﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-13179/2020

г. Краснодар

24 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2021 года.

  Постановление в  полном объеме изготовлено 24 апреля 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе                                 председательствующего Драбо Т.Н., судей Посаженникова М.В. и Черных Л.А.,                                при участии в судебном заседании от заинтересованного лица – Ростовской таможни (ИНН 6102020818, ОГРН 1056102011943) – Кораблева Р.Г. (доверенность                                           от 20.04.2021), Лемешко Ю.С. (доверенность от 20.04.2021), Трушиной А.А. (доверенность от 20.04.2021), в отсутствие заявителя – общества с ограниченной ответственностью «МосГорМаш» (ИНН 7709679642, ОГРН 1067746632800),                           надлежаще извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу                                    Ростовской таможни на решение Арбитражного суда Ростовской области                                 от 01.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2021 по делу № А53-13179/2020, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «МосГорМаш» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными                             решений Ростовской таможни (далее – таможня) от 14.02.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10313140/170918/0042125, 10313140/081018/0047406, 10313140/081118/0054858, 10313140/091118/0055304, 10313140/211118/0058204, 10313140/141218/0064257, 10313140/291218/0068335, 10313140/100119/0000215, 10313140/110219/0006941, 10313140/210219/0009404, 10313140/040319/0011893, 10313140/050319/0012255 (далее – спорные ДТ),                                      и обязании таможни возвратить обществу излишне уплаченные (взысканные)                          таможенные платежи по спорным ДТ, окончательный размер которых определить                            на стадии исполнения решения суда.

Решением суда от 01.12.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 02.02.2021, заявленные требования удовлетворены; с таможни в пользу общества взыскано 36 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины. Судебные акты мотивированы тем, что общество документально подтвердило обоснованность применения первого метода                             определения таможенной стоимости товара, ввезенного по спорным ДТ на единую таможенную территорию Евразийского экономического союза, доказало несоответствие действующему таможенному законодательству действий таможни по корректировке таможенной стоимости товара, невнесении изменений в спорные ДТ, невозврату                       излишне взысканных таможенных платежей и нарушение этими действиями прав и имущественных интересов общества. 

В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа обратилась таможня с кассационной жалобой, просит решение суда и постановление апелляционной                      инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе обществу в удовлетворении требований. По мнению подателя жалобы, суды не учли, что ОЕМ-соглашения                                    и контракты не содержат информацию о наименовании, цене и количестве ввезенных контейнеров, данная информация содержится в спецификациях и инвойсах на каждую отдельную поставку. Вместе с тем, в представленных обществом спецификациях и инвойсах отсутствуют ссылки на соответствующий внешнеторговый контракт (ОЕМ-соглашение), что свидетельствует об отсутствии взаимосвязи между указанными документами. Общество не представило счет-спецификацию на поставку товара по контракту от 28.11.2018 № 28/11/18-MGM/CHEN. Положения контрактов, в том                             числе ОЕМ-соглашения, с учетом указанных в них формулировок, не позволяют отнести их к поставкам спорного товара (контейнеры). Вывод судом о том, что спецификациями                        и инвойсами подтверждено согласование сторонами поставки товара на условиях CPT                            не соответствует представленным в материалы дела доказательствам, поскольку в спецификациях к ОЕМ-соглашению не указаны условия поставки, на которых сформирована заявленная в спецификациях цена товара, в инвойсах-спецификациях указаны условия поставки FOB, а в коммерческих инвойсах – FCA-Шанхай. При этом представленные обществом скорректированные документы обозначены как                        спецификации к контракту, тогда как ранее представленные обществом документы с указанными условиями поставки FOB именовались «счет-спекцификация»;                             указанные документы содержат различные реквизиты, заверены различными                           печатями компании-продавца. Скорректированные поставщиком спецификации                      содержат условия поставки, отличающиеся от заявленных в соответствующих                       контрактах и инвойсах. Кроме того, в таможню в откорректированном виде не представлены инвойсы от 25.09.2018 № CON2 и от 16.01.2019 № СONCY59                                         с условием поставки FCA-Шанхай. Суды не учли, что на основании ОЕМ-соглашения                       и контрактов в спорных контейнерах общество ввезло товары – светильники и их части                    на условиях поставки FCA-Шанхай, предполагающих оплату перевозки товаров                                 от места поставки до места назначения (общество). В этой связи  противоречиво утверждение о том, что услуги по транспортировке товара, перевозимого в контейнерах, оплачены обществом, а услуги по транспортировке контейнеров – его внешнеэкономическими контрагентами. Исходя их представленных обществом документов, стоимость железнодорожной перевозки в полном объеме оплачена обществом; стоимость перевозки непосредственно контейнеров в данных документах                        не выделена. Документы, подтверждающие возмещение оплаты продавцам стоимости перевозки контейнеров, не представлены, сведения о возможной оплате перевозки контейнеров контрагентам общества в представленных документах отсутствуют.                   Суды не исследовали вопрос о том, какие именно товары ввезло общество по минимальной цене. Общество не представило надлежащим образом подтвержденные сведения о годе выпуска, состоянии, степени технического износа ввезенных                     контейнеров. У большинства контейнеров, информация о которых использована таможней, отсутствует обозначение товарным знаком. При этом уровень стоимости  контейнеров с товарными знаками сопоставим с уровнем стоимости товаров, не обозначенных такими знаками; стоимость контейнеров, перевозимых с товарами, и «порожних» контейнеров, также является сопоставимой. В результате анализа цены ввезенных обществом контейнеров установлено ее значительное отличие от стоимости компонентов (сырья), из которого они произведены. Кроме того,  контейнеры реализованы обществом на внутреннем рынке по цене, более чем в 3 раза                       превышающей стоимость контейнеров, заявленную при таможенном декларировании.           По запросу таможни общество не представило дополнительно запрошенные                             документы и пояснения, обосновывающие объективный характер занижения цены контейнеров, а представленный обществом прайс-лист не может быть принят таможней в качестве документа, подтверждающего таможенную стоимость контейнеров ввиду установленных в нем разночтений. В материалы дела не представлены доказательства того, что контейнеры не являются новыми, имеют дефекты, были в употреблении                               и ввиду сильного износа не представляют товарной ценности, год выпуска                             контейнеров не известен.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить судебные акты                          без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители  таможни поддержали доводы                     кассационной  жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела,                           проверив законность судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей таможни, считает, что судебные акты надлежит отменить,                     дело – направить на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, общество заключило ОЕМ-соглашение                                    (ОЕМ – оригинальный производитель оборудования) от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM с фирмой «WAROM TECHNOLOGY INCORPORATED COMPANY» (Китай), в силу которого товары поставляются напрямую в Россию для                                дальнейшего использования их при производстве светильников; товары приведены в приложении 1 (детали для светильников).

Общество заключило контракт от 22.04.2016 № 22/04/16-MGM/HOMGEAN с компанией «XUZHOU HOMGEAN IMPORT & EXPORT CO.,LTD»                                                          и контракт от 17.01.2018 № 17/01/18-MGM/HML с компанией «HM SMART LIGHTING CO., LTD», по условиям которых инопартнеры обязуются изготовить товар                              согласно чертежам и технической документации общества и передать в количестве и условиях поставки, оговоренных в данных контрактах и спецификациях к ним,                                   а общество обязуется принять качественный, соответствующий условиям контрактов товар и уплатить за него инопартнерам определенную данными контрактами  сумму.

Таким образом, по условиям   ОЕМ-соглашения и указанных контрактов, иностранные партнеры изготавливают по чертежам общества детали для                                светильников и поставляют его обществу.

По условиям заключенного между обществом и компанией «SHANGHAI CHEN YAO INTERNATIONAL TRADE COMPANY» контракта  от 28.11.2018                                                 № 28/11/18-MGM/CHEN, инопартнер продает, а общество покупает товар в                              количестве и на условиях, оговоренных в счетах к данному контракту согласно ИНКОТЕРМС 2010; общество обязуется принять полученный товар и уплатить                                  за него продавцу определенную данным контрактом сумму (100 млн китайских юаней). Товар в контракте не поименован.

Вместе с тем, суды указали, что поставка контейнеров состоялась по                                 ОЕМ-соглашению от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM, а по утверждению                     общества, поставка контейнеров произведена во исполнение  ОЕМ-соглашения от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM и контрактов от 22.04.2016                                                  № 22/04/16-MGM/HOMGEAN, от 17.01.2018 № 17/01/18-MGM/HML, от 28.11.2018                           № 28/11/18-MGM/CHEN, а также дополнительных соглашений: к контракту                                      от 22.04.2016 № 22/04/16-MGM/HOMGEAN – от 11.04.2017 № 1, от 21.04.2017 № 2,                         от 19.12.2017 № 3, к контракту от 17.01.2018 № 17/01/18-MGM/HML – от 17.09.2018 № 1, от 04.12.2018 № 2.

Однако, как видно из дополнительных соглашений от 11.04.2017 № 1,                                       от 21.04.2017 № 2, от 19.12.2017 № 3, от 17.09.2018 № 1, от 04.12.2018 № 2,                                внесенные в контракты изменения касаются лишь реквизитов и подписей сторон,                                  и срока действия контракта от 22.04.2016 № 22/04/16-MGM/HOMGEAN (т. 5 л. д. 17 – 19, 60, 61). Изменения предмета контрактов дополнительные соглашения не содержат.

По утверждению общества, на основании данных контрактов и                               дополнительных соглашений, ему поставлены контейнеры, в том числе,                                 оформленные по ДТ  № 10313140/170918/0042125, 10313140/081018/0047406, 10313140/081118/0054858, 10313140/091118/0055304, 10313140/211118/0058204,                                  то есть, до заключения контракта от 28.11.2018 № 28/11/18-MGM/CHEN (в рамках которого могли быть поставлены контейнеры с учетом даты заключения контракта). 

Данное обстоятельство суды не проверили, по неполно исследованным                 материалам дела и немотивированно отклонив довод таможни о предоставлении обществом недостоверных сведений, что воспрепятствовало применению первого                   метода определения таможенной стоимости ввезенного товара.

Суды указали, что общество ввезло на единую таможенную территорию Евразийского  экономического союза товар – контейнеры, который оформило                                 по спорным ДТ, и определило таможенную стоимость товара по первому методу                              (по цене сделки с ввозимым товаром), представив в таможню пакет документов                      согласно описи к спорным ДТ (ОЕМ-соглашение от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM, счета-спецификации, паспорт сделки, прайс-листы продавца, инвойсы, платежные поручения, коммерческие инвойсы и пр.), и сделали вывод о том, что общество представило в таможню документы, позволяющие определить предмет договора, количество и стоимость поставляемого товара, условия поставки, и подтверждающие заявленную таможенную стоимость товара. 

Вместе с тем, выводы судов о том, что при заключении сделки стороны                      контракта согласовали все существенные условия контракта путем подписания спецификаций и инвойсов, и со спорными ДТ представлены документы, позволяющие определить предмет договора, количество товара, условия поставки и заявленную таможенную стоимость товара, недостаточно обоснованы и сделаны без                            установления всех фактических обстоятельств по делу и совокупной оценки представленных в материалы дела доказательств и доводов участвующих в деле лиц. 

Суды не оценили доводы таможни о том, что ОЕМ-соглашение от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM и контракты от 22.04.2016 № 22/04/16-MGM/HOMGEAN, от 17.01.2018 № 17/01/18-MGM/HML (и дополнительные соглашения к ним),                           контракт от 28.11.2018 № 28/11/18-MGM/CHEN не содержат информацию о наименовании, цене и количестве  поставленного товара (контейнеров), а в представленных обществом спецификациях и инвойсах отсутствуют ссылки на соответствующий внешнеторговый контракт, во исполнение которого состоялась               поставка контейнеров. Кроме того, суды не учли, что общество не представило счет-спецификацию на поставку товара по контракту от 28.11.2018 № 28/11/18-MGM/CHEN. 

Без предметного анализа и совокупной оценки всех представленных в                        материалы дела доказательств суды отклонили довод таможни о том, что  условия контрактов (в том числе ОЕМ-соглашения, с учетом  содержащихся в них                        формулировок) исключают возможность вывода о том, что контейнеры поставлены обществу именно в рамках ОЕМ-соглашения от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM                   и контрактов от 22.04.2016 № 22/04/16-MGM/HOMGEAN, от 17.01.2018                                                  № 17/01/18-MGM/HML, от 28.11.2018 № 28/11/18-MGM/CHEN, что  наименование, цена, количество  контейнеров не согласованы сторонами в ОЕМ-соглашении и                          указанных контрактах.

Ограничившись ссылкой на допущенные в документах технические ошибки и описки, суды неполно оценили доводы таможни о том, что спецификациями и                     инвойсами подтверждено согласование сторонами поставки товара на условиях CPT, однако в спецификациях к ОЕМ-соглашению от 12.12.2016 № 12/12/16-MGM/WAROM                      не указаны условия поставки, на которых сформирована заявленная в спецификациях                        цена товара (контейнеров), в инвойсах-спецификациях обозначены условия                                      поставки FOB, а в коммерческих инвойсах – FCA-Шанхай. 

Суды не учли и то, что представленные обществом скорректированные                        документы обозначены как спецификации к контракту, тогда как ранее представленные обществом документы с указанными условиями поставки FOB именовались «счет-спекцификация»; названные документы содержат различные реквизиты, заверены различными печатями компании-продавца. Скорректированные поставщиком спецификации содержат условия поставки, отличающиеся от заявленных в соответствующих контрактах и инвойсах; инвойсы от 25.09.2018 № CON2 и                          от 16.01.2019 № СONCY59 с условием поставки FCA-Шанхай в откорректированном               виде в таможню не представлены. Кроме того, не подтвержден источник                       происхождения этих документов.

Суды не учли, что на основании ОЕМ-соглашения и указанных контрактов в спорных контейнерах общество ввезло светильники и их части на условиях поставки FCA-Шанхай (предполагающих оплату перевозки товаров от места поставки до места назначения покупателя товаров (общество)), и не проверили довод таможни о  противоречивом утверждении общества о том, что услуги по транспортировке                            товаров, перевозимых в контейнерах, оплачены обществом, а услуги по транспортировке контейнеров – инопартнерами общества. Документальное подтверждение такого разделения платежей за транспортировку контейнера и  одновременную перевозку                             в этом контейнере товара общество не представило. 

Суды не оценили доводы таможни о том, что исходя их представленных обществом документов, стоимость железнодорожной перевозки в полном объеме оплачена обществом, а  стоимость перевозки непосредственно контейнеров в данных документах не выделена. Документы, подтверждающие возмещение оплаты                           продавцам товаров (светильники) стоимости перевозки контейнеров, не представлены, сведения о возможной оплате перевозки контейнеров контрагентами общества в представленных документах отсутствуют. 

Суды не выяснили, какие именно контейнеры ввезены обществом по цене                           2 970 китайских юаней, при том, что согласно представленному обществом в                            материалы дела прайс-листу стоимость бывшего в употреблении контейнера без проведения восстановительных работ, 40GP  – 2 970 китайских юаней, а контейнера с консервации, 40GP  – 5 150 китайских юаней. При этом  в спорных ДТ                             задекларированы контейнеры железнодорожные транспортные, снятые с                             консервации, а в инвойсах указано –  «контейнер».

Суды не учли, что в материалы дела не представлены надлежащим образом подтвержденные сведения о дате выпуска, техническом износе и фактическом                       состоянии, сроках эксплуатации, степени технического износа  ввезенных  контейнеров, не представлены доказательства того, что контейнеры не являются новыми, имеют дефекты, были в употреблении и ввиду сильного износа не представляют товарной ценности, не известен год выпуска контейнеров, и не оценили данные                                    обстоятельства с доводом таможни о реализации обществом ввезенных контейнеров                        на внутреннем рынке по цене, более чем в 3 раза превышающей стоимость контейнеров, заявленную при таможенном декларировании. 

Суды неполно исследовали доводы таможни о значительном  отличии задекларированной обществом стоимости ввезенных контейнеров от стоимости компонентов (сырья), из которого они произведены (0,27 – 0,31 долларов США/кг),                            а также о том, что по сведениям из ИАС «Мониторинг-Анализ» индекс таможенной стоимости ввезенных  обществом в сопоставимый период времени контейнеров железнодорожных транспортных (страна происхождения – Китай) минимален по                          ФТС России и ЮТУ,  и составляет 0,11 – 0,12 долларов США/кг. При этом                                 средний уровень ИТС по ФТС России – 1,26 долларов США/кг, по ЮТУ –                                         0,97 долларов США/кг. Обстоятельства, при которых в Российскую Федерацию объективно  возможна поставка железнодорожных контейнеров по  стоимости,                                 ниже стоимости  компонентов (сырья), из которого они произведены, суды                                          не установили.

При таких обстоятельствах преждевременен вывод судов о надлежащем документальном подтверждении обществом правомерности применения первого метода определения таможенной стоимости ввезенных на единую таможенную территорию Евразийского экономического союза железнодорожных контейнеров по спорным ДТ                         и представлении обществом документов, содержащих достоверные сведения, необходимые и достаточные для определения таможенной стоимости по цене товара, которая определена участниками внешнеторговой сделки. 

Кроме того, удовлетворив заявление общества и обязав таможню                                   возвратить обществу сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных                               платежей по спорным ДТ в размере, который подлежит окончательному                                определению на стадии исполнения решения  суда, суд первой инстанции                                            не предложил  обществу  сформулировать конкретное имущественное требование                                 и не учел положения части 1 статьи 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой при удовлетворении требования о взыскании денежных средств в резолютивной части решения арбитражный суд указывает                               размер подлежащих взысканию денежных средств. 

Суд апелляционной инстанции эту ошибку суда первой инстанции не исправил. 

Поскольку  решение суда и постановление апелляционной инстанции                               приняты  по неполно установленным и исследованным обстоятельствам,                                  имеющим существенное   значение для правильного рассмотрения дела, без совокупной оценки всех представленных в материалы дела доказательств и доводов                                участвующих в деле лиц,  судебные акты подлежат отмене с направлением   дела                                 на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1                          статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в силу части 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой инстанции либо были отвергнуты судом первой инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств                   перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена  и                      какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания кассационной инстанции, устранить допущенные нарушения, установить все фактические обстоятельства по делу, в целях полного и всестороннего исследования всех обстоятельств по делу оценить доказательства и доводы участвующих в деле лиц                                    в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса                                      Российской Федерации, принять решение с учетом требований статьи 170 Кодекса и распределить  судебные  расходы.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от  01.12.2020                                                                    и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от  02.02.2021                                по делу № А53-13179/2020 отменить, дело направить на новое рассмотрение                                         в  Арбитражный  суд  Ростовской  области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               Т.Н. Драбо

Судьи                                                                                                             М.В. Посаженников

                                                                                                                        Л.А. Черных