АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А32-20694/2022

17 октября 2023 г.

г. Краснодар

 

Резолютивная часть решения объявлена 10 октября 2023 г.

Полный текст судебного акта изготовлен 17 октября 2023 г.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Н.В. Семененко, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шишкиной А.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ПАО НБ «Траст» (ИНН 

<

***>), г. Москва, 

к ФИО1 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО2 (ИНН 

<

***>), г. Москва

к ФИО3 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО4 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО5 (230818273556), г. Москва,

к ФИО6 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО7 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО8 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

к ФИО9 (ИНН 

<

***>), г. Москва,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 

общество с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>), 

г. Краснодар,

финансовый управляющий ФИО10, 

финансовый управляющий ФИО11, 

финансовый управляющий ФИО12,

о признании недействительной следующую цепочку сделок: отчуждение от 05.05.2011 ФИО1 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО8, Отчуждение 11.08.2011 50 % доли ООО «Заря Анапы» ФИО8 ФИО9, отчуждение 11.08.2016 ФИО9 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО3, отчуждение 11.08.2014 ФИО1 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО2,  Отчуждение 19.10.2016, ФИО2 в пользу ООО «Заря Анапы» в пользу ООО «Заря Анапы», передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 10% доли в пользу ФИО3, передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 30% доли в пользу ФИО5, передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 10% доли в пользу ФИО7, отчуждение 26.12.2019 ФИО3 9% доли в пользу ФИО6, отчуждение 10.02.2020 ФИО3 51% доли в пользу ФИО6, отчуждение 01.10.2020 ФИО6 60% доли в пользу ФИО4, отчуждение 29.10.2020 ФИО5 30 % доли в пользу ФИО4, отчуждение 29.10.2020 ФИО7 10% доли в пользу в пользу ФИО4;

о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возвращения 100% доли ООО «Заря Анапы» ФИО1,

 

при участии: 

от истца: ФИО13 – по доверенности, 

от ООО «Заря Анапы»: ФИО14 – по доверенности,

от ФИО8: ФИО15 -  по доверенности,

от ФИО9: ФИО15 -  по доверенности,

от ФИО1: не явились, извещены,

от ФИО2: не явились, извещены,

от ФИО3: не явились, извещены,

от ФИО4: не явились, извещены,

от ФИО5: не явились, извещены,

от ФИО6: не явились, извещены, 

от ФИО7: не явились, извещены,

от ФИО10: не явились, извещены,

от ФИО11: не явились, извещены,

от ФИО12: не явились, извещены, 

 

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество национальный банк Банка «Траст» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО1, к ФИО2, к ФИО3, к ФИО4, к ФИО5, к ФИО6, к ФИО7, к ФИО8, к ФИО9 о признании недействительной следующую цепочку сделок: отчуждение от 05.05.2011 ФИО1 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО8, Отчуждение 11.08.2011 50 % доли ООО «Заря Анапы» ФИО8 ФИО9, отчуждение 11.08.2016 ФИО9 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО3, отчуждение 11.08.2014 ФИО1 50 % доли ООО «Заря Анапы» в пользу ФИО2, отчуждение 19.10.2016, ФИО2 в пользу ООО «Заря Анапы» в пользу ООО «Заря Анапы», передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 10% доли в пользу ФИО3, передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 30% доли в пользу ФИО5, передача ООО «Заря Анапы» 07.11.2016 г. 10% доли в пользу ФИО7, отчуждение 26.12.2019 ФИО3 9% доли в пользу ФИО6, Отчуждение 10.02.2020 ФИО3 51% доли в пользу ФИО6, отчуждение 01.10.2020 ФИО6 60% доли в пользу ФИО4, отчуждение 29.10.2020 ФИО5 30 % доли в пользу ФИО4, отчуждение 29.10.2020 ФИО7 10% доли в пользу в пользу ФИО4; о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возвращения 100% доли ООО «Заря Анапы» ФИО1

Определением суда от 15.08.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО10, финансовый управляющий ФИО11, финансовый управляющий ФИО12.

После перерыва судебное заседание продолжено.

Прибывшие в судебное заседание представители сторон, настаивали на заявленных требованиях и возражениях.

Представитель истца заявил ходатайство об отложении судебного заседания.

От ООО «Заря Анапы» и ФИО4 поступили письменные пояснения, которые приобщены в материалы дела.

ФИО16 и третье лицо в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о месте и времени проведения судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения спора по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Суд удалился в совещательную комнату для  вынесения судебного акта.

Объявлена резолютивная часть решения суда.

К производству принято ходатайство истца об уточнении исковых требований,  согласно которому истец просит:

1. Признать недействительными (ничтожными): 

- Договор купли-продажи от 20 апреля 2011г 50% доли в уставном капитале                   ООО «Заря Анапы». 

- Договор дарения 15.08.2014 дол в размере 50%, между ФИО8 и ФИО9 

- Договор купли-продажи доли 50% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» от. 21.04.2016 г. между ФИО9 и ФИО3 

- Договор дарения от августа 2014 доли в размере 50%, между ФИО1 и                  ФИО2

- Заявление ФИО2 от 06.10.2016 о выходе из Общества ФИО2 

- 07.11.2016 распределение доли в размере 10% ФИО7 

- 07.11.2016 распределение доли в размере 30% ФИО5 

- 07.11.2016 распределение доли в размере 10% ФИО3 

- Договор от 19 декабря 2019г. купли-продажи доли в размере 9% в уставном капитале ООО «Заря Анапы между ФИО17 и ФИО6

- Договор от 31 января 2020г. купли-продажи доли в размере 51% в уставном капитале ООО «Заря Анапы между ФИО17 и ФИО6 

- Соглашение о предоставлении опциона от 12.08.2020 на покупку доли в уставном капитале между ФИО6 и ФИО4 

- Договор купли-продажи 40% доли в уставном капитале от 20.10.20 между ФИО4 и ООО «Заря Анапы» 

2. Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возвращения 100% доли ООО «Заря Анапы» ФИО1

В силу положений ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

В абзаце 5 пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», подлежащего применению с учетом положений действующего АПК РФ, указано, что под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Судом ходатайство истца об уточнении исковых требований рассмотрено и удовлетворено.

Индивидуальным предпринимателем ФИО18 было заявлено ходатайство о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Согласно части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, понимаются такие участвующие в деле лица, которые вступают в дело на стороне истца или ответчика для охраны собственных интересов, поскольку судебный акт по делу может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного акта.

Из анализа указанных положений процессуального закона следует, что третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Институт третьих лиц позволяет в едином судебном разбирательстве осуществлять защиту прав и законных интересов участников разных, но вместе с тем связанных между собой правоотношений. 

Факт того, что ФИО18 является кредитором нескольких ответчиков по настоящему делу, не может являться основанием для привлечения ее в качестве третьего лица.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2021 N 302-ЭС20-19914, оспаривание сделок должника в деле о банкротстве последнего осуществляется в интересах конкретного заявителя лишь косвенно, поскольку сам заявитель не является стороной оспариваемой сделки и результат судебного спора на права кредитора напрямую не влияет. Прямым результатом применения последствий недействительности сделки является восстановление прав должника - возвращение в конкурсную массу его имущества в натуральном или денежном выражении. Только за счет этого впоследствии увеличивается вероятность удовлетворения требований инициатора обособленного спора наравне с прочими кредиторами. 

Таким образом, при оспаривании сделки в деле о банкротстве материально-правовые интересы группы кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам выгодоприобретателей по сделке. Действуя от имени должника (его конкурсной массы) в силу полномочия, основанного на законе (пункты 1, 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве), инициатор обособленного спора по существу выступает в роли представителя должника, а косвенно - группы его кредиторов.

Поскольку основания для привлечения к участию в деле индивидуального предпринимателя ФИО18 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора судом не установлены, ходатайство ФИО18 удовлетворению не подлежит.

Истцом заявлено ходатайство истца об отложении судебного разбирательства до рассмотрения обособленного спора о признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>) совершенных между ФИО3 и ФИО19 (в т.ч. от 19 декабря 2019г. и 31 января 2020г.), а также сделок совершенных между ФИО19 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделок в виде возврата из чужого незаконного владения ФИО4 в конкурсную массу ФИО20 100% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы».

Из содержания нормы статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что совершение такого процессуального действия как отложение судебного заседания является правом суда, а не обязанностью.

Заявленное ходатайство не мотивировано наличием обстоятельств, свидетельствующих о невозможности рассмотрения дела в данном судебном заседании, отложение судебного разбирательства не обосновано необходимостью совершения каких-либо процессуальных действий, имеющих значения для рассмотрения настоящего спора, в материалах дела имеются достаточные доказательства для рассмотрения спора по существу.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

До окончания установленного арбитражным судом срока лицо, участвующее в деле, должно предпринять все зависящие от него меры для своевременного совершения определенных процессуальных действий или устранения упомянутых обстоятельств, в том числе для поступления в суд соответствующего документа (например, в электронном виде) либо информации о направлении такого документа (например, телеграммы, телефонограммы и т.п.).

Из материалов настоящего дела не усматривается невозможность рассмотрения настоящего спора до разрешения обособленного спора в рамках дела А40-29423/22.

На основании изложенного, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца об отложении судебного заседания, поскольку в материалах дела имеются все необходимые документы для полного и всестороннего рассмотрения дела по существу.

К производству принято ходатайство истца об истребовании доказательств у                   ФИО4 и ООО «Заря Анапы» договоров купли-продажи: объектов недвижимости с кадастровыми № 23:37:0107002:3970, № 23:37:0107002:3971, № 23:37:0107002:3972, № 23:37:0107002:3973, № 23:37:0107002:3974, № 23:37:0107002:3975, № 23:37:0107002:3976, № 23:37:0107002:3977, № 23:37:0107002:3978, № 23:37:0107002:3979, № 23:37:0107002:6086, № 23:37:0107002:3969, № 23:37:0107002:6094; № 23:37:0107002:6085, № 23:37:0107002:6087, № 23:37:0107002:6088, № 23:37:0107002:6089,  а также у ООО «Заря Анапы» выписок о движении денежных средств по счету, на который поступила оплата по договорам купли-продажи указанных выше объектов недвижимости за период с 01.01.2020 по настоящее время.

Также к производству принято ходатайство истца об истребовании доказательств у                   ООО «Заря Анапы» доказательства оплаты в пользу ФИО2 действительной стоимости доли при выходе ФИО2 из состава участников ООО «Заря Анапы», у ФИО8 договор купли-продажи от 20 апреля 2011г. между ФИО1 и ФИО21, договор дарения 50% доли в пользу дочери; у ФИО1 договор дарения 50% доли в пользу дочери; у ФИО5, ФИО7 ФИО17 основания распределения долей и доказательства оплаты 30 % и 10 % и 10% соответственно; у ФИО6 доказательства оплаты по договорам купли-продажи долей в размере 9 % и 51 % доли; у ФИО4 доказательство оплаты по Договору купли-продажи от 20.10.20 в пользу ООО «Заря Анапы».

Также к производству принято ходатайство финансового управляющего                 ФИО10 об истребовании у Межрайонной ИФНС России № 16 по Краснодарскому, нотариуса ФИО22 соглашение о предоставлении опциона на покупку доли в уставном капитале от 12.08.2020, заключенного между ФИО19 и ФИО4

Рассмотрев поданные ходатайства об истребовании доказательств, суд не находит оснований для их удовлетворения.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В силу ст. 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. 

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

Судом ходатайство истца и ФИО10 об истребовании судом рассмотрены и оставлены без удовлетворения, поскольку имеющихся в деле доказательств достаточно для рассмотрения дела по существу по рассматриваемому предмету спора, а спорные договоры приобщены в материалы дела.

Также к производству принято ходатайство финансового управляющего               ФИО10 о вызове в суд в качестве свидетелей ФИО23 и ФИО5.

Рассмотрев ходатайство суд не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

Частью 2 статьи 64 АПК РФ установлено, что в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В соответствии со статьей 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

Арбитражный суд по своей инициативе может вызвать в качестве свидетеля лицо, участвовавшее в составлении документа, исследуемого судом как письменное доказательство, либо в создании или изменении предмета, исследуемого судом как вещественное доказательство.

Вызов свидетелей является правом, а не обязанностью суда (статья 88 АПК РФ). Необходимость в свидетельских показаниях определяется судом исходя из заявленного предмета и оснований иска, представленных в материалы дела доказательств.

В свою очередь, ФИО10 не доказано, что установление обстоятельств невозможно без заслушивания показаний свидетелей, также не доказано отсутствие возможности рассмотреть спор по существу без вызова указанных лиц по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Также суд отмечает, что свидетельские показания являются недопустимым видом доказательств по спорам, возникающим из договоров купли-продажи доли в уставном капитале. В силу требований закона обстоятельства наличия (отсутствия) заинтересованности и аффилированности сторон сделки должны подтверждаться письменными доказательствами, а не свидетельскими показаниями. 

Допустимость доказательств - это их соответствие нормам нравственности, истинности, а равно требованиям закона относительно средства, способа собирания и вовлечения в арбитражный процесс фактических данных. Средства доказывания соответствуют закону, в первую очередь тогда, когда они признаны судом теми источниками фактических данных, с помощью которых именно и должно быть установлено имеющее отношение к делу обстоятельство.

Особенность доказывания в арбитражном процессе, связанном с осуществлением гражданами и юридическими лицами предпринимательской деятельности, проявляется в особом правовом режиме, предусмотренном законом. С учетом того, что предпринимательская деятельность, как правило, фиксируется с помощью документов, основой арбитражного процесса должны быть письменные доказательства, но не свидетельские показания.

Свидетельские показания в данном случае не могут являться допустимым доказательством обстоятельств, подтверждающим доводы ответчика (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), обстоятельства, которые, по мнению представителя ответчика, может подтвердить свидетель, должны быть подтверждены документально.

При указанных обстоятельствах суд не усматривает оснований для допроса свидетелей.

К производству принято ходатайство ООО «Заря Анапы» об оставлении искового заявления без рассмотрения.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Согласно сведениям, размещенным в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2017г. по делу № А40-248865/16-30-407Б принято к производству заявление АО АКБ "НОВИКОМБАНК" о признании несостоятельным (банкротом) гражданина-должника ФИО1 (119146 

<

...>), возбуждено производство по делу. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2018 года по делу № А40-248865/16-30-407Б в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО24 (члена Союза арбитражных управляющих "Возрождение").

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.09.2019 года по делу № А40-248865/16-30-407Б в отношении ООО ФИО1 (119146 

<

...>) введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО11 (член Союза АУ «Возрождение»).

Согласно Определения Арбитражного суда г. Москвы от 26.10.2018г. делу № А40-248865/16-30-407Б в Арбитражный суд г. Москвы 23.10.2018г. поступило требование ПАО Банк "ФК Открытие" к ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 600 943 999,98 руб.

ПАО Банк "ФК Открытие" прекратило свою деятельность с 15.11.2018г. в результате реорганизации в форме выделения, осуществлённой одновременно с его реорганизацией в форме присоединения к Банку «Траст» (ПАО).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019г. по делу № А40-248865/16-30-407ФБ произведена процессуальная замена ПАО Банк "ФК Открытие" на правопреемника Банка «Траст» (ПАО).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2019 года включена в реестр требований кредиторов задолженность ФИО1 по договору о возобновляемом кредите №25543-12/ВК от 24.08.2012г. в размере 346 746 523,64 руб., задолженность по соглашению №1831-11/СБГ от 21.12.2011г. в размере 55 387 648,49 руб., 60 000 руб. – государственная пошлина.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В рассматриваемом споре, иск о признании недействительными сделок, заявлен на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса.

Довод заявителя со ссылкой на положения абзаца 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, основан на неверном понимании норм материального права.

Согласно абзацу 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона банкротстве требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.

Между тем даже при банкротстве стороны сделки не исключается возможность оспаривания его сделок в общем порядке, то есть вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с абзацем 7 пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Аналогичный правоприменительный подход находит свое отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2023 № 309-ЭС23-8918; Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 29 июня 2023 г. по делу № А41-73375/2022; Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15 сентября 2021 г. по делу № А32-421/2021.

В связи с изложенным, в удовлетворении ходатайства ООО «Заря Анапы» об оставлении искового заявления без рассмотрения следует отказать. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, 09.07.2007 года зарегистрировано ООО «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>), размер уставного капитала               10 000 руб. 

Согласно выписке ЕГРЮЛ (ГРН № 1075254002174 от 09.10.2007г.) с 09.10.2007 года единственным участником ООО «Заря Анапы» являлся ФИО1.

20.04.2011г. между ФИО1 и ФИО8 заключен договор купли-продажи 50 % доли в уставном капитале                ООО «Заря Анапы».

В августе 2014 года заключен договор дарения 50% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» между ФИО1 и ФИО2.  

15.08.2014г. между ФИО8 и ФИО9  заключен договор дарения 50% доли в уставном капитале                                 ООО «Заря Анапы». 

21.04.2016г. между ФИО9 и ФИО3 заключен договор купли - продажи 50 % доли в уставном капитале                                      ООО «Заря Анапы». 

06.10.2016 года ФИО25 подано заявление о выходе из состава участников Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы».

 В октябре 2016 года были заключены сделки в отношении доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» - между ООО «Заря Анапы» и ФИО5 (30% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318549 от 07.11.2016 года); между ООО «Заря Анапы» и ФИО7 (10% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318550 от 07.11.2016 года); между ООО «Заря Анапы» и ФИО3 (10% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318560 от 07.11.2016 года).

19.12.2019г. между ФИО6 и ФИО3 заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи части доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 9% уставного капитала.

31.01.2020г. между ФИО6 (Ответчик-6) и ФИО3 заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 51% уставного капитала.

12.08.2020 года между ФИО6 (Продавец) и ФИО4 (Покупатель) заключено Соглашение о предоставлении опциона на покупку доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы». 

Акцепт ФИО4 на предложение о заключении договора нотариально удостоверен 24.09.2020г. 

20.10.2020 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» и ФИО4 заключен Договор купли-продажи доли в редакции дополнительного соглашения № 1 от 20.10.2020 года в размере 40 % доли уставном капитале, принадлежащей Обществу. 

Банк «Траст» (ПАО) в обоснование своих требований указывает, что оспариваемая цепочка сделок совершена между аффилированными лицами в обход закона с целью причинить вред кредиторам, лишь для вида, без цели создания соответствующих правовых последствий исключительно для защиты имущества от включения его конкурсную массу, что свидетельствует о ее ничтожности, является мнимой, в связи с чем недействительна на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

в соответствии со статьями 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со статями 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу абзаца 5 пункта 1 статьи 8 Закона об обществах участник общества вправе продать или осуществить иным образом отчуждение своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, предусмотренном Законом и уставом общества.

 Согласно пункту 1 статьи 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 21 Закона об обществах переход доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных данным Кодексом и Законом об обществах. 

Действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании. 

Закон об обществах не содержит запрета на отчуждение доли в уставном капитале общества другому участнику общества, не устанавливает особых требований к совершению сделки купли-продажи и не предусматривает необходимости получения согласия общества или его участников на продажу доли другому участнику общества, но допускает возможность установления таких требований уставом общества. 

В своем постановлении от 13.11.2012 № 7454/2012 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что уступка доли является способом передачи комплекса прав и обязанностей участника общества, осуществляется с соблюдением требований корпоративного законодательства во исполнение гражданско-правовой сделки. 

Соответствующий вывод следует как из действующей, так и прежней редакции статьи 21 Закона № 14-ФЗ, ранее предусматривавшей возможность участника продать или иным образом уступить свою долю или ее часть, а в настоящее время – продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или ее части. Поэтому сами по себе термины «уступка» или «отчуждение» права на долю в уставном капитале общества не определяют ни предмет, ни условия, ни характер обязательств, во исполнение которых они осуществляются, а также не свидетельствуют ни о возмездности, ни о безвозмездности отчуждения доли.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 03.07.2014 № 1564-О, действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организации, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании. 

Пунктом 1 статьи 21 Закона N 14-ФЗ определено, что переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании.

Участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества (пункт 2 статьи 21 Закона N 14-ФЗ).

В связи с этим Закон № 14-ФЗ позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью предусмотреть в уставе дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности, в виде запрета на отчуждение доли или ее части среди участников, либо указать на необходимость получения согласия на подобное отчуждение.

Из материалов дела следует, что 09.07.2007 года зарегистрировано ООО «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>), размер уставного капитала 10 000 руб. Согласно выписке ЕГРЮЛ (ГРН № 1075254002174 от 09.10.2007г.) с 09.10.2007 года единственным участником ООО «Заря Анапы» являлся ФИО1. Начиная с 2011 года произошел ряд сделок по передаче прав на долю в уставном капитале                                  ООО «Заря Анапы». В настоящее время, согласно сведениям ЕГРЮЛ единственным участником ООО «Заря Анапы» является ФИО4.

20.04.2011г. между ФИО1 и ФИО8 заключен договор купли-продажи 50 % доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы», удостоверенный нотариусом г. Москвы ФИО26 за номером в реестре 1-687, расчет между сторонами был произведен в полном объеме. Соответствующая запись была внесена в ЕГРЮЛ (ГРН № 2115254010144 от 05.05.2011г.).

Сторонами не оспаривается факт заключения в августе 2014 года договора дарения 50% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» между ФИО1 и ФИО2.

 Суд установил, что из информации ресурса Контур.Фокус и информации, размещенной в общедоступном Интернет-сервисе проверки контрагентов Casebook (www.casebook.ru), а также выписки из ЕГРЮЛ усматривается, что в период с 11.08.2014г. 50% долей в уставном капитале ООО «Заря Анапы» владела ФИО2 (ГРН № 2145254029292 от 11.08.2014г.).

15.08.2024г. между ФИО8 и ФИО9 заключен договор дарения 50% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы». 

На основании данного договора в сведения ЕГРЮЛ была внесена запись об ФИО9 как участнике ООО «Заря Анапы» (ГРН № 2145254029831 от 22.08.2014г.).

21.04.2016г. между ФИО9 и ФИО3 заключен договор 50 % доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы». 

В соответствии с п. 4 Договора доля была оценена сторонами в 11 480 500 рублей. 

Расчет между сторонами был произведен полностью, что подтверждается банковской выпиской со счета в Банке ВТБ ФИО9

Договор между ФИО9 и ФИО3 нотариально удостоверен временно исполняющим обязанности нотариуса г. Москвы ФИО27 – ФИО28 и зарегистрирован в реестре за номером № 2-655. 

Соответствующие сведения были внесены в ЕГРЮЛ (ГРН № 6162375504252 от 11.08.2016г.).

06.10.2016 года ФИО25 подано заявление о выходе из состава участников Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» (получено обществом ООО «Заря Анапы» 06.10.2016г.)

В силу пункта 6.1 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее Закон об ООО) в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 Закона об ООО  его доля переходит к обществу.  

Соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ (ГРН 6162375971466 от 19.10.2016 года). 

В октябре 2016 года были заключены сделки в отношении доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» - между ООО «Заря Анапы» и ФИО5 (30% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318549 от 07.11.2016 года); между             ООО «Заря Анапы» и ФИО7 (10% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318550 от 07.11.2016 года); между ООО «Заря Анапы» и ФИО3                (10% доли в уставном капитале Общества, ГРН 7162375318560 от 07.11.2016 года).

19.12.2019г. между ФИО6 и ФИО3  заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи части доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 9% уставного капитала на сумму 2 066 490,00 рублей и 31.01.2020г. нотариально удостоверенный договор купли-продажи доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 51% уставного капитала на сумму 11 710 110, 00 рублей. 

Соответствующие изменения были внесены в ЕГРЮЛ (ГРН 7192375354472 от 26.12.2019г., ГРН 2202300165725 от 10.02.2020г.). 

Денежные средства по указанным выше Договорам в сумме 13 776 600 рублей переданы ФИО3 в полном объеме, что подтверждается заявлением ФИО3, которое не оспорено, является относимым и допустимым доказательством в силу ст. 67 и 68 АПК РФ.

Довод Истца о том, что ФИО3 являлась заинтересованным лицом, а сделки совершались с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем отчуждения активов из конкурсной массы несостоятелен.

Согласно сведениям, размещенным в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2022г. по делу № № А40-29423/22 128-74Ф принято к производству заявление ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО11 о признании несостоятельным (банкротом) гражданина-должника ФИО3, возбуждено производство по делу. 

Таким образом, в отношении ФИО3 процедура банкротства была возбуждена по истечении более двух лет с момента совершения сделок (19.12.2019г., 31.01.2020г.).

Суд установил, что доли в ООО «Заря Анапы» были проданы ФИО3 ФИО6 спустя более трех лет с момента их приобретения самой    ФИО3 (21.04.2016г.). 

На даты совершения ФИО3 сделок купли-продажи долей ООО «Заря Анапы» с ФИО6 доли были свободны от ограничений и обременений, не находились в залоге. При этом у ФИО3 на момент совершения сделок с ФИО6 не имелось неисполненных обязательств перед третьими лицами. 

Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

12.08.2020 года между ФИО6 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключено Соглашение о предоставлении опциона на покупку доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» (Соглашение), удостоверенное ФИО29, нотариусом города Москвы (зарегистрировано в реестре: № 77/567-н/77-2020-2-1321).

Предметом настоящего Соглашения  на основании ст. 429.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 11 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" является предоставление Продавцом Покупателю посредством безотзывной оферты безусловного права на заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» размером 60% номинальной стоимостью 13 776 600 рублей, принадлежащей Продавцу.

Цена доли определена сторонами в п. 1.8. Соглашения и составила 20 000 000 (Двадцать миллионов) рублей.

24.09.2020г. ФИО4 акцептовал оферту ФИО6 на приобретение доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы», равной 60% уставного капитала                      ООО «Заря Анапы».

 Акцепт оферты был нотариально удостоверен ФИО30, временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО22 Краснодарского нотариального округа (зарегистрировано в реестре: № 23/31-н-23/2020-41-1060).

С момента нотариального удостоверения акцепта в силу абз. 5 п. 11 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и п. 1 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли-продажи Доли между ФИО4 и                 ФИО6 считается заключенным. 

Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ (ГРН 2202306571938 от 01.10.2020 года). 

Оплата стоимости доли произведена ФИО4 в полном объеме, о чем свидетельствует платежное поручение № 625 от 30.09.2021 года.

Проверка полномочий ФИО6 распоряжаться принадлежащей ему долей на момент заключения сделки от 12.08.2020г. проведена нотариусом, что отражено в удостоверительной надписи на соглашении от 12.08.2020г.

ФИО4 в момент заключения соглашения обоснованно полагался на данные единого государственного реестра юридических лиц и правомерно исходил из того, что они соответствуют объективной действительности и полностью согласуются с иными документами и обстоятельствами, подтверждающими права ФИО6 на распоряжение долей в размере 60% в уставном капитале ООО "Заря Анапы".

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020 года в рамках дела № А32-19214/2019 ФИО7, ФИО5 исключены из состава участников ООО «Заря Анапы». 

При исключении участника его доля переходит к обществу с даты вступления в законную силу решения суда об исключении участника общества из общества (подпункт 4 пункта 7 статьи 23 Закона об ООО). 

Доля в уставном капитале в размере 40% номинальной стоимостью                                  9 184 400 рублей перешла Обществу. 

Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ (ГРН 2202306205110 от 13.07.2020 года).

Таким образом, в отношении доли в размере 40% уставного капитала отсутствовали какие-либо ограничения.  

20.10.2020 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» и ФИО4 заключен Договор купли-продажи доли в редакции дополнительного соглашения № 1 от 20.10.2020 года в размере 40 % доли уставном капитале, принадлежащей Обществу. 

Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ (ГРН 2202306725905 от 29.10.2020 года).

Оплата стоимости доли в размере 9 200 000 рублей произведена ФИО4 в полном объеме, о чем свидетельствуют платежные поручения № 20532 от 09.11.2020г. на сумму 300 000 рублей, № 15675 от 09.11.2020г. на сумму 300 000 рублей, № 93975 от 06.12.2020г. на сумму 20 000 рублей, № 72470 от 93.12.2020г. на сумму 100 000, № 284 от 23.12.2020г. на сумму 182 000 рублей, № 31990 от 28.12.2020г. на сумму 30 000 рублей, № 49207 от 26.01.2021г. на сумму 50 000 рублей, № 62183 от 12.02.2021г. на сумму 300 000 рублей, № 11553 от 25.02.2021 г. на сумму 60 000 рублей, № 34543 от 05.03.2021г. на сумму 50 000 рублей, № 98154 от 01.04.2021г. на сумму 110 000 рублей, № 82403 от 21.04.2021г. на сумму 80 000 рублей, № 30059 от 29.04.2021г. на сумму 80 000 рублей, № 32526 от 13.05.2021г. на сумму 100 000 рублей, № 555 от 16.05.2022г. на сумму 2 100 000 рублей, № 175 от 19.05.2022г. на сумму 3 700 000 рублей. 

С учетом изложенного ФИО4 является добросовестным приобретателем 100% доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы».

Довод Истца о том, что интересы ООО «Заря Анапы», а также ФИО4 представляет ФИО31 не относится к предмету спора и не подтверждается материалами дела. 

Факт нахождения ФИО1 в процедуре несостоятельности (банкротства), где в рамках судебных споров судами установлено, что сделки Должника совершаются с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем отчуждения активов из конкурсной массы, не опровергает добросовестность ФИО4 

ФИО4 приобрел доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» у ФИО6 спустя почти 10 лет с даты отчуждения доли в Обществе ФИО1 в пользу ФИО8 (20.04.2011г.) Связь указанных сделок по приобретению долей ФИО4 с процедурой банкротства ФИО1 истцом не доказана и материалами дела не подтверждается.

В определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС19-13577 от 24.08.2021 указывается, что для соблюдения обычной осмотрительности и разумности от покупателя не требуется изучать все сделки с приобретаемым объектом, за исключением сделок, совершенных в пределах общего срока исковой давности. 

В период с 12.08.2017г. по 12.08.2020г. (дата заключения соглашения об опционе) в отношении доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» 19.12.2019г. и 31.01.2020г. между ФИО6 и ФИО3 были заключены нотариально удостоверенные договоры купли-продажи части доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 9% и 51% уставного капитала соответственно.

На момент совершения вышеуказанных сделок какие-либо ограничения в отношении доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» отсутствовали. В отношении ФИО3 и ФИО6 не было возбуждено никаких процедур несостоятельности (банкротства). 

Действующее законодательство не содержит такого понятия, как "цепочка сделок"; в судебной практике идет речь только о сделке, притворной по субъекту (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), когда несколько промежуточных покупателей лишь призваны прикрывать переход прав на имущество к конечному приобретателю (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678). 

При этом, для цепочки сделок характерно совершение в течение короткого промежутка времени нескольких сделок, объединенных единой целью. Такой целью может быть формальная передача актива от одного члена группы другому с целью не допустить обращение на него взыскания. 

Принимая во внимание установленные обстоятельства, подтвержденные материалами дела, судом отклоняются доводы о наличии у оспариваемых сделок признаков единой сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, прикрываемой цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом.

Положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, а статьей 431 ГК РФ закреплен приоритет буквального смысла условий заключенных сторонами соглашений.

Из содержания оспариваемых сделок судом сделан вывод, что между сделками отсутствует взаимосвязь.

При этом судом отмечается, что вывод об обратном может быть сделан при наличии в материалах дела допустимых и относимых доказательств о наличии порока волеизъявления у всех сторон оспариваемых сделок (несоответствие воли сторон содержанию заключенных между ними договоров). 

В данном случае, такое несоответствие должно было заключаться в наличии согласованной цели должника и ответчиков на совершение сделки по выводу имущества должника в пользу конечного приобретателя, прикрытой совершением цепочки договоров купли-продажи, что отвечало бы предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ признакам притворности сделок.

Указанное подтверждается и правовой позицией, сформулированной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, согласно которой, сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что соответствует разъяснениям пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Утверждая о подконтрольности какого-либо лица должнику ФИО1 истец отождествляет с термином "контроль" любую фактическую или формально-юридическую взаимосвязь такого лица с должником, включая: корпоративные отношения (совместное учреждение лиц); трудовые отношения; родственные связи; нахождение компаний по одному адресу, любые иные обстоятельства и отношения.

Согласно ст. 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, если настоящий Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.

Статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" предусмотрено, что:

- аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность;

- аффилированными лицами юридического лица являются:

1) член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

2) лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

3) лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

4) юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

5) если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы;

- аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются:

1) лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо;

2) юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Указанное отражено также и в письме ФАС России № СП/102596/20, Банка России N ИН-06-28/163 от 24.11.2020 "О некоторых вопросах, связанных с раскрытием информации об аффилированных лицах".

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Довод Истца об аффилированности ФИО8 с ФИО1 (лицо от которого ФИО8 приобрел долю) в нарушение ст. 65 АПК РФ не подтверждается доказательствами по делу. 

Факт участия ФИО1 и ФИО8 в качестве акционеров в уставном капитале ОАО «НПО «Промавтоматика» (ИНН 

<

***>) не может являться основанием отнесения ФИО1 и ФИО8 к одной группе лиц и их аффилированности.

 Согласно определения Арбитражного суда Краснодарского края от 20.05.2022г. по делу № А32-20694/2022 к субсидиарной ответственности привлечен ФИО1 и               ФИО23, в удовлетворении требования к остальным лицам, в том числе и                  ФИО8, отказано ввиду отсутствия у них статуса лиц, контролирующих должника ОАО «НПО «Промавтоматика» и отсутствия доказательств совершения им действий, которые привели к банкротству данной организации.

Также определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.05.2022г. по делу № А32-20694/2022 установлено, что согласно списку лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров по состоянию на 12.03.2015, предоставленному держателем реестра ООО «Реестр РН» к годовому общему собранию акционеров ОАО «НПО «Промавтоматика», эмитентом было выпущено 15 445 штук (100 %) обыкновенных акций. Из них 13 901 штука (90,0032 %) находились на счетах пяти физических лиц, среди которых ФИО1 – 7 505 штук (48,59%) для голосования на собрании - 53,9889 % и ФИО8 – 2 364 штуки (15,3%) для голосования на собрании - 17,0060 %. Таким образом, ФИО8 являлся миноритарным акционером ОАО «НПО «Промавтоматика», с долей участия в акционерном капитале в размере 15,3 % об общего количества размещенных акций, что не может являться основанием для отнесения ФИО8 к одной группе лиц с                   ФИО1 

В деле отсутствуют доказательства аффилированности ФИО3 с ФИО9 (лицом от которого ФИО3 приобрела долю).

В материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности               ФИО6 как с первым собственником ФИО1, так и с ФИО3 (лицом от которого ФИО6 приобрел долю). 

Суд критически оценивает приведенные истцом в ходатайстве об уточнении иска предположения о том, что ФИО6 фактически являлся агентом, посредником между ФИО1 и ФИО4 

Доказательств аффилированности ФИО6 с ФИО1,                  ФИО3, ФИО4 и другими ответчиками в материалы дела не содержат.

 Доводы истца о заключении в 2005 году между отцом ответчика                       ФИО6 - ФИО32 гражданско-правового договора с ФИО1, а также о владении отцом ответчика долей в уставном капитале АО КБ «Интеркредит» (в котором имели расчетные счета организации, действовавшие, по мнению истца, в интересах ФИО1), не относятся к предмету рассматриваемого спора и не подтверждаются материалами дела. 

Определением Арбитражного суд Краснодарского края от 29 марта 2023г. по делу № А32-36577/2018 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по непогашенным обязательствам ООО «ПА-Стил» (ИНН 

<

***>). Судом был установлен исключительно факт перечисления ООО «ПА-Стил» (ИНН 

<

***>) денежных средств в пользу ООО «Альянс» (ИНН 

<

***>), а также                              ООО «СК Альтернатива» (ИНН 

<

***>). 

В рамках рассмотрения обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности (дело № А32-36577/2018) не установлено фактов принадлежности ФИО6 и кого-либо из сторон оспариваемых сделок (в т.ч. ФИО1, ФИО3 и ФИО4) к одной группе лиц и их аффилированность, доказательств обратного Истцом в рамках настоящего дела не представлено.

В материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности ФИО4 (конечного приобретателя спорной доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы»), как с ФИО6 (лицом от которого ФИО4 приобрел долю), так и с первым собственником ФИО1 или связанными с ним лицами.

Доводы истца об исполнении ФИО4 (2013г.-2019г.) обязанностей заместителя генерального директора по ремонту и капитальному строительству в ООО «Газпром добыча Краснодар», с которым по мнению истца у ОАО «НПО «Промавтоматика» в 2014 году были заключены контракты на выполнение строительных работ не подтверждаются материалами дела и не могут свидетельствовать об аффилированности ФИО4 к какой-либо из сторон оспариваемых сделок.

Проанализировав доводы и доказательства суд приходит к выводу, что ФИО1 (связанные с ним лица), ФИО8 и ФИО9, ФИО6 и ФИО4 не обладают ни одним из критериев, приведенных в ст. 4 Закона № 948-1 и п. 1 ст. 9 Закона № 135 для признания их аффилированными лицами, поскольку иное ведет к произвольному толкованию положений закона.

Суд учитывает, что между первой оспариваемой сделкой (2011 год) и последней сделкой (октябрь 2020 года) прошло значительное время, что также свидетельствует об отсутствии взаимосвязанности указанных сделок ввиду того, что понятие «цепочка сделок» предполагает неоднократное совершение сделок с активом в сжатые сроки с целью создание добросовестного приобретателя, а не растягивание подобной процедуры на десять лет, так как это противоречит здравому смыслу и сложившейся в судебной практики понятию «цепочки сделок».

Истец не представил доказательств, позволяющих установить, что все совершенные сделки по переходу прав от должника до ФИО4 являются цепочкой сделок по прямому отчуждению доли ООО «Заря Анапы» от должника к последнему приобретателю.

Оценивая довод истца, о том, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, суд приходит к выводу, что обоснование такого довода истцом не приведены и из материалов дела не усматривается, каждая из сделок обусловлена самостоятельной экономической целью, и является заключенной, реальной и полностью исполнена сторонами. 

Принимая во внимание отсутствие доказательств заинтересованности участников оспариваемых сделок, позволяющей им совершать согласованные действия, преследующих единую цель - вывод актива должника ФИО1 на конечного собственника – ФИО4, суд оценивает оспариваемые сделки на предмет недействительности как самостоятельные сделки.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

В данном случае, если допустить наличие конструкции, на которую сослался истец, проверке на законность подлежат первые в цепочке оспариваемых Истцом сделок, а именно сделка, совершенная 20.04.2011г. между ФИО1 и ФИО8, а также сделка, совершенная не позже 11.08.2014г. между ФИО1 и ФИО2

Согласно части 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (вопрос 6 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2015)" (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 марта 2015 года). 

Положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом должен быть установлен порок воли обеих сторон сделки - т.е. их (обеих сторон) осмысленное и целенаправленное поведение в целях причинения вреда кредиторам должника. Причем злоупотребление должно носить явный и очевидный характер (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.09.2016 N Ф01-3262/2016, Ф01-3261/2016 по делу N А82-8427/2012, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.11.2021 N Ф01-6733/2021 по делу N А29-15656/2018, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.05.2022 N Ф05-4185/2021 по делу N А41-52201/2018, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.05.2022 N Ф05-18939/2020 по делу N А40-81172/2019, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.01.2021 N Ф05-17722/2020 по делу N А40-125566/2018)

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (постановление Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11 по делу N А56-6656/2010, постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 N 17089/12 по делу N А24-53/2012, постановление Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 N 15822/13 по делу N А45-18654/2012). 

Доказательства совершения оспариваемых сделок исключительно с намерением причинить вред, то есть злоупотребления правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены. 

В соответствии с положениями статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из буквального толкования указанных норм следует, что условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у него принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения прав истца именно ответчиком.

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Истец, не являющийся стороной по спорным сделкам, обосновал свои требования тем, что, являясь кредитором ФИО1, заинтересован в возврате имущества, утраченного ФИО1 вследствие совершения цепочки ничтожных сделок, поскольку требования ПАО НБ «Траст» могут быть удовлетворены исключительно из сформированной конкурсной массы Должника.

Согласно определения Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2019 года по делу                   № А40-248865/16-30-407ФБ следует, что 24.08.2012 года между ОАО «НОМОС-БАНК» и ОАО «НП «Промавтоматика» был заключен Договор о возобновляемом кредите № 2543-13/ВК в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 17.09.2012 года и Дополнительного соглашения № 1 от 21.07.2014 года. 

11.06.2014 года произошла смена наименования и юридического адреса Банка с «НОМОС-БАНК» (ОАО) на Открытое акционерное общество Банк «Финансовая корпорация Открытие».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019г. по делу № А40-248865/16-30-407ФБ произведена процессуальная замена ПАО Банк "ФК Открытие" на правопреемника Банка «Траст» (ПАО).

Обязательства ОАО «НП «Промавтоматика» по кредитному договору                               № 2543- 13/ВК обеспечиваются поручительством ФИО1 по договору поручительства № 2543-12/П4 от 24 августа 2012г.

Как установлено определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2019 года о включении в реестр требований кредиторов решением Таганского районного суда г. Москвы от 02.11.2016г. по делу №2-51/2016 с ФИО1 в пользу ПАО Банк «ФК Открытие» взыскана задолженность по договору о возобновляемом кредите №25543-12/ВК от 24.08.2012г. в размере 346 746 523,64 руб., задолженность по соглашению №1831-11/СБГ от 21.12.2011г. в размере 55 387 648,49 руб., 60 000 руб. – государственная пошлина.

Таким образом, на момент заключения сделок ФИО1 (20.04.2011г.,11.08.2014г) иск о взыскании указанной задолженности не был рассмотрен Таганским районным судом г. Москвы и у него (ФИО1) отсутствовали кредиторы. 

Более того, договор о возобновляемом кредите от 24.08.2012г. между ФИО1 и Истцом) на дату совершения сделки между ФИО1 и ФИО8 (20.04.2011г.) даже не был заключен.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Если же стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения ее исполнять.

Намерения одного участника совершить мнимую сделку для применения указанной нормы недостаточно (Пункты 86, 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). Если хотя бы у одной из сторон имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, то мнимый характер сделки исключается.

 Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021), в соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5). 

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий). В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ. 

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности. 

Истец не представил доказательств, свидетельствующих о недобросовестности ответчиков либо об их намерении совершить сделки в отношении долей ООО «Заря Анапы» исключительно для вида, без их реального исполнения. 

Материалами дела подтверждено исполнение сторонами сделок, которые повлекли за собой соответствующие правовые последствия. Стороны без разрыва по времени осуществили необходимые регистрационные действия по внесению записей в сведения ЕГРЮЛ, что свидетельствует о реальности заключённых сделок и стремлению сторон к наступлению правовых последствий, предусмотренных сделками.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. 

Наличие между ФИО2 и ФИО1, а также ФИО8 и                  ФИО9 степени родства, не может само по себе свидетельствовать о мнимости сделок.

Довод Истца об отсутствии самостоятельности сторон оспариваемых сделок в управлении обществом опровергается материалами дела.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 8 Закона об ООО участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и уставом общества.

В материалах регистрационного дела содержится протокол № 4 участников                ООО «Заря Анапы» от 04 августа 2011г., подтверждающий принятие единогласно                 ФИО1 и ФИО8 следующих решений общим собранием участником по повестке дня:

Досрочное прекращение полномочий генерального директора;

Назначение генерального директора общества;

Наделение полномочиями на подписание трудового договора с директором;

Внесение изменений в Устав Общества;

Утверждение новой редакции устава Общества.

Данный протокол свидетельствует о том, что Ответчик ФИО8 как участник Общества непосредственно реализовывал свои права на участие в деятельности Общества путем принятия корпоративных решений через участие в общих собраниях Общества, т.е. участвовал в его фактическом управлении, прекращая полномочия органов управления и назначая единоличный исполнительный орган Общества, определяя виды деятельности Общества, меняя юридический адрес Общества и принимая Устав Общества в новой редакции.

Подтверждением участия Ответчиков - ФИО9 и ФИО2 в деятельности ООО «Заря Анапы» является факт их участия в общих собраниях участников ООО «Заря Анапы» и реализация иных прав участника Общества, в частности:

- протокол общего собрания участников ООО «Заря Анапы» № 9 от 30.09.2014г. о прекращении полномочий генерального директора ФИО33 и назначении генеральным директором ФИО5;

- протокол общего собрания участников ООО «Заря Анапы» № 11 от 19.11.2015г. об увеличении уставного капитала ООО «Заря Анапы», согласно которому ФИО9 и ФИО2 внесли в уставный капитал ООО «Заря Анапы» по ? доли в праве собственности на ряд принадлежащего им на праве собственности недвижимого имущества, за счет чего уставный капитал ООО «Заря Анапы» был увеличен с                       10 000 рублей до 22 961 000 рублей. Факт увеличения уставного капитала зарегистрирован в ЕГРЮЛ (ГРН 2152308210668 от 27.11.2015г.)

 Подтверждением участия Ответчика - ФИО9. в деятельности ООО «Заря Анапы» является требование от 30.03.2016г. о проведении годового собрания ООО «Заря Анапы» с предложенной повесткой дня, включающей проведение аудиторской проверки деятельности ООО «Заря Анапы».

Довод Истца о том, что определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-248865/16 от 29.03.2021г. установлен факт номинального владения ФИО3 долей в размере 60% в уставном капитале ООО «Заря Анапы» не соответствует действительности, поскольку судом данное обстоятельство не устанавливалось. 

Указанным определением удовлетворены требования финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным отчуждение ФИО1 в пользу ООО «Заря Анапы» 50% доли недвижимого имущества и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника переданных объектов недвижимости. 

Однако, как следует из представленного в материалы настоящего дела апелляционного постановления Краснодарского краевого суда от 11.09.2019 г. по делу № 22-5568/19, им было отменено постановление Октябрьского районного суда г. Краснодара от 16.07.2019 г. и отказано в удовлетворении ходатайства следователя СЧ ГСУ ГУ МВД России по Краснодарскому краю ФИО34 в рамках предварительного расследования уголовного дела в отношении ФИО1 № 11890103039000010 по факту хищения денежных средств ОАО «НПО «Промавтоматика» о наложении ареста на принадлежащую ФИО3 долю в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» в размере 60 % (Шестьдесят) процентов.

 В мотивировочной части Апелляционного постановления Краснодарского краевого суда от 11.09.2019 г. от 11.09.2019г. суд указал, что представленные органом следствия документы не содержат данных о том, что спорное имущество (доля, равная 60 % номинальной стоимостью 13 776 600 руб. в уставном капитале ООО «Заря Анапы»)» принадлежит обвиняемому по уголовному делу № 11890103039000010 ФИО1 или получено в результате его (иных лиц) преступных действий, а «указание органа предварительного расследования о нахождении имущества в фактическом пользовании обвиняемого носит предположительный характер». 

При этом судом установлено, что спорное имущество (доля в уставном капитале) принадлежит на праве собственности заявителю ФИО3 

Постановления следственных органов подлежат правовой оценке судом лишь в совокупности с иными доказательствами. (Постановление Президиума ВАС РФ от 08.02.2002 N 7286/01 по делу N А41-К1-5047/0, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25 июля 2023 г. по делу N А32-24056/2021).

Таким образом, довод истца о номинальном владении ФИО3 долей в размере 60% в уставном капитале ООО «Заря Анапы» противоречит материалам дела.

В соответствии со статьей 10 Закона об ООО, участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

На основании постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 июня 2020г. по делу № А32-19214/2019 по иску ФИО3 из состава участников ООО «Заря Анапы» были исключены ФИО5 и ФИО7

При этом суд в указанном постановлении на основании исковых требований ФИО3 установил, что ФИО3 как участником Общества неоднократно инициировалось проведение внеочередного собрания участников Общества. При этом другие участники - ФИО5, и ФИО7, которые в совокупности обладали 40 % долей в уставном капитале Общества, игнорировали собрания. 

Суд также установил, что между ООО «Заря Анапы» (займодавцем) в лице ФИО5 и ООО «Па-Стил» (заемщиком) в лице ФИО7 была без надлежащего одобрения общим собранием участников ООО «Заря Анапы» заключена крупная сделка с заинтересованностью договор займа № 04/04-16 от 04.04.2016 г.

 Кроме того, суд установил, что между ООО «Заря Анапы» (арендодатель) в лице ФИО5 и ООО «Заря» (арендатор) в лице ФИО7 была без надлежащего одобрения общим собранием участников ООО «Заря Анапы» заключена крупная сделка с заинтересованностью договор аренды № 15А/19 от 15.05.2019, на основании которого движимое и недвижимое имущество ООО «Заря Анапы», передано в аренду ООО «Заря», при этом договором аренды в аренду передано имущество, являющееся единственным активом общества, который использовался обществом для извлечения прибыли и осуществления основного вида своей деятельности, данная сделка явилась для ООО «Заря Анапы» убыточной. 

Вышеизложенные установленные судом обстоятельства свидетельствуют об активном самостоятельном участии Ответчика ФИО3 в деятельности Общества, а также опровергают довод Истца по настоящему делу о согласованных действиях ФИО3 с прочими ответчиками. 

Именно в результате рассмотрения судом иска ФИО3 ФИО5 и ФИО7 были исключены из состава участников ООО «Заря Анапы», т.е. ответчики, последовательно являясь участниками Общества, не только осуществляли самостоятельную хозяйственную деятельность, но и вступали между собой в корпоративные конфликты, что само по себе опровергает довод истца об аффилированности ответчиков.

Довод истца о том, что отчуждение «в подозрительно короткий срок»                    ФИО3 в пользу ФИО6 9 % доли 26.12.2019 г. и 51 % доли 10.02.2020 г. связано с тем, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.09.2019 г. в отношении ФИО1 введена процедура реализации, не находит никакого подтверждения в материалах дела. 

ФИО6 приобрел доли в уставном капитале ООО «Заря Анапы» у ФИО3, спустя более чем 8 лет с даты отчуждения доли в Обществе ФИО1 в пользу ФИО8 (20.04.2011 г.). 

Связь указанных сделок по приобретению долей ФИО6 с процедурой банкротства ФИО1 истцом не доказана и материалами дела не подтверждается.

Ответчик ФИО6 после приобретения у ответчика ФИО3 долей в ООО «Заря Анапы» реализовывал права участника общества, что подтверждается, в частности, решением единственного участника ООО «Заря Анапы» № 1/2020 от 29 июля 2020г. об изменении адреса местонахождения общества с ограниченной ответственностью «Заря Анапы» с «350051, 

<

...>» на «350915, Краснодарский край, улица Ленина, дом 101, Литер Е, помещение 8», и об утверждении устава ООО «Заря Анапы» в новой редакции. На основании вышеуказанного решения была утверждена новая редакция устава общества, соответствующие изменения были внесены в ЕГРЮЛ (ГРН 2202306521272 от 23.09.2020г.). 

Решение участника ФИО6 также подтверждает реальность заключенных им с ФИО3 договоров купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Заря Анапы» и свидетельствует о реализации ФИО6 права на участие в управлении делами общества. 

Довод истца о сохранении контроля ФИО1 за деятельностью ООО «Заря Анапы» в период принадлежности ФИО6 доли в уставном капитале Общества противоречит материалам дела, не подтверждается представленными доказательствами. 

Довод Истца о сохранении контроля ФИО1 за деятельностью ООО «Заря Анапы» в период принадлежности ФИО4 доли в уставном капитале Общества в нарушении статьи 65 Арбитражно-процессуального кодека РФ не подтвержден Истцом соответствующими доказательствами.

Таким образом, доказательств того, что между сторонами оспариваемых сделок не существовало правоотношений в отношении долей в уставном капитале                                      ООО "Заря Анапы", и оспариваемые сделки являются мнимыми сделками, заключенными без намерения создать соответствующие им последствия, заявителем в порядке ст. 65 Арбитражно-процессуального кодека РФ не представлено.

В ходе рассмотрения дела ответчиками ФИО8, ФИО9,                    ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности по оспариванию цепочки сделок. 

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе срока исковой давности, а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота (Определения от 23.09.2010 № 1155-О-О, от 21.04.2011 № 558-О-О и др.), поскольку рассмотрение судами крайне задавненных споров влечет существенный риск появления несправедливых судебных решений и затрудняет процесс доказывания для ответчика, который, в отличие от истца, не имеет юридических средств возбудить судебный процесс вовремя.

Установление в законе общего срока исковой давности и специальных сроков исковой давности обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота. Данная позиция сформулирована Конституционным судом Российской Федерации в определениях от 24.10.2019 № 2798-О и от 30.01.2020 № 93-О. 

Истец указывает, что об отчуждении ФИО1 доли в уставном капитале                        ООО «Заря Анапы» он узнал только 16.04.2020г. из искового заявления финансового управляющего ФИО1 в рамках дела № А40-248865/16-30.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2021 N 302-ЭС20-19914, оспаривание сделок должника в деле о банкротстве последнего осуществляется в интересах конкретного заявителя лишь косвенно, поскольку сам заявитель не является стороной оспариваемой сделки и результат судебного спора на права кредитора напрямую не влияет. Прямым результатом применения последствий недействительности сделки является восстановление прав должника - возвращение в конкурсную массу его имущества в натуральном или денежном выражении. Только за счет этого впоследствии увеличивается вероятность удовлетворения требований инициатора обособленного спора наравне с прочими кредиторами. 

Таким образом, при оспаривании сделки в деле о банкротстве материально-правовые интересы группы кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам выгодоприобретателей по сделке. Действуя от имени должника (его конкурсной массы) в силу полномочия, основанного на законе (пункты 1, 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве), инициатор обособленного спора по существу выступает в роли представителя должника, а косвенно - группы его кредиторов. 

В этом случае начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности",

Поскольку иск кредитора об оспаривании сделки в деле о банкротстве является косвенным иском кредитора в интересах конкурсной массы, то срок исковой давности исчисляется не с даты осведомленности конкретного кредитора о наличии оснований для оспаривания, а с момента, когда разумный и осмотрительный обычный независимый кредитор, своевременно заявивший свои требования в деле о банкротстве, узнал о наличии оснований для оспаривания сделки. Иной подход будет означать возможность практически бесконечного продления срока исковой давности за счет кредиторов, несвоевременно заявивших свои требования о включении в реестр, что недопустимо, так как нарушает принцип правовой определенности и основы стабильности гражданского оборота.

Применительно к настоящему спору, начало течения срока исковой давности должно определяться моментом осведомленности о юридически значимых обстоятельствах финансового управляющего, а не каждого из отдельных конкурсных кредиторов.

Иное означало бы признание возможности наличия нескольких различных дат начала течения исковой давности по требованию одного лица (должника), что противоречит правовой природе данного института материального права.  Аналогичная позиция содержится в судебной практике (постановление Арбитражного Суда Волго-Вятского округа от 12 октября 2022 г. по делу № А43-16230/2015) 

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, указанным в статьях 61.2 или 61.3 названного Закона, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010  № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 32 постановления № 63, разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры банкротства, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. 

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(9) по делу N А56-18086/2016 указано, что законодательство связывает начало течения срока исковой давности, прежде всего, с моментом, когда первый уполномоченный на оспаривание сделок арбитражный управляющий должен был, то есть имел реальную возможность, узнать о сделке и о нарушении этой сделкой прав кредиторов. 

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным (банкротным) основаниям возникло у финансового управляющего с даты введения по делу № А40-248865/16-30-407Б в отношении ФИО1 процедура реструктуризации долгов гражданина и утверждения финансовым управляющим ФИО24 определением суда Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2018 года (резолютивная часть оглашена 17.09.2018г.) 

При этом, началом течения срока исковой давности является дата резолютивной части определения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации. 

Данная правовая позиция также содержится в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.02.2023 г. по делу № А53-9628/2020. 

Как профессиональный участник процедуры реализации имущества гражданина арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. У арбитражного управляющего существовала возможность получения информации в ходе анализа сведений о фактах владения долями ФИО1 из открытых источников (в т.ч. Casebook).  

Действуя разумно и проявляя требующуюся от него осмотрительность, управляющий мог совершить своевременные действия по направлению запроса в соответствующий орган государственной власти о предоставлении информации в отношении сделок должника, подпадающих в период подозрительности и соответственно принять меры по их оспариванию.

Соответственно, срок исковой давности для финансового управляющего начал течь с 18.09.2018г.

Данная позиция также содержится в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.02.2019 года по Делу № А56-95535/2015; постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.11.2019 года по Делу № А06-1719/2017; постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2019 года по Делу № А56-41674/2015/сд.).

Вместе с тем суд отмечает, что в настоящем споре заявлено требование о признании недействительными сделок в отношении долей ООО «Заря Анапы» как не соответствующих положениям статей 168, 170 ГК РФ. По специальным основаниям, установленным  Законом о банкротстве, сделки Истцом не оспариваются. 

Поскольку кредитор оспорил сделки по общегражданским основаниям, то определение начала течения срока исковой давности не связывается с моментом, когда управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. В данном случае срок исковой давности исчисляется с момента, когда о наличии оснований для признания сделки недействительной узнал сам кредитор, а не арбитражный управляющий.

Как установлено определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-248865/16-30-407Б от 29.04.2019 года о включении в реестр требований кредиторов решением Таганского районного суда г. Москвы от 02.11.2016г. по делу №2-51/2016 с ФИО1 в пользу ПАО Банк «ФК Открытие» взыскана задолженность по договору о возобновляемом кредите №25543-12/ВК от 24.08.2012г. в размере 346 746 523,64 руб., задолженность по соглашению №1831-11/СБГ от 21.12.2011г. в размере 55 387 648,49 руб., 60 000 руб. – государственная пошлина.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота. 

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). 

Исходя из положений статьи 200 ГК РФ право на иск у Банка возникло с момента нарушения его права как кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно банку как кредитору). 

Истец как профессиональный участник гражданского оборота, действуя разумно и добросовестно, являясь кредитором ФИО1 как минимум с момента установления задолженности Таганским районным судом г. Москвы (02.11.2016г.) мог оспаривать сделки должника по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. 

Судом из фактических обстоятельства дела установлено, с момента оспариваемой первой сделки (20.04.2011) до момента подачи рассматриваемого заявления (04.05.2022) прошло более одиннадцати лет, и при этом на протяжении более пяти лет после возбуждения дела об банкротстве ФИО1 (20.01.2017) истец не обращался с требованием о необходимости оспаривания сделок в отношении долей в уставном капитале общества.

Заявляя настоящие исковые требования, Истец ссылается на выписку из ЕГРЮЛ без даты и номера в отношении ООО «Заря Анапы» за некий период согласно были совершены сделки с долями ООО «Заря Анапы» (в материалы дела выписка не представлена). 

Таким образом, Истец обладал сведениями об изменении участников ООО «Заря Анапы» независимо от получения информации в рамках дела о банкротстве ФИО1 

Соответственно, судом установлено, что с 03.11.2016 года началось течение срока исковой давности для Банка «Траст» (ПАО) как кредитора должника.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 34 Закона о банкротстве конкурсный кредитор является лицом, участвующим в деле о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 14 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", права участвовать в любом судебном заседании в деле о банкротстве, представлять доказательства при рассмотрении любого вопроса в деле о банкротстве, знакомиться со всеми материалами дела о банкротстве, требовать у суда выдачи заверенной им копии любого судебного акта по делу о банкротстве, обжаловать принятые по делу судебные акты и иные предусмотренные частью 1 статьи 41 АПК РФ права принадлежат всем участникам в деле о банкротстве лицам независимо от того, участвуют ли они непосредственно в том или ином обособленном споре, за исключением лиц, участвующих в деле о банкротстве только в части конкретного обособленного спора. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и соответствующие права (в частности, на ознакомление с материалами дела в части предъявленных всеми кредиторами требований и возражений, на участие в судебных заседаниях по рассмотрению требований всех кредиторов, на обжалование судебных актов, принятых по результатам рассмотрения указанных требований), необходимые для реализации права на заявление возражений, возникают у кредитора с момента принятия его требования к рассмотрению судом.

В связи с этим, как указывает Верховный Суд Российской Федерации, кредитор мог бы получить документацию и узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2016 N 304-ЭС14-5681(7)).

Отдельные кредиторы и собрание (комитет) кредиторов имеют возможность понудить арбитражного управляющего к реализации ликвидационных мероприятий в ситуации, когда он, уклоняясь от оспаривания сделок, неправомерно бездействует. При этом кредитор вправе самостоятельно обжаловать бездействие арбитражного управляющего, выразившееся в неоспаривании сделки должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 N 306-ЭС16-4837, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4(2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года).

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был конкурсный кредитор знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько кредитор мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Поскольку размер требований кредитора, обладающего правом на оспаривание сделок должника, является значительным, допустимо предполагать, что кредитор с момента подачи заявления о включении требований в реестр, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, запросит всю необходимую ему для реализации своих прав информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под оспаривание.

Согласно определения Арбитражного суда г. Москвы от 26.10.2018г. делу № А40-248865/16-30-407Б требования Банка «Траст» (ПАО) к ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов поступили в Арбитражный суд города Москвы 23.10.2018г.

При подобных обстоятельствах суд считает, что срок исковой давности для Банка «Траст» (ПАО) как конкурсного кредитора начал течь с 24.10.2018г.

На основании вышеизложенного срок исковой давности для оспаривания сделок должника ФИО1 начинает течь как с 03.11.2016 года (следующий день с даты принятия решения Таганским районным судом г. Москвы о взыскании задолженности с ФИО1 в пользу Банка «Траст» (ПАО), но не позже чем с 24.10.2018г. (следующий день с даты поступления требования Банка «Траст» (ПАО) к ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов в Арбитражный суд города Москвы в рамках дела № А40-248865/16-30-407Б).

Настоящий иск подан в суд 04.05.2022 года, т.е. за пределами срока исковой давности, причем как годичного (истек 24.10.2019г.), так и трехлетнего (истек 24.10.2021г.)

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О   некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", применительно к норме абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса разъяснено, что установив пропуск стороной по делу срока исковой давности, при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

В силу частей 1, 2, 4 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

На основании изложенного, можно прийти к выводу о недоказанности Истцом обоснованности своего требования, в связи с чем, необходимо отказать в удовлетворении заявления о признании оспариваемых сделок недействительными.

Также в удовлетворении требований также следует отказать по причине пропуска срока исковой давности.

В связи с тем, что в удовлетворении требований истца о признании оспариваемых сделок недействительными, в удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки в виде возвращения 100% доли ООО «Заря Анапы»                        ФИО1, также следует отказать.

Учитывая изложенное и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, учитывая изложенные выше нормы права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленные истцом требований в полном объеме.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 01.06.2023 N 15 "О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты" при отказе в удовлетворении иска, оставлении искового заявления без рассмотрения, прекращении производства по делу обеспечительные меры по общему правилу сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего итогового судебного акта (часть 5 статьи 96 АПК РФ).

При этом вопрос об отмене обеспечительных мер подлежит разрешению судом путем указания на их отмену в соответствующем судебном акте либо в определении, принимаемом судом после его вступления в законную силу. Данный вопрос решается независимо от наличия заявления лиц, участвующих в деле.

Определением суда Арбитражного суда Краснодарского края от 07.07.2022 по настоящему делу приняты обеспечительные меры в виде запрета Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>) осуществлять регистрационные действия по реорганизации и ликвидации ООО «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>).

В связи с тем, что в удовлетворении иска отказано, суд считает необходимым отменить принятые обеспечительные меры по настоящему делу.

Расходы по государственной пошлине возложить на истца в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 71, 110, 167, 170-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края 

 

РЕШИЛ:

Ходатайство истца об уточнении исковых требований – удовлетворить.

Ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО18 о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора – оставить без удовлетворения.

Ходатайства истца об истребовании доказательств, об отложении судебного заседания – оставить без удовлетворения.

Ходатайство финансового управляющего ФИО10 об истребовании доказательств – оставить без удовлетворения.

Ходатайство финансового управляющего ФИО10 о вызове в суд свидетелей – оставить без удовлетворения.

Ходатайство ООО «Заря Анапы» об оставлении искового заявления без рассмотрения – оставить без удовлетворения.

В иске отказать.

Отменить меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.10.2022, в виде запрета Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы               № 16 по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>) осуществлять регистрационные действия по реорганизации и ликвидации ООО «Заря Анапы» (ИНН 

<

***>).

Данное решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев  со дня  вступления  решения  в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы

 

Судья                                                                                                       Н.В. Семененко