АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2565/24 

Екатеринбург

14 июня 2024 г.

 

Дело № А07-30987/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе: 

председательствующего Беляевой Н.Г., 

судей Лазарева С.В., Тороповой М.В. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Башкирская содовая компания» (далее – общество «БСК», ответчик) на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.08.2023, дополнительное решение от 03.10.2023 по делу № А07-30987/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 по тому же делу.

         Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

         В судебном заседании приняли участие представители:

         общества «БСК» - ФИО1 (доверенность от 10.10.2022 № 01.06.01-08/431);

         общества с ограниченной ответственностью «Транспортная экспедиционная компания Башрефтранс» (далее – общество «ТЭКБ», истец) – ФИО2 (доверенность от 01.12.2021).

         Общество «ТЭКБ» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к обществу «БСК» о взыскании 1 372 900 руб. суммы ущерба, 79 131 руб. 20 коп. суммы возмещения судебных расходов по оплате экспертизы, 19 000 руб. расходов на проведение экспертизы, 726 руб. 60 коп. телеграфных расходов, 6 000 руб. расходов по составлению претензии, 4 000 руб. за консультирование по правовым вопросам, 361 руб. 10 коп. почтовых расходов (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Сибирский транспортный союз» (далее – общество «СТС»), ФИО3 (далее – ФИО3), публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах» (далее – общество СК «Росгосстрах»).

         Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.08.2023 исковые требования удовлетворены. С общества «БСК» в пользу общества «ТЭКБ» взыскано 1 372 900 руб. суммы ущерба, 79 131 руб. 20 коп. суммы возмещения судебных расходов по оплате экспертизы, 26 729 руб. суммы возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины. Обществу «ТЭКБ» возвращена из федерального бюджета государственная пошлина в размере 782 руб., перечисленная платежным поручением №1491 от 03.09.2019.

Дополнительным решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.10.2023 с общества «БСК» в пользу общества «ТЭКБ» взыскано 19 000 руб. стоимости оценки, 361 руб. 10 коп. суммы почтовых расходов, 359 руб. 70 коп. суммы расходов на телеграмму, 51 500 руб. суммы возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Дополнительное решение суда первой инстанции изменено, с общества «БСК» в пользу общества «ТЭКБ» взыскано 18 000 руб. стоимости оценки, 359 руб. 70 коп. почтовых расходов на телеграмму, 49 500 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Кроме того, с общества «ТЭКБ» в пользу общества «БСК» взысканы судебные расходы за подачу апелляционной жалобы на дополнительное решение в размере 3 000 руб.

В кассационной жалобе общество «БСК», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение судами обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суды посчитали установленными, просит обжалуемые решение, дополнительное решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель жалобы настаивает на том, что приведенные в обоснование заявленных требований доводы истца и выводы судов о наличии вины ответчика в причиненном истцу ущербе опровергаются материалами административного производства по факту произошедшего ДТП и представленными ответчиком доказательствами. Так, общество «БСК» обращает внимание суда округа на то, что доводы истца основаны на определении госинспектора ОГИБДД УМВД РФ по г. Стерлитамаку ст. лейтенанта полиции ФИО4 от 10.04.2019 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по факту ДТП в отношении водителя ФИО3 на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; отмечает, что указанное определение отменено решением Стерлитамакского городского суда от 26.08.2019 по делу № 12-480/2019, дело направлено на новое рассмотрение в ОГИБДД УМВД России по г. Стерлитамаку, поскольку материалы дела не содержали доказательств суждения госинспектора о том, что трубопровод, расположенный на территории общества «БСК», находящийся на высоте 3,594м, не отвечает требованиям дорожного знака 3.13 «Ограничение высоты» (4м); указывает на то, что 11.11.2019 в отношении ФИО3 вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения водителя к административной ответственности, в котором указано, что водитель двигался по закрытой территории общества «БСК», в пути следования допустил съезд с проезжей части вправо с последующим наездом на трубопровод; ссылается на то, что согласно указанному постановлению ДТП произошло именно по вине водителя, нарушившего пункт 10.1 ПДД, при этом основанием для вынесения постановления послужило не отсутствие виновности водителя, а истечение срока давности привлечения к административной ответственности и то, что Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрена ответственность за данное нарушение; настаивает также на нарушении водителем пунктов 9.9 и 11.7 ПДД. В обоснование доводов об отсутствии своей вины в причиненном истцу ущербе общество «БСК», помимо прочего, ссылается на представленные в материалы дела объяснение ФИО3, акт нарушений пропускного и внутриобъектового режима от 10.04.2019 № 565, схему трассировки трубопровода содового раствора Ду 15 0 из корпуса 31 в корпус 40,  акт расследования причин и обстоятельств наезда ТС на трубопровод, фотоматериалы с места ДТП; полагает необоснованными выводы судов о том, что трубопровод находился на высоте 3,594м от полотна проезжей части; указывает на то, что наезд на трубопровод был совершен водителем за пределами проезжей части, что также подтверждается и заключением судебных экспертов от 21.09.2021 № 14/2021. По мнению заявителя жалобы, суды обеих инстанций в нарушение норм действующего процессуального законодательства не исследовали и не отразили в судебных актах результаты рассмотрения вышеприведенных доводов ответчика и указанных доказательств. Также заявитель жалобы приводит подробные доводы, направленные на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции в части применения ГОСТ Р 50597-93, ГОСТ 23457; СНиП 2.05.02 СНиП 2.05.03; полагает необоснованным вывод суда о том, что ответчик не исполнил обязательство по надлежащему содержанию автомобильной дороги в части поддержания надлежащего состояния дорожных знаков; отмечает, что что дорожный знак 3.13 «Ограничение высоты» 4,0м установлен на технологической эстакаде на высоте 4.628м, т.е. в соответствии с требованиями ГОСТа Р 52289-2004; считает, что нечитаемость обозначений на знаке не квалифицируется как ненадлежащее расположение или нарушение установки дорожного знака, недостоверность знака либо ненадлежащее содержание автомобильной дороги. При этом общество «БСК» отмечает, что несоответствие спорного участка требованиям ГОСТ Р 50597-2017 не установлено, акт о выявленных недостатках в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги (улицы) в материалах дела отсутствует. Заявитель жалобы также считает, что сделанные на основе схемы осмотра места ДТП выводы экспертов противоречат фактическим обстоятельствам дела, при этом самими экспертами признается неполнота исходных данных и недостаточность информации, заключения судебных экспертиз от 21.09.2021 № 14/2021 и от 25.05.2023 № 72/2022 носят вероятностный характер и не подтверждают факт причинения ущерба; отмечает, что ответчик заявлял ходатайство о назначении повторной экспертизы, вместе с тем в его удовлетворении судами было отказано. С учетом изложенного общество «БСК» полагает необоснованным вывод судов о доказанности истцом всей совокупности обстоятельств, являющихся основанием для удовлетворения требования о взыскании заявленного ущерба. Полагая неправомерными выводы судов, сделанные по существу спора, заявитель жалобы также считает необоснованным взыскание с ответчика в пользу истца, расходов на составление оценочного  заключения, почтовых расходов и судебных расходов по оплате услуг представителя.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в результате ДТП (наезд на неподвижное препятствие, надземный трубопровод, находящийся на высоте 3,594 м от полотна проезжей части), произошедшего 10.04.2019 на территории общества «БСК» по адресу: 

<

...>, повреждено транспортное средство «Скания» гос. рег. знак 

<

***>, оборудованное полуприцепом Krone SD государственный регистрационный знак ВР2690/78, принадлежащее истцу, под управлением водителя ФИО3

Согласно схеме с места ДТП от 10.04.2019 трубопровод расположен на дороге шириной 4,6 м, оборудован знаком 3.13 «Ограничение высоты» (4 м).

Как указал истец, расположение надземного трубопровода не отвечает требованиям дорожного знака 3.12 «Ограничение высоты» (4 м).

В результате ДТП имуществу истца причинен материальный ущерб в виде восстановительной стоимости поврежденного имущества. 

В целях определения размера убытков истец обратился в экспертную организацию. Согласно экспертному заключению от 18.05.2019 № 39/2019, выполненному индивидуальным предпринимателем ФИО5, стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства без учета износа составляет 1 451 120 руб.

Услуги по составлению данного заключения составили 19 000 руб., в том числе 1 000 руб. на изготовление дубликата.

Ссылаясь на то, что ответчик несет ответственность за причиненный транспортному средству ущерб, истец обратился в арбитражный суд с заявленными исковыми требованиями.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, при обращении с настоящим иском истец должен доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения ответчика, причинно-следственную связь между поведением ответчика и наступившим вредом. Вина ответчика предполагается пока не доказано обратное. Только доказанность всей совокупности указанных обстоятельств является основанием для удовлетворения иска о возмещении убытков.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу о доказанности истцом всей совокупности обстоятельств, являющихся необходимыми для удовлетворения заявленных исковых требований (с учетом их уточнения).

Указанный вывод судов сделан с учетом следующих установленных фактических обстоятельств.

Так, судами установлено, материалами дела подтверждено и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что в результате ДТП (наезд на неподвижное препятствие, надземный трубопровод, находящийся на высоте 3,594 м от полотна проезжей части), произошедшего 10.04.2019 на территории общества «БСК» по адресу: 

<

...>, было повреждено транспортное средство «Скания» гос. рег. знак 

<

***>, оборудованное полуприцепом Krone SD гос.рег.знак ВР2690/78, принадлежащее истцу, под управлением водителя ФИО3

При оформлении ДТП сотрудниками ОГИБДД УМВД РФ по г. Стерлитамаку получено письменное объяснение водителя, составлена схема осмотра места ДТП, на которой отображено направление движения а/м с полуприцепом, а также отмечен трубопровод, расположенный над дорогой шириной 4,6, оборудованный знаком 3.13 «Ограничение высоты» (4м).

В целях установления причин и обстоятельств наезда транспортного средства на трубопровод ответчиком создана комиссия, по результатам работы которой оформлен акт расследования причин и обстоятельств наезда транспортного средства на трубопровод, расположенный на заводской эстакаде между опорами № 124, № 125 по ряду № 3.

Согласно указанному акту 09.04.2019 в 19.05 водитель общества ТЭК «Башрефтранс» ФИО3, через пост № 4 заехал на автомашине марки Скания гос. номер А469СС198с прицепом гос. номер ВР2690 78 на территорию общества «БСК» производство «Каустик» для получения готовой продукции. 10.04.2019 в 00:15, двигаясь по 3 проезду, при съезде на обочину совершил правой верхней частью прицепа наезд на трубопровод, расположенный на заводской эстакаде между опорами № 124… № 125 по ряду № 3. В ходе расследования причин происшедшего установлено, что трубопровод Ду150 с южной стороны расположен частично на расстоянии 0,1 м от проезжей части дороги и на высоте 3,594м.

Кроме того, из содержания данного акта следует, что в апреле 2018 года было проведено обследование высоты проезда под технологическими эстакадами, проверка состояния дорожных знаков на территории производства «Каустик». По выявленным нарушениям 05.04.2018 инженер про безопасности движения ФИО6 выдал начальнику цеха № 47 ФИО7 предписание № БД №041-2018-8, в пункте 10 которого указано, что дорожный знак 3.13 «Ограничение высоты» - 4м, установленный на цеховой эстакаде, расположенный на заводской эстакаде между опорами № 124… № 125 по ряду № 3, имеет незначительные повреждения лакокрасочного покрытия.

В материалы дела представлено постановление о прекращении дела об административном правонарушении от 11.11.2019, в соответствии с которым дело об административном правонарушении в отношении водителя ФИО3 прекращено в связи с истечением срока давности. Согласно содержанию указанного постановления административная ответственность за нарушение водителем пункта 10.1 ППД действующим законодательством не предусмотрена.

Ответчиком в материалы дела представлен акт нарушений пропускного и внутриобъектового режима 565 от 10.04.2019 с приложением фототаблицы, по результатам анализа которой суды верно указали на то, что расположенный на трубопроводе знак имеет повреждение покрытия, текст и обозначения на знаке нечитаемы.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.02.2021 назначена судебная экспертиза по делу, проведение которой поручено экспертам обществу с ограниченной ответственностью «Экспертиза» ФИО8, ФИО9, с постановкой перед ними следующих вопросов:

1. Что явилось причиной ДТП (наезд на трубопровод на территории общества «БСК»), произошедшего в 00 часов 15 минут 10.04.2019, и повреждения а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78? Могли ли действия водителя ФИО3 стать причиной ДТП? Имел ли водитель ФИО3, управляя указанным а/м с полуприцепом, при условии соблюдения установленного скоростного режима, соблюдения ПДД, возможность избежать столкновения?

2. Позволяла ли видимость с места водителя а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78, с учетом темного времени суток (00-15) с включенными фарами обнаружить расположенную над дорожным проездом технологическую эстакаду и трубопровод и избежать столкновения?

3. Какова была скорость движения а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78, соответствовала ли она дорожной обстановке?

4. Какие обстоятельства, связанные с состоянием дорожной обстановки, способствовали ДТП?

5. На сколько произошла осадка а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78, после загрузки 20 тонн поливинилхлорида с учетом брутто по ТТН от 10.04.2019 №00539810?

6. Какой объем повреждений а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78 мог возникнуть при столкновении с трубопроводом при соблюдении водителем ФИО3 требований ПДД, в т.ч. скоростного режима?

7. Определить, какие именно повреждения а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78, достоверно возникли в результате ДТП от 10.04.2019? могла ли транспортировка т/с от места происшествия (г. Стерлитамак) до места выгрузки товара (Тульская область, г. Ясногорск) и по ходу движения до места осмотра в г. Салават способствовать изменению характера и/или количества повреждений?

8. Какова стоимость устранения повреждений а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78, достоверно полученных при наезде на препятствие 10.04.2019 (с износом, без износа)?

По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлено заключение от № 14/2021, содержащее следующие выводы.

По вопросам 1-3. 

В результате произведенного исследования установлено, что причиной наезда на препятствие в виде трубопровода а/м Скания гос. рег. знак 

<

***> явилось несоответствие (противоречие) установленному дорожному знаку 3.13 «Ограничение высоты» 4,0 м, фактической высоте в виде труб, расположенных правее по ходу движения ТС на высоте 3,594 м. 

В действиях водителя, управлявшего а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, в составе с полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78 не усматривается противоречий ПДД РФ.

С учетом информации, имеющейся в материалах дела, дать категоричный ответ на поставленные перед экспертами вопросы о возможности предотвращения ДТП, скорости движения перед столкновением по информации, имеющейся в материалах дела не представляется возможным, в связи с отсутствием ряда вводных, таких как момент обнаружения опасности, расстояния до препятствия, дальность, обзорность видимости и т.п. (ряд из которых можно установить только при проведении эксперимента).

Однако с учетом механических повреждений на ТС, конечного его положения после наезда на препятствие, ДТС, можно сделать вывод о том, что скорость движения ТС была незначительной и не могла превышать 20 км/ч. Также необходимо отметить то, что не всегда наличие/отсутствие технической возможности предотвратить столкновение (наезд) состоит в причинноследственной связи с ДТП и наступившими последствиями.

По вопросу 4. 

С учетом произведенного исследования установлено, что обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия способствовала ДТС в виде темного времени суток и несоответствие (противоречие) дорожному знаку 3.13 «Ограничение высоты» 4,0 м, в виде препятствия расположенного на высоте 3,594 м.

По вопросу 5.

На основании информации, имеющейся в материалах дела и проведенного исследования, дать ответ на поставленный вопрос не представляется возможным.

По вопросам 6, 7.

Механические повреждения, полученные в результате наезда на препятствие а/м Скания гос. рег. знак 

<

***>, в составе с полуприцепом Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78 описаны в акте осмотра 25.04.2019 и механизм их образования соответствует ДТП от 10.04.2019.

По вопросу 8. 

Стоимость восстановительного ремонта исследуемого полуприцепа Krone SD гос. рег. знак ВР2690/78 составляет: без износа – 1 372 900 руб., с учетом износа - 1 281 700 руб.

Определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.08.2022 по делу назначена дополнительная судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам обществу с ограниченной ответственностью «Экспертиза» ФИО8, ФИО9 Экспертам поручено провести натурный осмотр места ДТП (наезд на трубопровод на территории общества «БСК»), произошедшего в 00 часов 15 минут 10.04.2019, и повреждения а/м Скания гос.рег.знак 

<

***>, оборудованного полуприцепом Krone SD гос.рег.знак ВР2690/78, при условиях, максимально приближенных к фактическим. По результатам проведенного осмотра произвести повторное исследование по ранее поставленным судом вопросам.

По результатам проведения дополнительной экспертизы в материалы дела представлено заключение экспертов № 72/2022, содержащее следующие выводы. 

На основании произведенного исследования места ДТП установлено что с технической точки зрения, в том числе в результате изменения вещной обстановки на месте ДТП, прошествии большого промежутка времени между событием и датой осмотра экспертами места происшествия, произведенный осмотр не имеет (не несет) информации, которая могла бы каким-либо образом отразиться на результате ранее произведенного исследования, дачи ответов на поставленные судом перед экспертами вопросы и сделанные при этом выводы, в связи с чем ранее произведенное исследование и заключение экспертов, а именно: произведенные в нем исследования на поставленные судом вопросы, расчеты, и, соответственно, выводы являются достоверными, правильными, объективными, всесторонними и полными.

Указанные экспертные заключения признаны судами первой и апелляционной инстанций соответствующими требованиям статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выполненными экспертами надлежащей квалификации, в установленном порядке предупрежденными об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и, в отсутствие в материалах дела доказательств, вызывающих сомнения в обоснованности выводов эксперта, приняты в качестве надлежащих доказательств по делу. 

Доводы заявителя жалобы, сводящиеся к указанию на то, что заключения судебных экспертиз от 21.09.2021 № 14/2021 и от 25.05.2023 № 72/2022 носят вероятностный характер и не подтверждают факт причинения ущерба, подлежащего возмещению за счет ответчика, по существу направленные на оспаривание доказательственного значения указанных заключений, отклоняются судом округа, поскольку вопросы оценки доказательств, в том числе определение их допустимости, достоверности и достаточности для установления значимых для дела обстоятельств, относятся к компетенции суда, рассматривающего спор по существу, и не входят в полномочия суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка общества «БСК» на неправомерность отказа суда первой инстанции в удовлетворении его ходатайства о назначении повторной экспертизы отклоняется судом округа.

Вопрос о необходимости проведения повторной либо дополнительной экспертизы согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение соответствующего ходатайства является правом, а не обязанностью суда, это право он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора, в то время как в рамках настоящего дела суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у представленных заключений экспертов признаков недостоверности, неясности и неполноты и, как следствие, об отсутствии оснований для назначения повторной судебной экспертизы.

Кроме того, суд принял во внимание изменение объективных обстоятельств, а именно: невозможность натурного исследования и реконструкции событий ввиду того, что спорная конструкция трубопровода была демонтирована ответчиком. 

Исследовав и оценив вышеуказанные доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций оснований виновности водителя ФИО3 в совершении ДТП не установили, более того, пришли к обоснованному выводу о том, что именно ответчик, как лицо, осуществляющее обеспечение и организацию безопасности дорожного движения, не исполнил обязательство по надлежащему содержанию автомобильной дороги, в части поддержания надлежащего состояния дорожных знаков.

Так, факт принадлежности ему спорного участка автомобильной дороги ответчик не оспорил, доказательств того, что участок дороги, на котором произошло спорное ДТП, относится к дороге федерального, регионального или межмуниципального значения либо является иной частной собственностью, в материалы дела не представил. Более того, указанный факт признается им в кассационной жалобе. 

Суд апелляционной инстанции, признавая законными выводы суда первой инстанции в части наличия оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу ущерб по правилам статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, правомерно указал на то, что в силу требований Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, на лиц, осуществляющих содержание автомобильных дорог, возлагается обязанность содержать дороги, железнодорожные переезды и другие дорожные сооружения в безопасном для движения состоянии в соответствии с требованиями стандартов, норм и правил. 

При этом судом правомерно приняты во внимание требования ГОСТ Р 50597-2017 «Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения», утвержденного  приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 26.09.2017 № 1245-ст и устанавливающего требования к параметрам и характеристикам эксплуатационного состояния (транспортно-эксплуатационным показателям) автомобильных дорог общего пользования, улиц и дорог городов и сельских поселений, железнодорожных переездов, допустимого по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, методам их контроля, а также предельные сроки приведения эксплуатационного состояния дорог и улиц в соответствие его требованиям.

Согласно пункту 6.2.1 ГОСТ Р 50597-2017 дороги и улицы должны быть обустроены дорожными знаками по ГОСТу 32945, изображения, символы и надписи, фотометрические и колометрические характеристики которых должны соответствовать ГОСТ Р 52290, знаками переменной информации - по ГОСТ 32865. Знаки должны быть установлены по ГОСТу Р 52289 в соответствии с утвержденным проектом (схемой) организации дорожного движения.

В силу пункта 5.4.10 ГОСТа Р 52289-2004 «Национальный стандарт Российской Федерации. Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств», утвержденного Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 15.12.2004 № 120-ст (действовал на момент ДТП), знак 3.13 «Ограничение высоты» применяют для запрещения движения транспортных средств, габаритная высота которых (с грузом или без груза) больше указанной на знаке; знак устанавливают в случаях, если расстояние от поверхности дорожного покрытия до низа пролетного строения искусственного сооружения, инженерных коммуникаций и т.п. менее 5 м; высота, указываемая на знаке, должна быть меньше фактической на 0,2 - 0,4 м для инженерных коммуникаций, на 0,3 и 0,4 м - для путепроводов, по которым проходят соответственно автомобильная и железная дороги; разницу между фактической и указываемой высотой допускается увеличивать в зависимости от ровности дорожного покрытия; повторный знак 3.13 допускается устанавливать на пролете искусственного сооружения, а при наличии перед ним габаритных ворот - на воротах.

Вопреки возражениям заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод о том, что согласно представленным в материалы дела доказательствам в их совокупности именно ненадлежащее состояние дорожного знака, расположенного на заводской эстакаде между опорами №124… №125 по ряду № 3, явилось причиной ДТП.

Доказательств того, что трубопровод был оборудован подсвечивающей иллюминацией либо иными светоотражательными элементами, позволяющим водителю своевременно обнаружить опасность наезда на отдельно взятые элементы трубопровода и предотвратить ее (с учетом вывода экспертов о том, что обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия способствовало не только несоответствие (противоречие) дорожному знаку 3.13 «Ограничение высоты» 4,0 м, в виде препятствия расположенного на высоте 3,594 м., но и темное время суток), материалы дела также не содержат (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Учитывая, что факт ненадлежащего состояния дорожного знака на территории общества «БСК» подтвержден материалами дела и не опровергнут ответчиком в установленном законом порядке, исходя также из доказанности того факта, что ответчик, на которого законом возложена обязанность по организации безопасного передвижения транспортных средств на всей относящейся к зоне его ответственности территории, в том числе и на обочине, допустил фактическое несоответствие расположенных на его территории конструкций возможной высоте транспортных средств, заезжающих на его территорию в производственных целях, и возможности осуществления маневров на дороге, суд апелляционной инстанции сделал правомерный вывод о том, что, в отсутствие в материалах дела достаточных доказательств наличия вины водителя ФИО3 в совершении ДТП, в том числе доказательств выявленных несоответствий в его действиях требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения могли находиться в причинно-следственной связи с происшедшим ДТП, ответственность за причиненный истцу ущерб лежит именно на ответчике.

Принимая во внимание, что истец представил надлежащие доказательства наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, а также причинно-следственной связи между бездействием причинителя вреда (неисполнением ответчиком обязательства по надлежащему содержанию автомобильной дороги (отсутствие надлежащих знаков в установленном месте) и наступившими неблагоприятными последствиями (в виде ДТП и повреждения автомобиля истца), суд апелляционной инстанции правомерно согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании ущерба в полном объеме (с учетом их уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оснований для несогласия с указанными выводами у суда кассационной инстанции не имеется. Фактические обстоятельства судами первой и апелляционной инстанции установлены и исследованы в полном объеме, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела. Надлежащих доказательств, опровергающих выводы судов, заявителем кассационной жалобы не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя жалобы в указанной части отклоняются судом кассационной инстанции как направленные исключительно на переоценку имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Вопреки доводам заявителя жалобы, суд кассационной инстанции отмечает, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств и доводов заявителя не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. 

Оснований для вывода о нарушении судами первой и апелляционной инстанций требований действующего процессуального законодательства к исследованию и оценке представленных в материалы дела доказательств у суда округа не имеется.

Выводы судов мотивированы и основаны на установленных ими обстоятельствах дела и нормах материального права, подлежащих применению к спорным правоотношениям, судебные акты по своему содержанию соответствуют требованиям статей 15, 169, 170, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изложенные в кассационной жалобе доводы заявителя в отношении выводов судов, сделанных по существу спора, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов дела следует, что истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика 79 131 руб. 20 коп. расходов по оплате экспертизы, 19 000 руб. расходов на проведение досудебной экспертизы, 726 руб. 60 коп. телеграфных расходов, 6 000 руб. расходов по составлению претензии, 4 000 руб. за консультирование по правовым вопросам, 361 руб. 10 коп. почтовых расходов, 100 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя.

Дополнительным решением суда первой инстанции от 03.10.2023 с общества «БСК» в пользу общества «ТЭКБ» взыскано 19 000 руб. стоимости оценки, 361 руб. 10 коп. суммы почтовых расходов, 359 руб. 70 коп. суммы расходов на телеграмму, 51 500 руб. суммы возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя.

По результатам проверки законности указанного дополнительного решения суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Руководствуясь положениями статей 101, 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума № 1), суд апелляционной инстанции, учитывая, что расходы истца на проведение независимой экспертизы в размере 19 000 руб. документально подтверждены, вместе с тем пришел к выводу о том, что возмещению истцу подлежат исключительно  расходы на оплату независимых услуг эксперта в сумме 18 000 руб., поскольку инициатива по проведению досудебной экспертизы со стороны потерпевшего явилась вынужденной мерой с целью определения необходимости обращения с исковым заявлением в суд и определения суммы исковых требований, в то время как расходы по подготовке дубликата экспертного заключения в размере 1 000 руб. не являются процессуально необходимыми и не подлежат возмещению.

В свою очередь, руководствуясь положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах», пунктах 20, 21 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 21.12.2004 № 454-О, от 20.10.2005 № 355-О, пунктах 10, 11, 12, 13 постановления Пленума № 1, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что заявленная ко взысканию и подтвержденная истцом сумма судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб. в данном случае с учетом всего объема проделанной юридической работы и требуемых временных затрат на подготовку материалов квалифицированным специалистом, количества и длительности судебных заседаний, с учетом конкретных обстоятельства дела, предмета и сложности спора, решаемых в нем вопросов фактического и правового характера, сфер применяемого законодательства, подготовленных состязательных документов, является чрезмерной и не отвечает критерию разумности и соразмерности.

Оснований для большего снижения суммы расходов на оплату услуг представителя, определенной судом первой инстанции в размере 51 500 руб., суд апелляционной инстанции не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о правомерности выводов суда первой инстанции относительно наличия оснований для частичного удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика телеграфных расходов в сумме 359 руб. 70 коп.

Вместе с тем, учитывая, что соблюдение претензионного порядка в данном случае не является обязательным, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для возмещения истцу расходов на составление претензии, расходов по отправке претензии.

При этом судом учтено, что текст претензии в данном случае по сути дублирует содержание иска, а за составление искового заявления судом первой инстанции уже определена сумма расходов на представителя в размере 5 000 руб. 

Кроме того, учитывая, что соблюдение претензионного порядка в данном случае не является обязательным, суд апелляционной инстанции также исключил из состава расходов и стоимость подготовки дубликата заключения об определении стоимости убытков, поскольку, как следует из материалов дела и пояснений самого истца, оригинал данного заключения был направлен ответчику вместе в претензией, а к иску был приложен дубликат.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции изменил дополнительное решение суда первой инстанции, взыскал с ответчика в пользу истца 18 000 руб. стоимости оценки, 359 руб. 70 коп. почтовых расходов на телеграмму, 49 500 руб. в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя.

Принимая во внимание, что выводы судов первой и апелляционной инстанций, сделанные по существу рассматриваемого спора о взыскании ущерба, являются законными и обоснованными, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции в части взыскания с ответчика в пользу истца стоимости оценки, почтовых расходов и судебных расходов по оплате услуг представителя, учитывая, в том числе то обстоятельство, что конкретных доводов о незаконности выводов суда в соответствующей части кассационная жалоба не содержит.   

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 по делу № А07-30987/2019 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Башкирская содовая компания» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Н.Г. Беляева 

 

Судьи                                                                          С.В. Лазарев 

 

                                                                                      М.В. Торопова