ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-8341/2025

Дело № А40-57863/24

г. Москва

21 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2025 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: И.А. Чеботаревой,

судей:

С.Л. Захарова, ФИО1,

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания А.А. Леликовым,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №13 апелляционную жалобу Московской таможни 

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 09.01.2025 по делу № А40-57863/24 (122-349) 

по заявлению ООО "ИТ-ШАТТЛ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 

к Московской таможне 

о признании недействительными решения,

при участии:

от заявителя:

ФИО2 – по дов. от 18.02.2025;

от заинтересованного лица:

ФИО3 – по дов. от 18.12.2024;

У С Т А Н О В И Л:

ООО «ИТ-ШАТТЛ» (далее – Заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решений Московской таможни (далее – заинтересованное лицо) от 25.12.2023 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/081123/3474291, от 20.12.2023 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/071123/3472854, от 14.02.2024 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/071123/5026639, от 04.01.2024 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/081123/3475233, от 28.12.2023 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/081123/3474617, от 31.12.2023 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10013160/081123/3474605.

Решением суда от 09.01.2025 требования заявителя удовлетворены в полном объеме. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Московская таможня обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. По мнению таможенного органа, заявленная таможенная стоимость товаров по Декларациям не может быть принята таможенным органом по методу 1, то есть по стоимости сделки с ввозимыми товарами, в связи с чем таможенная стоимость товаров, указанных в Декларациях, правомерно откорректирована им по резервному методу в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС (метод 6).

В судебном заседании представитель заинтересованного лица доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме. 

Представитель заявителя возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, представил отзыв на апелляционную жалобу.

Проверив законность и обоснованность решения в соответствии со ст. ст. 266 и 268 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд с учетом исследованных доказательств по делу, доводов апелляционной жалобы полагает необходимым оставить обжалуемый судебный акт без изменения, основываясь на следующем.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в рамках внешнеторгового контракта от 17.05.2023 № 63816 (далее -Контракт), заключенного между продавцом - ALPENGLOW MANAGEMENT INC (далее -Продавец) и покупателем - ООО «ИТ-Шаттл» (далее - Общество, Покупатель), на территорию Таможенного союза были ввезены товары различных наименований.

Материалами рассматриваемого дела в настоящем случае подтверждается, что обозначенные товары были задекларированы обществом на Московском областном таможенном посту (далее - МТП) Московской таможни в соответствии с декларациями №№10013160/081123/3474291, 10013160/071123/3472854, 10013160/071123/5026639, 10013160/081123/3475233, 10013160/081123/3474617, 10013160/081123/3474605.

В соответствии с указанными Декларациями задекларированы товары торговой марки HIPER.

Как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, Таможенная стоимость товаров определена декларантом по методу стоимости сделки ввозимыми товарами, предусмотренному статьей 39 (метод 1) Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

В свою очередь, как видно из представленных материалов дела, в ходе таможенного контроля Таможенным органом запрашивались дополнительные документы и сведения, в то время как товары были выпущены под обеспечение уплаты таможенных платежей.

При этом, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, во исполнение запросов таможенного органа обществом были направлены в адрес заинтересованного лица дополнительные документы и сведения с целью подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

В то же время, как явствует из представленных материалов дела, в результате рассмотрения вышеуказанных документов таможенным органом были приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров: в отношении ДТ №10013160/081123/3474291 - Решение от 25.12.2023, в отношении ДТ №10013160/071123/3472854 - Решение от 20.12.2023, в отношении ДТ №10013160/071123/5026639 - Решение от 14.02.2024, в отношении ДТ №10013160/081123/3475233 - Решение от 04.01.2024, в отношении ДТ №10013160/081123/3474617 - Решение от 28.12.2023, в отношении ДТ №10013160/081123/3474605 - Решение от 31.12.2023.

В результате корректировки таможенной стоимости товаров таможенные платежи увеличились суммарно на 330 117,54 рублей.

Не согласившись с указанными решениями заинтересованного лица, общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы за защитой своих нарушенных прав и законных интересов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые решения незаконны и нарушают права и законные интересы заявителя.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно п. 9 ст. 38 Таможенного кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с п. 10 обозначенной статьи кодекса таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

При этом, при определении таможенной стоимости методами по цене сделки с идентичными или однородными товарами в качестве основы для определения таможенной стоимости таможенные органы используют сведения из базы данных электронных копий таможенных деклараций.

Однако следует иметь в виду, что информация, содержащаяся в указанных базах данных, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными Законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными и однородными товарами.

Исходя из данного положения, можно определить, что использование только лишь одних статистических данных, содержащихся в базах данных ДТ без дополнительных оснований не должны позволять таможенному органу проводить проверочные мероприятия и тем более осуществлять корректировки заявленной таможенной стоимости ввезенных на территорию Российской Федерации товаров.

Из пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 следует, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В свою очередь, в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума) указано, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ТК ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, если продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В рассматриваемом случае, как видно из представленных материалов дела, по условиям п. 1.3 Контрактов, количество и конкретный ассортимент товара указываются в инвойсе для каждой отдельной партии Товара, которые, по своей сути, являются счетами на оплату. При этом, условиями Контракта не предусмотрено оформление инвойсов в двустороннем порядке. Формы этих документов не содержат разделов для проставления печати покупателя и подписи его уполномоченного лица.

Согласно п. 1 ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 предложение о заключении договора, адресованное одному или нескольким конкретным лицам, является офертой, если оно достаточно определено и выражает намерение оферента считать себя связанным в случае акцепта. Предложение является достаточно определенным, если в нем обозначен товар и прямо или косвенно устанавливаются количество и цена либо предусматривается порядок их определения.

Согласно п. 10.3 Контрактов применимым к правоотношениям сторон является право Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 432 ГК РФ договор считается заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В рассматриваемом случае, как явствует из представленных материалов рассматриваемого дела, выставлению продавцом инвойса обществу предшествовал обмен документами: прайс-листом от продавца в адрес общества и, затем, заказом от общества в адрес продавца.

При этом, материалами рассматриваемого дела подтверждается, что согласование условий об ассортименте, количестве и цене товара происходило через акцепт заявителем оферты продавца, изложенной в прайс-листе, путем направления заказа.

В свою очередь, как обоснованно указывает в рассматриваемом случае Заявитель, обмен сторонами Контракта офертой и акцептом, выраженными в форме, соответственно, ценового предложения (прайс-листа) продавца и заказа общества, согласно действующему законодательству Российской Федерации, подтверждает достижение сторонами соглашения о цене на товары и об условиях их поставки.

Также, в настоящем случае из представленных материалов дела видно, что сделка купли-продажи заключена сторонами в письменной форме, наименование, количество товара, условия поставки для каждой партии товара согласованы Сторонами в ценовом предложении (прайс- листе), инвойсе к Контракту, заказе Общества, что свидетельствует в рассматриваемом случае о документальном подтверждении заключения сделки в форме, соответствующей требованиям законодательства Российской Федерации и Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980.

При этом, ссылка таможенного органа на отсутствие в инвойсе условий оплаты признается в рассматриваемом случае судом безосновательной и противоречащей фактическим обстоятельствам рассматриваемого дела, поскольку, как видно из представленных материалов рассматриваемого дела и установлено судом, инвойсы были выставлены Продавцом на основании Контракта, при этом Контракт содержит условия оплаты (п. 3.2 Контракта).

Согласно условиям Контракта, в инвойсе должны быть указаны количество и конкретный ассортимент товара (п. 1.3 Контракта), а также цена товара (п. 2.1 Контракта).

В свою очередь, указание в инвойсе условий оплаты товара Контрактом не предусмотрено, что, в свою очередь, опровергает утверждение заинтересованного лица о недостоверности заявленных декларантом в представленных обществом таможенных декларациях сведений.

Исходя из статей 11 и 12 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров договор купли-продажи, если одна из сторон находится на территории Российской Федерации, заключается или подтверждается в письменной форме, при этом, согласно статье 14 Конвенции в число существенных условий, характеризующих предмет договора, включены обозначение товара и его количество (либо способ его определения).

Таким образом, условия сделки согласованы и исполнены сторонами, что подтверждается документами, которые обществом представлены таможенному органу, а потому приведенные в рассматриваемом случае заинтересованным лицом доводы о том, что представленные инвойсы продавца и заказы покупателя не подтверждают согласование сторонами условий поставок, поскольку обозначенные инвойсы подписаны только продавцом и не содержат условий оплаты товара, отклоняются в настоящем случае судом как основанные на неверном толковании норм материального права и не подтверждающие неверное декларирование обществом ввезенного им товара, требующее соответствующей корректировки со стороны таможенного органа.

Также, судом первой инстанции верно отклонены доводы о несоответствии представленных декларантом прайс-листов требованиям таможенного органа, поскольку названные прайс-листы адресованы только покупателю, в то время как прайс-листы производителя товаров не представлены, ввиду следующего.

Так, материалами рассматриваемого дела в настоящем случае подтверждается, что общество представило в таможенный орган прайс-листы продавца, оформленные для декларанта, по каждой партии товара.

При этом, как видно из представленных материалов дела, прайс-листы предназначались исключительно для Общества, что подтверждается письмом Продавца от 25.06.2023 № 63816/А250623.

В то же время, оценивая содержание представленных обществом прайс-листов, суд первой инстанции верно установил, что в обозначенных документах содержатся все сведения, необходимые для идентификации товара и определения его цены. При этом, прайс-лист, адресованный непосредственно покупателю, полностью соответствует положениям п. 1 ст. 14 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980, что не опровергнуто в рассматриваемом случае таможенным органом.

Кроме того, при оценке приведенного таможенным органом в рассматриваемой части довода, суд первой инстанции верно указал, что совпадение содержания прайс-листа и инвойса не является порочащим документы общества обстоятельством. Напротив, это обстоятельство свидетельствует, что стороны достигли соглашения обо всех условиях поставки товара.

Более того, суд первой инстанции верно указал на то обстоятельство, что в настоящее время преимущественно при взаимоотношениях торгующих организаций с покупателями используются не прайс-листы, а ценовые предложения, поступающие от продавца в ответ на намерение о покупке. При этом ценовые предложения могут отличаться в зависимости от покупателя, объемов продаж, долгосрочности взаимоотношений, надежности и финансовой устойчивости покупателя, объемом и регулярностью поставок и т.п.

Из представленных в рассматриваемом случае сторонами материалов явствует, что в ответе на запрос таможенного органа о предоставлении прайс-листа производителя товаров общество давало пояснение о том, что не имеет возможности прямого общения (переписки) с заводами-производителями товаров, в связи с этим таможенному органу были представлены прайс-листы Продавца. Указанные обстоятельства заинтересованным лицом в рассматриваемом случае не опровергнуты, доказательств объективного наличия у Заявителя испрашиваемых документов таможенным органом в рассматриваемом случае также не представлено.

Кроме того, из материалов рассматриваемого дела также явствует, что общество предприняло попытку запросить у Продавца прайс-листы производителя товара (запрос исх. №А250523 от 25.05.2023 о предоставлении прайс-листа производителя), однако продавцом предоставлен ответ (№ 63816/А250623 от 25.06.2023), в котором продавец указал на невозможность предоставления прайс-листа производителей, так как это является коммерческой тайной, а также невозможность предоставления общих прайс-листов для неограниченного круга лиц, так как прайс-лист Продавец формирует для каждого покупателя индивидуально.

Также, в обоснование законности оспариваемых решений таможенный орган указывает на непредоставление обществом подтверждения оплаты поставленных товаров, что, в свою очередь, исключило возможность проверки заинтересованным лицом обоснованности произведенного Заявителем расчета таможенной стоимости ввезенного товара.

Между тем, таможенным органом в рассматриваемом случае не учтено следующее.

Так, условиями Контракта установлен срок оплаты поставленного товара: 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар (п. 3.2 Контракта).

При этом, датой перехода права собственности на товар к Покупателю является дата принятия таможенным органом страны Покупателя таможенной декларации, оформленный на данный товар. То есть на дату вынесения оспариваемых решений таможенного органа срок оплаты товара не наступил, что, соответственно, опровергает выводы заинтересованного лица о недоказанности обществом обоснованности применения им первого метода расчета таможенной стоимости ввезенного товара.

Приведенные же заинтересованным лицом доводы о несоответствии таможенной стоимости товаров по декларациям источникам ценовой информации, вследствие чего заявленная таможенная стоимость ввозимых товаров значительно ниже стоимости однородных товаров, ранее ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС другими участниками ВЭД в сопоставимый период времени, что, в свою очередь, является основанием для применения 6 (шестого) метода определения таможенной стоимости ввезенных товаров, не принимаются в рассматриваемом случае ввиду следующего.

Так, согласно п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Как видно из приведенных выше обоснований и представленных в материалы дела доказательств, заявленная обществом таможенная стоимость товаров подтверждена документами, представленными им таможенному органу (контрактом, заказом, ценовым предложением (прайс-листом), инвойсом, транспортными документами, упаковочным листом).

То есть в полном соответствии с требованием п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товара в рассматриваемом случае основана на предоставленной обществом достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Следовательно, содержащиеся в оспариваемых решениях утверждения таможенного органа не имеют под собой документального подтверждения, вследствие чего не могут являться основанием для корректировки таможенной стоимости ввезенного Заявителем товара.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49) выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и т.д.), не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, в соответствии с установленными требованиями, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Так, по каждой декларации общество, как видно из представленных материалов дела, направляло в Таможенный орган ответы на его запросы о предоставлении документов и объяснений.

В свою очередь, указанные ответы подтверждают, что при проведении таможенного декларирования в подтверждение правомерности применения метода 1 определения таможенной стоимости Обществом представлены таможенному органу все документы, необходимые для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, а именно: контракт, заказ, ценовое предложение (прайс-лист Продавца), инвойс, транспортные документы, упаковочный лист.

В свою очередь, как видно из представленных материалов рассматриваемого дела, представленные обществом в таможенный орган документы позволяют идентифицировать ввезенный товар по количеству и с определенностью подтверждают достоверность заявленных сведений о таможенной стоимости товара.

При указанных обстоятельствах, на основании совокупной оценки представленных в материалы дела документов и доказательств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что таможенным органом в рассматриваемом случае не представлено доказательств, свидетельствующих о недостоверности представленных Обществом документов, подтверждающих таможенную стоимость товара.

Безусловных и убедительных доказательств обратного заинтересованным лицом в рассматриваемом случае не представлено.

Кроме того, согласно пункту 10 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенные органы не вправе устанавливать требования и ограничения, не предусмотренные международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, и законодательством государств-членов.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении № 49, при рассмотрении споров, связанных с правильностью выбора метода определения таможенной стоимости, таможенный орган вправе ссылаться на отсутствие у него ценовой информации для использования соответствующего метода в случае подтверждения невозможности получения такой информации либо при отказе декларанта в представлении необходимых сведений в рамках проведенных с ним в соответствии с пунктом 15 статьи 38 Таможенного кодекса ЕАЭС консультаций.

Между тем, в указанном случае каких-либо консультаций между декларантом и таможенным органом не проводилось, что, соответственно, лишает заинтересованное лицо правовых и фактических оснований ссылаться на не подтверждение декларантом заявленной им таможенной стоимости ввезенного товара.

Ссылки Московской таможни на непредставление Заявителем подтверждения стоимости транспортных расходов, что, по его мнению, исключает возможность применения к рассматриваемым правоотношениям метода 1 (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) определения таможенной стоимости, верно не приняты судом первой инстанции во внимание по следующим основаниям.

Так, материалами рассматриваемого дела в настоящем случае подтверждается, что обществом представлены договор транспортной экспедиции от 24.07.2023 № ПКА 66222, приложение к нему, транспортный заказ, счет на оплату транспортных расходов с разбивкой расходов до и после границы ТС, акт сдачи-приемки, счет-фактура.

Представленные документы, отражают сумму затрат на перевозку товара, при этом замечания со стороны таможенного органа к представленным документам отсутствуют.

На основании изложенного, таможенным органом не доказана невозможность применения данных документов, довод заинтересованного лица об оплате транспортных расходов подлежит отклонению.

Кроме того, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, в рамках раскрытия документов, представленных на этапе таможенного контроля, обществом представлены в суд документы об оплате транспортных расходов, которые, в свою очередь, полностью соотносятся с представленными ранее документами, взаимосвязаны с ними и непротиворечивы.

Таможенный орган при наличии у него каких-либо сомнений в подтверждении дополнительных начислений, не направил запрос документов в адрес перевозчика в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС, что подтверждает позицию общества о формальном и бездоказательном характере обозначенного довода.

При реализации таможенным органом своего права на запрос документов в соответствии со статьей 340 ТК ЕАЭС, Положения ст. 325, 340 ТК ЕАЭС и п. 15 «Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации», утвержденного Приказом ФТС России от 21.05.2021 № 436 (далее - Порядок) в своем системном толковании допускают направление запросов в адрес перевозчика при осуществлении проверки достоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров в рамках проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Суд первой инстанции верно указал, что таможенный орган как лицо, наделенное властными полномочиями, в рамках осуществления таможенного контроля имел достаточные основания для самостоятельного истребования дополнительных подтверждающих документов и сведений у перевозчика, однако не воспользовался данным правом и при этом посчитал возможным отнести все неблагоприятные последствия своего бездействия на декларанта.

Кроме того, при оценке обозначенного довода таможенного органа суд первой инстанции верно указал, что таможенным органом безосновательно и немотивированно игнорируются представленные Декларантом транспортные документы, либо таможенным органом не проводился должный контроль представленных документов.

Как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто заинтересованным лицом, каждая декларация сопровождалась представлением обществом следующего пакета документов: инвойс, упаковочный лист, спецификация к контракту, ЦМР, сопровождавшие товар документы содержат оттиск печати таможенных органов, также в распоряжении таможенного органа имеется транзитные декларации.

При этом, счета, счета-фактуры выставлены перевозчиком после пересечения таможенной границы, соответственно стоимость перевозки до границы таможенного Союза является твердой, подтвержденной, вопреки необоснованным сомнениям таможенного органа.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории Союза от места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза при условии, что эти расходы выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально.

Таможенное законодательство не содержит заранее установленного (ограниченного) перечня документов, которые представляются при декларировании для целей подтверждения соблюдения условий подпункта 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса, поэтому соблюдение условий для вычета расходов на перевозку (транспортировку), обозначенных в подпункте 2 пункта 2 статьи 40 Таможенного кодекса, может подтверждаться различными доказательствами, в зависимости от особенностей условий договоров, избранных поставщиком средств перевозки (транспортировки) товаров, типов заключенных гражданско-правовых договоров.

В соответствии с п. 16 Постановления № 49, рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 Таможенного кодекса.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что декларант представил необходимые и достаточные документы для подтверждения таможенной стоимости товара, определенной по методу определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Учитывая изложенное, ООО "ИТ-ШАТТЛ" были документально обоснованы заявленные в таможенной декларации значения таможенной стоимости товаров, а также выбранный метод определения стоимости.

Безусловных и убедительных доказательств обратного таможенным органом в рассматриваемом случае не представлено, а потому никаких оснований к корректировке таможенной стоимости ввезенных обществом товаров у заинтересованного лица в рассматриваемом случае не имелось.

В соответствии с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200, ч. 2 ст. 201 АПК РФ ненормативный правовой акт может быть признан судом недействительным, а решения и действия незаконными при одновременном их несоответствии закону и нарушении ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Поскольку указанная совокупность оснований была установлена, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение об удовлетворении требований. 

Доводы жалобы об отсутствии в Инвойсе условий о порядке оплаты товара не соответствует совокупности представленных ООО «ИТ-Шаттл» документов. Порядок оплаты товара определен не в Инвойсе, а в Контракте: в п. 3.2 Контракта установлено, что оплата товара производится покупателем в полном объеме, как на условиях аванса, так и на условиях отсрочки платежа на 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар. Следовательно, порядок оплаты товара сторонами согласован и закреплен в подписанном сторонами Контракте. 

Учитывая изложенное, утверждение таможенного органа о непредоставлении ООО «ИТ-Шаттл» документов, устанавливающих согласованный ООО «ИТ-Шаттл» и поставщиком порядок оплаты товаров, является необоснованным и опровергается документами: копия Контракта была предоставлена в таможенный орган.

Доводы жалобы о том, что ООО «ИТ-Шаттл» не предоставил в таможенный орган подтверждение оплаты ввезенного товара поставщику несостоятельны, в силу следующего.

Порядок оплаты товара в настоящем случае установлен в п. 3.2 Контракта. Этот порядок предусматривает несколько вариантов оплаты - либо авансом, либо в течение 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар. Датой перехода права собственности на товар от поставщика Заявителю согласно п. 3.3 Контракта считается дата принятия таможенным органом страны Заявителя таможенной декларации на данный товар.

Вместе с тем, несмотря на то, что данное обстоятельство не является обязательным, во всех инвойсах указаны, в том числе, и условия оплаты с указанием на постоплату сроком в 90 дней.

На основании изложенного, условия оплаты товара согласованы поставщиком и Заявителем в Контракте, в то время как согласование порядка оплаты товара в инвойсе не предусмотрено ни законодательством, ни положениями Контракта, а приведенные заинтересованным лицом в рассматриваемом случае доводы об обратном не основаны на нормоположениях действующего законодательства Российской Федерации.

Кроме того, при оценке фактических обстоятельства настоящего спора суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что условиями Контракта установлен срок оплаты поставленного товара: 90 календарных дней с момента перехода права собственности на товар (п. 3.2 Контракта).

Датой перехода права собственности на товар к ООО «ИТ-Шаттл» является дата принятия таможенным органом страны покупателя таможенной декларации, оформленный на данный товар.

То есть ни на дату запроса документов у Заявителя, ни на дату вынесения оспариваемых решений таможенного органа срок оплаты товара не наступил, что, в свою очередь, исключает выводы заинтересованного лица о непредставлении обществом подтверждения оплаты товаров при вынесении оспариваемого решения таможенного органа.

Безусловных и убедительных доказательств обратного в рассматриваемом случае таможенным органом не представлено.

В свою очередь, Заявителем в рассматриваемом случае суду представлено подтверждение оплаты товаров (платежные поручения, ведомость банковского контроля по Контракту (п.п. 561, 565, 580, 449, 90) раздела III Ведомости к контракту № 63816), что, соответственно, опровергает в настоящем случае утверждение таможенного органа об отсутствии подтверждения оплаты Заявителем ввезенных им товаров.

Доводы жалобы о непредставлении экспортной декларации также отклоняются поскольку на перевозчика не возложена обязанность по предоставлению экспортной декларации в таможенные органы.

Приведенные заинтересованным лицом в рассматриваемом случае доводы о непредставлении обществом экспортной декларации не свидетельствуют о недостоверности заявленных им в таможенных декларациях сведений ввиду следующего.

Так, материалами рассматриваемого дела подтверждается, что у Заявителя в распоряжении отсутствует такой документ, как экспортная декларация. Данный документ является документом Продавца/Перевозчика и обществу не представлялся.

При этом, как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, после запроса таможенного органа в адрес Заявителя, им была предпринята попытка запросить данный документ у Продавца, однако последний отказался предоставить данный документ, сославшись на коммерческую тайну (Экспортная декларация может содержать информацию о ценах, товарах и иных юридических лицах, в отношении которых производится поставка товара) письмом от 25.06.2023 №63816/А250623.

Также, Продавец обратил внимание Заявителя в обозначенном письме на то, что в данный момент времени действует режим санкций и публичное обнародование экспортной декларации может привести к неблагоприятным последствиям для Продавца и производителя товара.

Таким образом, экспортные декларации являются документами, не имеющими какого-либо отношения к определению таможенной стоимости товаров, декларируемых Обществом. Поэтому заявление таможенного органа о том, что непредставление обществом копий экспортных деклараций не позволяет провести анализ структуры цены товара, является необоснованным: общество в рассматриваемом случае предоставило таможенному органу все документы и сведения, относящиеся к определению таможенной стоимости товаров - Контракт, заказ, ценовое предложение (прайс-лист Продавца), Инвойс, упаковочный лист, транспортные документы.

Таким образом, общество надлежащим образом исполнило свою обязанность перед таможенным органом по предоставлению запрашиваемых документов и сведений.

Иные доводы жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и не допустил нарушения процессуального закона, в связи с чем оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2025 по делу № А40-57863/24 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: И.А. Чеботарева 

Судьи: С.Л. Захаров 

 В.А. Яцева 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.