Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-3373/2017

г. Владивосток

24 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 апреля 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-1585/2024

на определение от 19.02.2024

судьи А.С. Павлова

по делу № А24-3373/2017 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению конкурсного Синичниковой Екатерины Андреевны

к Мамееву Андрею Александровичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Камчатскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Альтир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО3 (в режиме веб-конференции), по доверенности от 29.08.2023 сроком действия 1 год, паспорт;

от конкурсного управляющего ООО «Альтир»: представитель ФИО4 по доверенности от 30.09.2023 сроком действия 3 года, удостоверение адвоката;

иные лица, участвующие в деле, не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ОТК» (далее – ООО «ОТК») 27.06.2017 обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Альтир» (далее - ООО «Альтир», должник).

Определением суда от 07.08.2017 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 17.11.2017 в удовлетворении заявления ООО «ОТК» отказано, заявление оставлено без рассмотрения.

В арбитражный суд 25.09.2017 поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Камчатскому краю (далее – ФНС России, уполномоченный орган) о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 26.09.2017 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 22.08.2018 отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Альтир», заявление оставлено без рассмотрения.

В арбитражный суд 12.12.2017     поступило заявление общества с ограниченнойответственностью «Запад-Восток Сервис» (далее – ООО  «Запад-Восток Сервис») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 19.12.2017 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 15.01.2019 ООО «Запад-Восток Сервис» отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Альтир», заявление оставлено без рассмотрения.

В арбитражный суд 09.01.2018 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Хорс» (далее – ООО «Хорс») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 15.01.2018 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 05.02.2019 принят отказ ООО «Хорс» от требований, производство по заявлению ООО «Хорс» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир» прекращено.

В арбитражный суд 15.03.2018 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Стройлескомплект» (далее – ООО «Стройлескомплект») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 27.04.2018 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 04.06.2019 ООО «Стройлескомплект» отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Альтир», заявление оставлено без рассмотрения.

В арбитражный суд 03.04.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Оскар» (далее - ООО «Оскар») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 04.04.2019 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 04.02.2020 ООО «Оскар» отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Альтир», заявление оставлено без рассмотрения.

В арбитражный суд 23.04.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «КамчатТИСИЗ» (далее - ООО «КамчатТИСИЗ») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир».

Определением суда от 24.04.2019 указанное заявление принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 29.01.2021 ООО «КамчатТИСИЗ» отказано во введении наблюдения в отношении ООО «Альтир», заявление оставлено без рассмотрения.

При этом ранее в арбитражный суд 10.06.2019 поступило заявление ФНС России о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир». Определением суда от 04.07.2019 заявление уполномоченного органа принято  к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А24-3373/2017.

Определением суда от 16.09.2021 (дата объявления резолютивной части) заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «Альтир» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца, временным управляющим должником утвержден арбитражный управляющий ФИО5.

Решением суда от 21.07.2022 (дата объявления резолютивной части) ООО «Альтир» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, на период до утверждения конкурсного управляющего исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5

Определением суда от 18.08.2022 (дата объявления резолютивной части) ФИО5 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего ООО «Альтир».

Определением суда от 20.04.2023 (дата объявления резолютивной части) конкурсным управляющим ООО «Альтир» утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, заявитель).

Определением суда от 28.02.2024 срок конкурсного производства в отношении ООО «Альтир» продлен на шесть месяцев.

В арбитражный суд через систему «Мой Арбитр» 31.07.2023 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) бывшего руководителя должника ФИО1 (далее - ответчик, апеллянт) по обязательствам ООО «Альтир», в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО1 конкурсный управляющий просил приостановить производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами должника.

Определением суда от 19.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановлено производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами ООО «Альтир».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил удовлетворить апелляционную жалобу, отменить определение, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. В обоснование жалобы апеллянт привел доводы о том, что суд неверно определил дату начала течения срока исковой давности. На момент введения конкурсного производства все требования мажоритарных кредиторов уже были рассмотрены, определения о включении в реестр требований кредиторов вступили в законную силу, соответственно, конкурсный управляющий ФИО5 по состоянию на 21.07.2022 знал о следующем: ФНС России является мажоритарным кредитором, требования которого составляют 31 581 209 руб. или 99,96%; требования ФНС России включены в реестр на основании решения налогового органа о привлечении ООО «Альтир» к налоговой ответственности; требования аффилированных лиц субординированы; остались нерассмотренными только требования ООО «ТехноНиколь» в размере 2 905 199 руб. 15 коп.; включение данных требований существенным образом не изменит процент требований ФНС России. Таким образом, на момент введения процедуры конкурсного производства арбитражный управляющий уже имел все основания для подачи заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. Определяя начало течения срока исковой давности, суд не учел, что по состоянию на 21.07.2022 производство делу о банкротстве длилось 5 лет, а соответственно требования всех добросовестных и независимых кредиторов были уже предъявлены к должнику. Суд ложно установил уважительность причин пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности в отсутствие ходатайства о восстановлении такого срока.

Также апеллянт привел доводы о том, что выводы суда об объективных причинах банкротства не соответствуют обстоятельствам дела. Требования ФНС России возникли в 2019 году, заявление о вступление в дело о банкротстве было подано 11.06.2019, в то время как дело о банкротстве ООО «Альтир» возбуждено 07.08.2017. Объективной причиной банкротства должника является односторонний отказ муниципального казенного учреждения «Управление капитального строительства и ремонта» (муниципального заказчика, далее - МКУ «УКСиР») от исполнения обязательств по муниципальным контрактам и от оплаты фактически выполненных работ. В 2017 году ООО «Альтир» не только лишилось единственного источника дохода (оплаты работ по муниципальным контрактам), но и не получило оплату по фактически выполненным работам, в результате чего был инициирован ряд судебных разбирательств. В результате злоупотребления со стороны муниципального заказчика у ООО «Альтир» возникла дебиторская задолженность перед поставщиками, арендодателями самоходной техники, субподрядчиками и т.д. Именно поставщики, субподрядчики и арендодатели стали обращаться с заявлениями о признании ООО «Альтир» банкротом, начиная с 2017 года до 2018 года. ООО «Альтир» взыскало дебиторскую задолженность в размере около 50 000 000 руб. Денежные средства были направлены на погашение задолженности перед кредиторами. Ответчик предпринимал все меры для того, чтобы вывести ООО «Альтир» из банкротного состояния.

Определением апелляционного суда от 18.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17.04.2024.

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступил отзыв, по тексту которого заявитель просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Согласно позиции заявителя ответчиком не учтено, что в процедуре банкротства ООО «Альтир» в течение 8 месяцев отсутствовал конкурсный управляющий, что объективно исключало возможность подачи соответствующего заявления. Если признать позицию ответчика верной и исчислять годичный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности с 18.02.2022 (дата подготовки финансового анализа), то его окончание с учетом восьмимесячного приостановления приходится на 20.10.2023 (шесть месяцев с 18.02.2022 по 18.08.2022 (дата освобождения ФИО5) и шесть месяцев с 20.04.2023 (дата назначения ФИО2) по 20.10.2023 (окончание годичного срока исковой давности)). Вместо того, чтобы рассчитаться с независимыми кредиторами, имеющими денежные требования к должнику, а также частично погасить налоговую задолженность, ФИО1 в 60 раз увеличил и выплатил себе заработную плату в общей сумме не менее 30 540 445,68 руб. При добросовестном исполнении своих публично-правовых обязанностей должник не приобрел бы признаков банкротства.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, заявил ходатайства об отложении судебного заседания с целью предоставления дополнительных доказательств (решения УФАС и судебных экспертиз), а также ввиду необходимости подготовки письменных возражений на отзыв конкурсного управляющего в связи с поздним получением указанного отзыва; о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, МКУ «УКСиР», арбитражного управляющего ФИО5 

Представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу; по заявленным ходатайствам возразил.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

В силу части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц, установленные АПК РФ только для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Вместе с тем, из смысла статьи 42 АПК РФ во взаимосвязи с положениями о безусловной отмене судебного акта в связи с принятием его в отношении прав и обязанностей лиц, не привлеченного к участию в деле (пункт 4 части 4 статьи 270, пункт 4 части 4 статьи 288 АПК РФ), а также из части 1 статьи 133 АПК РФ следует, что суд обязан установить, чьи права и обязанности могут быть затронуты судебным актом, и привлечь это лицо к участию в деле.

В рассматриваемом случае, поскольку апеллянтом не обосновано каким образом права и законные интересы лиц, в отношении которых заявлено ходатайства о привлечении к участию в деле, затрагиваются обжалуемым судебным актом, а судом данные обстоятельства не установлены, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных статьей 51 АПК РФ, для удовлетворения ходатайства о привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, МКУ «УКСиР», арбитражного управляющего ФИО5 

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий. 

По смыслу изложенной нормы, такое процессуальное действие суда как отложение судебного разбирательства является его правом, предоставленным для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела. 

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам или сочтет причины для отложения судебного разбирательства не уважительными. 

Рассмотрев заявленное ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд в порядке статьи 158 АПК РФ отказал в его удовлетворении за необоснованностью, с учетом наличия у апеллянта достаточного времени для заблаговременного представления дополнительных доказательств по делу.

Заслушав позиции участников процесса, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Удовлетворяя заявленные требования, суд, руководствуясь положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с учетом наличия изложенной в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции доведения руководителем должника до банкротства, пришел к обоснованному выводу, что действия ответчика как бывшего руководителя должника по созданию фиктивного документооборота и минимизации налоговых платежей привели к привлечению к налоговой ответственности; в результате создания контролирующим должника лицом недобросовестной бизнес-модели должник оказался неспособным погасить полностью требования кредиторов, в том числе уполномоченного органа, что в дальнейшем привело к объективному банкротству (несостоятельности) должника. При этом суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий указал на то, что сумма задолженности третьей очереди по основному долгу, возникшая в связи с привлечением должника к налоговой ответственности (по результатам налоговой проверки за период 2013-2016 гг), превышает 50% размера требований кредиторов должника по основной сумме долга, включенных  в реестр требований кредиторов должника (далее - реестр).

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Основания и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства в ранее действующей редакции Закона о банкротстве был предусмотрен нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

В статью 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ регламентировано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017.

Законом № 266-ФЗ прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 30.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П, от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

В рассматриваем случае обстоятельства, на основании которых конкурсный управляющий заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, имели место в 2013-2016 годах. Таким образом, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013, а также норм процессуального права в редакции Закона № 266-ФЗ.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Исходя из приведенных положений законодательства, учитывая, что ответчик являлся руководителем должника с 2007 года (с даты создания общества) вплоть до даты открытия конкурсного производства в отношении общества, а также одним из двух участников должника, доля которого в уставном капитале общества составляет 80% (согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, т 1 л.д. 12), ответчик признается контролирующим должника лицом.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчику деяний) установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Указанная выше презумпция включена в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» (далее – Закон № 222-ФЗ), в пункте 9 статьи 13 которого предусмотрено, что положения абзаца тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 1 сентября 2016 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

С учетом изложенного, поскольку заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности подано после 01.09.2016,  упомянутые выше положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям вне зависимости от периода совершения ответчиком недобросовестных действий, повлекших ответственность должника. 

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга.

В силу приведенной выше нормы права, с учетом разъяснений пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), разъяснения которого подлежат применению при рассмотрении настоящего спора, поскольку указанная выше презумпция включена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве действующей редакции (в редакции Закона № 266-ФЗ), для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по данной презумпции необходимо, чтобы заявитель доказал наличие совокупности двух обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Также согласно разъяснениям пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Как установлено судом по материалам дела, решением ИФНС по г. Петропавловску-Камчатскому от 30.03.2018 № 13-12/6 по итогам налоговой проверки за период с 2013 по 2016 годы (далее – Решение ИФНС) ООО «Альтир» привлечено к налоговой ответственности за совершение налоговых правонарушений, предусмотренных:

- пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) за неполную уплату налога на налога на добавленную стоимость (далее – НДС) за 4 квартал 2014 года, 1,2,3,4 кварталы 2015 года в виде штрафа 40% от неуплаченной суммы налога - 6 194 401 руб.;

-  статьей 123 НК РФ за неполное перечисление налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в виде штрафа 17 069 руб.:

-  пунктом 1 статьи 122 НК РФ за неполную уплату транспортного налога в виде штрафа 410 руб.;

-     пунктом 1 статьи 126 НК РФ за непредставление в установленный срок документов и иных сведений (с учетом смягчающих обстоятельств) в виде штрафа в размере 150 руб.

Одновременно ООО «Альтир»  предложено уплатить не полностью уплаченные (перечисленные) налоги и пени за их несвоевременную уплату:

-   НДС за 1,3,4 квартал 2013 года и 1,2,3,4 кварталы 2014 и 2015 годов - 23 242 977 руб. и начисленные пени в размере 7 622 534 руб. 16 коп.;

-   НДФЛ в сумме 400 844 руб. и пени за несвоевременное перечисление НДФЛ в сумме 110 433 руб. 45 коп.;

-   транспортный налог в сумме 8 201 руб. и пени за несвоевременную уплату в сумме 2 155 руб. 45 коп.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 07.09.2018 по делу № А24-3275/2018, оставленным без изменения постановлениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2019 и Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.05.2019, Решение ИФНС признано частично недействительным в части штрафа по НДС по статье 122 НК РФ в размере 4 645 800 руб. 75 коп.; в остальной части оставлено без изменения.

При проверке законности Решения ИФНС арбитражные суды согласились с выводами налогового органа о том, что контрагенты должника - ООО «Опт Торг» и ООО «Транс-Лайн-Логистик» - не могли фактически осуществлять ремонтные работы и они ими не производились, а представленные к проверке документы содержат недостоверные сведения. Указанное привело к созданию фиктивного документооборота, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного применения налоговых вычетов. В ходе налоговой проверки ООО «Альтир» были представлены документы, которые не могут служить доказательством реальности осуществления сделки с конкретным поставщиком и предъявления к вычету налога на добавленную стоимость. В связи с этим налоговый орган в ходе выездной налоговой проверки, при совокупности установленных вышеуказанных обстоятельств, пришел к обоснованному выводу о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, что привело к неполной уплате НДС в сумме 23 242 877 руб. Совокупность фактически совершенных налогоплательщиком действий свидетельствуют об умышленных действиях должника, целью которых являлось неправомерное уменьшение своих налоговых обязательств. При этом именно наличие умысла на неуплату или неполную уплату сумм налога в результате занижения налоговой базы или иных неправомерных действий является квалифицирующим признаком состава налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 НК РФ, по которому общество и было привлечено к ответственности. С учетом установленных по делу обстоятельств суд пришел к выводу о наличии в действиях общества умысла, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды путем применения налоговых вычетов по НДС.

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 07.09.2018 по делу № А24-3275/2018 имеет преюдициальный характер для настоящего спора (статья 16, пункт 2 статьи 69 АПК РФ, постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П). 

Вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве должника определением суда от 22.09.2021 признано обоснованным заявление уполномоченного органа о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтир»; введена процедура наблюдения; в реестр включены требования уполномоченного органа в размере 31 581 209 руб. 91 коп., в том числе:

-  во вторую очередь: 354 665 руб. - основной долг;

-  в третью очередь: 24 725 056 руб. 77 коп. - основной долг, 4 935 408 руб. 89 коп. - пени, 1 566 079 руб. 25 коп. - штрафы.

Указанная задолженность основана на требованиях об уплате налогов № 42120 от 19.12.2018, № 9947 от 25.01.2019, № 108847 от 11.04.2019, при этом требование № 9947 сформировано на основании Решения ИФНС и включает в себя НДС в размере 23 242 877 руб.

Вынесенным в дальнейшем определением суда от 24.03.2022 удовлетворено заявление уполномоченного органа и из реестра исключена текущая задолженность в размере 2 268 615 руб. 26 коп. (2 227 400 руб. 56 коп. - основной долг и 41 214 руб. 70 коп. - пени), основанная на требовании об уплате налогов от 11.04.2018 № 108847.

По отчету конкурсного управляющего и реестру от 21.12.2023 судом установлено, что в реестр включены требования кредиторов на общую сумму 38 571 441 руб. 02 коп.:

- вторая очередь (долг): ФНС России - 354 665 руб.,

-    третья очередь (долг): ФНС России - 22 497 656 руб. 21 коп., ООО «Камчатскстрой» - 11 125 руб. 03 коп., ООО «ТехноНиколь» - 2 804 402 руб. 89 коп., МКУ «Управление капитального строительства и ремонта» - 390 864 руб. 22 коп.,

-    третья очередь (неустойки, штрафы): ФНС России - 6 460 273 руб. 44 коп., ООО «Камчатскстрой» - 832 руб. 12 коп., ООО «ТехноНиколь» -165 723 руб. 26 коп., МКУ «Управление капитального строительства и ремонта» - 5 885 898 руб. 85 коп.

Таким образом, возникшая в результате привлечения должника к налоговой ответственности задолженность по основному долгу, которая включена в третью очередь реестра, составляет более 85% всех требований кредиторов общества, что соответствует установленной абзацем пятым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции.

Учитывая то, что в ходе налоговой проверки установлены неправомерные действия должника в лице его руководителя ФИО1 по использованию схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой использовались подконтрольные организации в целях получения налоговой выгоды, искажение должником реальных сведения о доходах (выручке), в результате чего должник был привлечен к налоговой ответственности, в условиях отсутствия достаточного ликвидного имущества у должника он оказался неспособным погасить полностью требования кредиторов, в том числе уполномоченного органа, коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что в результате совершения ответчиком, как контролирующим должника лицом, указанных недобросовестных, преднамеренных действий наступило объективное банкротство ООО «Альтир», в свою очередь, при добросовестном исполнении обществом своих публично-правовых обязанностей оно не приобрело бы признаки банкротства. 

При этом применительно к доводам апеллянта о том, что требования ФНС России возникли в 2019 году, в то время как дело о банкротстве возбуждено 07.08.2017 с возникновением в этот же период у общества признаков объективного банкротства по причине одностороннего отказа МКУ «УКСиР» (муниципального заказчика) от исполнения обязательств по заключенным с должником муниципальным контрактам и от оплаты фактически выполненных работ, коллегия отмечает, что установленные налоговым органом и вступившим в законную силу судебным актом указанные выше неправомерные действия ответчика как руководителя должника, с учетом столь значительной по своему размеру образовавшейся в результате задолженности общества перед бюджетом, в отсутствие доказательств наличия у должника имущества, достаточного для ее погашения,  свидетельствует о том, что данные действия существенно ухудшили финансовое положение должника, что также влечет привлечение ответчика к субсидиарной ответственности.

  При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

По мнению апеллянта, объективное банкротство должника наступило в связи с односторонним отказом МКУ «УКСиР» от исполнения заключенным с обществом договоров не по вине общества. Отвечик также указывает, что со стороны муниципального заказчика имело место злоупотребление правом, повлекшее возникновение у должника задолженности перед своими контрагентами (поставщиками, арендодателями самоходной техники, субподрядчиками и т.д.).

Вместе с тем позиция апеллянта о недобросовестности муниципального заказчика во взаимоотношениях с должником документально не подтверждена. Судебные акты, на которые приведены ссылки в апелляционной жалобе, таких выводов не содержат. 

Также, как правильно указано судом первой инстанции, приведенные выше доводы не имеют правового значения, поскольку не опровергают неправомерные действия ФИО1 при исполнении обязанностей по уплате должником обязательных платежей (абзац пятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве); сформированная в результате ведения финансово-хозяйственной деятельности должника общая сумма задолженности перед бюджетом является свидетельством деятельности ответчика, которая привела к значительному превышению обязательств над реальной стоимостью активов, дополнительно отметив следующее.

Согласно сведениям сервиса «Картотека арбитражных дел» в Арбитражном суде Камчатского края в период с 2015 по 2019 годы с участием ООО «Альтир» и МКУ «УКСиР» рассмотрено определенное количество судебных споров, в ходе которых с обеих сторон взыскивались денежные средства. Согласно письменным пояснениям ответчика от 11.09.2023 вынесенными в 2018-2019 годы решениями Арбитражного суда Камчатского края в пользу ООО «Альтир» было взыскано более 49 миллионов рублей. При этом только решением Арбитражного суда Камчатского края от 01.02.2018 по делу № А24-1526/2017 с МКУ «УКСиР» в пользу ООО «Альтир» взысканы денежные средства в размере более 32 миллионов рублей. Решение суда вступило в законную силу 11.05.2018, исполнительный лист выдан 22.05.2018. Согласно представленным письменным пояснениям конкурсного управляющего и документам от 30.11.2023, несмотря на фактическое прекращение деятельности ООО «Альтир» в 2016 году, выпиской по счету № 40702810153030000463 в АО «Россельхозбанк» подтверждается, что в период с 09.10.2018 по 09.09.2021 на указанный счет должника в результате взыскания дебиторской задолженности поступило 33 244 844 руб., за счет которых возможно было погашение задолженности по уплате обязательных платежей. Сведения о том, что указанные денежные средства были направлены исключительно на погашение кредиторской задолженности, в материалы обособленного спора не представлены. 

При рассмотрении настоящей апелляционной жалобы апеллянтом также не представлены доказательства того, что поступивши на счет должника денежные средства, направлены на погашение имеющейся задолженности, в том числе перед бюджетом.

Приведенная в устном порядке представителем апеллянта в судебном заседании апелляционного суда ссылка на то, что эти денежные средства были направлены ответчиком, получившим их в качестве заработной платы, на погашение требований кредиторов, обратившихся с заявлениями о  банкротстве должника (оставленных судом без рассмотрения либо с прекращением производства по ним), не может быть признана обоснованной. Как указано выше, задолженность перед ФНС также как и перед иными кредиторами, чьи требования признаны обоснованными осталась в полном объеме не погашенной, доказательств наличия у должника имущества, достаточного для  погашения этой задолженности, в дело не представлено. Указанное свидетельствует о том, что денежных средств от отработанных контрактов очевидно не хватило бы для погашения требований всех кредиторов, включая уполномоченный орган. Иное из материалов дела не следует. Как правильно указал суд первой инстанции, тот факт, что в рамках дела № А24-3373/2017, в том числе с помощью аффилированных лиц, были удовлетворены требования иных кредиторов и их заявления о банкротстве должника оставлены без рассмотрения, не свидетельствует о необоснованности заявления конкурсного управляющего в связи с существенной задолженностью должника перед бюджетом. 

Доводы апеллянта о том, что ответчик предпринимал все меры для того, чтобы вывести ООО «Альтир» из банкротного состояния, не могут быть признаны обоснованными, поскольку из действий ответчика не усматривается погашение требований ФНС России (оказавшегося в итоге мажоритарным кредитором должника), основанием которых послужило совершение налогового правонарушения, после получения должником взысканной дебиторской задолженности.

Кроме того, в качестве действий, усугубивших неплатежеспособность должника (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве), конкурсный управляющий указывал на то, что ФИО1 в 60 раз увеличил и с 01.12.2016 выплатил себе заработную плату в общей сумме не менее 30 миллионов рублей. Указанные действия оспорены конкурсным управляющим, рассмотрение заявления не завершено. 

Установив наличие прямой причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчика и наступившим объективным банкротством ООО «Альтир», в отсутствие оснований полагать, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена иными причинами ухудшения финансового положения должника (объективными, рыночными и т.д.), арбитражный суд пришел к выводу, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности. Апеллянт не опроверг надлежащими доказательствами презумпцию доведения должника до банкротства.

Отклоняя доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу заявления, суд первой инстанции обоснованно руководствовался нижеследующим.

Положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ не предусматривали специального срока для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем применению подлежал общий срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, с учетом особенностей определения начала его исчисления в делах о банкротстве.

Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ установила годичный срок для обращения в ходе конкурсного производства с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, который исчисляется с момента, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии соответствующих оснований. При этом годичный срок исковой давности может быть восстановлен судом.

В связи с этим с 30.06.2013 (с даты вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении к субсидиарной ответственности можно было подавать после введения процедуры конкурсного производства, не дожидаясь расчетов с кредиторами.

Изменение срока исковой давности с одного года до трех лет для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности внесено в абзац 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве с 01.07.2017 (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ).

После введения Законом  № 266-ФЗ главы III.2 в Закон о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности можно подавать в ходе любой процедуры (пункт 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ).

Как указано в пункте 5 статьи 61.14 действующей редакции Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Таким образом, и ранее действующая статья 10 Закона о банкротстве, и положения действующей редакции статьи 61.14 Закона о банкротстве устанавливают два срока исковой давности: субъективный, подлежащий исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; объективный (пресекательный), подлежащий исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Пропуск хотя бы одного из двух названных в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 1 34-ФЗ сроков исковой давности (субъективного или объективного) является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 59 Постановления № 53, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

С учетом положений статьи 10 ГК РФ, действовавших на момент совершения вменяемых ответчику действий, которые повлекли привлечение должника к ответственности за налоговое правонарушение, срок исковой давности подлежит исчислению не ранее признания должника банкротом.

Согласно пункту 62 Постановления № 53 положения абзаца второго пункта 5 и абзаца второго пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к правилам статьи 205 ГК РФ.

Срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам.

Полагая, что срок исковой давности не пропущен, конкурсный управляющий указал на отсутствие в деле конкурсного управляющего в период с 18.08.2022 по 20.04.2023, а также на то, что в связи с наличием основания для привлечения к субсидиарной ответственности вследствие совершения ответчиком действий, повлекших возникновение налоговой задолженности в сумме, превышающей пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, течение срока исковой давности не может начаться ранее закрытия реестра, то есть 06.10.2022, когда истекли два месяца с даты опубликования сообщения о признании должника банкротом.

Поскольку конкурсное производство в отношении ООО «Альтир» введено решением суда от 21.07.2022 (дата объявления резолютивной части), объективный (пресекательный) срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен. 

Исходя из пункта 1 статьи 202, статьи 203 ГК РФ, пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве, суд признал, что период отсутствия утвержденного судом конкурсного управляющего при течении срока исковой давности учитывается; отсутствие, ввиду неутверждения судом по каким-либо причинам в деле о банкротстве должника кандидатуры конкурсного управляющего должником после отстранения (освобождения) предыдущего арбитражного управляющего, не является основанием ни для приостановления срока исковой давности, ни для его прерывания.

Однако применительно к настоящему спору субъективный срок исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности суд признал не пропущенным, с учетом содержания диспозиции пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в настоящем споре датой начала течения субъективного срока исковой давности является дата закрытия реестра - 06.10.2022.

При этом суд отметил, что постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа, которым оставлена без удовлетворения кассационная жалоба ООО «Теско» на определение Арбитражного суда Камчатского края от 31.02.2022 об отказе во включении в реестр задолженности в размере 107 068 764 руб., вынесено только 05.09.2022, то есть объем реестровых требований на дату открытия конкурсного производства не являлся окончательным и мог измениться как вследствие изменения судебного акта в отношении ООО «Теско», так и вследствие включения в реестр требований новых кредиторов.

Отклоняя доводы ответчика о том, что на дату утверждения конкурсного управляющего ФИО2 срок не был пропущен, и она имела возможность направить в суд заявление, являются необоснованными, суд указал, что они сокращают субъективный срок исковой давности на несколько месяцев, который и так составляет один год в условиях длительного отсутствия кандидатуры арбитражного управляющего; подход ответчика нивелирует какое-либо различие между объективным и субъективным сроками, что противоречит целям законодателя.

Кроме того, суд отметил, что, несмотря на то, что конкурсный управляющий является правопреемником временного управляющего, нельзя утверждать, что на дату открытия конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего, он обладает всей полнотой информации и документами должника, которые позволяют ему принять решение об обращении в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Как правило, разумный и добросовестный конкурсный управляющий в течение месяца после своего утверждения получает необходимые документы от бывшего руководителя должника, временного управляющего, государственных органов и кредитных учреждений. По истечении месяца, в большинстве ситуаций, можно презюмировать наличие у конкурсного управляющего необходимой информации для планирования своей деятельности, целью которой является наибольшее удовлетворении требований кредиторов в условиях недостаточности имущества, с использованием предусмотренных законодательством инструментов.

Решением суда от 26.07.2022 (дата объявления резолютивной части 21.07.2022) ООО «Альтир» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, на период до утверждения конкурсного управляющего исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5 При этом уже 28.07.2022 от ФИО5 поступило заявление об освобождении его от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего. Определением суда от 18.08.2022 (дата объявления резолютивной части) ФИО5 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего ООО «Альтир». Из указанного суд усмотрел, что временный управляющий изначально не имел намерения исполнять обязанности конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 20.04.2023 (дата объявления резолютивной части) конкурсным управляющим ООО «Альтир» утверждена ФИО2 До указанной даты конкурсный управляющий в деле отсутствовал. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1 направлено конкурсным управляющим ФИО2 в арбитражный суд 31.07.2023.

Суд установил, что абстрагируясь от обстоятельств, положенных в основание заявления о привлечении контролирующего должника к ответственности, учитывая смену управляющих и положения закона о возможности обращения с настоящим заявлением не ранее даты признания должника банкротом, месячный срок, который необходим конкурсному управляющему для ознакомления с документами, истек в данном случае 21.08.2022. Указанное свидетельствует о том, что конкурсный управляющий также обратился в суд в установленный законом срок.

С учетом изложенного доводы апеллянта о том, что на момент введения процедуры конкурсного производства арбитражный управляющий уже имел все основания для подачи заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, поскольку по состоянию на 21.07.2022 производство делу о банкротстве длилось 5 лет, а, соответственно, требования всех добросовестных и независимых кредиторов были уже предъявлены к должнику, подлежат отклонению, так как, констатировать безусловно процентное соотношение указанных выше требований ФНС России с реестром до закрытия реестра не представлялось возможном, очевидный характер обращения всех кредиторов с требованиями к должнику ввиду продолжительности банкротства должника, на чем настаивает апеллянт, не усматривается, до закрытия реестра указанное являлось лишь предположением ответчика.

Таким образом, суд первой инстанции законно и обоснованно удовлетворил заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Принимая во внимание, что размер субсидиарной ответственности с достаточной степенью достоверности определить невозможно ввиду того, что расчеты с кредиторами не завершены, конкурсная масса не сформирована, в настоящее время судом рассматривается заявление о неправомерных действиях бывшего руководителя по увеличению собственной заработной платы, арбитражный суд, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве и разъяснениями, данными в пункте 41 Постановления № 53, правомерно приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами должника.

Доводы ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену оспариваемого определения. Доводы апелляционной жалобы коллегией отклоняются по основаниям, изложенным выше в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Вопрос по уплате государственной пошлины апелляционным судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 19.02.2024 по делу № А24-3373/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

Т.В. Рева

 

Судьи

 

А.В. Ветошкевич

 

К.П. Засорин