 

В отзывах на кассационную жалобу ООО «Стеллар дистрибьюшн Рус» и  закрытое акционерное общество (далее – ЗАО) «Игристые вина» просят  оставить обжалуемые судебные акты без изменения.  

В судебном заседании представитель ЗАО «Игристые вина» возражал  против удовлетворения кассационной жалобы.  

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и  месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в  соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для  рассмотрения жалобы.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном  порядке.  

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Алкон»  (поставщик) и Общество (покупатель) 18.01.2019 заключили договор поставки   № 2/19, по условиям которого поставщик обязался поставлять покупателю  товар, а покупатель – принимать и оплачивать его.  

В связи с неисполнением обязанности по оплате товара у Общества  образовалась задолженность перед ООО «Алкон».  

По соглашениям о новации от 28.03.2019 № А-28/01, от 01.07.2019   № А-07/01 обязательство Общества по уплате за постановленный ООО «Алкон»  товар 33 227 835,62 руб. и 262 777 934,45 руб. заменено на обязательство по  возврату займа, для чего стороны заключили договоры займа от 28.03.2019   № А-28/01, от 01.07.2019 № А-07/01 по условиям которых ООО «Алкон» выдало  Обществу под 8% годовых по первому договору 33 227 835,62 руб.  до 27.03.2020, по второму – 262 777 934,45 руб. до 30.06.2020.  

По договорам цессии от 29.03.2019 № 29/01 и от 01.07.2019 № А-07/01  право требования от Общества возврата соответственно 33 227 835,62 руб. и  262 777 934,45 руб. долга ООО «Алкон» уступило ООО «Специализированное  финансовое общество «Двина», которое, в свою очередь, по договору цессии  от 30.06.2020 № ДВ-30/06/2020 уступило акционерному обществу (далее – АО)  «Специализированное финансовое общество «Ассет» право требования  от Общества возврата 296 005 770,07 руб. долга и 44 598 311,23 руб.  начисленных процентов.  

По договору цессии от 30.11.2020 № АС/01-2020 АО «Специализированное  финансовое общество «Ассет» уступило Компании право требования  от Общества возврата 296 005 770,07 руб. долга и 44 598 311,23 руб.  начисленных процентов.  

Согласно договору цессии от 31.12.2020 № ВРЗ112/2020 Общество  уступило Компании право требования от ООО «Текиладжаз» возврата  145 145 285,55 руб. долга, от ООО «Инвесталко» – 12 196 166,49 руб.,  от ООО «Торговая компания «Директива» – 2 246 809,66 руб.  

Кроме того, по договорам цессии от 24.09.2019 № 2019-09-24, 2019-09-24/Ц  ООО «Мособлалкоголь» уступило Компании право требования от Общества  возврата соответственно 17 917 602,66 руб. и 19 246 809,66 руб. долга.  

Соглашением о зачете от 31.12.2020 прекращены обязательства Общества  и Компании по встречным однородным требованиям на 159 588 267,70 руб.  по договорам займа от 28.03.2019 № А-28/01, от 01.07.2019 № А-07/01,  договорам цессии от 24.09.2019 № 2019-09-24, 2019-09-24/Ц.  

В заявлении Компания, сославшись на изложенные выше обстоятельства,  наличие 220 520 497,89 руб. задолженности на стороне Общества, просила  включить требование в указанном размере в Реестр.  

Суды первой и апелляционной инстанций заключили, что из обстоятельств  дела и представленных сторонами документов усматривается фиктивность  отношений сторон по договору поставки от 18.01.2019 № 2/19,  неподтвержденность реальной задолженности Общества перед Компанией,  критически оценили экономическую целесообразность заключения договоров  цессии.  

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Западного округа не  нашел оснований для отмены состоявшихся судебных актов.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления 

Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012   № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  

дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100  Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований  кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий  относительно этих требований между должником и лицами, имеющими  

право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того,  что установленными могут быть признаны только требования, в отношении  которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации и впоследствии  Верховный Суд Российской Федерации неоднократно обращали внимание судов  на необходимость проверки возражений лиц, участвующих в деле, о наличии в  действиях заявившего требования кредитора и должника признаков  злоупотребления правом, искусственном создании кредиторской задолженности  в целях получения контроля над процедурой банкротства, дополнительных  голосов на собрании кредиторов.  

Отклонение таких возражений по мотиву формального соответствия  первичных документов, соглашений сторон закону может приводить к тому, что  при отсутствии у недобросовестного кредитора права на получение долга его  требование будет находиться в реестре требований кредиторов с  соответствующим размеру спорного обязательства объемом прав,  позволяющим такому кредитору в значительной степени влиять на  принимаемые собраниями решения и, как следствие, на ход дела о банкротстве,  

что, в свою очередь, нарушает интересы всех иных кредиторов, вовлеченных в  процесс банкротства должника, препятствуя справедливому рассмотрению дела  о несостоятельности и окончательному его разрешению, в том числе в части  определения судьбы должника и его имущества и распределения конкурсной  массы между кредиторами.  

Приведенная правовая позиция изложена в постановлениях Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.02.2011 № 13603/10,  от 18.10.2012 № 7204/12 и от 27.11.2012 № 11065/12 и определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049,  от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 05.12.2016 № 305-ЭС16-10852 и  от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).  

Таким образом, при рассмотрении вопроса об обоснованности требований  кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки,  действительное намерение сторон создать правовые последствия,  свойственные конкретным правоотношениям (в данном случае – по поставке  товара).  

Как установлено судами, из товарно-транспортных накладных (далее –  ТТН), оформленных по договору поставки от 18.01.2019 № 2/19, следует,  

что перевозку алкогольной продукции осуществляли транспортные средства  «Форд Карго» с государственными регистрационными номерами М013КВ51,  В753КЕ51 исключительно под управлением водителей ФИО2, ФИО3  

Суды верно отметили, что «Форд Карго» является крупнотоннажным  грузовым автомобилем, к которому крепится прицеп, однако в накладных не  указан обязательный реквизит – номер прицепа. Названные автомобили без  прицепа не могли перевезти товар в указанном кредитором объеме,  следовательно, сомнения судов в реальности перевозки товара указанным в  документах транспортом обоснованны.  

При проверке на сайте Государственной инспекции безопасности  дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации  (www.gibdd.ru) сведений о водительских удостоверениях лиц, управлявших  указанными автомобилями, установлено, что указанное в ТТН удостоверение  ФИО2 является недействующим, номер водительского удостоверения  ФИО3 в накладных не указан, что также не позволяет установить  

наличие допуска по управлению грузовым автомобилем, соответственно,  определить и проверить факт осуществления реальной перевозки конкретным  водителем.  

В накладных в качестве перевозчика указано ООО «Альбион», однако нет  его реквизитов (ИНН, ОГРН, адрес), в связи с чем довод об осуществлении  указанной организацией реальной деятельности по перевозке товаров  несостоятелен. Приведенные в кассационной жалобе реквизиты юридического  лица с таким же наименованием не позволяют установить, оказывало ли  указанное подателем жалобы лицо соответствующие услуги.  

Наличие указанных дефектов при оформлении товарно-транспортных  накладных позволило судам прийти к выводу о недоказанности факта оказания  транспортных услуг.  

По договору цессии от 01.07.2019 № А-07/01 ООО «Специализированное  финансовое общество «Двина» обязалось уплатить цеденту 200 000 000 руб. за  уступленное право, однако доказательств оплаты в материалы дела не  представлено.  

Приобретенное за 200 000 000 руб. право требования  ООО «Специализированное финансовое общество Двина» уступило  АО «Специализированное финансовое общество «Ассет» за 100 000 руб.  

Разумных причин совершения указанных сделок коммерческими  организациями участвующие в деле лица не привели, в связи с чем суды  обоснованно констатировали существенную убыточность этих сделок и  отсутствие экономической целесообразности в их совершении.  

Как разъяснено в абзаце втором пункта 86 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки  могут осуществить для вида ее формальное исполнение.  

Из изложенного следует, что при наличии обстоятельств, очевидно  указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости  установления только тех обстоятельств, которые указывают на формальное  исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по  спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности,  о включении требования в Реестр). При рассмотрении вопроса о мнимости  сделки по поставке товаров и документов, подтверждающих передачу товара,  суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов  установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во  внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.  

Следовательно, довод подателя жалобы о неправомерном отказе суда  первой инстанции в удовлетворении ходатайства Компании об истребовании  от Росалкогольрегулирования сведений из ЕГАИС не состоятелен.  

Даже при внесении сторонами сделок необходимых сведений в ЕГАИС суд  первой инстанции с учетом повышенного стандарта доказывания и наличия  возражений иных кредиторов должника не имел бы достаточных доказательств  для признания требования обоснованным.  

При проверке действительности сделки, послужившей основанием для  включения требований заявителя в Реестр, суд должен исходить из наличия  (отсутствия) признаков мнимости сделки и ее направленности  (ненаправленности) на создание искусственной задолженности кредитора,  осуществлять проверку с целью установления достаточных доказательств  наличия или отсутствия фактических отношений по поставке, обоснованности  долга, возникшего из сделки, и недопущения включения в Реестр  необоснованных требований, поскольку такое включение может привести к  нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные  требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии  убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания  обратного возлагается на заявителя.  

Вопреки мнению подателя жалобы, неотражение финансовых операций по  договору уступки права требования от 30.11.2020 № АС/01-2020 и соглашению о  зачете встречных требований от 31.12.2020 в бухгалтерской и налоговой  отчетности учтено судами, как обстоятельство, дополнительно  свидетельствующее об отсутствии заявленной кредитором задолженности. При  наличии достоверных доказательств и убедительных доводов в обоснование  реальности задолженности приведенное судами обстоятельство не  препятствовало бы включению требования Компании в Реестр, однако таких  доказательств и доводов не представлено и не приведено.  

Суд кассационной инстанции отклонил довод подателя жалобы о  необоснованности вывода судов об аффилированности Компании и Общества.  

ФИО4, являвшийся генеральным директором и  единственным участником Компании на даты заключения договора уступки  права требования № АС/01-2020, договора цессии № ВРЗ112/2020 и  

соглашения о зачете, до 12.04.2019 являлся единственным участником  

ООО «Мир знаков» – правопреемника ООО «Алькор», правопреемником  которого, в свою очередь, является ООО «Кингсервис». Единственным  участником ООО «Алькор», генеральным директором ООО «Торговый дом  «Евронорд» являлся ФИО5, до 09.02.2017 ФИО6 был  учредителем ООО «Торговый дом «Евронорд» и генеральным директором и  учредителем Общества (должника).  

Указанные обстоятельства не опровергнуты Компанией, достаточны для  констатации факта аффилированности ее и Общества; условия спорных сделок  и поведение сторон в существующих между ними правоотношениях недоступны  независимым участникам оборота.  

Факт нарушения прав третьих лиц непривлечением их к участию в споре не  доказан, указанные подателем жалобы лица (ООО «Специализированное  финансовое общество «Двина» и АО «Специализированное финансовое  общество Ассет») определение суда первой инстанции не обжаловали.  

Таким образом, мнимость взаимосвязанных сделок, на основании которых  ООО «МЮД» заявило требования о включении в реестр 220 520 497,89 руб.,  полностью доказана и подтверждена достоверными доказательствами,  представленными в материалы дела.  

Выводы судов первой и апелляционной инстанций отвечают правилам  оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части  4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 АПК РФ), соответствуют нормам  материального и процессуального права.  

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и  апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки,  поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы,  соответствуют нормам права.  

Суд кассационной инстанции также полагает необходимым отметить, что  кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела  каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы  дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной  инстанции.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 –  288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями  

данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной  инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке  судебных актов право оценивать лишь правильность применения судами  нижестоящих инстанций норм материального и процессуального права  

и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и  устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду  кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые  самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают  фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности,  равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что  недопустимо.  

При рассмотрении дела судами установлены и получили надлежащую  правовую оценку все существенные для дела обстоятельства, нормы  материального права применены судами правильно.  

Нарушений норм процессуального права, которые могли явиться  основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационным судом не  установлено.  

С учетом названных обстоятельств кассационная жалоба не подлежит  

удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 22.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 23.05.2023 по делу № А56-76503/2020/тр.18 оставить  без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «МБД» – без удовлетворения.  

Председательствующий Е.В. Зарочинцева  

Судьи А.А. Боровая 

А.А. Чернышева