Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-71695/2021

02 декабря 2022 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена 23 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 02 декабря 2022 года.

Судья Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской областиКузнецов Д.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Техно-Строй» (188661, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих общество с ограниченной ответственностью «Синтез» (199406, 

<

...>, лит. А, пом. 4-Н; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) лиц,

ответчики: ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Инжспецстрой» (190020, 

<

...>, лит. А, кв. 49; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и акционерное общество «Азимут» (125167, 

<

...>, пом. Х, комн. № 15, 2-й эт.; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

при участии представителей, согласно протоколу судебного заседания,

установил:

в производстве Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) находилось дело № А56-60062/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Синтез» (далее – должник).

Определением от 09.11.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО5 (196657, город Санкт-Петербург, Колпино, Заводской 

<

...>).

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 02.11.2019.

Определением от 22.01.2020 признано обоснованным требование общества с ограниченной ответственностью «Техно-Строй» (далее – кредитор, истец) в размере 20 199 995 руб. 16 коп. и включено в реестр требований кредиторов с очередностью удовлетворения в третью очередь, в том числе пени.

Производство по делу о банкротстве должника прекращено 16.03.2020.

04.08.2021 (зарегистрировано 06.08.2021) в электронном виде поступило исковое заявление кредитора о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 000 000 руб.; заявлено ходатайство об истребовании доказательств, рассмотрение обоснованности которого назначено на 03.11.2021 в предварительном судебном заседании после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления его без движения, и неоднократно откладывалось вплоть до 03.08.2022.

В предварительном судебном заседании 09.02.2022 представителем кредитора заявлено ходатайство об истребовании доказательств; судебное заседание отложено на 09.03.2022, истребованы доказательства в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

04.04.2022 в электронном виде поступил отзыв ФИО2

В предварительном судебном заседании 06.04.2022 представителем истца заявлено ходатайство об отложении судебного заседания; судебное заседание отложено на 04.05.2022; повторно истребованы документы у ФГУП «Госкорпорация по ОрВД».

22.04.2022 в электронном виде от ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» поступили запрошенные документы.

03.05.2022 и 04.05.2022 в электронном виде поступило ходатайство кредитора о повторном истребовании доказательств, привлечении соответчиком акционерное общество «Азимут» и возражения на отзыв ФИО2

В предварительном судебном заседании 04.05.2022 представитель кредитора поддержал ходатайство об истребовании доказательств; представители ответчиков против истребования доказательств возражали; рассмотрение обоснованности заявления отложено на 01.06.2022; истребованы доказательства.

18.05.2022 в электронном виде от ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» поступило письмо об исполнении определения от 04.05.2022.

24.05.2022 в электронном виде от АО «Азимут» поступили запрошенные документы.

31.05.2022 в электронном виде поступило ходатайство кредитора о повторном истребовании доказательств.

В предварительном судебном заседании 01.06.2022 представителем истца ходатайство о привлечении соответчика не поддержано; заявлено об истребовании доказательств; представителем ФИО2 также заявлено об истребовании доказательств (представлено дополнение к возражениям на исковое заявление и дополнительные документы); предварительное судебное заседание отложено на 03.08.2022 (повторно истребованы доказательства).

26.06.2022 поступил ответ публичного акционерного общества «Сбербанк России» с выпиской по счету должника.

27.06.2022 в электронном виде от АО «Азимут» поступили дополнительные документы.

02.08.2022 в электронном виде поступило ходатайство истца о привлечении соответчиком АО «Азимут».

В предварительном судебном заседании 03.08.2022 представитель истца поддержал вышеуказанное ходатайство, пояснив, что ранее отказ от него заявлен не был; повторно поддержано ходатайство об истребовании доказательств в уполномоченном органе; предварительное судебное заседание отложено на 02.09.2022, истребованы доказательства, указано на рассмотрение ходатайства истца о привлечении соответчика в следующем судебном заседании.

В предварительном судебном 02.09.2022 заседании представитель истца поддержал ходатайство о привлечении соответчика; ответчики против удовлетворения ходатайства возражали; заявлено ходатайство об отложении слушания дела ввиду необходимости ознакомиться с документами, поступившими из уполномоченного органа.

Определением от 05.09.2022 в качестве соответчика привлечено акционерное общество «Азимут» (ИНН 

<

***>); судебное заседание назначено на 28.09.2022.

23.09.2022 в электронном виде поступило ходатайство ответчика (АО «Азимут») об обязании истца направить ему исковое заявление и все приложенные к нему документы.

Рассмотрение обоснованности заявления назначено на 26.10.2022.

12.10.2022 в электронном виде поступили пояснения ФИО3

19.10.2022 в электронном виде поступили пояснения истца к его заявлению.

В судебном заседании 26.10.2022 стороны поддержали свои доводы и возражения; представители АО «Азимут» ходатайствовали об отложении судебного заседания для ознакомления с материалами дела; заявлено об отсутствии в регистрационном деле договора купли-продажи доли, об истребовании в уполномоченном органе сведений о счетах должника; судебное заседание отложено на 23.11.2022.

17.11.2022 в электронном виде поступил ответ уполномоченного органа на запрос суда (повторный ответ относительно счетов должника).

18.11.2022 в электронном виде поступила письменная позиция АО «Азимут».

18.11.2022 в электронном виде от ФИО3 поступила копия дубликата договора купли-продажи.

18.11.2022 в электронном виде поступило ходатайство ФИО3 о приобщении (документов) к материалам дела.

21.11.2022 в электронном виде поступили возражение и дополнения ООО «Инжспецстрой» к возражению на исковое заявление.

21.11.2022 в электронном виде поступили возражения истца на отзыв АО «Азимут» и отзыв ООО «Инжспецстрой»; ходатайство (содержащее таблицу с признаками номинального учредителя).

22.11.2022 в электронном виде поступили письменные объяснения АО «Азимут».

23.11.2022 в электронном виде поступило заявление истца об отказе от требований к ФИО4

Извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей не обеспечили, ходатайств не заявили.

В силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие (при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие (часть 5 указанной статьи)).

В настоящем судебном заседании стороны поддержали свои доводы и возражения.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Истцом заявлено об отказе от исковых требований к ФИО4 (в судебном заседании отказ от требований поддержан представителем истца).

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Арбитражный суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 АПК РФ).

Рассмотрев заявление кредитора об отказе от жалобы на конкурсного управляющего, арбитражный суд полагает его подлежащим удовлетворению.

Отказ от заявления не противоречит требованиям закона, не нарушает прав других лиц, соответствует положениям статьи 49 АПК РФ, а потому подлежит принятию арбитражным судом.

С учетом изложенного арбитражный суд прекращает производство по делу в части применительно к подпункту 5 пункта 1 статьи 150 АПК РФ.

Ответчиком (ФИО4) в электронном виде было заявлено ходатайство о прекращении производства по настоящему делу, поскольку должник не был признан банкротом (конкурсное производство не было открыто); заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Оснований для прекращения производства по делу по заявленным ответчиком доводам арбитражным судом не установлено, поскольку действующее законодательство предусматривает право кредитора на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц после прекращения производства по делу о банкротстве должника в случае отсутствия у последнего денежных средств для финансирования процедуры (что и имело место в деле о банкротстве должника № А56-60062/2019).

В обоснование своего заявления истец ссылается на то, что между ним и должником 12.10.2015 был заключен договор подряда № 05/10-2015 на выполнение работ, а также договор аренды оборудования от 14.10.2015 № 1/141015; истец выполнил работы для должника, который в свою очередь являлся подрядчиком АО «Азимут», действующего по договору с АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей (генеральный подрядчик), ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» (заказчик), однако должник работы не оплатил.

Впоследствии с должника в пользу истца были взысканы соответственно, 13 905 146 руб. 44 коп. и 6 294 848 руб. 72 коп. (решение арбитражного суда от 30.01.2017 по делу № А56-55430/2016 и решение арбитражного суда от 30.11.2016 по делу № А56-55429/2016).

Как указывает истец, в период выполнения работ, а также в момент вынесения решений участниками должника являлись ФИО3 и ФИО2; в период с 12.08.2014 по 23.09.2016 генеральным директором являлся ФИО4, в период с 23.09.2016 по 05.05.2017 – ФИО2; с 05.05.2017 – ФИО6 (участник и руководитель должника – согласно ответу уполномоченного органа, скончался 17.06.2020, наследственное дело не заводилось; в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц указано на недостоверность сведений о руководителе должника).

Истец полагает, что после взыскания задолженности (с должника) контролирующие должника лица скрывали сведения об активах, обязательствах и результатах финансово-хозяйственной деятельности должника; ответчики своими действиями довели должника до банкротства и уклонились от выполнения своих обязательств.

Кроме того, истец полагает, что выгодоприобретателем от действий/бездействия ответчиков стало ООО «Инжспецстрой», участником и генеральным директором которого является ФИО2, поскольку в период с 2015 по 2017 годы (согласно бухгалтерской отчетности) у указанного общества отсутствовала какая-либо хозяйственная деятельность, однако с 2018 по 2020 годы общество получило выручку более 98 000 000 руб.

Как указывает истец, должник письмом от 11.07.2016 № 07-16/и указал на то, что не может погасить задолженность из-за отсутствия финансирования со стороны заказчика, т.е. подтвердил, что зависит от АО «Азимут»; с целью избежать взыскание на активы и доходы должника от строительства его бывшие участники и руководители перевели права и обязанности по договору с АО «Азимут» на подконтрольно лицо – ООО «Инжспецстрой» (18.07.2017 произошла передача прав и обязанностей должника по договорам подряда от 01.07.2015 № 75 и 76); после перехода должника под контроль ФИО6 должник перестал осуществлять экономическую деятельность и сдавать налоговую отчетность; из представленных документов следует, что ФИО2 от имени должника подписывал документы после передачи доли и назначения руководителем должника ФИО6

Истец полагает, что АО «Азимут» также является выгодоприобретателем в результате цепочки сделок по выводу из конкурсной массы должника товарно-материальных ценностей, а также выполненных, но не оплаченных работ, с последующей возможностью проведения зачета; цепочка сделок между должником, ООО «Инжспецстрой» и АО «Азимут» является частью фиктивного документооборота и создана в отсутствие каких-либо разумных экономических причин с целью не оплачивать работы субподрядчикам.

В своем отзыве ФИО3 против удовлетворения исковых требований возражает, полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку его участие в уставном капитале должника прекращено 04.05.2017; кредитор (истец) обратился с иском 06.08.2021, т.е. после 01.07.2017, в силу чего применению подлежат материально-правовые нормы, существовавшие на момент совершения вменяемых ответчикам действий; срок для привлечении ответчика с субсидиарной ответственности составляет один год; срок исковой давности надлежит исчислять с 22.01.2020 (дата объявления резолютивной части определения, которым признано обоснованным требование истца как кредитора к должнику); ответчик с учетом редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) от 28.06.2013 № 134-ФЗ не является контролирующим должника лицом.

По мнению ФИО3, истцом не доказан факт того, что ФИО6 являлся номинальным руководителем; отсутствует факт сокрытия имущества; не доказан факт доведения должника до банкротства; отсутствуют любые взаимоотношения ответчика с ООО «Инжспецстрой»; с декабря 2013 года весь контроль за деятельностью должника был передан ФИО2; договоры ООО «Инжспецстрой» с АО «Азимут» были заключены спустя более двух лет после выхода ответчика из состава участников должника и более трех лет после прекращения его полномочий как генерального директора должника; образование задолженности у должника перед истцом в период руководства ответчиком не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (сам по себе факт наличия задолженности не свидетельствует о наступлении признаков объективного банкротства).

В возражениях на отзывы ФИО3 и ФИО4 истец отмечает, что ФИО3 04.05.2017 продал свою долю в уставном капитале должника ФИО6, однако не представил договор купли-продажи и не пояснил экономическую цель этой операции притом, что должник к этому времени имел задолженность более 20 000 000 руб. и не имел активов; к действиям ФИО3 подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, а также статьи 61.11 Закона о банкротстве; к рассматриваемым отношению применим трехлетний срок исковой давности, однако если суд посчитает его пропущенным, истец заявляет ходатайство о его восстановлении.

ФИО3 в свою очередь полагает, что оснований для восстановления пропущенного срока исковой давности не имеется; истцом не конкретизированы основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

В своем отзыве ФИО2 полагает, что истцом пропущен срок исковой давности для его привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку генеральным директоров должника он являлся с 23.09.2016 по 05.05.2017 и истец имел возможность обратиться с настоящим заявлением с 22.01.2020 (момента включения его требований в реестр требований кредиторов должника), но не позднее одного года с 16.03.2020 (дата прекращения производства по делу о банкротстве должника), однако заявление истец подал лишь 06.08.2021; уважительные причины для восстановления пропущенного срока отсутствуют.

Кроме того, как указывает ответчик, истец воспользовался своим правом на обращение (с заявлением) о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках гражданского дела № 2-1240/2020 (решением Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга от 10.11.2020 в удовлетворении исковых требований отказано; апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 24.03.2021 № 33-5670/2021 решение оставлено без изменения).

Ответчик не усматривает правовых оснований для удовлетворения иска, поскольку с 06.06.2017 он прекратил свое участие в качестве учредителя должника, в период его участия вся бухгалтерская отчетность и налоговые декларации сдавались в срок; с 06.06.2017 ответственность за сдачу отчетности перешла на ФИО6; истцом не доказано, какие конкретно действия/бездействие совершены ответчиком, послужившие основанием для привлечения к ответственности.

Ответчик полагает, что он как и ООО «Инжспецстрой» не извлекли выгоду из заключенного соглашения о передаче прав и обязанностей по договору подряда от 01.07.2017 № 76, поскольку часть работ была выполнена должником и оплачена АО «Азимут», при этом обязанность по возврату авансового платежа была исполнена ООО «Инжспецстрой» в пользу АО «Азимут» (сумма неосвоенного аванса в размере 119 630 261 руб. 99 коп. была возвращена ООО «Инжспецстрой» за должника путем зачета в соответствии с соглашением о зачете встречных однородных требований от 06.02.2020); при этом каких-либо денежных средств ООО «Инжспецстрой» от должника не получало.

В возражениях на отзыв ответчика истец полагает, что продажа доли не имела экономической цели, покупатель (ФИО6) ранее являлся ликвидатором более девяти обществ и учредителем не менее 19-ти обществ, какую-либо деятельность от имени должника не осуществлял; срок исковой давности не пропущен, поскольку действия по выводу активов совершались в период с 24.01.207 и закончились 27.06.2019 и 21.01.2020, когда ООО «Инжспецстрой» оформило новый договор подряда с АО «Азимут» вместе с актом зачета по договорам от 01.07.2015 № 75 и 75 (истцу стало известно об этом из уведомления о залоге от 07.05.2020 № 2020-004-734324-447); довод о тождественности заявления по настоящему делу и заявления по делу № 2-1240/2020 несостоятелен, поскольку в гражданском деле перевод активов, прав и обязанностей с должника на ООО «Инжспецстрой» не были предметом рассмотрения и не могли быть известны истцу до 07.05.2021 (в настоящем деле иные требования по фактическому и юридическому основаниям, по субъектному составу также имеются различия).

В своем отзыве АО «Азимут» полагает, что не является контролирующим должника лицом как с учетом предыдущей редакции Закона о банкротстве, так и с учетом действующей редакции; именно на истце лежит бремя доказывания такого статуса, однако не имеется ни одного доказательства, что сделки по смене подрядчика в процессе строительства являются противоправным поведением со стороны ответчика как заказчика в отношении должника и как подрядчика в отношении конечных бенефициаров строительства; ответчик не только не получил финансовой выгоды в виде сбережения или увеличения активов в результате смены подрядчика, но стал кредитором нового подрядчика по денежному обязательству за неотработанный аванс; заключенные в дальнейшем соглашения о расторжении договоров подряда, новый договор подряда и соглашение о зачете встречных требований являются следствием расторжения госконтракта, заключения нового госконтракта и наличия взаимных требований по возврату ранее неотработанного аванса и оплате нового аванса по новому договору подряда; вина ответчика в банкротстве должника отсутствует (наличие в Картотеке арбитражных дел споров в отношении должника свидетельствует только о неисполнении им обязательств перед третьими лицами); все сделки, заключенные между должником и ООО «Инжспецстрой» действительны, в процедуре банкротства должника не оспаривались и заявление об их порочности является неверным.

Также ответчиком заявлено о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности, поскольку заявление истца о вступлении в дело о банкротстве должника было подано в арбитражный суд 17.11.2017, производство по делу о банкротстве должника прекращено 06.12.2018, ходатайство о привлечении АО «Азимут» соответчиком заявлено в электронном виде 02.08.2022, т.е. спустя более трех лет с момента прекращения производства по делу о банкротстве должника.

В возражениях на отзыв ответчика истец полагает, что соглашение о переводе прав и обязанностей было подписано 17.07.2017 как часть фиктивного документооборота с учетом вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, применительно к сроку исковой давности о действиях должника и выгодоприобретателях (истцу) стало известно после того, как судом были истребованы документы о сделках (соглашение о переводе права и обязанностей, акты зачетов и новые договоры подрядов).

В своих возражениях ООО «Инжспецстрой» полагает, что не является контролирующим должника лицом, поскольку не имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным способом определять его действия в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом; соглашение о передаче прав и обязанностей по договорам подряда было заключено 18.07.2017, т.е. в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с изменениями и дополнениями, действующими с 01.07.2017 п 29.07.2017; какой-либо выгоды от заключенных договоров о передаче прав и обязанностей ответчик для себя не извлек; для выполнения новых контрактов (от 27.06.2019 № 80/2019 и 21.01.2020 № 05/2020 ответчик заключил кредитный договор для целей финансирования их исполнения; совершенные должником сделки не являлись убыточными и не привели к объективному банкротству должника.

В возражениях на отзыв ответчика истец отмечает, что после перехода прав и обязанностей по договорам подряда финансовое положение истца заметно улучшилось за счет увеличения запасов; истец полагает, что ранее находившиеся на бухгалтерском учете должника запасы перешли к ответчику.

Арбитражный суд не усматривает оснований для удовлетворения иска ввиду нижеследующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей по состоянию на 30.12.2013, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на 30.12.2013, под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Арбитражный суд исходит из того, что истцом не представлены относимые и допустимые доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что ООО «Инжспецстрой» и АО «Азимут» имели право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом, то есть того, что ответчики являлись контролирующими должника лицами.

Положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, не предусматривали возможности привлечения к субсидиарной ответственности лица, извлекавшего выгоду из недобросовестного поведения указанных в статье 53.1 ГК РФ лиц.

Статья 61.10 Закона о банкротстве содержится в главе III.2 названного Закона, которой он дополнен в соответствии с Законом № 266-ФЗ; статья 53.1 введена в ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ.

Таким образом, нормы права, на которые ссылается истец, объективно не существовали и их применение к спорным правоотношениям противоречило бы статье 54 Конституции Российской Федерации.

Арбитражный суд полагает, что ООО «Инжспецстрой» и АО «Азимут» приведены относимые и допустимые доводы относительно отсутствия у них статуса контролирующего должника лица.

Арбитражный суд не усматривает оснований для удовлетворения заявления в отношении ФИО3, поскольку в силу применимых к настоящим правоотношениям положений Закона о банкротстве участник должника не обязан составлять и своевременно сдавать бухгалтерскую отчетность; эта обязанность возложена на руководителя должника; договоры о передаче прав и обязанностей по договорам подряда были заключены после выхода ответчика из состава участников должника (доказательства их одобрения и подписания ответчиком в материалы дела не представлены); наличие задолженности перед контрагентами не свидетельствует об отсутствии экономической цели сделки по передачи доли в уставном капитале должника. Более того, данная сделка не оспаривалась и не оспаривается в настоящее время.

Арбитражный суд также не может не согласиться с позицией ФИО3 о применении к рассматриваемым правоотношениям Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ, в силу чего указанный ответчик не может быть признан контролирующим должника лицом с учетом прекращения его участия в уставном капитале должника (04.05.2017) и даты возбуждения дела о банкротстве должника (01.07.2019).

Кроме того, ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку вменяемые действия/бездействие ответчика могли возникнуть только во время его участия в уставном капитале должника (до 04.05.2017), предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве правила о субсидиарной ответственности предусматривали годичный срок исковой давности, который надлежит исчислять с 22.01.2020 притом, что настоящее исковое заявление подано истцом в арбитражный суд 04.08.2021.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Арбитражный суд не усматривает тождественности настоящего дела и ранее рассмотренного судом общей юрисдикции, поскольку действительно, в настоящем случае имеет место иной субъектный состав и основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Однако, как указано ответчиком в отзыве, с 06.06.2017 он прекратил свое участие в качестве учредителя должника, что лишает его статуса лица, контролирующего должника.

Кроме того, названным ответчиком также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для его привлечения к субсидиарной ответственности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Оснований для восстановления пропущенного истцом срока арбитражным судом не установлено.

Относимых и допустимых доказательств того, что ФИО6 являлся номинальным руководителем должника в материалы дела не представлено. Участие одного и того же лица не является однозначным критерием для констатации факта номинального участия в хозяйственном обороте юридического лица.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу пункта 1 постановления Пленума № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

Таким образом, удовлетворение заявления при указанных условиях будет противоречить самому существу субсидиарной ответственности как механизма защиты прав и интересов кредиторов.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 и 2 статьи 71 АПК РФ).

Принимая во внимание представленные в материалы дела документы и объяснения сторон, арбитражный суд полагает, что заявление кредиторов следует признать необоснованным.

Руководствуясь статьей 10, главой III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

принять отказ от иска с ФИО4 и прекратить производство по делу в этой части.

В удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу отказать.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента его принятия.

Судья Кузнецов Д.А.