АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-4033/2020

11 июня 2020 года

город Омск

  Резолютивная часть оглашена в судебном заседании 09.06.2020, полный текст решения изготовлен 11.06.2020. 

  Арбитражный суд Омской области в составе судьи Микуцкой А.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Тихоновой М.С., ознакомившись с исковым заявлением общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (ИНН 6658459980, ОГРН 1146658013666, место нахождения: 620141, г. Екатеринбург, ул. Майкоповская, д. 10, оф. 206А) к акционерному обществу «Омский завод транспортного машиностроения» (ИНН 5505204171, ОГРН 1085543060734, место нахождения: 644020, г. Омск, ул. Красный переулок, д. 2) о взыскании 1 948 218 руб. 49 коп.,

в судебном заседании приняли участие: 

от истца (онлайн) - представитель ФИО2 по доверенности от 09.01.2020 № 1, диплом;

от ответчика - представитель ФИО3 по доверенности от 09.01.2020 № 18/20, диплом;

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (далее  – ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания», истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области  с заявлением к акционерному обществу «Омский завод транспортного машиностроения»  (далее – АО «Омсктрансмаш», ответчик) о взыскании 1 910 169 руб. 87 коп., в том числе 1 492 800 руб. 23 коп. задолженности по договорам поставки продукции № 1719187316592422241024608/11208/362/19                             от 21.05.2019, № 11204/362/19 от 22.05.2019, 417 369 руб. 64 коп. неустойки за период с 28.09.2019 по 29.02.2020, а также расходы по оплате государственной пошлины.

  Определением от 06.03.2020 указанное исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 26.03.2020.

  19.03.2020 в материалы дела поступило заявление истца в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) об уточнении исковых требований, согласно которому ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» просит взыскать с ответчика 1 948 218 руб. 49 коп., в том числе 1 492 800 руб. 23 коп. задолженности, 455 418 руб. 26 коп. неустойки с 02.08.2019 по 17.01.2020 и с 28.09.2019 по 29.02.2020, а также расходы по оплате государственной пошлины.

  20.03.2020 в материалы дела посредством подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от ответчика поступило заявление о невозможности участия представителя АО «Омсктрансмаш» в предварительном судебном заседании.   

  Определениями от 26.03.2020, от 23.04.2020 предварительное судебное заседание  отложено на 21.05.2020.

            08.05.2020 посредством системы подачи документов «Мой Арбитр» от истца поступили письменные пояснения по делу.  

           19.05.2020 посредством системы подачи документов «Мой Арбитр» от ответчика поступило ходатайство о проведение предварительного судебного заседания в отсутствие представителя АО «Омсктрансмаш» и назначении судебного заседания на иную дату. 

            Определением от 21.05.2020 судебное заседание назначено на 09.06.2020.

   Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования (с учетом уточнений), пояснив, что уточнения размера неустойки связаны с технической ошибкой, допущенной в просительной части искового заявления. 

  Представитель ответчик представил отзыв на иск, в котором сумму основного долга не оспаривал; возражал против начисления неустоек по договорам; представил контррасчет размера пени; просил применить статью 333 ГК РФ, о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании.

  В обоснование заявленного ходатайства о проведении судебного заседания в закрытом режиме, ответчик сослался на то, что АО «Омсктрансмаш» является стратегическим предприятием. В силу указанного, по мнению последнего, представленные в материалы дела документы содержат сведения, составляющие коммерческую тайну, распространение которой может нанести значительный финансовый и репутационный ущерб предприятию.

  Судом отказано в удовлетворении ходатайства АО «Омсктрансмаш» о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании исходя из следующего.

  В силу части 2 статьи 11 АПК РФ разбирательство дела в закрытом судебном заседании допускается в случаях, если открытое разбирательство дела может привести к разглашению государственной тайны, в иных случаях, предусмотренных федеральным законом, а также при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны.

  Пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее - Федеральный закон № 98-ФЗ) определено, что коммерческая тайна - режим конфиденциальности информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду.

  В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Федерального закона № 98-ФЗ режим коммерческой тайны считается установленным после принятия обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, мер, указанных в части 1 настоящей статьи, в том числе:

  1) определение перечня информации, составляющей коммерческую тайну;

  2) ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка;

  3) учет лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана;

  4) регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров;

  5) нанесение на материальные носители, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, или включение в состав реквизитов документов, содержащих такую информацию, грифа «Коммерческая тайна» с указанием обладателя такой информации (для юридических лиц - полное наименование и место нахождения, для индивидуальных предпринимателей - фамилия, имя, отчество гражданина, являющегося индивидуальным предпринимателем, и место жительства).

  В отсутствие сведений о принятии АО «Омсктрансмаш» вышеперечисленных мер по охране конфиденциальности информации у суда отсутствуют основания полагать, что в рамках рассматриваемого спора имеется необходимость сохранения коммерческой тайны.

  Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

  Как следует из материалов дела, 22.05.2019 между ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (продавец) и   АО «Омсктрансмаш»  (покупатель) подписан договор поставки № 11204/362/19, в соответствии с условиями которого, а также на основании Федерального Закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» 223-ФЗ от 18.07.2011 и «Положения о закупке АО «Омский завод транспортного машиностроения», в соответствии с проведенной закупочной процедурой, продавец обязуется поставить, а покупатель  принять и оплатить продукцию. Наименование, ассортимент, количество, комплектность, цена единицы, общая стоимость продукции, сроки поставки продукции, способ доставки продукции указываются сторонами в товаросопроводительных документах (товарная накладная, счет-фактура и т.д.), спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора.  

  Согласно пункту 3.3. договора оплата за поставленную продукцию производится путём перечисления денежных средств на расчетный счет продавца в пределах стоимости (цены), предусмотренной договором, после поставки продукции в срок не более 30 (тридцати) календарных дней.

  Сумма договора составляет 3 496 537 руб. 15 коп., в том числе НДС 20% - 582 756  руб. 19 коп. (пункт 3.4. договора).

  Пунктами 5.6.- 5.7. договора предусмотрено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему договору стороны несут ответственность согласно действующему законодательству РФ. В случае нарушения одной из сторон своих обязательств по настоящему договору другая сторона вправе предъявлять требование об уплате неустойки в виде пени в размере 0,1 % от стоимости не исполненного в срок обязательства за каждый день просрочки. 

  03.06.2019 к указанному договору сторонами подписана спецификация № 1. 

  Как указал истец в исковом заявлении, во исполнение договора ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» поставило в адрес ответчика товар на общую сумму 3 492 800 руб. 23 коп., что подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными  № 1443 от 18.07.2019 на сумму 2 210 680 руб. 26 коп., № 1783 от 15.08.2019 на сумму 150 763 руб. 26 коп.  и № 1815 от 20.08.2019 на сумму 1 131 356 руб. 71 коп. 

  01.10.2019, 23.01.2020 и 31.01.2020 ответчиком произведена частичная оплата продукции на сумму 500 000 руб. 00 коп., 1 000 000 руб. 00 коп. и 500 000 руб. 00 коп., соответственно.

  Таким образом, по расчетам истца, задолженность по договору № 11204/362/19 составляет сумму 1 492 800 руб. 23 коп. 

  Кроме того, 21.05.2019 между ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (продавец) и   АО «Омсктрансмаш»  (покупатель) также был подписан договор                              № 1719187316592422241024608/11208/362/19,  в соответствии с условиями которого, а также на основании Федерального Закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» 223-ФЗ от 18.07.2011 и «Положения о закупке АО «Омский завод транспортного машиностроения», в соответствии с проведенной закупочной процедурой, поставщик обязуется в установленном настоящим договором порядке, цене и в сроки передать в собственность покупателя продукцию, указанную в спецификации № 1 Приложение № 1 к настоящему договору, а покупатель принять и оплатить указанную продукцию. 

            Поставка продукции по договору осуществляется в обеспечение государственного контракта № 1719187316592422241024608 (идентификатор 1719187316592422241024608)              от 08.11.2017 (пункт 1.2 договора).

            В соответствии со спецификацией стоимость продукции составляет 450 279 руб. 50  коп. 

            Поставка товара осуществляется в течение 60 дней с момента заключения договора. Объем поставляемой продукции не должен превышать объем, указанный в спецификации. 

            Расчеты между покупателем и поставщиком осуществляются путем перечисления денежных средств с отдельного счета покупателя на отдельный счет поставщика, открытый в уполномоченном банке, в соответствии с порядком расчетов, закрепленном в государственном контракте. 

            Покупатель производит авансирование поставок продукции в размере 50 % от цены договора в течение 10 банковских дней с момента подписания договора и получения средств от государственного заказчика.

            Окончательный расчет осуществляется в течение 10 банковских дней с момента поставки продукции и поступления сумм окончательного расчета по государственному контракту (спецификация № 1 к договору, пункт 6.4 договора).

            Пунктом 9.5 договора установлено, что в случае нарушения одной из сторон своих обязательств по настоящему договору другая сторона вправе предъявить требование об уплате неустойки в виде пени в размере 0,1% от размера стоимости неисполненного в срок обязательства, за каждый день просрочки.

            Во исполнение условий вышеуказанного договора истец осуществил поставку ответчику продукции на сумму 450 279 руб. 50 коп., что подтверждается товарной накладной № 1431 от 17.07.2019.

            Как указывает истец и не оспаривалось ответчиком, 14.06.2019 АО «Омсктрансмаш»  по платежному поручению № 6707 от 14.06.2019 произвело оплату аванса в размере 225 139 руб. 75 коп., 17.01.2020 сумма задолженности оплачена ответчиком в полном объеме (платежное поручение № 542 от 17.01.2020). 

  В рамках соблюдения претензионного порядка досудебного урегулирования спора (пункты 6.1, 9.1 договоров) 30.10.2019 ответчику была направлена претензия. 

  Отсутствие оплаты задолженности в размере 1 492 800 руб. 23 коп. по договору                  № 11204/362/19 и просрочка оплаты продукции по договору                                                               № 1719187316592422241024608/11208/362/19,  послужили основаниями для обращения с рассматриваемым иском в суд. 

  Оценив представленные в обоснование иска доказательства, доводы сторон, суд полагает заявленные требования (с учетом уточнений) подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

  Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (статья 8 ГК РФ).

  Граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ). Их добросовестность при исполнении обязательств суд предполагается в силу статьи 10 ГК РФ.

  В соответствии со статьей 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему товара, если иное не предусмотрено договором.

  В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

  В силу статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

  В соответствии с требованиями статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

  В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

  Статьей 65 АПК РФ установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

  Факт поставки товара в соответствии с условиями договоров подтвержден товарными накладными № 1783 от 15.08.2019 на сумму 150 763 руб. 26 коп., № 1815 от 20.08.2019 на сумму 1 131 356 руб. 71 коп. и № 1431 от 17.07.2019 на сумму 450 279 руб. 50 коп.

  Таким образом, ответчику по двум договорам было поставлено продукции на общую сумму 3 943 079 руб. 73 коп., оплачено АО «Омсктрансмаш»  2 450 279 руб. 50 коп., что ответчиком не оспаривалось.

  В связи с чем требование истца о взыскании с ответчика задолженности за поставленную по договору №  11204/362/19 продукцию в размере 1 492 800 руб. 23 коп. подлежит удовлетворению в полном объеме.  

  В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

   В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае ненадлежащего исполнения обязательств, в частности, в случае просрочки исполнения.

   Истец, ссылаясь на положения пунктов 5.7. и 9.5. договоров, начислил ответчику 455 418 руб. 29 коп.  неустойки, в том числе:

   - 38 048 руб. 62 коп. за период с 02.08.2019 по 17.01.2020 по договору                                   № 1719187316592422241024608/11208/362/19;

  - 417 369 руб. 64 коп. за период с 28.09.2019 по 29.02.2020 по договору                                  №  11204/362/19. 

  Расчет неустойки судом проверен, признан арифметически верным.

  Ответчик, возражая против взыскания неустойки в заявленном размере, указал, что 22.05.2019 к договору поставки № 11204/362/19 сторонами было подписано дополнительное соглашение № 2, которым стороны установили срок действия договора – по 28.08.2019.

  Таким образом, по мнению ответчика, по договору № 11204/362/19 неустойка подлежит начислению по 28.08.2019 и, поскольку товар по накладной № 1443 поставлен 24.07.2019, следовательно, за период с 24.08.2019 по 28.08.2019 неустойка составляет сумму 11 053 руб. 40 коп. 

  Указанные доводы не могут быть приняты судом во внимание. Так, согласно пункту                       1 дополнительного соглашения от 22.05.2019 № 2 к договору поставки  № 11204/362/19 «Настоящий договор вступает в силу с момента подписания  Сторонами и действует по 28.08.2019 включительно, а в части исполнения обязательств – до момента их полного исполнения сторонами договора».

   Таким образом, ООО ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» правомерно начислило неустойку в размере 417 369 руб. 64 коп. по договору № 11204/362/19 за период с 28.09.2019 по 29.02.2020, которую просит взыскать в судебном порядке.

   Также несостоятельны ссылки ответчика на отсутствие нарушений по оплате по договору № 1719187316592422241024608/11208/362/19, поскольку денежные средства от генерального заказчика поступили только 30.12.2019 и платежным поручением № 542                  от 17.01.2020 были перечислены в адрес истца.

            Положения статьи 516 ГК РФ предусматривают обязанность покупателя оплачивать поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

            Как указано выше, спецификацией к договору, пунктом 6.4 договора установлено, что окончательный расчет за поставленный товар осуществляется в течение 10 банковских дней с момента поставки продукции и поступления сумм окончательного расчета по государственному контракту, во исполнение которого сторонами заключен договор.

            В силу норм статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

            Из содержания пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) следует, что по смыслу пункта 3 статьи 157 ГК РФ не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит, в том числе, и от поведения стороны сделки.

            В пункте 1 статьи 314 ГК РФ установлено, что, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

            Исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон (статья 327.1 ГК РФ). 

   В пункте 9.8 договора стороны согласовали, что покупатель не несет ответственности за несвоевременное авансирование и/или окончательный расчет.

   По сути, сторонами согласовано условие о зависимости исполнения обязанности покупателя по оплате товара от действий третьего лица, частично находящихся в сфере контроля ответчика, состоящего с третьим лицом в договорных отношениях (потестативное условие).

   Следовательно, данное потестативное условие носит относительный характер и предполагает совершение ответчиком действий, направленных на получение соответствующего финансирования. Иное толкование ставило бы истца в зависимость исключительно от поведения третьего лица, с которым он в обязательственных отношениях не состоит.

   Включая в договор потестативное условие, стороны реализуют принцип свободы договора, являющийся конституционным правом, основным началом гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в целом фундаментом современного гражданского оборота, соответственно, его ограничение возможно только в пользу равновесных или более значимых ценностей.

   Например, суд по заявлению стороны может на основании статей 10, 169 ГК РФ проигнорировать несправедливое договорное условие в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, то есть оказался слабой стороной договора (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах»).

   В рассматриваемой ситуации суд исходит из того, что истец о диспаритете переговорных возможностей на стадии заключения договоров не заявлял, тогда как имел возможность и должен был оценить все условия договоров при их заключении.

   В этой связи суд приходит к выводу о том, что стороны вправе, руководствуясь принципом свободы договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 ГК РФ), обусловить исполнение обязательства возникновением обстоятельств, полностью или частично относящихся к сфере контроля одной из сторон обязательства, и формально не обладающих свойством неизбежности наступления. Положения договора об окончательной оплате, поставленные под условие совершения окончательной оплаты контрагентом ответчика, не противоречат статье 327.1 ГК РФ.

   Между тем защита интересов другой стороны договора, не имеющей возможности контролировать обстоятельство, от которого зависит срок исполнения обязанности его контрагента, осуществляется иным образом, а именно через механизм фикции наступления или ненаступления определенного обстоятельства, чему намеренно способствовала сторона, которой это выгодно (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 157 ГК РФ).

   В таком случае, если одна из сторон обязательства в обоснование отсутствия своей обязанности недобросовестно ссылается на выгодное для нее ненаступление обстоятельства, находящегося полностью или частично в сфере ее контроля, при истечении разумного и обычного для наступления такого рода обстоятельств срока суд вправе в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ счесть такую обязанность наступившей.

   Аналогичным образом суд вправе считать обязанность стороны непрекращенной при наступлении такого обстоятельства, если такая сторона этому недобросовестно содействовала.

   Таким образом, ответчик, поставивший исполнение своего обязательства по окончательной оплате в зависимость от действий третьего лица, обязан предпринимать разумные меры, ожидаемые от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления №25).

   Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель).

   Таким поведением, в частности, является поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась.

   Обстоятельство, с которым стороны связали наступление обязанности покупателя по окончательной оплате полученного товара, находится в сфере его контроля, соответственно, именно ответчик при добросовестном осуществлении гражданских прав обязан раскрыть информацию о получении денежных средств, а также совершении разумных и ожидаемых действий, направленных на их получение.

   Положения статьи 327.1 ГК РФ предусматривают возможность обусловить исполнение обязательства совершением определенных действий одной из сторон такого обязательства, в том числе полностью зависящих от волеизъявления одной из сторон, но предполагают надлежащее исполнение такой стороной своих обязанностей. Следовательно, при согласовании сторонами в договоре такого условия, исполнение обязательства стороны не должно ставиться в зависимость от неисполнения (ненадлежащего исполнения) контрагентом стороны договора своих обязательств, поскольку с таком случае данный правовой институт может быть использован как инструмент для злоупотребления правом и бессрочного неисполнения обязательства, что, по сути, превращает возмездный договор в безвозмездный.

   Данный правовой подход сформулирован в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.12.2018 по делу № А46-5734/2018.

   В этой связи вопросы о надлежащем исполнении контрагентом ответчика принятых на себя обязательств, в зависимость от которых поставлено наступление срока исполнения обязательства последнего по оплате товара по договору; о сроке надлежащего исполнения обязательств контрагентом ответчика и, соответственно, об определении срока оплаты товара по договору, на соблюдение которого истец вправе рассчитывать, исходя из условий договора; о предпринятых ответчиком действиях, направленных на побуждение контрагента к надлежащему исполнению принятых на себя обязательств по государственному контракту, и, как следствие, о добросовестности поведения самого ответчика в правоотношениях с истцом, не могут быть разрешены судом.

   Однако с учетом положений пункта 1 статьи 9, пункта 1 статьи 65 АПК РФ, непредставление указанных выше доказательств и пояснений позволяет суду заключить вывод о недоказанности ответчиком факта отсутствия просрочки  и своей добросовестности в правоотношениях с истцом.

   Доказательств принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательства и, следовательно, отсутствия своей вины, ответчик вопреки требованиям пункта 2 статьи 401 ГК РФ и части 1 статьи 65 АПК РФ не представил.

  В связи с чем применение к нему установленной договором санкции в виде взыскания неустойки законно и обоснованно.

  Расчеты истца судом проверены, признаны арифметически верными. 

  АО «Омсктрансмаш» просит уменьшить размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ. 

  В силу положений пунктов 1, 2 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

  Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

  Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для снижения в порядке статьи 333 ГК РФ предъявленной ко взысканию неустойки может быть только ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства.

  Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

  Как указал Конституционный Суд РФ в определении от 14.10.2004 № 293-О, право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

  Возложив решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства на суды, законодатель исходил из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

  Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

  Согласно пункту 75  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).  

  Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. 

  Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. 

  В пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ). 

  Таким образом, для снижения размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ  ответчику необходимо представить доказательства, подтверждающие как несоразмерность суммы неустойки последствиям нарушения обязательств, так и доказательства, позволяющие суду определить, является ли заявленная истцом ко взысканию сумма неустойки во взаимосвязи с суммой доказанной задолженности несоразмерной.

  Наличие экстраординарных условий для снижения неустойки в данном случае ответчиком не доказано.

  Документов, позволяющих прийти к выводу, что взыскание неустойки в размере, указанном в договорах может привести к получению кредитором необоснованной выгоды, не имеется.

  При изложенных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для применения статьи 333 ГК РФ к заявленному истцом требованию о взыскании с ответчика неустойки.

  Поскольку истцом в обоснование заявленных требований представлены надлежащие доказательства, исковые требования, как законные, обоснованные, подтвержденные материалами дела и по существу не опровергнутые ответчиком, подлежат удовлетворению в полном объеме.

  При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в сумме   40 143 руб. 00 коп. (платежное поручение от 11.12.2019 № 1663).  

  По правилам статьи 110 АПК РФ в связи с удовлетворением иска судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

  С учетом результатов рассмотрения дела государственная пошлина в сумме 32 482 руб. 00 коп. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца; излишне оплаченная государственная пошлина в размере 7 661 руб.  подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с акционерного общества «Омский завод транспортного машиностроения» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, место нахождения: 644020, 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, место нахождения: 620141, 

<

...>, оф. 206А) 1 948 218 руб. 49 коп., в том числе 1 492 800 руб. 23 коп. задолженности, 455 418 руб. 29 коп. пени; а также 32 482 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью ПКФ «Уральская трубопромышленная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, место нахождения: 620141, 

<

...>, оф. 206А) из федерального бюджета 7 661 руб. государственной пошлины, уплаченной платёжным поручением № 1663 от 11.12.2019.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в этот же срок путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

  Судья                                                                                                А.П. Микуцкая