ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-13409/2024

Дело № А41-86740/22

13 сентября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  10 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 сентября 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Семикина Д.С., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

ФИО2 лично, предъявлен паспорт,

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 18.04.2024,

от иных лиц: представители не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу УФНС России по Московской области на определение Арбитражного суда Московской области от 30 мая 2024 года по делу № А41-86740/22, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.01.2023 в отношении ООО «СБМ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО4 (105066, г. Москва, а/я 9, член СРО «ААУ Паритет»).

Временный управляющий должником обратился в суд с заявлением о взыскании с бывшего генерального директора ООО «Стройбетонмонолит» ФИО2 убытков в размере 345 163134 рубля 09 копеек. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 30 мая 2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с указанным определением, уполномоченный орган обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 30 мая 2024 года  и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Уполномоченный орган, обращаясь в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой и настаивая на  удовлетворении заявленных временным управляющим должником требований, указал, что обособленный спор рассмотрен в отсутствие конкурсного управляющего и без учета приговора Химкинского городского суда Московской области от 13.06.2024 по делу № 1-282/2024, в котором установлена вина ФИО2 в реализации ООО «СБМ» схемы уклонения от уплаты налогов.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Ходатайство уполномоченного органа об отложении судебного заседания апелляционной коллегией рассмотрено и отклонено, ввиду отсутствия оснований, установленных ст. 158 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО2 и ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 24.01.2023 по делу № А41-86710/22 во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Межрайонной ИФНС № 13 по Московской области в размере 20915 рублей, в третью очередь включены требования Межрайонной ИФНС № 13 по Московской области в размере 569 757 099 рублей 15 копеек основного долга, 282 394 720 рублей 09 копеек пени, 62 768 414 рублей штрафа.

Указанная задолженность должника перед уполномоченным органом образовалась в результате ненадлежащего исполнения должником денежных обязательств по уплате обязательных платежей.

Межрайонной ИФНС России № 13 по Московской области проведена выездная налоговая проверка ООО «СтройБетонМонолит» по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты всех видов налогов за период с 01.01.2016 по 31.12.2017, по результатам которой вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 31.03.2021 № 2129. 

Указанным решением общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 62 768 415 рублей. По результатам проверки налогоплательщику предложено уплатить не полностью уплаченный налог на добавленную стоимость в сумме 266 599 299 рублей, налог на прибыль организаций в сумме 296 221 443 рублей, пени за несвоевременную уплату НДС, налога на прибыль организаций в общей сумме 212 028 700 рублей.

Не согласившись с принятым решением налогового органа, ООО «СтройБетонМонолит» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России №13 по Московской области о признании недействительным решения от 31.03.2021 № 2129 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Московской области от 30.06.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.02.2023, в удовлетворении заявления ООО «СтройБетонМонолит» отказано.

В период, в рамках которого проводилась налоговая проверка, единоличным исполнительном органом ООО «СтройБетонМонолит» являлся ФИО2.

Временный управляющий, полагая, что недобросовестные и неразумные действия ФИО2 по уменьшению налоговой базы, повлекли неблагоприятные последствия для юридического лица в виде доначисления пени, штрафов за неуплату налогов, обратился в суд с заявлением о взыскании убытков.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями ФИО2

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания с ФИО2 убытков, и отклоняя доводы апелляционной жалобы, апелляционная коллегия исходит из следующего.

Согласно п. 1, 2 ст. 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Согласно п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно п. 2 ст.44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу п. 3 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

В силу п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Следовательно, для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о незаконности, недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Последствия в виде убытков должны находятся в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействием) ответчика и их размер должен быть подтвержден с разумной степенью достоверности.

Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчиков к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: противоправность ее действий и (или) нарушение обязанностей, предусмотренных законодательством, размер понесенных кредиторами и обществом убытков и причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками заявителя, наличие вины ответчика.

Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Согласно пункту 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Руководитель кредитной организации обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера. Руководитель экономического субъекта, который в соответствии с настоящим Федеральным законом вправе применять упрощенные способы ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность, а также руководитель субъекта среднего предпринимательства, за исключением экономических субъектов, указанных в части 5 статьи 6 настоящего Федерального закона, может принять ведение бухгалтерского учета на себя.

Как верно установлено судом первой инстанции, согласно приказу № 26/09/16-1 от 26.09.2019, главным бухгалтером должника назначена ФИО5

Из пояснений ФИО2 следует, что его электронная цифровая подпись была передана главному бухгалтеру.

Доказательства того, что именно ФИО2 давались указания для искажения бухгалтерской отчётности, в материалы дела не представлены.

Согласно материалам дела, финансовым директором должника являлся ФИО6, который так же являлся учредителем (участником) ООО «Стройбетонмонолит».

Как следует из приказа № 7 от 01.02.2006, ФИО6 предоставлено право подписи на документах должника. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в материалах обособленного спора отсутствуют безусловные доказательства того, что именно по вине генерального директора ФИО2 образовалась задолженность по налогам.

Суд апелляционной инстанции считает также необходимым отметить следующее.

Указывая на наличие причинно-следственной связи между действиями                ФИО2 и возникшими убытками, временный управляющий ссылался на обстоятельства, установленные судами при рассмотрении дела № А41-85700/2021.

В рамках рассмотрения дела № А41-85700/2021 судами установлен факт создания ООО «СтройБетонМонолит» формального документооборота с целью незаконного получения налоговых вычетов и заявления расходов.

Основываясь на данном судебном акте, временный управляющий ссылался на то, что в результате неправомерных действий генерального директора ООО «СтройБетонМонолит» ФИО2 обществу был причинен ущерб в связи с привлечением к ответственности за совершение налогового правонарушения на сумму 345 163 134,09 рублей (пени, штрафы).

Вместе с тем, само по себе наличие решения налогового органа о привлечении юридического лица к ответственности за совершение налогового правонарушения не может являться безусловным доказательством наличия вины руководителя в причинении убытков.

Апелляционная коллегия считает необходимым отметить, что предмет доказывания в рамках рассмотрения спора об оспаривании решения налогового органа и в рамках настоящего спора является различным.

В предмет доказывания по налоговому спору входили обстоятельства, связанные с действиями должника, направленными на получение налоговой экономии от неправомерного учета расходов. В предмет доказывания по настоящему делу (о взыскании убытков) входит установление вины конкретного лица (а не юридического лица), факта и размера причиненных убытков и причинно-следственной связи между его действиями и возникшими убытками (ст. 15 ГК РФ).

Выводы суда по делу № А41-85700/2021 представляют собой правовую квалификацию совершенных сделок для целей определения налоговых последствий, ответчик не был привлечен в указанном споре, в связи с чем не имеют преюдициального значения при рассмотрении настоящего спора. 

Правовая квалификация сделки для целей определения ее налоговых последствий осуществляется судом с применением норм специального (налогового) законодательства. Такая правовая оценка не определяет гражданско-правовую квалификацию сделок, обязанности участников гражданского оборота, гражданско-правовую ответственность.

Указанная позиция согласуется с позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 19.07.2022 № 305-ЭС22-11088 по делу № А40-109421/2021.

Кроме того, в рамках дела № А41-85700/2021 судами не установлено фактов, свидетельствующих о совершении непосредственно ФИО2 виновных действий, повлекших возникновение на стороне общества убытков. 

Основной целью проводимых обществом и его контрагентами сделок налоговый орган счел неисполнение налоговых обязанностей. В то же время, сделки ООО «СтройБетонМонолит», заключенные с ООО «СпецСтройПроект», ООО «Универсалстрой», ООО «СтройМонолит», ООО «Строй гарант», ООО «Эко-Строй» в судебном порядке не оспорены и не признаны ничтожными.

Доказательств того, что ФИО2 действовал умышленно в целях создания убытков у общества, в отсутствие должной осмотрительности, заключил сделки с вышеуказанными контрагентами на невыгодных для общества условиях, вступил в сговор с контрагентами по сделкам либо аффилирован по отношению к ним, в материалы обособленного спора не представлено.

Временным управляющим и апеллянтом в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что генеральный директор знал или должен был знать о предоставлении контрагентами недостоверных либо противоречивых сведений на момент заключения сделок, и предполагал в дальнейшем наступление для общества негативных последствий. 

Как следует из смысла п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 сам по себе факт выявления налогового правонарушения и последующего привлечения общества к ответственности не может свидетельствовать о недобросовестности действий генерального директора, поскольку на момент его совершения это не являлось для него очевидным. Доказательств обратного в суд не представлено. 

Кроме того, в соответствии со сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ, единственным учредителем общества является ФИО6

При этом ФИО6 являлся финансовым директором ООО «СтройБетонМонолит», что подтверждается представленными в материалы дела штатными расписаниями от 19.02.2016 № 12/1 и от 30.03.2018 № 15.

В соответствии с приказом общества от 01.02.2006 № 7 ФИО6 как финансовому директору предоставлено право подписи на договорах, актах, товарных накладных и прочих документах.

Документы, подписанные финансовым директором, приравнены к аналогичным документам, подписанным генеральным директором.

В соответствии с представленными в материалы дела копиями писем ФИО6 вел переписку с государственными и муниципальными органами от имени общества, указывая себя в качестве директора.

Из текста апелляционного определением Московского областного суда от 14.03.2024 по делу 22-1674/2024, вынесенного в рамках рассмотрения уголовного дела № 1-282/2024 в отношении ФИО2 и ФИО6, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 2 статьи 199 УК РФ, следует, что фактически руководство деятельностью ООО «СтройБетонМонолит» осуществлялось ФИО6

Более того, в соответствии с пп. 6 п. 2 ст. 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», утверждение годовых отчетов и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности относится к компетенции общего собрания участников.

Из материалов дела следует, что бухгалтерская отчетность общества за спорные периоды утверждалась единственным учредителем ФИО6

Изложенные обстоятельства указывают на недоказанность непосредственного участия ФИО2 в разработке схемы уклонения от уплаты налоговых платежей в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

В материалах дела отсутствуют доказательства искажения налоговой отчетности непосредственно со стороны ФИО2 

   Кроме того, в нарушение требований ст. 65 АПК РФ временный управляющий не представил в материалы дела доказательств, свидетельствующие о наличии личной заинтересованности и получении ФИО2 какой-либо личной выгоды в результате совершения обществом налоговых правонарушений, либо совершения действий, направленных на причинение вреда обществу.

Доводы уполномоченного органа о рассмотрении обособленного спора в отсутствие конкурсного управляющего, подлежат отклонению апелляционной коллегией, поскольку решение Арбитражного суда Московской области от 15 марта 2024 года по делу № А41-86740/22 в части назначения конкурсным управляющим должником ФИО7 было отменено Десятым арбитражным апелляционным судом 29 мая 2024 года (резолютивная часть объявлена 28 мая 2024 года). В то же время резолютивная часть обжалуемого определения была объявлена 23 мая 2024 года, соответственно, конкурсный управляющий мог принять участвовать в судебном заседании.

 Суд апелляционной инстанции отказал уполномоченному органу в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (копия приговора Химкинского городского суда Московской области от 13.06.2024 по делу № 1-282/2024, копия постановления Химкинского городского суда Московской области от 13.06.2024 по делу № 1-282/2024),  указанные  дополнительные документы являются по своей сути новыми, ранее в суд первой инстанции не представлялись и не были предметом оценки, что прямо следует из обжалуемого судебного акта. 

Апелляционный суд полагает недопустимым и не отвечающим принципам равноправия сторон и состязательности арбитражного процесса действия сторон по сбору и представлению новых доказательств на стадии апелляционного обжалования, поскольку это не соответствует положениям части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, указанные судебные акты вынесены 13.06.2024, настоящий обособленный спор рассмотрен  судом 23 мая 2024 года. В настоящий момент не вступили в законную силу.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Московской области от 30.05.2024, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 30 мая 2024 года по делу №А41-86740/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи

 

Д.С. Семикин

 

А.В. Терешин