АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43 – 38234/2025

г. Нижний Новгород 18 февраля 2026 года Дата принятия решения в виде резолютивной части 10 февраля 2026.

Дата изготовления мотивированного решения 18 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Нижегородской области в составе: судьи Логуновой Натальи Александровны (шифр 15-763), рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЗИНГЕР СПБ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ГОРОД САНКТ-ПЕТЕРБУРГ к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), г.Н.Новгород о взыскании 93 333руб. 00коп.,

без вызова сторон,

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось ООО "ЗИНГЕР СПБ" (далее - истец) к ответчику ИП ФИО1 (далее - ответчик) о взыскании 93 333руб. 00коп., в том числе 83 333руб. 00коп компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №№ 266060, 10 000руб. 00коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №№ 293431, а также 160руб. 00коп. почтовые расходы, 250руб. 00коп. расходы на приобретение товара, 200руб. 00коп. расходы на получение выписки из ЕГРИП, 10 000руб. 00коп. расходы на фиксацию правонарушения,

Определением суда от 03.12.2025 вынесенным в порядке статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которым настоящее исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Истец в материалы дела представил дополнительные доказательства и письменные пояснения, которые приобщаются к материалам дела.

Приобретенные товары также приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств.

От ответчика в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление, который принимается судом к рассмотрению.

Дополнительно представленные документы размещены на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru).

На основании статей 226, 228 АПК РФ дело рассматривается в порядке упрощенного производства без вызова лиц, участвующих в деле, по имеющимся в деле доказательствам.

10.02.2026 принято решение в виде резолютивной части согласно части 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В суд от ответчика поступило ходатайство о составлении мотивированной части решения в виде резолютивной части Арбитражного суда Нижегородской области от 10.02.2026, в связи с чем на основании части 2 статьи 229 АПК РФ подлежит изготовлению полный текст итогового судебного акта.

Изучив собранные по делу доказательства, исходя из следующих обстоятельств дела, норм материального и процессуального права, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

- № 266060, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 266060, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания

Российской Федерации 26.03.2004 г. (дата приоритета: 03.07.2000 г., срок действия: до 03.07.2030 г.).

- № 293431, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 293431, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 02.08.2005 г. (дата приоритета: 25.06.2004 г., срок действия: до 25.06.2034).

18.04.2025 года в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, ТЦ "РИО" установлен и задокументирован (под видео-фиксацию) факт продажи от имени ИП ФИО1 товара — маникюрные инструменты, имеющего технические признаки контрафактности.

Указанный товар приобретен по договору розничной купли-продажи, в подтверждение которого продавцом выдан кассовый чек от 18.04.2025 № 00003, содержащий сведения о продавце - ИП ФИО1 (

<

...>).

В подтверждение факта продажи товара истцом в материалы дела представлена также видеосъемка от 18.04.2025, произведенная в порядке статьи 14 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав.

Как следует из искового заявления, на приобретенном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 266060, № 293431, принадлежащим истцу, тогда как ООО «Зингер СПб» не давало своего разрешения на использование принадлежащих ему исключительных прав.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ООО «Зингер СПб» направило 22.08.2025 в адрес ответчика досудебную претензию, в которых предлагало добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав. Надлежащие доказательства направления претензий представлены в материалы дела (квитанция № 986772 от 22.08.2025).

Поскольку указанные претензии оставлены без исполнения, ООО «Зингер СПб» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются, в том числе, защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статье 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Часть 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается, что ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

- № 266060, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 266060, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004 г. (дата приоритета: 03.07.2000 г., срок действия: до 03.07.2030 г.).

- № 293431, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 293431, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 02.08.2005 г. (дата приоритета: 25.06.2004 г., срок действия: до 25.06.2034).

В этой связи, суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительных прав на указанные товарные знаки.

18.04.2025 года в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, ТЦ "РИО", ответчиком предлагался к продаже и реализован товар«Маникюрные инструменты», маркированный надписью «ZINGER».

В соответствии со статьей 493 ГК РФ и пункта 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2463, договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи.

Спорные товары приобретены по договорам розничной купли-продажи, в подтверждение которых продавцом выданы кассовый чек от 18.04.2025, содержащие сведения о продавце. Факт покупки подтверждается также представленными в материалы дела видеозаписью.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

В подтверждение факта продажи спорного товара истцом в материалы дела представлена видеосъемка, произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Представленная истцом в материалы дела видеозапись процесса закупки отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, проход покупателя к продавцу, оплату товара и выдачу продавцом чека), а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи чека и товара чеку и товарам, представленным в материалы дела.

Представленной видеозаписью подтверждается, что закупки проводились по указанным истцом адресам, продавцы в магазине передали представителю истца именно тот чек, который приобщен к материалам настоящего дела, приобретенный у ответчика товар на видеозаписи визуально соответствует товару, зафиксированному в торговой точке ответчика.

Следовательно, в совокупности с иными доказательствами (спорным товаром, видеозаписью процесса приобретения этого товара), представленные истцом кассовые чеки подтверждают реализацию ответчиком именно спорного товара. Каких-либо доказательств того, что ответчик представленные в материалы дела чеки выдал в отношении иного товара, чем тот, на который ссылается истец, и который также имеется на видеозаписи, в материалы дела не представлено.

Таким образом, факт реализации ответчиком спорных товаров, приобщенных к материалам дела в качестве вещественных доказательств, подтверждается материалами дела.

Суду в рамках настоящего дела на основании пункта 3 статьи 1484 ГК РФ и положений пункта 162 Постановления N 10 необходимо установить, является ли используемое ответчиком обозначение, сходным по степени смешения с зарегистрированными истцом товарными знаками.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма N 122, пункта 162 Постановления N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" вопрос о наличии внешнего сходства между надписью "ZINGER" и обозначением, используемым ответчиком на упаковке товара, является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак в соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении зарегистрированных товарных знаков № 266060 и № 293431 истца с реализованным ответчиком товаром, суд считает возможным установить визуальное сходство - надпись английскими буквами "ZINGER", буквенное обозначение.

Руководствуясь пунктом 162 Постановления N 10, а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 N 647, учитывая высокую различительную способность спорных товарных знаков, их узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном сходстве реализованного предпринимателем товара и охраняемых объектов интеллектуального права правообладателя.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначений, сходных с принадлежащими ему товарными знаками № 266060 и № 293431, предприниматель суду не предоставил.

Приобретение спорного товара у третьего лица не освобождает предпринимателя от несения гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав истца, поскольку предприниматель, при осуществлении коммерческой деятельности, должен был предпринять все необходимые меры по получению информации о наличии исключительных прав на закупаемые им и предлагаемые в дальнейшем к реализации товары.

Обязанность по проведению мероприятий по доведению до сведения предпринимателя информации о наличии у него исключительных прав на товарные знаки № 266060 и № 293431 у правообладателя отсутствует.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на объект интеллектуальной собственности путем его незаконного использования.

Рассмотрев требования правообладателя о взыскании компенсации, суд приходит к следующему.

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец определил размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060 на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В подтверждение стоимости использования товарного знака № 266060 «ZINGER» истцом в материалы дела представлен лицензионный договор от 11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака ZINGER,

свидетельство № 266060, заявка № 2000716572, приоритет от 03.07.2000, дата регистрации 26.03.2004.

Согласно п. 1.2 данного договора, право использования Товарного знака предоставляется Лицензиату в отношении товаров 08 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - «МКТУ») и услуг 35 класса МКТУ, для индивидуализации которых Товарный знак зарегистрирован, а именно:

- 08 - кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножницы; пилочки для ногтей; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей (электрические или неэлектрические); щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы.

- 35 - демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников.

Согласно п. 2.1. дополнительного соглашения от 01.01.2025 г. к Лицензионному договору от 11.08.2021 г., за предоставление права использования Товарного знака Лицензиат уплачивает Лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 1 000 000руб. Указанный Лицензионный договор и Дополнительное соглашение являются действующими, заключены в соответствии с требованиями закона.

Суд, изучив представленный договор, приходит к следующему.

В рассматриваемом случае истцом заявлена к взысканию с ответчика сумма компенсации за незаконное использование предпринимателем исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 83 333руб., из следующего расчета: 1 000 000руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения / 12 месяцев X 2, рассчитанная исходя из условий вышеуказанного лицензионного договора и дополнительного соглашения к нему.

Оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование не должно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и ответчиков (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Ответчик не согласен с представленным расчетом компенсации истца, ссылаясь на то, что применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения. Ответчиком указано, что в свою очередь, предприниматель фактически осуществил нарушение прав истца на товарный знак одним способом и путём предложения к продаже товара «маникюрный инструмент» относящегося к 8 классу МКТУ. Также ответчик указал, что по лицензионному договору от 06.04.2021 Истец предоставил лицензиату право использования спорного товарного знака в отношении всего 7 (семи) классов МКТУ и 14 товаров 21 класса МКТУ, 13 товаров 8 класса МКТУ в частности. Следовательно, по мнению ответчика, стоимость права использования товарного знака по лицензионному договору от 11.08.2021 формировалась, в том числе, с учетом количества товаров 8 класса МКТУ, в отношении которых лицензиату предоставлено право использования товарного знака истца. Как указывает ответчик, согласно заявлению истца видов использования 4, что соответствует п. 1.3 договора, в связи с чем, данное условие можно принять в качестве обоснованного и предлагающегося к расчету самим истцом, как делителя для определения суммы компенсации. Поэтому, по мнению ответчика, стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, применительно к обстоятельствам настоящего дела должна определяться следующим образом: размер ежемесячного вознаграждения за 1 класс МКТУ /количество классов МКТУ/количество товаров 8 класса/количество способов использования, по которым предоставлено право использования обозначения. Размер компенсации исходя из стоимости права использования товарного знака подлежит определению с учетом данных обстоятельств и условий предоставления права использования товарного знака «ZINGER» по лицензионному договору от 11.08.2021 и дополнительному соглашению. Ответчик полагает, что размер компенсации в данном случае следует определять в виде двукратной стоимости права пользования в сумме 8 484,81 руб. из расчета 2 х (93 333/2 класса МКТУ /11 (количество товаров 8 класса), что, по мнению ответчика, соответствует характеру и

способу нарушения ответчиком исключительных прав истца и соразмерно стоимости права использования товарного знака.

Довод ответчика отклоняется судом в силу следующего.

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ исходя из цены права использования принадлежащего ему товарного знака, установленной лицензионным договором от 11.08.2021, заключенным с иным лицом.

По условиям лицензионного договора от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право на использование товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении товаров 08 класса и услуг 35 класса Международной классификации товаров и услуг: 08 - кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножницы; пилочки для ногтей; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей (электрические или неэлектрические); щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы; 35 - демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников.

Согласно п. 2.1. дополнительного соглашения от 01.01.2025 г. к Лицензионному договору от 11.08.2021 г., за предоставление права использования Товарного знака № 266060 Лицензиат уплачивает Лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 1 000 000руб. Указанный Лицензионный договор и Дополнительное соглашение являются действующими, заключены в соответствии с требованиями закона.

В связи с этим истец произвел расчет компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации в виде двукратной стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (1000000 руб./1 товарный знак/2 класса Международной классификации товаров и услуг/1 способ применения/12 месяцев * 2 из расчета двукратного размера стоимости права использования товарного знака).

Ссылка ответчика на лицензионный договор от 06.04.2021 не принимается судом, поскольку данный договор в материалы дела не представлен. Исковые требования истца основаны на ином лицензионном договоре, а именно от 11.08.2021 и дополнительном соглашении к нему.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на товарный знак, суд руководствуется следующим.

Как разъяснено в пункте 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательствах и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение исходя из этой цены.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

В рассматриваемом случае права лицензиата по лицензионному договору от 11.08.2021 распространяются на всю территорию Российской Федерации вне зависимости от региона использования.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Буквальный смысл и действительная воля сторон лицензионного договора от 11.08.2021 выражены в установлении условия о минимальном размере вознаграждения лицензиата, выплата которого не зависит ни от объемов реализованной продукции, ни от времени их использования.

Устанавливая размер фиксированного вознаграждения, лицензиар не проводил расчет стоимости права пользования на основе фактически реализуемых лицензиатом полномочий. Фиксированное вознаграждение лицензионного договора не обладает динамическим характером ценообразования. Правообладателем устанавливается фиксированная стоимость использования объекта интеллектуальной собственности вне зависимости от региона использования, реализуемых товаров или каких-либо других параметров. Основным критерием для определения размера фиксированного вознаграждения служит сам по себе любой предусмотренный договором вид использования объекта интеллектуальной собственности.

В каком объеме использовать предоставленное право на товарный знак, остается на усмотрение лица, которому предоставляется указанное право, и не влияет на минимальный размер вознаграждения.

Ввиду изложенного суд соглашается с произведенным истцом расчетом компенсации.

Доводы ответчика судом исследованы и отклоняются как необоснованные. Факт предложения к продаже и реализации спорного товара подтвержден кассовым чеком и видеозаписью, представленными в дело истцом.

По мнению суда, указанный размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 является соразмерным допущенному правонарушению, отвечает принципу разумности и обеспечивает соблюдение баланса сторон.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431 в размере 10 000 руб.

В абзаце втором пункта 62 Постановления № 10 разъяснено, что по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств

индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (абзац четвертый пункта 62 Постановления № 10).

На основании изложенного, определяя подлежащий взысканию размер компенсации, суд признает расчет истца обоснованным.

Ответчик, при рассмотрении дела заявил о снижении размера компенсации до 4 242руб. 40коп.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика. В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

По мнению суда, указанный размер в сумме 93 333руб. 00коп. компенсации (83 333руб. 00коп. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060 и 10 000руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431) является соразмерным допущенному правонарушению, отвечает принципу разумности и обеспечивает соблюдение баланса сторон.

Статьей 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В силу абзаца 5 пункта 64 Постановления № 10 от 23.04.2019 положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только лишь в случае, если ответчиком

заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации. Направленным суду отзывом ответчик заявил о чрезмерности рассчитанной истцом компенсации.

Суд установил, что в ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер. Документов, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации, в том числе документов, подтверждающих доход ответчика и тяжелое материальное положение, ответчиком не представлено.

Кроме того, ответчиком не представлено и доказательств проявления им разумной осмотрительности во избежание незаконного использования права, принадлежащего другому лицу. В соответствии со статьей 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для деятельности предпринимателя.

В настоящем случае при предложении к продаже товара ответчик должен осознавать, что помимо технических вопросов существуют вопросы, связанные с соблюдением интеллектуальных прав. Информацию о правообладателе, охраняемых изображениях, лицензиатах и иные сведения, необходимые для осуществления предпринимательской деятельности, можно получить из открытых и общедоступных источников. Отсутствие времени и желания ознакомиться или получить указанную информацию не может являться обстоятельством, исключающим ответственность и вину нарушителя исключительных прав.

Суд учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда. Кроме того, согласно пункту 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац 2 пункта 3 статьи 1252).

Осуществляя предпринимательскую деятельность с должной степенью добросовестности, осмотрительности и разумности, которые в условиях гражданского оборота должны сопутствовать юридически значимому поведению предпринимателя, ответчик имел возможность и должен был установить правовой режим объектов, права на которые, нарушены ответчиком, и предполагать правовые последствия представления к реализации контрафактной продукции, прежде наступления момента совершения соответствующих действий. Обстоятельства, освобождающие ответчика от указанных обязанностей, не установлены апелляционным судом.

Следующая из положений статей 1, 2, 23 ГК РФ концепция предпринимательской деятельности предполагает извлечение экономически активным субъектом прибыли не любым доступным ему, включая неправомерные, способом, а разумное, ответственное и законное юридически значимое поведение, которое требует от субъекта права определенной модели активности.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены соответствующие доказательства о неспособности удовлетворить требования истца в отношении нарушения исключительных прав последнего. Ответчик не доказал также то обстоятельство, что правонарушение не носило грубый характер и ему не было известно о контрафактности используемой продукции.

Суд также принимает во внимание неоднократность допущенных ответчиком нарушений исключительных прав (дела № А43-37963/2025).

Поскольку иное материалами дела не доказано, суд приходит к выводу, что установленная компенсация соразмерна характеру допущенного ответчиком нарушения прав истца.

Привлечение нарушителя прав на товарный знак к ответственности в порядке статьи 1515 ГК РФ имеет целью не только компенсацию потерпевшему, но экономическое стимулирование прекращения дальнейшего нарушения законных прав правообладателей.

Ответчиком не представлено и в материалах дела не имеется конкретных доказательств, опровергающих установленную законом презумпцию добросовестности другой стороны.

Доводы ответчика о прекращении реализации соответствующих товаров и в целом деятельности по продаже соответствующих товаров, в том числе со ссылкой на основные виды деятельности (код ОКВЭД 47.42, ОКВЭД 47.71), не принимаются судом, поскольку доказательства прекращения реализации соответствующих товаров не представлены. Изменение основных видов деятельности (код ОКВЭД 47.42, ОКВЭД 47.71) произошло 05.06.2024 (о чем имеется соответствующая запись в выписке ЕГРИП), а спорная реализация осуществлена ответчиком 18.04.2025, что свидетельствует о продолжении осуществления ответчиком реализации спорных товаров.

Кроме того, суд обращает внимание, что в качестве документа, подтверждающего полномочия представителя ответчика, к отзыву приложена доверенность от 21.11.2025, которая подписана предпринимателем ИП ФИО1, но не скреплена его печатью.

Согласно части 4 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, оказывающие юридическую помощь, представляют суду документы о высшем юридическом образовании или об ученой степени по юридической специальности, а также документы, удостоверяющие их полномочия.

В соответствии с частью 6 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью или может быть удостоверена в соответствии с частью 7 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 7 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доверенность от имени гражданина может быть удостоверена нотариально или в ином установленном федеральным законом порядке.

Следовательно, при отсутствии у предпринимателя ИП ФИО1 печати действует требование части 7 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о нотариальном удостоверении доверенности от имени гражданина. Таким образом, доверенность от 21.11.2025 на представителя ответчика подлежит нотариальному удостоверению.

При таких обстоятельствах основания для снижения заявленного истцом размера компенсации отсутствуют, исковые требования о взыскании 83 333руб. 00коп компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060 и 10 000руб. 00коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 293431 подлежат удовлетворению.

Истцом предъявлены к взысканию судебные издержки, состоящие из 160руб. 00коп. почтовые расходы, 250руб. 00коп. расходы на приобретение товара, 200руб. 00коп. расходы на получение выписки из ЕГРИП, 10 000руб. 00коп. расходы на фиксацию правонарушения.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Право на возмещение судебных расходов в связи с рассмотрением дела возникает при условии фактического несения стороной таких затрат.

Правила распределения судебных расходов установлены статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество заявило требование о возмещении расходов в размере 250руб. 00коп. на приобретение товара.

Факт несения расходов подтверждается кассовым чеком от 18.04.2025.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на полном, всестороннем, объективном и непосредственном их исследовании с позиций относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Поскольку данные судебные издержки являлись необходимыми для участия в процессе истца, то данные расходы являются обоснованными и подлежащими отнесению на ответчика в сумме 250руб. 00коп.

Кроме того, истец заявляет требование о взыскании с ответчика почтовые расходы в сумме 160руб. 00 коп., понесенные в связи с соблюдением претензионного порядка и направлением искового заявления в адрес ответчика.

Факт несения расходов в заявленной сумме истцом подтверждается представленной в материалы дела квитанций № 986772 от 22.08.2025 и от 26.11.2025.

К судебным издержкам относятся те расходы, которые непосредственно связаны с рассмотрением дела в суде и фактически понесены лицом, участвующим в деле, в том числе почтовые расходы.

Поскольку данные судебные издержки являлись необходимыми для участия в процессе истцом и документально подтверждены, то данные расходы являются обоснованными и подлежащими отнесению на ответчика в сумме 160руб. 00 коп. со взысканием в пользу истца.

Общество заявило требование о возмещении расходов в размере 200руб. 00коп. на получение выписки из ЕГРИП.

В подтверждение несения данных издержек истцом представлены: платежное поручение № 243 от 30.07.2025 и запрос о предоставлении сведений из ЕГРИП, выписка из ЕГРИП на ответчика.

Поскольку данные судебные издержки являлись необходимыми для участия в процессе истцом и документально подтверждены, то данные расходы являются обоснованными и подлежащими отнесению на ответчика в сумме 200руб. 00 коп. со взысканием в пользу истца.

Ходатайство о возмещении расходов 10 000руб. 00коп. на фиксацию правонарушения суд находит не подлежащим удовлетворению, поскольку доказательств несения таких расходов не представлено (п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся ответчика и подлежат взысканию в пользу истца в размере 10 000руб. 00коп.

Согласно части 2 статьи 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии решения устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

Как указывалось выше, при обращении с иском в суд истец представила в качестве вещественного доказательства - "маникюрные инструменты" в количестве одной единицы.

В силу п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Поскольку в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу, что на вещественном доказательстве выражены средства индивидуализации, нарушающие исключительное право истца на товарные знаки № 266060 и № 293431; то оно является

контрафактным и на основании части 3 статьи 80 АПК РФ не может находиться во владении отдельных лиц.

На основании изложенного, представленное в материалы дела вещественное доказательство - "маникюрные инструменты" - подлежит уничтожению после вступления в законную силу настоящего решения.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте Арбитражного суда в сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180-182, 228-229, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), г.Н.Новгород в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЗИНГЕР СПБ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ГОРОД САНКТ-ПЕТЕРБУРГ 93 333руб. 00коп. компенсации, а также 160руб. 00коп. почтовые расходы, 250руб. 00коп. расходы на приобретение товара, 200руб. 00коп. расходы на получение выписки из ЕГРИП, 10 000руб. 00коп. расходов по госпошлине.

Исполнительный лист выдается по заявлению взыскателя.

В остальной части отказать.

После вступления решения в законную силу контрафактный товар (маникюрные инструменты)- подлежит уничтожению.

Мотивированное решение составляется по заявлению лица, участвующего в деле. Заявление о составлении мотивированного решения может быть подано в Арбитражный суд Нижегородской области в течение пяти дней со дня размещения настоящего решения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае составления мотивированного решения такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме. Решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.А. Логунова