ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-249/2018

город Ростов-на-Дону

03 июля 2018 года

15АП-8518/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Малыхиной М.Н.,

судей Галова В.В., Сулименко О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 (до перерыва), секретарем ФИО2 (после перерыва)

при участии:

от истца: ФИО3 по доверенности от 01.11.2017;

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 09.06.2018 №2-ВА; ФИО5 по доверенности от 09.06.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Русский национальный банк»

на решение Арбитражного суда Ростовской областиот 19.04.2018 по делу № А53-249/2018 

по иску компании Metal One UK Ltd

к обществу с ограниченной ответственностью «Русский национальный банк»

при участии третьего лица: общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ»

о взыскании задолженности, 

принятое в составе судьи Хворых Л.В.,

УСТАНОВИЛ:

компания Metal One UK Ltd (далее – компания) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Русский национальный банк" (далее – банк) о взыскании денежных средств по банковской гарантии в размере 882 750 долларов США.

Исковые требования мотивированы неисполнением банком обязательства по банковской гарантии, обеспечивающей надлежащее исполнение обязанностей поставщика по договору контракту, в рамках которого истец (бенефициар) являлся покупателем.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.01.2018 судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Ростовский металлургический завод".

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены в полном объеме. Суд взыскал банка в пользу компании задолженность по банковской гарантии в размере 882 750 долларов США, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 000,00 рублей.

Суд установил, что гарант неправомерно отказал бенефициару в выплате суммы, указанной в банковской гарантии со ссылкой на предоставление документов, не соответствующих условиям гарантии, поскольку в действительности представленные документы таким условиям соответствовали, обращение к гаранту произведено в пределах срока действия гарантии.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, банк обжаловал его в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил отменить решение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2018 г. по делу №. А53-249/2017 полностью, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Апеллянт полагает, что судом были неправомерно отклонены приведенные доводы о несоответствии представленных документов условиям гарантии.

Так, при предъявлении Требования Бенефициара к Гаранту о выплате предусмотренной банковской гарантией от 30.01.2017 г. № 2022-17/Г суммы в размере 882 750 долларов США 00 центов от 26.04.2017 г., Гаранту не были представлены документы (решение, протокол, иной документ в соответствии с законодательством Великобритании) подтверждающие назначение Райтаро Сайто управляющим директором Бенефициара, а также определяющие его компетенцию на подписание требования по банковской гарантии и срок полномочий. В связи с указанным обстоятельством, Гарант не имел возможности проверить действительность полномочий лица, подписавшего требование.

Предварительное требование к Принципалу направленное со стороны Бенефициара Гаранту не представлено, как и документы свидетельствующие о безусловном отказе Принципала от исполнения обеспечиваемого обязательства. Уведомление о прекращении от 19 апреля 2017 г. приложенное к требованию об уплате суммы по банковской гарантии не содержит предусмотренные контрактом реквизиты, а именно основание и сумму возврата, а также в нарушение условий контракта указывает на немедленное исполнение обязательств со стороны ООО «РЭМЗ», в нарушение условия о рассмотрении требования в течение 5 рабочих дней. Таким образом, указанный документ по сути не является документом, подтверждающим предварительное предъявление требования к Принципалу по исполнению обеспечиваемого обязательства, что не соответствует условиям банковской гарантии.

Кроме того, Уведомление о прекращении от 19 апреля 2017 г. на которое ссылается Истец, как документ, свидетельствующий о безусловном отказе Принципала от исполнения обеспечиваемого обязательства, содержит указание на заключение между сторонами контракта Изменения № 3 от 30.01.2017 г. к Спецификации № 2 по Контракту № 297/16-Р от 05.09.2016 г. Вместе с тем, ни при предъявлении требования ни при рассмотрении иска указанные изменения Истцом не предоставлялись, судом не запрашивались и не исследовались. Гарант о факте изменения обеспечиваемого обязательства не уведомлялся.

Требование о выплате денежных средств по банковской гарантии отправлено бенефициаром почтовым отправлением 27.04.2017 г. и 28.04.2017 г. и получено гарантом (Банком) только 02.05.2017 и 10.05.2017 г. Таким образом, требование по банковской гарантии предъявлено после окончания определенного в гарантии срока, на который она была выдана, соответственно, обязательства банка по выплате денежных средств на момент получения требования прекратились. Судом не дана оценка нарочной доставке требования бенефициара 28.04.2017 лицом, не предоставившим доверенность на право действовать от имени компании.

Истцом были представлены два платежных документа на общую сумму 1 872 620,32 долларов США, ввиду чего сумма расчета задолженности, сумма указанная в требовании об уплате денежной суммы по банковской гарантии не соответствуют сумме представленных платежных документов. SWIFT сообщения The Bank of Tokyo-Mitsubishi UFJ, Ltd не содержат сведений позволяющих идентифицировать представленные платежи - не содержит сведений о контракте в рамках которого осуществлены платежи, а также сведений позволяющих соотнести представленные платежи с представленными счетами на оплату. Сведения о частичном исполнении обязательств Принципалом на сумму 68 870,32 доллара США, предусмотренные п. 2 банковской гарантии. Гаранту не представлены. Также не обоснована разница в расчете задолженности по контракту и суммы задолженности указанной в требовании с приложенными платежными документами.

В отзыве на апелляционную жалобу и дополнительных пояснениях по делу компания полагала решение суда законным и обоснованным, выводы суда верными, просила решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства, ввиду чего апелляционная жалоба рассматривалась в порядке, предусмотренном статьей 156 АПК РФ.

Представитель ответчика поддержал доводы жалобы по основаниям, изложенным в ней, дал пояснения по существу спора. 

Представитель истца возражал против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, дал пояснения по существу спора.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были объявлены перерывы в течение дня 21.06.2018 и до 28.06.2018. После перерывов заседание было продолжено.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, 05.09.2016 между ООО "Ростовский электрометаллургический завод" (продавец) и Компанией Metal One UK Ltd (покупатель) заключен контракт N 297/16-Р, по условиям которого продавец в течение срока, указанного в пункте 3.1 настоящего Контракта, обязуется поставлять, а покупатель обязуется оплачивать, принимать, и вывозить за пределы таможенной территории Российской Федерации металлопродукцию, указанную в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью настоящего контракта (далее - "товар"), в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим Контрактом (пункт 1.1 контракта).

Поставка товара осуществляется на условиях FOB St LSD, согласно Инкотермс 2010, оговоренных в спецификациях к настоящему контракту или иных базисов поставки, оговоренных и указанных в спецификациях к настоящему контракту (пункт 1.2 Контракта).

В соответствии с пунктом 1.3 контракта, поставка товара осуществляется партиями. Наименование, ассортимент, технические характеристики, количество товара, которое должно быть поставлено в рамках одной партии, сроки поставки отдельных партий товара, цена одной метрической тонны товара, стоимость, а также иные условия, которые стороны сочтут существенными, отражаются в спецификациях к настоящему контракту.

Пунктом 1.4 контракта установлено, что страна назначения, станция перехода, указываются в спецификациях к настоящему контракту.

Согласно пункту 3.1 контракта продавец осуществляет поставки товара на условиях поставки в период с сентября 2016 г. по сентябрь 2017 г. включительно.

В соответствии со спецификацией N 2 от 17.10.2016 к контракту (далее - "спецификация") продавец обязался поставить покупателю металлопродукцию в срок до 12.12.2016.

Стоимость поставляемого товара равнялась 3 070 000 долларов США, из которых 30% должны быть выплачены Покупателем Продавцу в качестве авансового платежа до 19.10.2016.

Гарантийным письмом N 2222 от 18.10.2016 продавец заверил покупателя в готовности к осуществлению поставки металлопродукции после получения первого авансового платежа в сумме 921 000 долларов США и обязался вернуть указанный платеж в случае невозможности осуществления поставки.

19.10.2016 аванс в размере 921 000 долларов США был перечислен компанией продавцу, что подтверждается счетом N Р16038 от 17.10.2016 и SWIFT сообщением банка от 19.10.2016.

В связи с неисполнением продавцом обязательств по поставке, предусмотренных спецификацией, компания и завод 30.01.2017 подписали Изменение N 2 к спецификации (далее - "Изменение"), согласно которому общая стоимость поставляемой металлопродукции составила 2 985 000 долларов США, а срок поставки был определен до 20.02.2017.

Изменением был предусмотрен второй авансовый платеж в размере 882 750 долларов США, который подлежал перечислению компанией заводу в течение 1 банковского дня со дня получения счета для оплаты.

30.01.2017 второй авансовый платеж в размере 882 750 долларов США был перечислен компанией заводу, что подтверждается счетом N Р16038/1 от 30.01.2017 и SWIFT сообщением банка от 30.01.2017.

Общая сумма перечисленных продавцу в качестве аванса по спецификации N 2 денежных средств составляет 1 803 750 долларов США.

В соответствии с пунктом 8 Изменения в обеспечение поставки товара по спецификации N 2 от 17.10.2016 к контракту N 297/16-Р от 05.09.2016 в редакции Изменения N 2 продавец предоставляет покупателю банковскую гарантию ООО "Русский Национальный Банк" на сумму 882 750 долларов США сроком действия до 28.04.2017.

Выплата по гарантии осуществляется в случае неисполнения продавцом обеспеченных гарантией обязательств по поставке товара в срок, согласованный сторонами в спецификации N 2 в редакции Изменения N 2 и отказа в удовлетворении требования покупателя, предъявленного в соответствии с пунктом 6 Изменения. Гарантией покрываются обязательства продавца по возврату аванса в сумме 882 750 долларов США за не поставленный товар.

30.01.2017 между ООО "Ростовский электрометаллургический завод" (принципал) и ООО "Русский Национальный Банк" (гарант) был заключен договор о предоставлении банковской гарантии N 2022-17/Г, по условиям которого банковская гарантия N 2022-17/Г выдается гарантом принципалу после подписания настоящего договора в обеспечение обязательств по поставке товара в сроки, установленные в соответствии с Изменением N 2 от 30.01.2017 к Спецификации N 2 от 17.10.2016 к контракту N 297/16-Р от 05.09.2016. (именуемый в дальнейшем - "Бенефициар") (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора сумма гарантии составляет 882 750 долларов США.

Пунктом 1.3 договора установлено, что обязательством, гарантированным гарантом, является обеспечение исполнения обязательств по поставке товара в сроки, установленные в соответствии с Изменением N 2 от 30.01.2017 к Спецификации N 2 от 17.10.2016 к контракту N 297/16-Р от 05.09.2016.

30.01.2017 ООО "Русский Национальный Банк" была выдана банковская гарантия N 2022-17/Г, со сроком действия по 28.04.2017, сумма гарантии составила 882 750 долларов США.

Пункт 2 гарантии предусматривал, что в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения Принципалом своего обязательства Бенефициар обязан в пределах срока действия гарантии направить Гаранту письменное требование о погашении долга с указанием на то, в чем именно заключается нарушение Принципалом основного обязательства перед Бенефициаром.

К требованию должны быть в совокупности приложены документы, бесспорно свидетельствующие и подтверждающие как предварительное предъявление требования к Принципалу, так и безусловный отказ Принципала от исполнения обеспечиваемого обязательства (отсутствие у Принципала товара и возможности его изготовления), а также подлинник или нотариально заверенную копию договора, расчет задолженности Принципала перед Бенефициаром на день предъявления требования, в случае перечисления денежных средств Принципалу - расчетные документы, документы, подтверждающие частичное исполнение обязательств Принципалом, если такое исполнение имело место.

Из материалов дела следует, что ни в срок до 20.02.2017, ни позднее принципал не поставил продукцию компании на основании Изменения N 2.

21.04.2017 компания направила в адрес ООО "Ростовский электрометаллургический завод" уведомление о прекращении от 19.04.2017 с требованием о незамедлительном исполнении обязательств, предусмотренных Изменением, в срок до 24.04.2017. Требование было вручено ООО "Ростовский электрометаллургический завод" 24.04.2017, что подтверждается уведомлением курьерской службы DHL от 24.04.2017, однако исполнено не было.

На основании абз. 1 п. 7 Изменения N 2, и выданной банковской гарантии компания обратилась в банк с требованием о выплате денежных средств по гарантии.

27.04.2017 в адрес банка курьерской службой DHL было направлено требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии от 26.04.2018 (далее - "требование") с приложением всех необходимых в соответствии с условиями гарантии документов. Требование было доставлено в Банк 02.05.2017, что подтверждается уведомлением АО "ДХЛ Интернешнл" от 02.05.2017.

28.04.2017 требование с приложением всех необходимых в соответствии с условиями гарантии документов было лично доставлено в банк по месту расположения центрального офиса в городе Ростов-на-Дону, однако сотрудники банка отказались принять требование, в связи с чем лицо, доставившее требование, обратилось в Банк с Заявлением от 28.04.2017 об объяснении причин отказа принять требование.

Одновременно 28.04.2017, после отказа банка принять требование с приложением всех необходимых в соответствии с условиями гарантии документов, данное требование было направлено в адрес банка заказным письмом с описью вложения.

Банк письмом от 16.05.2017 N 339 отказал компании в выплате гарантии.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Суд первой инстанции верно квалифицировал спорные правоотношения сторон, определил предмет доказывания по делу и применимые номы материального права.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

В силу статьи 374 Гражданского кодекса Российской Федерации требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии. Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания срока действия независимой гарантии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии. Гарант должен уведомить об этом бенефициара в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 375 настоящего Кодекса, указав причину отказа.

В силу пункта 2 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии.

При таких обстоятельствах, основанием отказа в выплате денежных средств по банковской гарантии могут являться только истечение срока действия последней и/или несоблюдение бенефициаром условий самой гарантии при предъявлении требования.

Суд первой инстанции правомерно указал, что в предмет доказывания по иску бенефициара к гаранту входит проверка судом соблюдения истцом (бенефициаром) порядка предъявления требований по банковской гарантии с приложением указанных в гарантии документов и указанием на нарушение принципалом основного обязательства.

Отклоняя доводы банка о подаче гаранту требования за пределами срока действия гарантии, суд учел факт нарочной доставки банку 28.04.2017 требования с приложением всех необходимых в соответствии с условиями гарантии документов и факт отказа сотрудников банка принять требование.

Возражения апеллянта сводятся к тому, что лицо, доставившее документы, не представило доверенность, подтверждающую право действовать от имени бенефициара.

Между тем, согласно пункту 2 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются представителями лица, действующие хотя и в чужих интересах, но от собственного имени, лица, лишь передающие выраженную в надлежащей форме волю другого лица.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что курьерская доставка документации не предполагает необходимости проверки правомочий курьера, совершающего фактическое действие по вручению документов действовать от имени бенефициара.

Наличие таких правомочий может быть проверено лишь в отношении лица, осуществляющего юридически значимое действие, – в данном случае лица, подписавшего требование к банку о выплате суммы гарантии.

Таким образом, суд обоснованно указал на неправомерность действий банка по отказу в принятии требования бенефициара и посчитал такое требование заявленным в пределах срока действия гарантии.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 194 Гражданского кодекса Российской Федерации письменные заявления и извещения, сданные в организацию связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, считаются сделанными в срок, в связи с чем направленные в пределах срока гарантии посредством почтовой связи требования также считаются заявленными с соблюдением установленного срока.

Апеллянт также полагает, что полномочия лица, подписавшего требования бенефициара, – Райтаро Сайто не были подтверждены, поскольку гаранту не были представлены документы (решение, протокол, иной документ в соответствии с законодательством Великобритании) подтверждающие назначение Райтаро Сайто управляющим директором Бенефициара, а также определяющие его компетенцию на подписание требования по банковской гарантии и срок полномочий. В связи с указанным обстоятельством, Гарант не имел возможности проверить действительность полномочий лица, подписавшего требование.

Апелляционный суд отклоняет указанный довод, поскольку из текста обеспеченного спорной гарантией контракта следует, что именно Райтаро Сайто заключил данный контракт от имени бенефициара. Следовательно, разумных оснований сомневаться в полномочиях названного лица, после того, как банк выдал гарантию по подписанному указанным лицом контракту, банк не обосновал.

Отклоняя доводы банка о несоответствии представленных документов условиям гарантии в части предоставления предварительного требования  к Принципалу, направленному Бенефициаром, и  документов, свидетельствующих о безусловном отказе Принципала от исполнения обеспечиваемого обязательства, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

При оценке документов, которые согласно условиям банковской гарантии необходимо приложить к требованию о выплате средств, нужно руководствоваться правовым принципом соответствия указанных документов условиям гарантии по формальным признакам в силу независимости банковской гарантии от обеспечиваемого обязательства.

Обязательство гаранта по гарантии состоит в уплате указанной в ней суммы или сумм при представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим внешним признакам соответствуют условиям гарантии. Этот принцип банковской гарантии закреплен также в статье 370 Кодекса, согласно которой предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство.

В гарантии имущественный интерес бенефициара состоит в возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений должника, в тех случаях, когда кредитор полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых кредитор себя обеспечивал, наступили. Основаниями к отказу в удовлетворении требования бенефициара могут служить исключительно обстоятельства, связанные с несоблюдением условий самой гарантии.

Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы при представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии.

В условиях рассматриваемой гарантии не содержалось положений, обязывающих бенефициара представить те или иные конкретные документы, признаваемые гарантией единственно допустимыми свидетельствами как направления бенефициаром претензионного уведомления принципалу, так и неисполнения (ненадлежащего исполнения) принципалом требований бенефициара о возврате аванса.

Истцом представлено в материалы дела, направленное банку вместе с требованием уведомление о прекращении от 19.04.2017, адресованное обществу «РЭМЗ» с указанием на нарушение сроков поставки и необходимость незамедлительного исполнения обязательства. Также поставщик извещен о том, что неисполнение требования до 24.04.2017 будет считаться безусловным отказом поставщика от исполнения обязательства (отсутствие у РЭМЗ товара и возможности его изготовления).

Доводы банка о том, что поставщику на устранение нарушения предоставлено 5 календарных, а не 5 рабочих дней правомерно отклонены судом первой инстанции со ссылкой на то, что обязательство поставщика в любом случае не было исполнено, при этом первоначально согласованный срок поставки был значительно просрочен на момент предъявления требования гаранту, что само по себе в достаточной мере подтверждает отказ от исполнения обязательства на согласованных сторонами условиях.

Доводы банка о том, что названное Уведомление не содержит предусмотренные контрактом реквизиты, а именно основание и сумму возврата, также правомерно отклонены судом, поскольку в текста уведомления имеется ссылка на нарушение сроков поставки товара по спецификации № 2 к спорному контракту и с учетом того, что к дате направления данного уведомления обязательства поставщика по данной спецификации не были исполнены в полном объеме. Иными словами, для поставщика содержание и объем претензии были понятны.

Доводы банка об изменении условий обеспеченного гарантией обязательства исследованы судом апелляционной инстанции и отклоняются по следующим основаниям.

Как указано выше, содержание обязательства поставщика, обеспечиваемого гарантией банка, было определено сторонами на основании контракта от 05.09.2016 и Спецификации № 2 к нему в редакции Изменения № 2.

Срок исполнения обязательства поставщика по поставке товара согласно указанным документам определялся до 20.02.2017.

В указанный срок обеспеченное гарантией ответчика обязательство поставщиком исполнено не было.

Учитывая изложенное,  14.03.2017 стороны контракта подписали изменение № 3 к спецификации № 2, которым продлили срок поставки товара и установили возможность поставки товара двумя партиями: 5000тн до 15.04.2017 и 5000 тн до 05.05.2017, а также установили, что непоставка первой партии влечет возврат поставщиком аванса и выплату компенсации.

Ответчик ошибочно полагает, что в связи с подписание указанного Изменения истец лишился права заявить требование о выплате суммы гарантии банку в пределах срока действия гарантии.

Такая позиция основана на непонимании сущностных правовых отличий институтов поручительства и независимой гарантии.

Согласно положениям статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них. Гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии.

В отличие от этого по правилам статьи 364 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель вправе выдвигать против требования кредитора возражения, которые мог бы представить должник, если иное не вытекает из договора поручительства. Поручитель не теряет право на эти возражения даже в том случае, если должник от них отказался или признал свой долг. Ограничение права поручителя на выдвижение возражений, которые мог бы представить должник, не допускается. Соглашение об ином ничтожно.

Следовательно, заключенное бенефициаром с должником (поставщиком) соглашение об увеличении уже нарушенного срока поставки в целях обеспечения восстановления своего законного интереса  в реальном получении товара не влияет на объем и условия выданной банком гарантии и не прекращает таковую.

В данной ситуации истец, по сути, использовал дополнительную возможность восстановить свои нарушенные права, ввиду чего ему не может быть вменено и злоупотребление правом.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что в полном соответствии с условиями банковской гарантии бенефициар подтвердил, что поставка товара в согласованный срок (до 20.02.2017) не осуществлена, а также учел, что поставка не была осуществлена и на момент заявления требования к бенефициара к гаранту. Таким образом, обеспеченное гарантией обязательство не было исполнено, последующее его изменение, нацеленное на обеспечение попытки реального исполнения, на объем обязательства гаранта не влияет. В числе предусмотренных статье 378 ГК РФ  оснований прекращения гарантии не названо изменение условий обеспечиваемого обязательства после наступления оснований для выплаты гарантийной суммы.

Суд первой инстанции также правомерно отклонил доводы банка о том, что истцом были представлены два платежных документа на общую сумму 1 872 620,32 долларов США, ввиду чего сумма расчета задолженности, сумма указанная в требовании об уплате денежной суммы по банковской гарантии не соответствуют сумме представленных платежных документов,  SWIFT сообщения исполняющего банка не содержат сведений позволяющих идентифицировать представленные платежи, сведения о частичном исполнении обязательств принципалом на сумму 68 870,32 доллара США, предусмотренные п. 2 банковской гарантии, гаранту не представлены. 

Суд обоснованно указал, что сумма, указанная истцом в расчете, приложенном к требованию, отражает общую сумму задолженности принципала перед компанией, что соответствует требованиям пункта 2 гарантии. Указанная сумма не может быть равной сумме, указанной в гарантии, которая была выдана для обеспечения исполнения части обязательств Завода по Спецификации N 2; она также не может соответствовать сумме, указанной в SWIFT сообщениях, поскольку согласно SWIFT сообщению от 30.01.2017 Компания перечислила Заводу 951 620,32 долларов США: 882 750 долларов США по спецификации N 2, обеспеченные Гарантией и 68 870,32 доллара США на основании Спецификации N 1 от 05.09.2016 (далее - Спецификация N 1) к Контракту и счета Завода N Р16030/4 от 26.01.2017, правоотношения по которой не являются предметом настоящего спора и не обеспечивались гарантией.

Спецификация N 1 и счет N Р16030/4 от 26.01.2017 также были приложены к пакету документов, направленному в банк. Учитывая, что указанное исполнение имело место на основании Спецификации N 1 к Контракту, обязательства завода по которой гарантией обеспечены не были и не имели отношения к гарантии, Компания не должна была представлять сведения о частичном исполнении Принципалом обязательств на сумму 68 870,32 доллара США. Таким образом, бенефициаром представлены полные и непротиворечивые сведения о расчетах, которые не могли вызвать у банка неопределенности. Оснований полагать бенефициара нарушившим условия гарантии в отношении представления расчета задолженности, расчетных документов и сведений о частичном исполнении, если таковое будет иметь место, не имеется.

Исходя из этого суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что документы, приложенные к требованию истца, а именно банковская гарантия N 2022-17/Г от 30.01.2017; уведомление о прекращении от 19.04.2017; подтверждение о доставке уведомления о прекращении; контракт N 297/16-Р от 05.09.2016; расчет задолженности ООО "Ростовский электрометаллургический заводь"; счета N Р16038 от 17.10.2016, N Р 16030/4 от 26.01.2017 и Р16038/1 от 30.01.2017 вместе со SWIFT сообщениями Bank of Tokyo-Mitsubishi, подтверждающими перечисление средств по указанным счетам, соответствовали условиям банковской гарантии, а банк неправомерно отказал в выплате гарантии по формальным основаниям.

С учетом изложенного иск удовлетворен правомерно. Судебная коллегия полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. Суд первой инстанции правильно определил спорные правоотношения сторон и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела. Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Суд правильно применил нормы материального и процессуального права. Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2018 по делу № А53-249/2018 оставить без изменения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты изготовления полного текста постановления.

Председательствующий                                                           М.Н. Малыхина

 

Судьи                                                                                             В.В. Галов

 

О.А. Сулименко