﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

03 июля 2020 года

Дело №А56-19962/2017/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2020 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Бурденкова Д.В., Зайцевой Е.К.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Галиевой Д.С.,

при участии:  

от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»:                    Колбин Д.А. по доверенности от 30.05.2019; 

от конкурсного управляющего: Ханнанова Ю.Р. по доверенности от 09.09.2019;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-3517/2020) общества с ограниченной ответственностью «Бурмис» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2019 по обособленному спору № А56-19962/2017/сд.1, принятое по заявлению конкурсного управляющего Сидорова Александра Ивановича о признании недействительными сделок, заключенных должником, обществом с ограниченной ответственностью «Вакмиан» и обществом с ограниченной ответственностью «Бурмис», а также о применении последствий недействительности сделок, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройновация», 

 

установил:

дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройновация» (далее – ООО «Стройновация») возбуждено Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области 10.04.2017.

Определением суда первой инстанции от 24.05.2018 в отношенииООО «Стройновация» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Эйсмонт Елена Андреевна.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.06.2018 № 95.

Решением суда первой инстанции от 11.07.2019 ООО «Стройновация» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Сидоров Александр Иванович.

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 20.07.2019 № 127.

Конкурсный управляющий Сидоров А.И. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора от 26.03.2019 уступки права (требования), заключенного ООО «Стройновация» и обществом с ограниченной ответственностью «Вакмиан» (далее – ООО «Вакмиан»), договора от 14.06.2019, заключенного ООО «Вакмиан» и обществом с ограниченной ответственностью «Бурмис» (далее – ООО «Бурмис»), а также о применении последствий недействительности сделок.

Определением суда первой инстанции от 20.09.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 20.09.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Транскомплектэнерго» (далее – ООО «Транскомплектэнерго»).

Определением суда первой инстанции от 18.12.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено; договор уступки права (требования) от 26.03.2019, заключенный ООО «Стройновация» и ООО «Вакмиан», признан недействительной сделкой; договор уступки права (требования) от 14.06.2019, заключенный                    ООО «Вакмиан» и ООО «Бурмис», признан недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права требования ООО «Стройновация» к ООО «Транскомплектэнерго» на сумму 35 200 000 руб.

В апелляционной жалобе «Бурмис», ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 18.12.2019 по обособленному спору № А56-19962/2017/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы:

- ООО «Бурмис» и ООО «Вакмиан» не являются заинтересованными лицами;

- у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания недействительной сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); 

- судом первой инстанции проигнорированы доводы о том, что требование конкурсного управляющего об оспаривании договора уступки не подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника; 

- сделка не может быть оспорена на основании пункта 2 статьи 61.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий просил оставить обжалуемое определение без изменения.  

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражали. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, определением от 18.03.2019 по делу № А40-9746/2019 Арбитражный суд города Москвы утвердил между               ООО «Стройновация» (истец) и ООО «Транскомплектэнерго» (ответчик) мировое соглашение, по условиям которого ООО «Транскомплектэнерго» обязалось погасить задолженность в размере 37 000 000 руб. по договору от 21.04.2015 № РТМ-86/14/СМР-03 согласно следующему графику: 500 000 руб. до 31.03.2019; 1 000 000 руб. до 19.04.2019; 4 000 000 руб. до 14.05.2019; 2 500 000 руб. до 30.06.2019; 2 500 000 руб. до 31.07.2019; 2 500 000 руб. до 31.08.2019; 6 000 000 руб. до 30.09.2019; 6 000 000 руб. до 31.10.2019; 6 000 000 руб. до 30.11.2019 и 6 000 000 руб. до 30.12.2019.

При этом ответчик освобождался от выплаты истцу 34 722 290 руб. 52 коп. основного долга, а также неустоек, процентов за пользование чужими денежными средствами и иных санкций.

ООО «Стройновация» (цедент) и ООО «Вакмиан» (цессионарий) заключили договор от 26.03.2019 уступки права (требования) к ООО «Транскомплектэнерго», подтвержденного определением об утверждении мирового соглашения по делу № А40-9746/2019, на сумму 37 000 000 руб.

Цессионарий обязался уплатить за приобретенное требование 37 000 000 руб.

Впоследствии по договору от 14.06.2019 ООО «Вакмиан» (цедент) уступило право (требование) к ООО «Транскомплектэнерго» в пользу ООО «Бурмис» (цессионарий) на сумму 35 200 000 руб. по цене 1 760 000 руб.

Ссылаясь на то, что указанные сделки совершены в отношении заинтересованных лиц и с целью причинения вреда кредиторам                                      ООО «Стройновация», конкурсный управляющий Сидоров А.И. обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании взаимосвязанных сделок недействительными.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые сделки недействительными, исходил из того, что они совершены между аффилированными лицами и причинили вред имущественным правам кредиторов должника.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223                 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

3) выплата заработной платы, в том числе премии;

4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

На основании пункта 1 стать 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. 

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий сослался на специальные основания, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и общие основания, предусмотренные статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 10.04.2017, тогда как оспариваемые договоры заключены 26.03.2019 и 14.06.2019, следовательно, сделки могут быть оспорены как по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ.

Как следует из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

На основании пункта 5 постановления Пленума № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из пункта 6 постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу пункта 7 постановления Пленума № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Исходя из пункта 9 постановление Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Стройновация»,              ООО «Бурмис» и ООО «Вакмиан» входят в группу лиц, обладающих общими экономическими интересами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)), о чем свидетельствуют следующие обстоятельства.

В материалы дела представлена доверенность от 02.04.2019 на имя Иващенко Е.А. от имени ООО «Вакмиан». Ею подписано заявление ООО «Вакмиан» о процессуальном правопреемстве по делу № А40-9746/2019. Вместе с тем в дальнейшем заявление о процессуальном правопреемстве от имени ООО «Бурмис» подписано ею же.

В деле № А40-110809/2016 (определение от 24.06.2019) Иващенко Е.А. представляла интересы ООО «Инвестор». 

При рассмотрении в рамках настоящего дела обособленного спора «тр.37» интересы компании «Ivianto Services Limited» в Тринадцатом арбитражном апелляционном суде представляла Иващенко Е.А. (постановление от 04.12.2018). При этом по указанному обособленному спору установлено, что иностранной компанией заявлено требование об оплате вексельной задолженности при недоказанных основаниях для выдачи векселей притом, что сама компания находилась по тому же адресу, что и единственный участник должника – компания «Limited Liability Company Berchin Limited» (определение суда первой инстанции от 29.08.2018).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) от 04.09.2019 единственным участником ООО «Инвестор» является Магомедов З.Г.

При вынесении судом первой инстанции определения от 06.06.2019 по настоящему делу об отказе в процессуальном правопреемстве по обособленному спору «тр.1» также установлена аффилированность ООО «Инвестор» и                    ООО «Стройновация».

Постановлением судьи Тверского районного суда города Москвы                   Гордеева Д.С. от 04.02.2019 по делу № 3/6-0113/19 установлено, что                               ООО «Стройновация» входит в группу «Сумма», контролируемую Магомедовым З.Г. и Магомедовым М.Г. Указанный факт также подтверждается публикациями в ряде электронных СМИ.

Суд первой инстанции также указал, что создание ООО «Вакмиан» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 08.02.2019, то есть после введения в отношении                ООО «Стройновация» процедуры наблюдения (24.05.2018), а создание                       ООО «Бурмис» - 11.05.2018, то есть после возбуждения дела о банкротстве                ООО «Стройновация» (10.04.2017).

При этом ООО «Вакмиан», купив 26.03.2019 у ООО «Стройновация» право (требование) к ООО «Транскомплектэнерго» по цене 37 000 000 руб., через два с половиной месяца (14.06.2019) произвело отчуждение данного права                           ООО «Бурмис» уже за 1 760 000 руб., то есть приобретение права (требования) к нему лишено экономического смысла.

Сам по себе факт наличия у нескольких организаций одного и того же представителя не свидетельствует об их аффилированности, однако в конкретном случае с учетом совокупности вышеназванных обстоятельств (совершение сделок, лишенных экономического смысла, после введения в отношении должника процедуры наблюдения; совершение нескольких последовательных отчуждений права (требования)) суд первой инстанции сделал правильный вывод об общности интересов ООО «Стройновация», ООО «Бурмис» и ООО «Вакмиан», а также о том, что договоры от 26.03.2019 и 14.06.2019 совершены заинтересованными лицами и с единственной целью: причинения вреда кредиторам ООО «Стройновация» путем лишения их возможности получить удовлетворение своих требований за счет средств, поступивших от ООО «Транскомплектэнерго».

С учетом данного вывода, а также принимая во внимание отсутствие поступивших от ответчиков доказательств оплаты права (требования), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ООО «Стройновация»,                         ООО «Вакмиан» и ООО «Бурмис» не предполагали совершение встречного исполнения по оспариваемым сделкам (абзац 5 пункта 8 постановления Пленума           № 63).

При таких обстоятельствах недействительность сделок по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является доказанной. 

В обоснование недействительности сделок по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд первой инстанции обоснованно указал на то, что поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено ранее совершения оспариваемых сделок, неплатежеспособность должника и информированность его контрагентов об этом является доказанной. Заинтересованность лиц, совершивших оспариваемые  сделки, установлена судом первой инстанции. В силу выбытия ликвидного актива из конкурсной массы должника вред, причиненный имущественным правам кредитором, является очевидным. В силу пункта 7 постановления Пленума № 63  информированность о причинении имущественного вреда презюмируется. 

Таким образом, совершенные сделки отвечают всем признакам недействительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо этого суд первой инстанции установил наличие обстоятельств для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 64 Закона о банкротстве введение наблюдения не является основанием для отстранения руководителя должника и иных органов управления должника, которые продолжают осуществлять свои полномочия с ограничениями, установленными пунктами 2, 3 и 3.1 названной статьи.

Исходя из абзаца третьего пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве, органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных названным Законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с уступкой прав требования.

В силу пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Из материалов дела следует, что временный управляющий Эйсмонт Е.А. не давала согласия, выраженного в письменной форме, на заключение договора уступки прав (требований) от 26.03.2019, следовательно, имеются основания для вывода о ничтожности данной сделки на основании абзаца третьего пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве и статьи 174.1 ГК РФ.

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что согласие дано в устной форме является несостоятельным, поскольку документально не подтвержден (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными по общим основаниям, указанным в Гражданском кодексе Российской Федерации, и специальным основаниям, указанным в Законе о банкротстве.

В постановлении Пленума № 63 также разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1               ГК РФ.

По положениям пункта 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В пунктах 7 и 8 постановления Пленума № 25 даны разъяснения, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Признав сделки по уступке права требования взаимосвязанными, в отсутствии доказательств их оплаты, заключенными в короткий период времени между заинтересованными лицами, имеющими общий экономический интерес, в целях вывода из конкурсной массы ликвидного актива – права требования должника к ООО «Транскомплектэнерго», суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 25 постановления Пленума № 63, в случае признания на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В договоре от 26.03.2019 указано, что размер отчуждаемого права (требования) составлял 37 000 000 руб., а в договоре от 14.06.2019 – уже                         35 200 000 руб.

Вместе с тем ООО «Транскомплектэнерго», привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, не представило каких-либо доказательств исполнения им своего обязательства перед ООО «Вакмиан» и ООО «Бурмис» (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской	Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности сделок в виде восстановления права (требования)                        ООО «Стройновация» к ООО «Транскомплектэнерго» в сумме 35 200 000 руб.

Поскольку ответчики не представили каких-либо доказательств оплаты приобретенного права, то суд обоснованно посчитал, что оснований для применения  иных последствий недействительности сделок не имеется.

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции проигнорированы доводы о том, что требование конкурсного управляющего об оспаривании договора уступки в пользу ООО «Бурмис» не подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника, признается судом апелляционной инстанции ошибочным, поскольку оспариваемый договор, хоть и не совершен самим должником, но направлен на вывод активов из его конкурсной массы, а потому совершен за счет ООО «Стройновация» и может быть оспорен в рамках настоящего дела о банкротстве.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2019 по обособленному спору № А56-19962/2017/сд.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Д.В. Бурденков

 Е.К. Зайцева