ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-9571/2015

г. Вологда

26 июня 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2019 года.

В полном объеме постановление изготовлено 26 июня 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Виноградова О.Н. и    Журавлева А.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Управляющая компания Зубцов-Сервис» Ермилина Антона Валерьевича на определение Арбитражного суда Тверской области от 18 апреля 2019 года по делу № А66-9571/2015,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 14.07.2015  принято к производству заявление открытого акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» о признании несостоятельным (банкротом) муниципального унитарного предприятия «Управляющая компания Зубцов-Сервис» (место нахождения: 172332, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – Предприятие, должник).

Определением суда от 02.09.2015  в отношении  Предприятия введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2, являющийся членом некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» (170036, 

<

...>, офис 34б).

Информация о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликована в газете «Коммерсантъ» от 12.09.2015.

Решением суда от 16.12.2015 Предприятие признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий Предприятия ФИО2 21.12.2018  обратился в арбитражный суд  с заявлением о привлечении учредителя и собственника имущества должника – администрацию муниципального образования «Городское поселение – город Зубцов» Зубцовского района Тверской области  (место нахождения: 172332, 

<

...>,  ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – Администрация) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 2 718 054 руб. 52 коп.

Определением суда от 18.04.2019 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий с судебным актом не согласился,  обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 18.04.2019 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности. По мнению подателя жалобы, в результате недобросовестных действий Администрации все кредиторы лишились возможности защитить свои права и получить удовлетворение требований. Указывает на то, что Администрация своевременно не обратилась в суд с заявлением о признании должника банкротом. Администрацией не переданы конкурсному управляющему сведения о дебиторской задолженности и первичная документация, подтверждающая задолженность в сумме 6 133 593 руб. 99 коп., что исключило возможность судебного взыскания дебиторской задолженности, формирования конкурсной массы, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов.  Не согласен с выводом суда о том, что изъятие имущества должника при наличии доказательств фактического его возврата Предприятию не является бесспорным доказательством ухудшения имущественного положения должника. Судом неправильно применен срок исковой давности в настоящем споре.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте его разбирательства, представителей в суд не направили, в связи с этим апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается в материалах дела, Предприятие зарегистрировано в качестве юридического лица  14.04.2014, о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц за основным государственным номером  

<

***>.

Согласно уставу Предприятия последнее создано в соответствии с постановлением главы Администрации от 20.03.2014 № 11 «О реорганизации муниципального унитарного предприятия «Коммунальное хозяйство» Зубцовского района» (далее – МУП «Коммунальное хозяйство») и является правопреемником реорганизованного предприятия (пункт 1.1).

Учредителем и собственником имущества Предприятия является Администрация (пункт 1.4 устава).

Согласно разделительному балансу от 04.07.2014 при реорганизации муниципального унитарного предприятия «Коммунальное хозяйство» Предприятию было передано в хозяйственное ведение муниципальное имущество балансовой стоимостью 12 831 тыс. руб. для осуществления уставной деятельности.

Какое-либо иное имущество Администрацией на праве хозяйственного ведения  должнику не передавалось.

Решением суда от 16.12.2015 Предприятие признано банкротом.

В реестр требований кредиторов Предприятия включены требования конкурсных кредиторов в размере  2 652 063 руб. 94 коп.  Сумма требований кредиторов, заявленных после закрытия реестра требований кредиторов должника, составляет 65 990 руб. 58 коп.

В ходе конкурсного производства  требования кредиторов  должником не погашены.

Конкурсный  управляющий обратился с настоящим заявлением в суд со ссылкой на статьи 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002                              № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указывая на недобросовестные действия Администрации, выразившиеся в неподаче заявления должника, в неравном распределении активов и обязательств при реорганизации муниципального предприятия между его правопреемниками, равно как необоснованное изъятие учредителем должника имущества, ранее переданного должнику в хозяйственное ведение и используемого последним для целей осуществления своей уставной деятельности, что привело к невозможности  полного удовлетворения требований кредиторов должника.  

Суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд после 01.07.2017,  суд первой инстанции правильно указал, что в  рассматриваемом споре  подлежат применению  нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона применительно к рассматриваемому случаю заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670 (3) по делу А12-18544/2015, по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В пункте 19 Постановления № 53 разъяснено, что, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

В обоснование своих требований, податель жалобы указывает на то, что в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника учредитель и собственник имущества должника – Администрация должна была обратиться не позднее 23.02.2015, ссылаясь на наличие задолженности перед акционерным обществом  «АтомЭнергоСбыт» (решения Арбитражного суда Тверской области от 13.10.2014 по делу № А66-8747/2014, от 04.12.2014 по делу № А66-11766/2014), обществом с ограниченной ответственностью «Газпром теплоэнерго Тверь» (определение Арбитражного суда Тверской области от 31.01.2017 по настоящему делу), уполномоченным органом в общем размере 2 557 400 руб. 20 коп. (определение от 31.01.2017 по настоящему делу).  

Между тем, как верно установил суд первой инстанции, возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не порождают у Администрации как учредителя и собственника имущества предприятия безусловной обязанности по подаче заявления должника.

Финансовые показатели организации, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Указанное заявителем обстоятельство не создает оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия-должника за совершение действий, приведших к банкротству должника, поскольку в материалы дела достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что названные действия (бездействие) привели к появлению признаков неплатежеспособности должника, не представлены.

Также следует отметить, что ответственность, установленная статьей 61.12 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, следовательно при её применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

В этой связи, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом)), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Доказательств того, что неплатежеспособность у Предприятия наступила ранее 07.07.2015 (дата обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом) или 23.02.2015 (как указано в апелляционной жалобе), конкурсным управляющим не представлено. 

Само по себе наличие кредиторской задолженности юридического лица не может служить достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к  правомерному выводу о том, что конкурсным управляющим не представлено достаточных доказательств, подтверждающих возникновение обстоятельств, требующих подачи заявления о признании  Предприятия несостоятельным (банкротом), следовательно, снования для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствовали.

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Согласно пункту 61.10 указанного Закона, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

В силу части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

Согласно части 4 статьи 29 названного Федерального закона при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Таким образом, на руководителя организации - должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность отсутствуют либо содержат заведомо искаженную информацию, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве установлена обязанность руководителя должника не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить последнему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование закона обусловлено в том числе тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет временному управляющему и конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника, о совершенных им сделках, соответственно исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, действуя в интересах кредиторов, должника и общества, в частности принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с уставом должника  его учредитель – Администрация  назначает руководителя Предприятия. 

В материалах дела усматривается, что после  прекращения с 20.11.2014 действия трудового договора с директором  ФИО3 (распоряжение Администрации  от 20.11.2014 № 140-р), новый руководитель  должника не был назначен.

Процедура конкурсного производства открыта в отношении  Предприятия решением суда от 16.12.2015.

Таким образом, в указанный период при отсутствии у Предприятия руководителя лицом, который, располагая сведениями о введении в отношении должника процедур банкротства и действуя добросовестно, должен был предпринять меры для своевременной передачи арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации либо обосновать причины невозможности ее представления, являлась Администрация.

Администрация исполнила возложенную на неё обязанность по передаче документации и материальных ценностей должника и  22.11.2016 по акту приема-передачи передала конкурсному управляющему имущество, полученное при учреждении Предприятия на праве хозяйственного ведения, а также иную имеющуюся документацию должника, запрошенную управляющим в ходе наблюдения. Однако среди переданных документов, по данным конкурсного управляющего, отсутствовала первичная документация Предприятия, в том числе связанная с дебиторской задолженностью должника.

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Вместе с тем доказательства отсутствия либо искажения документов бухгалтерского учета Предприятия конкурсным управляющим не представлены.  

В свою очередь, анализ финансово-экономического состояния должника составлен и представлен в материалы дела арбитражным управляющим ФИО4, из чего следует, что в распоряжении управляющего имелись документы, на основании которых  последним сделано заключение об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства Предприятия. 

В свою очередь, Администрацией предъявлены доказательства, свидетельствующие о том, что вся имеющаяся документация относительно деятельности  Предприятия передана конкурсному управляющему. 

Конкурсный управляющий не указал конкретно, отсутствие (непередача) какого документа (документов) явилось, по его мнению, причиной неполучения информации для целей формирования конкурсной массы; отсутствие каких конкретно документов в распоряжении конкурсного управляющего послужило препятствием к осуществлению управляющим своих обязанностей в данной процедуре банкротства.

Как усматривается в материалах дела и отмечено судом первой инстанции, конкурсным управляющим принимались меры к реализации активов Предприятия, в конкурсную массу должника поступали денежные средства, которые были распределены конкурсным управляющим.

Доказательств возможного наличия у должника какого-либо имущества либо прав требования, которые не могли быть реализованы в процедуре банкротства вследствие непередачи учредителем должника документов конкурсному управляющему, в материалы дела не представлено. Доказательства сокрытия Администрацией указанных в апелляционной жалобе её подателем документов и материальных ценностей также не предъявлены. 

В свете изложенного доводы подателя жалобы о том, что непередача документации и имущества должника привела к невозможности формирования конкурсной массы или ее формированию не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворению требований кредиторов, не нашли своего подтверждения. 

Податель жалобы считает, что основанием для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности является  несправедливое распределение активов и обязательств реорганизуемого МУП «Коммунальное хозяйство» между его правопреемниками, а также необоснованное изъятие имущества, переданного должнику в хозяйственное ведение и используемого  им для целей осуществления своей уставной деятельности.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственностью по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего условия - если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Положения подпункта 3 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, а также контролирующего должника лица.

Согласно пункту 2 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002                     № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон № 161-ФЗ) муниципальное образование не несет ответственность по обязательствам государственного или муниципального предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества. В указанных случаях на собственника при недостаточности имущества государственного или муниципального предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 Постановления № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) 

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Податель жалобы связывает ухудшение финансового состояния должника с неправомерными действиями Администрации, выразившимися в закреплении за должником на праве хозяйственного ведения имущества, для осуществления последним уставной деятельности в размере меньшем по сравнению с передаваемой ему при создании кредиторской задолженностью,  а также с изъятием имущества   у должника. 

Между тем подателем жалобы не представлено доказательств, подтверждающих наличие вины  Администрации в доведении предприятия до банкротства и наличие в  её действиях состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом

В материалах дела усматривается, что при реорганизации                       муниципального унитарного предприятия «Коммунальное хозяйство» должнику была передана дебиторская задолженность на общую сумму 6 133 593 руб. 99 коп., основные средства на сумму 6 226 316 руб. 15 коп., добавочный капитал – 3 577 924 руб. 18 коп. При этом размер кредиторской задолженности составил 8 777 489 руб. 83 коп.

В силу пункта 1 статьи 29  Закона № 161-ФЗ унитарное предприятие может быть реорганизовано по решению собственника его имущества в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и иными федеральными законами.

Согласно пункту 1 статьи 32 указанного Закона разделением унитарного предприятия признается прекращение унитарного предприятия с переходом его прав и обязанностей к вновь созданным унитарным предприятиям.

При разделении унитарного предприятия его права и обязанности переходят к вновь созданным унитарным предприятиям в соответствии с разделительным балансом. Формирование имущества создаваемого юридического лица возможно только за счет имущества реорганизуемых юридических лиц.

Таким образом, передача Администрацией имущества, необходимого для осуществления Предприятием уставной деятельности, осуществлена на основании разделительного баланса, что  не является нарушением со стороны ответчика. При этом по данным разделительного баланса размер активов, переданных должнику при его создании, не превышал размера переданной ему кредиторской задолженности. Итоги разделительного баланса, утвержденного в установленном порядке,  недействительными не признаны.

Доводам конкурсного управляющего о совершении Администрацией, сделок по выводу имущества (изъятие из хозяйственного ведения на основании постановлений) судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка.

Так, судом первой инстанции учтено, что правоотношения сторон по изъятию ликвидного имущества из конкурсной массы должника были предметом судебного разбирательства по настоящему делу.

Вступившим в законную силу определением суда от 18.04.2019 сделки по изъятию из хозяйственного ведения Предприятия имущества, оформленные постановлениями муниципального образования «Городское поселение – город Зубцов» Зубцовского района Тверской области от 08.12.2014 № 118-а, от 14.08.2015 № 107, признаны недействительными. Применены последствия признания сделок недействительными в виде передачи имущества должнику по акту приема-передачи.

В материалах дела усматривается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что имущество возвращено Администрацией в конкурсную массу Предприятия, которое в настоящее время реализовано конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства, вырученные денежные средства распределены конкурсным управляющим. 

Вместе с тем обстоятельства по изъятию имущества должника, на которые ссылается податель жалобы, не являются бесспорным доказательством ухудшения имущественного положения должника или лишения его возможности осуществлять хозяйственную деятельность. Доказательств обратного конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Проанализировав материалы дела, с учетом представленных в дело доказательств и установленных фактических обстоятельств, арбитражный суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего и привлечения  Администрации к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1, подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Администрацией заявлено о пропуске срока исковой давности.

Порядок предъявления и рассмотрения требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства должника контролирующих его лиц на настоящий момент регулируется статьей 61.14 Закона о банкротстве, согласно пункту 5 которой заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В силу пункта 59 Постановления № 53 предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Конкурсное производство в отношении Предприятия открыто решением суда от 16.12.2015, заявление конкурсным управляющим  ФИО2 о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано 21.12.2018, то есть за пределами срока исковой давности. 

Доводы подателя жалобы о начале течения срока исковой давности с 12.10.2016 (дата вынесения судом судебного акта о признании сделок по изъятию имущества должника недействительными) и с 14.01.2016, 09.02.2016 (даты вынесения судебных актов об истребовании у Администрации документации и имущества должника)  правомерно  признаны судом  первой инстанции ошибочными.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о пропуске заявителем срока исковой давности для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности.

Пропуск срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении  заявленных требований.

С учетом вышеизложенного оснований для удовлетворения заявленных требований  подателя жалобы у суда первой инстанции не имелось.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 18 апреля        2019 года по делу № А66-9571/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Управляющая компания Зубцов-Сервис» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Н. Виноградов

А.В. Журавлев