ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-20477/2024

06 октября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена   24 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой,

при участии:  

ФИО1 лично, представитель ФИО2 по доверенности от 09.11.2019,

ФИО3 лично, представитель ФИО4 по доверенности от 23.08.2025, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-16827/2025, 13АП-17600/2025) ФИО3 и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2025 по обособленному спору № А56-20477/2024/сд.2 (судья Хозяинова Ю.А.), принятое по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО6 к ФИО7, ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

созаявитель: ФИО1,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ФИО3 (далее – должник) о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 12.03.2024 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением арбитражного суда от 23.04.2024 заявление ФИО3 признано обоснованным, ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 78(7768) от 04.05.2024.

В арбитражный суд 03.12.2024 от финансового управляющего поступило заявление, в котором с учётом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений просил: 

1. Признать недействительным договор дарения от 23.03.2021 жилого помещения площадью 59.8 кв.м. с кадастровым номером 78:14:0007679:4403, расположенное по адресу: 196158, Санкт-Петербург, ул Пулковская, д.13, Литер А, кв.325, заключенный между ФИО8 и ФИО7 (запись в Едином государственном реестре недвижимости от 02.04.2021 №78:14:0007679:44003-78/011/2021-10) и договор купли-продажи квартиры от 22.05.2021, расположенной по адресу: 

<

...>, Литер А, кв.325, кадастровый номер 78:14:0007679:4403, заключенный между ФИО7 и ФИО5, произведена государственная регистрация права собственности 02.06.2021 № 78:14:0007679:4403-78/011/2021-12; 

2. Применить последствия недействительности сделки в виде прекращения зарегистрированного права собственности (собственность № 78:14:0007679:4403- 78/011/2021-12) ФИО5; 

3. Признать право собственности на квартиру, расположенную по адресу 

<

...>, Литер А, кв.325, кадастровый номер 78:14:0007679:4403, за ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения гор. Рязань, адрес регистрации: 196158, 

<

...>, литера А, кв.68).

Определением от 19.02.2025 кредитор ФИО1 привлечён судом в порядке статьи 46 АПК РФ к участию в споре в качестве созаявителя. 

Определением арбитражного суда от 23.05.2025 заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 и ФИО5 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, в удовлетворении требований о признании сделок недействительными отказать. Должник в своей апелляционной жалобе указывает на то, что на момент совершения сделки дарения от 23.03.2021 у неё отсутствовали обязательства по возврату денежных средств, вред кредиторам не мог быть причинён, поскольку их не имелось; отмечает, что обязательства по возврату ФИО1 уплаченных денежных средств отсутствуют. В свою очередь, ФИО5 настаивает на том, что является добросовестным приобретателем имущества по возмездной сделке, полагает, что суд неверно распределил бремя доказывания, переложив на неё бремя доказывания реальности сделки, тогда как именно управляющий должен был доказать её мнимость.

От ФИО1 поступил отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе должника.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании ФИО3 и ей представитель доводы апелляционной жалобы поддержали.

ФИО1 и его представитель против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционных жалоб, письменные возражения кредитора ФИО1 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.03.2021 между Фетисовой (впоследствии - ФИО3) Ириной Александровной и ФИО7 заключен договор дарения жилого помещения – квартиры площадью 59.8 кв.м. с кадастровым номером 78:14:0007679:4403, расположенной по адресу: 196158, Санкт-Петербург, ул. Пулковская, д.13, Литер А, кв.325 (право собственности ФИО3 на указанное жилое помещение прекращено 02.04.2021, запись в ЕГРН №78:14:0007679:44003-78/011/2021-10).

22.05.2021 между ФИО7 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения (квартиры), расположенной по адресу: 196158, Санкт-Петербург, ул. Пулковская, д.13, Литер А, кв.325. Квартира продана по цене 6 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 2.2. стороны согласован порядок расчетов через банковскую ячейку; после подписания договора и перехода права собственности на квартиру к покупателю продавец получает доступ к ячейке при предъявлении в банк соответствующих документов.

По мнению заявителя, указанные сделки имеют признаки недействительности, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности – имел неисполненные обязательства перед кредитором ФИО1 в размере более 5 млн. рублей, сделки совершены в период подозрительности, безвозмездно, с целью вывода ликвидного актива из конкурсной массы должника, чем был причинен вред имущественным правам кредиторов. Изложенные в совокупности обстоятельства, по убеждению финансового управляющего, свидетельствуют также и о злоупотреблении сторонами сделки своими правами, об их мнимости.

Финансовый управляющий, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о признании сделок недействительными с учётом наличия у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения договора дарения ввиду неисполненных обязательств перед созаявителем, заинтересованности между сторонами как договора дарения, так и впоследствии заключённого договора купли-продажи. Суд пришел к выводу о безвозмездности совершённых сделок исходя из непредставления документального обоснования обратного и намеренного вывода ликвидного имущества из конкурсной массы. Судом также приняты во внимание доводы о том, что при совершении сделок имело место злоупотребление правом, сделки носили мнимый характер, установлено, что спорная квартира фактически не выбывала из собственности должника. В этой связи сделки признаны недействительными и спорая квартира возвращена в конкурсную массу должника.

Доводы апелляционных жалоб отклонены как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены принятого судебного акта.

Определением от 12.03.2024 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). Таким образом, спорные договоры с учетом даты первой сделки, совершенной должником, заключены не более чем за три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, но не ранее года, следовательно, могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных в абзацах третьем - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что денежное обязательство должника перед конкурсным кредитором ФИО1 возникло на основании решения Московского районного суда города Санкт-Петербурга по делу №2-1135/2023 от 20.02.2023, измененного Апелляционным определением Санкт-Петербургского районного суда от 15.11.2023, оставленным без изменения Третьим кассационным судом от 17.01.2024, которым суд постановил взыскать с ФИО8 в пользу ФИО10 денежные средства в размере  4 602 000 руб. и судебные расходы в размере 38 572,32 руб.

Обязательство должника возникло в связи с невозвратом кредитору денежных средств, уплаченных последним за ФИО3 (ФИО11) продавцу недвижимости ООО «Заневекий» по договору купли-продажи будущей недвижимости № 1-ЗТ от 19.02.2016.

Определением суда от 30.10.2024 по спору № А56-20477/2024/тр.1 требование ФИО1 к должнику, в частности основанное на вышепоименованных судебных актах, признано обоснованным и включено в реестр.

Таким образом, учитывая, что финансовые обязательства должника перед кредитором связаны с неисполнением обязательств по договору купли-продажи будущей недвижимости, а судебными актами лишь подтверждено наличие и размер задолженности, на момент совершения спорных сделок, в частности на дату совершения сделки дарения, у должника имелась непогашенная до настоящего времени задолженность перед кредитором ФИО1, соответственно, имелись признаки неплатежеспособности.

Кроме того, необходимо учитывать, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

В данном случае цель причинения вреда имущественным правам кредиторов является доказанной.

При определении наличия доказательств осведомленности ФИО5 о наличии указанной цели, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что промежуточный владелец в цепочке сделок - ФИО7 является сестрой ФИО8, то есть заинтересованным лицом по формальному признаку (родство).

Тогда как осведомленность ФИО5 о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника установлена с учетом обстоятельств совершения оспариваемых сделок – договор купли-продажи квартиры (22.05.2021) заключен в пределах двух месяцев после регистрации перехода права собственности на ФИО7 (02.04.2021), доказательств оплаты не представлено, спорная квартира фактически оставалась во владении должника, который продолжал проживать по спорному адресу.    

В этой связи суд первой инстанции верно исходил из фактической аффилированности ФИО5 по отношению к ФИО7 и должнику ФИО8 и её осведомленности об истинных целях оспариваемых сделок - недопущение обращения взыскания на квартиру по требованиям кредиторов.

Апелляционная коллегия отклоняет доводы ФИО5 о добросовестности при заключении оспариваемой сделки, указывая на данное обстоятельство, ответчик не представил доказательств пользования спорной квартирой после совершения оспариваемой сделки и несении ей бремени содержания квартиры, равно как и каких-либо доказательств произведённой оплаты в соответствии с пунктом 2.2 договора. При этом отсутствие оплаты по договору купли-продажи со стороны ФИО5 по смыслу статьи 302 ГК РФ выводит её из числа добросовестных покупателей квартиры.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд полагает, что в результате совершения оспариваемых сделок из конкурсной массы должника выбыл ликвидный дорогостоящий актив – квартира, за счет реализации которой могли быть удовлетворены требования кредиторов, в частности ФИО1, обязательства перед которым возникли до заключения договора дарения.

В этой связи суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, согласованность действий участников сделок по выводу актива должника, отсутствие относимых и допустимых доказательств оплаты по договору с ФИО7 и ФИО5, пришел к верному выводу о доказанности всей совокупности обстоятельств, подлежащей доказыванию по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, признав оспариваемые сделки недействительными по данному основанию.

Кроме того, апелляционный суд с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, принимая во внимание наличие между сторонами сделок доверительных отношений, пришел к выводу о мнимости оспариваемых сделок.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении сделок с объектами недвижимости свидетельствует совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ). Мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.

Оценив доводы о наличии признаков злоупотребления правом со стороны ответчиков при отчуждении спорной квартиры и мнимости совершенных сделок, суд установил, что фактическое владение ФИО11 спорной квартирой после ее отчуждения не только в пользу сестры - ФИО7, но после отчуждения последней третьему лицу - ФИО5, не прекратилось.

Так, по ходатайству кредитора ФИО1 из Московского районного суда города Санкт-Петербурга истребованы материалы дела № 2-1880/2020, из которых усматривается, что при рассмотрении ходатайства ФИО11 о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы на решение суда от 20.11.2020 по делу № 2-1880/2020 под протокол судебного заседания по заявлению № 13-1005/2021 от 27.05.2021 ФИО11 указала, что квартира по адресу: Санкт-Петербург, ул. Пулковская д. 13, кв. 325, находиться в ее собственности, где она проживает.

Также заявление ФИО11, направленное в Московский районный суд города Санкт-Петербурга по делу № 13-103/2022 о выдаче исполнительного суда на судебные расходы от 24.05.2022 (вх. суда от 12.10.2021), и почтовый конверт содержат указание в качестве адреса заявителя адрес спорной квартиры: Санкт-Петербург, ул. Пулковская д. 13, кв. 325.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание довод кредитора о том, что ФИО8 узнала об имеющемся обязательстве по возврату денежных средств ФИО1, уплаченных за нее последним третьему лицу ООО «Заневскй» по договору купли-продажи будущей недвижимости от 19.02.2016 № 1-ЗТ, не позднее 05.03.2021, на что также ею лично указано под протокол от 27.05.2021, равно как довод об отчуждении спорной квартиры ФИО12 через цепочку последовательных сделок с целью избежания ответственности по возврату денежных средств кредитору.

Исходя из изложенного, подлинная воля сторон оспариваемых сделок не была направлена на установление правоотношений по договорам дарения и купли-продажи, договоры имеют признаки мнимых сделок, совершенных заинтересованными по отношению к должнику лицами лишь для вида, без намерения сторон сделок создать соответствующие им правовые последствия, с целью вывода ликвидного имущества должника в пользу заинтересованного лица во избежание обращения на него взыскания.

Апелляционный суд дополнительно отмечает, что сведения о выставлении спорной квартиры на продажу для раскрытия условий сделки перед неограниченным кругом лиц отсутствуют.

Доводы заявителей о том, что ФИО8 является конечным выгодоприобретателем по оспариваемой цепочке сделок, реализованной ее участниками для вывода ликвидного актива из имущественной массы с целью недопущения обращения взыскания на недвижимое имущество в рамках исполнения судебного акта о взыскании задолженности в пользу ФИО1, ни должником, ни ответчиками документально не опровергнуты.

ФИО7, находясь в близких родственных связях с должником, не могла не знать о наличии у ФИО8 крупных долговых обязательств перед кредитором ФИО1, однако совершила действия, направленные на отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества в кратчайший срок после получения имущества в собственность без какой-либо финансовой выгоды, действуя недобросовестно, злоупотребив принадлежащими правами.

В свою очередь, ФИО12 не представила доказательств, свидетельствующих о реальности сделки по приобретению недвижимого имущества, в том числе договор аренды банковской ячейки, наличия финансовой состоятельности для приобретения недвижимого имущества, принятия имущества в фактическое пользование и т.п.  Факт передачи денежных средств в сумме 6000000 руб., равно как и факт их наличия у покупателя в указанном размере на момент совершения сделки, что также подтверждает недобросовестное поведение ответчика и злоупотребление правом в интересах должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, применяя правовые последствия недействительности, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, правомерно возвратил в конкурсную массу должника спорное имущество.

Выводы суда основаны на правильном понимании и толковании норм материального и процессуального права о распределении бремени доказывания. Доводы же апеллянтов по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, для переоценки которых оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, повторяют пояснения, данные в суде первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанцией несостоятельными.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционных жалоб или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы ФИО12 в силу статьи 110 АПК РФ относятся на её подателя, так как в удовлетворении жалобы отказано.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2025 по обособленному спору № А56-20477/2024/сд.2 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.   

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

А.Ю. Слоневская

 И.В. Сотов