АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                   Дело № А27-17678/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 января 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Глотова Н.Б.,

судей                                                   Ишутиной О.В.,

                                                             ФИО1 – 

при протоколировании судебного заседания помощником судьи ФИО2 с использованием системы веб-конференции (в режиме онлайн) рассмотрел кассационную жалобу ФИО3, ФИО4, ФИО5 на определение от 23.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Шакирова А.Р.) и постановление от 14.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Усанина Н.А., Фролова Н.Н.) по делу № А27-17678/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО10 (ИНН 

<

***>), принятые по заявлению Федеральной налоговой службы о признании недействительными соглашения о разделе общего имущества супругов от 25.07.2015, договоров дарения от 20.07.2015, 17.03.2016, применении последствий недействительности сделок.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Андуганова О.С.) в судебном заседании приняли участие представители: ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 12.07.2021; ФИО4 – ФИО6 по доверенности от 20.04.2021; ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 14.07.2021; Федеральной налоговой службы - ФИО7 по доверенности от 23.08.2021, ФИО8 по доверенности от 23.08.2021.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.12.2019 ФИО10 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО9.

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными соглашения о разделе общего имущества от 25.07.2015, заключённого между ФИО10 и ФИО4, договоров дарения от 20.07.2015, 17.03.2016, заключённых между ФИО4 и ФИО3, а также между ФИО4 и ФИО5; применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника всего переданного имущества.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 23.08.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2021, заявление удовлетворено.

ФИО3, ФИО4 и ФИО5 обратились с кассационной жалобой, в которой просят отменить определение суда от 23.08.2021и постановление апелляционного суда от 14.11.2021, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению кассаторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к ошибочному выводу о том, что право собственности должника на объекты недвижимого имущества прекратилось на основании соглашения о разделе общего имущества от 25.07.2015. Соглашение о разделе общего имущества от 25.07.2015 могло затрагивать права иных лиц и, соответственно, быть предметом судебного оспаривания не ранее произведённой на основании указанного соглашения государственной регистрации перехода права собственности на указанные объекты недвижимости.

Ввиду того, что право собственности ФИО4 на спорные объекты недвижимости, возникшее на основании соглашения о разделе общего имущества от 30.01.2016, не оспорено, основания для признания недействительными договоров дарения отсутствовали.

Кроме того, по мнению кассаторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к ошибочному выводу о притворном характере договоров дарения.

В отзыве ФНС России опровергает доводы кассационной жалобы, просит судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель кассаторов поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; представители ФНС России поддержали свои возражения.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены. 

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, между ФИО10 и ФИО11 (ФИО4) 13.12.1975 заключён брак.

В дальнейшем между супругами заключено соглашение о разделе общего имущества супругов от 25.07.2015.

ФИО4 передала по расписке ФИО10 1 000 000 руб., согласно установленной договоренности сторон.

Соглашение о разделе общего имущества супругов от 25.07.2015, заключённое ФИО10 и ФИО4, вступило в силу послеего подписания.

Как следует из соглашения о разделе общего имущества, его предметом являлись четыре объекта недвижимого имущества, а именно:

квартира, общей площадью 83,8 кв. м, находящаяся по адресу: 

<

...>, корпус 2;

жилой дом, общей площадью 208,5 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровская область, Кемеровский район, посёлок Металлплощадка,улица Набережная, дом 14а;

земельный участок общей площадью 1500 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровская область, Кемеровский район, посёлок Металлплощадка,улица Набережная, дом 14а;

1/10 доли в праве на земельный участок общей площадью 2421 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровская область, Кемеровский район,

<

...>.

До расторжения брака, 20.07.2015 между ФИО4 (мать, даритель) и ФИО12 (дочь, одаряемый) заключены договор дарения недвижимого имущества, договор дарения земельных участков, согласно которым даритель безвозмездно передаёт, а одаряемый принимает:

квартиру, общей площадью 106,3 кв. м, находящуюся по адресу: 

<

...>;

гараж, общей площадью 15,4 кв. м, находящийся по адресу:

<

...>;

гараж, общей площадью 15,4 кв. м, находящийся по адресу:

<

...>;

земельный участок (1/10 доли), общей площадью 2524 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>,

земельный участок, общей площадью 1400 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>.

Между ФИО4 (мать, даритель) и ФИО5 (дочь, одаряемый) заключён договор дарения от 20.07.2015, согласно которому даритель безвозмездно передаёт, а одаряемый принимает:

гараж, общей площадью 20,5 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>, бокс 1;

гараж, общей площадью 18,6 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...> кооператив Свет-Авто, гараж 15;

квартиру, общей площадью 89,3 кв. м, находящуюся по адресу: 

<

...>.

После расторжения брака (24.07.2015) между ФИО4 (мать, даритель) и ФИО5 (дочь, одаряемый) заключён договор даренияот 17.03.2016, согласно которому даритель безвозмездно передаёт, а одаряемый принимает в дар:

жилой дом (1/2 доли), общей площадью 208,5 кв. м, находящийсяпо адресу: 

<

...>;

земельный участок (1/2 доли), общей площадью 1500 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровская область, Кемеровский район,

<

...>;

земельный участок (1/10 доли), общей площадью 2421 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровский район, посёлок Металлплощадка,улица Суховская.

В договоре указано, что право собственности дарителя на земельный участок возникло в связи с заключением соглашения о разделе общего имущества, на основании договора купли-продажи от 22.02.2013, то естьв период брака между должником и ФИО4

Между ФИО4 (мать, даритель) и ФИО12(дочь, одаряемый) заключён договор дарения от 17.03.2016, согласно которому даритель безвозмездно передаёт, а одаряемый принимает в дар:

жилой дом (1/2 доли), общей площадью 208,5 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>;

земельный участок (1/2 доли), общей площадью 1 500 кв. м, находящийся по адресу: Кемеровская область, Кемеровский район,

<

...>.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление уполномоченного органа, пришёл к выводу о том, что соглашение о разделе общего имущества от 25.07.2015, договор дарения от 20.07.2015, договор дарения от 17.03.2016 представляют собой притворные сделки, квалифицируемые в качестве ничтожных, направленные на прикрытие сделки по трансформации совместной собственности супругов в индивидуальную собственность ответчиков, являющихся близкими родственниками.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов правомерными.

В статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) закреплено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.

В соответствии со статьями 40 и 42 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

В подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума № 63) разъяснено, что брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Между тем в пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указано, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершённым с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершённые до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Поскольку оспариваемое соглашение заключено 25.07.2015, то данная сделка может быть признана недействительной по статье 10 ГК РФ,согласно которой не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действияв обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Данная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть данного принципа сводится к тому, что любой субъект гражданских правоотношений может свободно реализовывать принадлежащие ему права по своей воле и в своих интересах, но при этом должен воздерживаться от нарушений интересов других лиц. В том случае, когда лицо действует хотя и в пределах предоставленных ему прав, но с нарушением прав других лиц, такие действия признаются недобросовестными и одновременно могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечёт ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чём заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьёй 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счётего имущества.

Изучив и оценив представленные в материалы дела документыв их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суды обеих инстанций установили, что оспариваемые сделки заключены между заинтересованными лицами, в результате совершения которых имущество выбыло из владения должника в собственность его дочерей и супруги.При этом все стороны в силу своей заинтересованности считаются осведомлёнными о финансовом положении ФИО10 и его обязательствах. 

Как следует из материалов дела, постановлением Центрального районного суда города Кемерово по уголовному делу № 1-138/2015от 29.04.2015 ФИО10 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации. Уголовное преследование в отношении ФИО10 судом прекращено вследствие акта амнистии (производство по делу длилось с 02.12.2014по 29.04.2015).

При этом постановлением о прекращении уголовного преследованияпо уголовному делу от 29.04.2015 установлено, что ФИО10 умышленно создал ситуацию, при которой на расчётный счёт общества с ограниченной ответственностью «Строй-Сервис Плюс» не поступили денежные средства за выполненные работы и оказанные услуги, что позволило ему в период с 30.04.2014 по 17.06.2014 скрыть денежные средства в размере 13 928 475 руб.

Вступившим в законную силу решением Заводского районного суда города Кемерово по делу № 2-509/2016 от 24.02.2016 с ФИО10 в пользу ФНС России взыскано 13 928 475 руб.

Наличие указанной задолженности явилось основанием для обращения уполномоченного органа 23.07.2019 в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В результате заключения соглашения о разделе общего имущества от 25.07.2015 установленный законом режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретённого во время брака,изменён в пользу ФИО4, что повлекло за собой в последующем уменьшение конкурсной массы ФИО10 и причинение вреда имущественным правам кредитора.

При этом актуальная кадастровая стоимость отчуждённых объектов составляет 17 812 659,22 руб., что более, чем в 17 раз превышает сумму, полученную ФИО10 по соглашению о разделе общего имущества супругов – 1 000 000 руб.

Учитывая изложенное, признавая соглашение о разделе общего имущества от 25.07.2015, заключённое между ФИО10 и его супругой ФИО4, недействительной сделкой, суды пришли к выводу о том, что спорное имущество отчуждено безвозмездно без какой-либо экономической выгоды для должника, при этом в результате такого отчуждения размер имущества должника существенно уменьшилсяи конкурсные кредиторы должника утратили возможность получения удовлетворения своих требований за его счёт.

Заключение до расторжения брака договоров дарения между супругой должника и дочерями с согласия супруга – должника также направлено на вывод активов посредством создания фигуры мнимого держателя, поскольку на момент совершения данных сделок (20.07.2015и 25.07.2015) должник уже осознавал наличие у него обязательств перед уполномоченным органом, вследствие возбуждения в отношении него уголовного дела.

В результате заключения спорных сделок на стороне ответчиков сосредоточено всё ликвидное имущество супругов, ранее обладавшее статусом совместного, тогда как должник, сохранив за ним контрольв пределах одной семьи, обособил за собой лишь несоразмерную его часть,за счёт которой невозможно удовлетворить требование кредитора.

По смыслу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаныс её недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения. 

Таким образом, судами верно применены последствия признания сделок недействительными в виде возврата ФИО4, ФИО5,ФИО12 в конкурсную массу и восстановления режима общей совместной собственности супругов на имущество, приобретённоеими в период брака.

Довод кассаторов о пропуске срока исковой давности, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введенияв отношении должника первой процедуры банкротства.

Резолютивная часть о признании ФИО10 банкротом оглашена 17.12.2019.

Уполномоченный орган, как кредитор в деле о банкротстве (09.06.2020) узнал о существовании соглашения о разделе общего имущества супругов от 25.07.2015. Данные сведения ФНС России представлены от представителя финансового управляющего, настоящее заявление поступило 30.03.2021в Арбитражный суд Кемеровской области, то есть в пределах срока исковой давности.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доводы и представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиямиАПК РФ. Оснований для их переоценки у суда кассационной инстанциив силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

В связи с окончанием кассационного производства меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые на основании определения Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 07.12.2021, подлежат отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 23.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской областии постановление от 14.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-17678/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Меры по приостановлению судебных актов, принятые определениемот 07.12.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                           Н.Б. Глотов

 

Судьи                                                                                         О.В. Ишутина

 

                                                                                                  ФИО1