АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-5417/23 

Екатеринбург 

28 августа 2025 г. Дело № А71-8480/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 28 августа 2025 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Оденцовой Ю.А., судей Осипова А.А., Шавейниковой О.Э. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Черкасской Н.О. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.04.2025 по делу № А71-8480/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».  

В судебном заседании в суде округа приняли участие арбитражный управляющий ФИО1, а также ФИО2, его представитель ФИО3 (доверенность от 14.07.2025 серия 18АБ № 2246895) и представитель ФИО2 – ФИО4 (доверенность от 16.07.2024 серия 18АБ № 2081690).  

В судебном заседании с использованием систем веб-конференции приняли участие ФИО5 и его представитель ФИО6 (доверенность от 16.09.2024 серия 18АБ № 2148577), а также представители: ФИО7 – ФИО8 (доверенность от 21.09.2022 серия 18АБ № 1784115), ФИО9 – ФИО10 (доверенность от 03.10.2024 серия 18АБ № 2205677).  

Финансовый управляющий ФИО1 в деле № А71-8480/2021о банкротстве ФИО5 (далее – должник) 18.08.2021 подал в арбитражный суд заявление о признании недействительными заключенных должником с ФИО2 договоров купли-продажи земельных участков от 03.04.2019 и от 05.03.2019, а также о применении последствий недействительности сделок, которые определением суда от 09.12.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 09.11.2023, заявление управляющего удовлетворено, признаны недействительными заключенные ФИО5 и ФИО2 договоры купли-продажи земельных участков от 03.04.2019 и от 05.03.2019, применены последствия их недействительности в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника соответствующие поименованные в резолютивной части определения земельные участки, взыскания с ФИО2 в пользу ФИО5 1 095 214 руб. и 22 352 432 руб., соответственно.  

В передаче кассационной жалобы на указанные судебные акты на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.  

Финансовый управляющий ФИО1 В подал в арбитражный суд 26.09.2024 заявление о пересмотре определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.04.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025, в удовлетворении заявления управляющего о пересмотре определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам отказано.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 30.04.2025 и постановление от 04.07.2025 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель полагает, что, хотя он подал заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам как процессуально независимое лицо, в связи с получением от кредитора  

требования и протоколов допросов свидетелей из уголовного дела, суды неправомерно рассмотрели его заявление, как заявление заинтересованного лица, не оценили изложенные им обстоятельствам и представленные им протоколы допросов, не оценили доводы о номинальности, формальности владения должником земельными участками, о которой управляющий узнал из протоколов допросов по уголовному делу, не являясь стороной по которому, он не мог узнать об этих обстоятельствах, которые объясняют, почему должник, имея актив в виде земельных участков, набирал займы, наращивая долги, и не пытался рассчитаться с кредиторами путем передачи земельных участков в счет долга, не обратился в банк за займом под залог участков под более низкий процент, а такие полученные в уголовном процессе доказательства не могут быть проигнорированы и должны быть использованы в настоящем деле. Как указывает заявитель, с учетом пояснений ФИО7, договоры займа должник исполнял до апреля 2021 года, требований к созаемщику он не предъявлял, дополнительное соглашение созаемщик не подписывал, на дату совершения сделок признаков неплатежеспособности у должника не было, на финансовое и имущественное состояние должника не влияли сделки по реализации участков, которые не участвовали в хозяйственной деятельности должника, свои обязательства должник обслуживал из иных источников,  

которые он не раскрыл. Управляющий указывает на поведение должника, свидетельствующее о злоупотреблении правом, а именно, что должник ввел в заблуждение управляющего и суд, сообщив, что спорные земельные участки его, что он вкладывал заемные средства в инфраструктуру и ничем другим не занимался, скрыл свою платежеспособность, что он обладал на момент сделки долей в нефтяной компании и получал от нее доход, а также обстоятельства номинальности владения участками, при этом должник не раскрыл, на какие средства он приобрел спорные участки и оплатил развитие инфраструктуры, а также, из каких источников он гасил заемные обязательства, на что направлены денежные средства от реализации спорных земельных участков, не представил объяснений его бездействия при реализации от его имени земельных участков по доверенности, неполучения им денежных средств от его представителей, реализовавших земельные участки, необращения к ним с претензиями (исками), не представил доказательств того, на что направлены полученные по договорам займа денежные средства. По мнению заявителя, названные обстоятельства злоупотребления должником правом свидетельствуют об использовании им процедуры банкротства с целью оспаривания сделок в отношении земельных участков, зная о чем, управляющий не оспорил бы сделки ввиду отсутствия к тому оснований, поэтому такие обстоятельства являются существенными, так как могли повлиять на итоговый судебный акт, и срок на подачу заявления не пропущен, поскольку должник вел себя недобросовестно, признал обстоятельства номинального владения спорными земельными участками, но сокрыл их от управляющего и суда при рассмотрении спора по существу, а лица, участвующие в деле, ранее не могли раскрыть сведения и обстоятельства из уголовного дела в связи с данными ими расписками о неразглашении.  

Поступившие в суд округа 21.08.2025 в 16 час. 09 мин. дополнения к кассационной жалобе управляющего судом округа не принимаются, так как представлены незаблаговременно (за день до судебного заседания (с учетом выходных)), к данным дополнениям, в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приложены доказательства заблаговременного направления (вручения) копий дополнений иным лицам, участвующим в деле, и в данных дополнениях содержатся доводы, которые ранее управляющий не заявлял, при этом возвращению ФИО1 на бумажном носителе дополнения не подлежат, так как представлены в электронном виде через систему «Мой арбитр».  

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 30.04.2025 и постановление от 04.07.2025 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Как указывает заявитель, первоначально подавая в суд заявление об оспаривании сделок, управляющий исходил из ограниченного объема информации и документов, имевшихся в деле и представленных должником, который, как заявитель по делу о своем банкротстве без указания причин подачи заявления о банкротстве в связи с наличием заемных обязательств с 2012 года, по которым кредиторы долги не требовали, оперативно сообщил управляющему о возбуждении процедуры банкротства и  

необходимости срочно оспорить сделки по продаже спорных земельных участков, хотя такое активное поведение и содействие в оспаривании сделок не типично для должника, а управляющий, не осведомленный о скрытых мотивах должника, сделал вывод о наличии оснований для использования специального банкротного механизма по оспариванию сделок и подал в суд соответствующее заявление и представленные должником документы, на основании которых суд признал сделки недействительными, использовав банкротный механизм оспаривания сделок в отсутствие обстоятельств, выходящих за пределы подозрительной сделки, а после рассмотрения спора по существу управляющим установлены вновь открывшиеся обстоятельства, имеющие существенное значение для данного спора и вынесения правильного судебного акта в рамках предмета доказывания, в том числе, иной размер и состав имущества должника на момент спорных сделок, указывающий на достаточность имущества должника для погашения долгов, попытки включить в реестр фиктивные долги по подложным договорам и распискам, меньший размер долга перед реальными кредиторами, и, как следствие, создание условий для использования банкротного механизма для оспаривания сделок с ФИО2 и возврата дорого актива без возврата оплаты за него, в то время как для оспаривания сделок в общеисковом порядке не было бы оснований. Заявитель поясняет, что должник, недобросовестно, введя суд и управляющего в заблуждение о своем финансовом состоянии и объеме реальных долгов, сокрыв информацию и отрицая факт получения денег в оплату по договору по рыночной стоимости, добился вывода суда, признавшего ввиду объема доказательств и возражения должника о не получении денег, исходя из высокого стандарта доказывания, недостаточными доказательства ФИО2 передачи денег и финансовой состоятельности, а вновь открывшиеся обстоятельства говорят, что должник получил встречное исполнение по спорным сделкам в сумме 37 000 000 руб., что подтверждено протоколами допросов свидетелей в уголовном деле, а в других спорах при оспаривании аналогичных сделок с земельными участками, где покупатели предоставляли расписки на реальные суммы, должник признавал факт получения денег и пояснял, что указание в договорах существенно минимальной цены делалось, чтобы не платить налоги, тогда как оплата цены производилась по рыночной стоимости, и составлялись расписки, ввиду чего судам надлежало критически отнестись к заявлению ФИО5 о том, что он не получал оплату по расписке, что противоречит его фактическому поведению при заключении и исполнении иных аналогичных сделок с другими покупателями. По мнению заявителя, при вынесении определения от 28.06.2023 суд руководствовался выводами финансового анализа должника от 18.10.2021, который не содержал информацию и выводы о вновь открывшихся обстоятельствах, установленных управляющим по результатам процедуры банкротства, длившейся с 18.10.2021 по 27.08.2024, в том числе, об умышленном сокрытии должником активов на значительную сумму перед банкротством, чтобы создать видимость необходимости формирования конкурсный массы и оспаривания сделок, в результате чего путем недобросовестного использования банкротных механизмов  

сформирована конкурсная масса, превышающая требования кредиторов к должнику, которые погашены третьим лицом, после чего с возвращением должнику активов на большую сумму прекращена процедура банкротства и определением суда от 15.05.2025 прекращено производства по делу о банкротстве должника. ФИО2 поясняет, что при оспаривании сделки управляющий не имел доказательств обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, - копий протоколов допросов свидетелей из уголовного делав отношении ФИО5, которые охранялись тайной следствия, вскрыты и предоставлены ФИО2 после завершения предварительного расследования в 2024 году, после чего переданы 16.10.2024 ФИО2 управляющему, который не имел процессуального статуса в уголовном деле и не мог следить за расследованием, а протоколы допроса свидетелей в полной мере могут являться доказательствами вновь открывшихся обстоятельств, если они содержат новые, ранее неизвестные суду факты, которые могут повлиять на исход дела, независимо от наличия приговора по уголовному делу, в котором производился допрос. Как полагает заявитель, установив наличие вновь открывшихся обстоятельств, имеющих существенное значение для оспаривания сделок с ФИО2, сведения о которых изложены в финансовом анализе от 27.08.2024, а также содержатся в протоколах допросов свидетелей за период с 02.08.2022 по 08.09.2023, управляющий обоснованно и мотивированно подал в суд заявление о пересмотре определения суда от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам, а выводы судов о том, что сокрытие должником в деле доказательств, сведений и обстоятельств не может служить основанием для пересмотра дела по заявлению управляющего, противоречат правовой позиций, содержащейся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.03.2021 № 306-ЭС20-16785, без учета которой, отказав в пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, суды встали на защиту недобросовестной стороны, лишив права на судебную защиту лиц, чьи права нарушены должником, злоупотребившим правом, и суды необоснованно сослались на знание ФИО2 о фактах и документах, неправомерно распространив это утверждение на управляющего, являющегося самостоятельным лицом, участвующим в деле, и выяснившего обстоятельства злоупотребления должником правом, введения в заблуждение управляющего и суд.  

ФИО7, ФИО11, ФИО12 в отзывах поддерживают доводы кассационных жалоб, просят их удовлетворить, обжалуемые судебные акты – отменить.  

ФИО5 и кредитор ФИО9 в отзывах по доводам кассационных жалоб возражают, просят в их удовлетворении отказать, оставить обжалуемые судебные акты без изменения.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в деле о банкротстве ФИО5 финансовый управляющий ФИО1  

18.08.2021 обратился в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными заключенных должником с ФИО2 договоров купли-продажи земельных участков от 03.04.2019 и от 05.03.2019, а также применении последствий недействительности сделок.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 09.11.2023, заявление финансового управляющего удовлетворено, признаны недействительными заключенные между ФИО5 и ФИО2 договоры купли-продажи земельных участков от 03.04.2019 и от 05.03.2019, применены последствия их недействительности в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника соответствующие поименованные в резолютивной части определения земельные участки, а также взыскания с ФИО2 в пользу ФИО5 1 095 214 руб. и 22 352 432 руб., соответственно.  

Финансовый управляющий заявил о пересмотре определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам, ссылаясь на то, что должник сообщил суду и управляющему ложные сведения, касающиеся оспариваемой сделки, при этом получил от ФИО2 денежные средства в сумме указанной в расписке от 03.04.2019, а поскольку каких-либо иных сделок в указанный период должник не совершал, управляющий пришел к выводу, что денежные средства могли появиться у должника только от сделки с ФИО2, а также на то, что должник собственником спорных земельных участков фактически не являлся и какую-либо деятельность, в том числе, по развитию инфраструктуры не производил, и собственником спорных земельных участков являлся ФИО2, а не должник, что при рассмотрении дела не исследовалось.  

По утверждению управляющего, указанные выводы им сделаны после ознакомления с протоколами допросов из уголовного дела, возбужденного в отношении должника, на момент рассмотрения заявления об оспаривании сделок о существовании указанных обстоятельств известно не было.  

Ссылаясь на указанные обстоятельства, управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из следующего. 

В силу статьи 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым (вновь открывшимся) обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 Кодекса.  

Основаниями пересмотра судебных актов по правилам названной главы являются вновь открывшиеся и новые обстоятельства (статья 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Согласно части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вновь открывшимися обстоятельствами являются: 1) существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть  

известны заявителю; 2) установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; 3) установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела. Названные обстоятельства должны объективно существовать на момент принятия судебного акта.  

В соответствии с частью 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, новыми обстоятельствами являются: 1) отмена судебного акта арбитражного суда или суда общей юрисдикции либо постановления другого органа, послуживших основанием для принятия судебного акта по данному делу; 2) признанная вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда или суда общей юрисдикции недействительной сделка, которая повлекла за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; 3) признание постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации или применение в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении истолкованием, примененного арбитражным судом в судебном акте нормативного акта либо его отдельного положения в связи с обращением заявителя, а в случаях, предусмотренных Федеральным конституционным законом от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», в связи с обращением иного лица независимо от обращения заявителя в Конституционный Суд Российской Федерации; 4) утратил силу; 5) определение либо изменение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации или в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации практики применения правовой нормы, если в соответствующем акте Верховного Суда Российской Федерации содержится указание на возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в силу данного обстоятельства; 6) установление или изменение федеральным законом оснований признания здания, сооружения или другого строения самовольной постройкой, послуживших основанием для принятия судебного акта о сносе самовольной постройки. Данные обстоятельства возникают после принятия судебного акта, но имеют существенное значение для правильного разрешения дела.  

Часть 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации содержит исчерпывающий список новых обстоятельств.  

Обстоятельства, которые, согласно части 1 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта, и суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного  

разбирательства по данному делу (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее - постановление Пленума № 52).  

Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после его принятия, поскольку, по смыслу пункта 1 части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю.  

В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам, при этом представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит.  

Исходя из анализа вышеназванных правовых норм, вновь открывшимися обстоятельствами признаются юридические факты, обладающие совокупностью трех признаков: - они должны быть существенными, то есть такими, которые могли бы привести к принятию иного решения суда; - они должны были существовать на момент принятия того судебного акта, о пересмотре которого заявлено, - и не только не были известны заявителю, но и не могли быть ему известны в силу объективных причин.  

Предусмотренные в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации основания пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов направлены на установление дополнительных процессуальных гарантий защиты прав и законных интересов субъектов общественных отношений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Данный механизм может быть задействован лишь в исключительных случаях, в целях устранения незаконности вступившего в законную силу судебного акта, обусловленной неизвестностью лицам, участвующим в деле, и суду обстоятельств, имеющих существенное значение для принятия правильного решения по существу спора. Иное понимание института пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам привело бы к нарушению принципа правовой определенности.  

В рассматриваемом случае судами установлено, что в качестве основания для пересмотра определения суда от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам управляющий сослался на показания свидетелей по уголовному делу, изложенные в протоколах допроса, о номинальном владении ФИО5 спорными земельными участками, о которых управляющий узнал после получения от ФИО2 копий протоколов допросов свидетелей  

по уголовному делу в отношении ФИО5, а также на то, что ввиду номинальности ФИО5 как собственника спорных земельных участков и их формального оформления на него, их отчуждение не влияло на финансовое состояние должника, в момент и после совершения спорных сделок, до обращения в суд с заявлением о своем банкротстве ФИО5 являлся платежеспособным, в связи с чем финансовым управляющим сделан вывод о наличии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ФИО5 и об отсутствии оснований для оспаривания его сделок.  

Вместе с тем, проанализировав доводы заявителя, по результатам исследования и оценки материалов дела с учетом конкретных обстоятельств, принимая во внимание разъяснения высшей судебной инстанции, суды пришли к выводу, что обстоятельства, на которые ссылается финансовый управляющий, не являются вновь открывшимися по отношению к обстоятельствам, являвшимся предметом судебного исследования при принятии определения суда от 28.06.2023, при этом исходили из следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, в данном случае по результатам оценки всех представленных документов, учитывая выводы оценщика о рыночной стоимости спорных земельных участков, суды в ходе рассмотрения спора по существу пришли к выводу, что в результате отчуждения спорных земельных участков размер имущества должника уменьшился на 46 148 700 руб., а представленные в качестве доказательства передачи ФИО2 денежных средств во исполнение обязательств по спорным договорам расписка от 03.04.2019 на сумму 37 000 000 руб., согласно выводам экспертов подвергалась агрессивному воздействию растворителем, что исключило возможность проведения экспертизы давности ее составления, с учетом чего, а также руководствуясь подлежащим применению повышенным стандартам доказывания, исследовав представленные расписки и сопоставив их с доказательствами в обоснование реальной возможности предоставить наличные денежные средства в указанной сумме, суды пришли к выводу о безденежности оспариваемых сделок, и управляющим не обнаружено, что должником в период после совершения оспариваемых сделок приобреталось какое-либо имущество на полученные денежные средства в сумме 37 000 000 руб., а также отсутствуют доказательства того, что данная сумма израсходована должником, что он произвел расчеты с кредиторами, и оригиналы договоров займов с третьими лицами, на которые ссылался ФИО2 в подтверждение финансовой возможности, не представлены, что исключило возможность проведения судебной экспертизы по определению давности их изготовления, а также суды учли, что по результатам проведения анализа финансового состояния должника финансовым управляющим сделан вывод о наличии у ФИО5 признаков преднамеренного банкротства.  

При этом, как следует из материалов дела и установлено судами, при рассмотрении настоящего спора по существу ФИО2 (ответчик) неоднократно уведомлял суд о расследовании органами предварительного следствия уголовного дела № 12101940001036692 в отношении ФИО5, при этом ФИО2 и ФИО5 представляли в материалы спора копии  

процессуальных документов из указанного уголовного дела, а также копии документов из данного уголовного дела приобщены к настоящему спору по запросам суда, в том числе, такие документы, как копия постановления следователя от 19.02.2023, в котором указано, что ФИО2 знакомится с материалами уголовного дела с применением технических средств для снятия копий, копии постановлений суда от 03.03.2023 и от 01.06.2023 о наложении ареста на спорные земельные участки, копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого, копия заключения почерковедческой экспертизы и др., из которых следует, что при рассмотрении настоящего обособленного спора по существу суд и лица, участвующие в деле, располагали соответствующей информацией о расследовании уголовного дела.  

Кроме того, как следует из представленных ФИО2 в материалы дела при рассмотрении настоящего обособленного спора по существу письменных документов, ФИО2 давал неоднократные письменные пояснения об обстоятельствах отчуждения должником спорных земельных участков и их оплате ФИО2 в пользу ФИО5, включая сведения, содержащиеся в материалах уголовного дела, в частности, указывал, что на момент спорных сделок у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества и не было банкротного состояния, ФИО5 имел достаточные активы, включая долю в обществе с ограниченной ответственностью «Итанефть», а путем использования процедуры банкротства должник пытался похитить имущество ФИО2, последствия недействительности спорных сделок несоразмерны и превышают размер реестра требований кредиторов должника, ФИО2 и ФИО5 не являются заинтересованными лицами, а также ФИО2 заявлял ходатайства суду об истребовании ряда документов из уголовного дела, включая протоколы допроса свидетелей, за исключением тех протоколов допросов, на которые управляющий ссылается как на вновь открывшиеся обстоятельства, а кредитор ФИО13 представил в материалы дела копию протокола допроса свидетеля ФИО2, на который управляющий ссылается как на вновь открывшееся обстоятельство.  

Вышеназванные документы, материалы дела и соответствующие обстоятельства являлись предметом исследования и оценки судов в установленном процессуальном порядке при рассмотрении настоящего обособленного спора по существу и по их результатам судами приняты судебные акты по итогам рассмотрения настоящего обособленного спора, которые вступили в силу, при этом, принимая судебные акты по результатам рассмотрения настоящего спора по существу, суды учли противоречивость позиции ФИО2, который, с одной стороны, указывает, что вернул себе принадлежавшие должнику земельные участки, поскольку они, по его мнению, фактически всегда ему принадлежали, а с другой стороны, настаивает на факте уплаты должнику денежных средств за них, что входит в противоречие с первой позицией, и суды отклонили довод о невозможности удовлетворения заявления в связи с расследованием в отношении должника уголовного дела и наложением на спорное имущество ареста в рамках его расследования,  

поскольку на момент разрешения судами спора отсутствовал вступивший в законную силу приговор суда в отношении должника, и, как следует из материалов дела, уголовное преследование должника ведется в интересах тех же лиц, которые являются кредиторами должника в деле о банкротстве и одним из поводов для возбуждения уголовного дела явился факт отчуждения должником дорогостоящего имущества в преддверии банкротства, следовательно, возвращение спорного имущества в конкурсную массу должника не противоречит целям его уголовного преследования, а в случае вынесения в отношении должника приговора суда и установления иных обстоятельств, обжалуемый судебный акт может быть пересмотрен в порядке статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора по существу, с учетом всех представленных в материалы дела документов, и пояснений лиц, участвующих в деле, включая вышепоименованные, суды пришли к выводу, что оплата по спорным договорам купли-продажи земельных участков не произведена, имущество отчуждено должником без равноценного встречного предоставления, в связи с чем оспариваемые сделки совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделок такой вред причинен, поскольку из конкурсной массы должника выбыл ликвидный актив, и другая сторона сделок знала об указанной цели в момент совершения сделок, и совокупность юридически значимых обстоятельств для признания оспариваемых сделок недействительными по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, признана судами установленной.  

Исходя из вышеназванных обстоятельств, руководствуясь вышеуказанными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив доводы управляющего ФИО1 о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, и представленные в подтверждение этих доводов документы, суды пришли к выводу, что в данном случае заявление управляющего не содержит фактов, которые не были бы проверены и учтены судами при рассмотрении спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, управляющий фактически ссылается не на вновь открывшиеся обстоятельства, а пытается представить суду новые доказательства по уже рассмотренному спору в подтверждение тех обстоятельств, которые заявлялись лицами, участвующими в деле, и исследовались судами при рассмотрении настоящего обособленного спора по существу, тогда как, представление новых и (или) повторных доказательств в опровержение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом, не является основанием для его пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Суды отклонили ссылки заявителя на доказательства, полученные при расследовании уголовного дела (протоколы допроса), поскольку таковые могут быть признаны только в качестве новых доказательств, но не новых (вновь открывшихся) обстоятельств, что следует из положений части 4 статьи 69  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой именно вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, а, по смыслу статьи 311 названного Кодекса, не являются вновь открывшимися обстоятельствами сведения, содержащиеся в постановлениях о возбуждении уголовного дела, о признании потерпевшим, поскольку отсутствует вступивший в законную силу приговор суда, которым установлены преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя, либо установлен факт фальсификации доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу, при этом постановление о возбуждении уголовного дела выносится на основании статьи 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и содержит в себе вывод следователя о наличии преступления при принятии решения о возбуждении уголовного дела, даваемая следователем в таком постановлении юридическая оценка произошедшего события (деяния) не является окончательной и его суждение носит вероятностный характер, как по поводу квалификации, так и по поводу самого факта совершения преступления, и постановление о признании потерпевшим также не является судебным актом (приговором суда), который обязателен для арбитражного суда применительно к части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе по вопросу о виновности лиц, в свою очередь, вновь открывшимся обстоятельством может быть вступивший в законную силу приговор суда в отношении лица, участвующего в деле, между тем в данном случае обстоятельства, явившиеся основанием для возбуждения уголовного дела, не подтверждены вступившим в законную силу приговором суда и, в силу указанных выше норм, не могут являться основанием для пересмотра решения арбитражного суда по правилам статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Ссылки ФИО2 на невозможность раскрытия им сведений о номинальности и реальном финансовом состоянии должника в спорных правоотношениях в связи с дачей им в уголовном деле № 12101940001036692 подписки по статье 310 Уголовного кодекса Российской Федерации о неразглашении тайны предварительного следствия, признаны судами несостоятельными, поскольку, как следует из представленных в материалы дела доказательств, ограничения, связанные с дачей подписки в порядке статьи 310 Уголовного кодекса Российской Федерации о неразглашении тайны предварительного следствия, возникли у ФИО2 не ранее 10.01.2022 (протокол допроса свидетеля от 10.01.2022), а производство по настоящему обособленному спору начато 19.08.2021, из чего следует, что ФИО2 имел реальную возможность до дачи в уголовном деле № 12101940001036692 подписки в порядке статьи 310 Уголовного кодекса Российской Федерации, являясь ответчиком по обособленному спору, раскрыть суду в обоснование своих возражений все известные ему фактические обстоятельства совершения  

спорных сделок, в том числе, о номинальном владении должником спорными участками и его реальном финансовом состоянии, при том, что из содержания постановления о признании ФИО2 потерпевшим от 17.01.2022 невозможно сделать вывод, что информация о номинальном владении должником спорными земельными участками относится к производству следственных и процессуальных действий по уголовному делу и не может быть разглашена на основании статьи 310 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также следует отметить, что, как указано выше, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора по существу ФИО2 и иные лица неоднократно сообщали суду различную информацию об указанном уголовном деле и представляли в материалы настоящего дела копии документов из уголовного дела, заявляли соответствующие ходатайства, а ФИО7, чей протокол допроса, по мнению управляющего, является вновь открывшимся обстоятельством, является кредитором должника и участвовал в рассмотрении настоящего спора по существу, из чего следует, что ответчик ФИО2 и кредитор ФИО7, в защиту интересов которых фактически действует управляющий, на момент рассмотрения настоящего спора по существу располагали информацией об обстоятельствах, которые управляющий полагает вновь открывшимися, в связи с чем позиция должника в настоящем споре не могла повлиять на их процессуальные права и возможности при рассмотрении настоящего спора, и, кроме того, положения статьи 310 Уголовного кодекса Российской Федерации допускают разглашение информации по уголовному делу с разрешения следователя и суду.  

Таким образом, исходя из вышеназванных обстоятельств, руководствуясь статьями 309, 311 и 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив все доводы управляющего, все представленные заявителем доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, установив, что обстоятельства, на которые управляющий ссылается как на вновь открывшиеся, в действительности исследовались и оценивались при рассмотрении настоящего спора по существу, а доводы заявителя фактически сводятся к намерению представить суду новые доказательства, и, учитывая, что факт возбуждения уголовного дела, так же как и наличие проведенных в уголовном деле мероприятий по допросу свидетелей, приговор по которому не вынесен, сами по себе не могут быть признаны вновь открывшимися или новыми обстоятельствами, по смыслу статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание, что уголовное дело не завершено, приговор не постановлен, следовательно, указанные заявителем обстоятельства в настоящее время не установлены вступившим в законную силу судебным актом, то есть отсутствует существенное для дела и вновь открывшееся (новое) обстоятельство, которое не было и не могло быть известно заявителю, и неоспоримо свидетельствующее о том, что если бы оно было известно, то это привело бы к принятию другого решения, при том, что из материалов дела усматривается, что соответствующие обстоятельства во всяком случае были известны ответчику ФИО2, не оспаривающему свою осведомленность об  

обстоятельствах совершения спорных сделок, но не раскрывшему такие обстоятельства в обоснование своих возражений при рассмотрении спора по существу, суды пришли к выводу об отсутствии в данном случае оснований для пересмотра определения от 28.06.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Иных обстоятельств, предусмотренных статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которые могут явиться основанием для пересмотра по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам определения от 28.06.2023, управляющим не заявлено.  

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, суды, руководствуясь статьями 309, 311 и 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценив обстоятельства, на которые ссылался заявитель, пришли к выводу, что эти обстоятельства не являются вновь открывшимися по смыслу статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при том, что иное не доказано.  

Доводы кассационных жалоб повторяют доводы заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, подлежат отклонению с учетом выводов, содержащихся в настоящем постановлении. Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.04.2025 по делу № А71-8480/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.А. Оденцова 

Судьи А.А. Осипов 

 О.Э. Шавейникова