ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-20438/2018

15 июня 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  08 июня 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 июня 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Дубок О.В., Рыжикова О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4095/2021) общества с ограниченной ответственность «Тесла» на определение Арбитражного суда Омской области от 22 марта 2021 года по делу № А46-20438/2018 (судья Е.А. Самович), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества ограниченной ответственностью «Сибирь» ФИО2 к обществу с ограниченной ответственность «Тесла» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» (ИНН 

<

***>, 1065501017845) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Тесла» - ФИО3, доверенность от 26.08.2020, срок до 31.12.2021; директор ФИО4, предъявлен паспорт;

установил:

определением Арбитражного суда Омской области от 25.02.2019 (резолютивная часть от 20.02.2019) заявление публичного акционерного общество Национальный банк «Траст» (далее – ПАО НБ «Траст») признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» (далее - ООО «Сибирь», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2019 (резолютивная часть от 19.08.2019) в отношении ООО «Сибирь» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Тесла» (далее – ООО «Тесла»), в котором просил:

- признать недействительным дополнительное соглашение № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-41/7 от 01.03.2017, заключенное между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла»; применить последствия недействительности сделки: взыскать с                ООО «Тесла» в конкурсную массу ООО «Сибирь» денежные средства в размере                      1 240 370 руб.; 

- признать недействительным дополнительное соглашение № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-141/1 от 01.03.2017, заключенное между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла»; применить последствия недействительности сделки: взыскать с               ООО «Тесла» в конкурсную массу ООО «Сибирь» денежные средства в размере                      360 550 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 22.03.2021:

- заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признано недействительным дополнительное соглашение № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-41/7 от 01.03.2017, заключенное между ООО «Сибирь» и                    ООО «Тесла», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Тесла» в конкурсную массу ООО «Сибирь» денежных средств в размере                1 240 370 руб.; 

- признано недействительным дополнительное соглашение № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-141/1 от 01.03.2017, заключенное между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Тесла» в конкурсную массу ООО «Сибирь» денежных средств в размере                  360 550 руб.; 

- с ООО «Тесла» в пользу ООО «Сибирь» взыскано 6 000 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины за подачу заявления.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Тесла» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- суд первой инстанции неправильно заключил, что спорные дополнительные соглашения были заключены сторонами после принятия арбитражным судом заявления о признании ООО «Сибирь» банкротом к производству;

- содержащиеся в дополнительных соглашениях условия имеют обычный характер для осуществляемой должником и ответчиком предпринимательской деятельности, отсутствуют доказательства заинтересованности ООО «Тесла» по отношению к должнику, наличия у ООО «Сибирь» по состоянию на дату совершения спорных сделок признаков неплатежеспособности, доказательства недобросовестности сторон, проявленной ими при заключении спорных сделок;

- ООО «Сибирь» было удовлетворено качеством оказываемых ему ООО «Тесла» услуг, основания для одностороннего отказа от исполнения агентских договоров у конкурсного управляющего отсутствовали, такой отказ являлся внезапным, немотивированным, при этом непосредственно после расторжения агентских договоров с ООО «Тесла» конкурсный управляющий заключил агентские договоры на аналогичных условиях с другим лицом – обществом с ограниченной ответственностью «Катунь» (далее – ООО «Катунь»);

- возможность установления платы за односторонний отказ от договора обозначена в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»;

- суд первой инстанции неверно определил структуру затрат и расходов                 ООО «Тесла».

До начала заседания суда апелляционной инстанции от ООО «Тесла» поступили дополнения к апелляционной жалобе, от конкурсного управляющего – письменные пояснения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 01.06.2021, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 08.06.2021; ООО «Тесла» и конкурсному управляющему предложено письменно сравнить основные условия агентских договоров должника и ответчика, с одной стороны, и должника и                       ООО «Катунь», с другой стороны, обосновав отсутствие существенной разницы в данных условиях или ее наличие для должника. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

За время перерыва от ООО «Тесла» поступили письменные пояснения, от конкурсного управляющего – письменные пояснения, ходатайство об отложении судебного заседания.

В заседании суда апелляционной инстанции после перерыва с учетом мнения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела поступившие от конкурсного управляющего 07.06.2021 письменные пояснения.

Представитель ООО «Тесла» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Конкурсный управляющий, иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

В качестве такого обстоятельства конкурсный управляющий указал на то, что у представителя конкурсного управляющего отсутствует возможность явиться в заседание суда апелляционной инстанции 08.06.2021 в связи с наличием у него необходимости принимать участие в судебном заседании в Арбитражном суде Московского округа в рамках дела № А40-75652/2020, при этом в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об участии в заседании суда апелляционной инстанции в онлайн-режиме отказано.

Кроме того, ФИО2 указывает, что 03.06.2021 от ООО «Тесла» в материалы дела поступили дополнительные документы, которые не направлялись в адрес конкурсного управляющего, в связи с чем ему требуется время для ознакомления с данными документами и изложения своей правовой позиции по спору с учетом содержания данных документов.

Вместе с тем необходимость обязательного личного участия представителя конкурсного управляющего в судебном заседании последним не обоснована, как не указано, для совершения каких процессуальных действий необходима личная явка ФИО2 в заседание суда апелляционной инстанции.

Поступившие от ООО «Тесла» в дело 03.06.2021 документы ранее представлялись им в суд первой инстанции и были приобщены к материалам дела, у конкурсного управляющего имелась возможность ознакомиться с данными документами ранее, новые доказательства ООО «Тесла» в суд апелляционной инстанции ни в указанную, ни в иную дату представлены не были.

Поскольку заявленное ФИО2 ходатайство не мотивировано наличием обстоятельств, свидетельствующих о невозможности рассмотрения дела в его отсутствие и в отсутствие его представителя, в том числе в связи с намерением стороны осуществить какие-либо процессуальные действия, учитывая наличие в деле подробной позиции конкурсного управляющего и письменных пояснений ФИО2 по вопросам, поставленным перед участвующими в деле лицами протокольным определением суда апелляционной инстанции от 01.06.2021, а также иные приведенные выше обстоятельства, в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания судом апелляционной инстанции отказано.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, дополнения к ней, письменные пояснения участвующих в деле лиц, заслушав представителя ООО «Тесла», проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает определение Арбитражного суда Омской области от 22.03.2021 по настоящему делу подлежащим отмене.

Как следует из материалов дела, между ООО «Сибирь» (принципал) и                      ООО «Тесла» (агент) были заключены агентские договоры № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 (том 1, листы дела 57-73) и № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 (том 1, листы дела 40-55), в соответствии с которыми агент оказывает принципалу услуги по коммерческому управлению недвижимыми объектами, принадлежащими на праве собственности принципалу (пункты 2.1 договоров).

В соответствии с пунктами 15.2 указанных договоров стороны могут в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора полностью или частично, при условии письменного уведомления другой стороны за 30 (тридцать) дней до даты расторжения договора. 

В соответствии с  дополнительным соглашением № 2 к агентскому договору № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 от 17.05.2018 (том 1, лист дела 56) и дополнительным соглашением № 2 к агентскому договору                               № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 от 17.05.2018 (том 1, лист дела 90), стороны пришли к соглашению дополнить разделы 15 вышеуказанных договоров пунктом 15.5: «В случае одностороннего расторжения Договора со стороны Принципала произвести выплату на расчетный счет Агента равную сумме затрат на техническую эксплуатацию за два календарных месяца, согласно бюджета (Приложение №5 к Договору). Выплата должна быть произведена не позднее 30 календарных дней с момента расторжения Договора».

В соответствии с дополнительным соглашением № 2 к агентскому договору                 № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 от 17.05.2018 ООО «Тесла» удержало из поступлений в пользу  ООО «Сибирь» денежные средства за досрочное расторжение договора в размере 1 240 370 руб., а согласно дополнительному соглашению № 2 к агентскому договору № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 от 17.05.2018 - денежные средства за досрочное расторжение договора в размере 360 550 руб.

На основании уведомления, направленного конкурсным управляющим в адрес  ООО «Тесла» 01.11.2019, агентский договор № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 и агентский договор № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 были расторгнуты во внесудебном порядке.

Считая, что дополнительные соглашения к агентским договорам являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции заключил, что спорные дополнительные соглашения не могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как оспариваемое положение пунктов 15.5, включенных в договоры № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 и № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 дополнительными соглашениями № 2 от 17.05.2018, не предусматривает какого-либо встречного исполнения.

Арбитражный суд также пришел к выводу о том, что спорные дополнительные соглашения не подлежат признанию недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как доказательств, свидетельствующих о том, что                  ООО «Тесла» знало или должно было знать о причинении вреда имущественным правам кредиторов спорными сделками, конкурсным управляющим не представлено.

В то же время суд первой инстанции принял во внимание, что исходя из оспариваемых положений дополнительных соглашений № 2 от 17.05.2018, предусмотренное ими право на односторонний отказ от исполнения обязательства обусловлено необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства, поскольку данные положения не связаны с выполнением / невыполнением / ненадлежащим выполнением агентом поручения принципала, вознаграждение агента рассчитывается и выплачивается агентом в фиксированной сумме – сумме «затрат на техническую эксплуатацию за два календарных месяца, согласно бюджета (приложение № 5 к договору)».

Между тем возможность установления платы за односторонний отказ от договора разъяснена в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», согласно которому только предусмотренное диспозитивной нормой или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства (пункт 3 статьи 310 ГК РФ).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) указано, что императивное право на односторонний отказ от договора может быть предусмотрено правилами об отдельных видах договоров.

Если право на односторонний отказ от исполнения обязательства или на одностороннее изменение условий обязательства установлено императивной нормой, например абзацем вторым пункта 2 статьи 610 ГК РФ, то включение в договор условия о выплате денежной суммы в случае осуществления стороной этого права не допускается (пункт 1 статьи 422 ГК РФ). Такое условие договора является ничтожным, поскольку оно противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (пункт 2 статьи 168 и статья 180 ГК РФ) (пункт 15 Постановления № 54).

Таким образом, применение пункта 3 статьи 310 ГК РФ, с учетом приведенных выше разъяснений, возможно в случае, когда обе стороны осуществляют предпринимательскую деятельность, при условии, что право на односторонний отказ от исполнения обязательства предусмотрено диспозитивной нормой. В свою очередь, императивный характер нормы блокирует свободу сторон в ограничении закрепленного права, в том числе путем установления платы за его реализацию.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве императивно установлено, что конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 указанного закона.

Как заключил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае право на отказ от договора предусмотрено императивной нормой закона (пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве), напрямую связывающей реализацию такого права конкурсного управляющего с конкретными обстоятельствами, реально препятствующими восстановлению его платежеспособности, а именно: если исполнение договора должника повлечет убытки для должника по сравнению с аналогичными договорами, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах; если договор рассчитан на получение положительных результатов для должника лишь в долгосрочной перспективе; если имеются иные обстоятельства, препятствующие восстановлению платежеспособности должника.

Кроме того, судом первой инстанции принято во внимание, что, исходя из целей и условий договоров № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 и № ОМСК-41/7 от 01.03.2017, данные сделки заключены сторонами по модели договора поручения, то есть когда поверенный - агент (ООО «Тесла») действует от имени и за счет доверителя - принципала (общества).

При этом статьей 977 ГК РФ предусмотрено, что доверитель вправе отменить поручение, а поверенный отказаться от него во всякое время. Соглашение об отказе от этого права ничтожно.

Таким образом, из смысла указанных выше норм следует, что досрочный отказ принципала от агентского договора, заключенного на определенный срок, возможен в любое время: как до начала исполнения услуги, так и в процессе оказания услуги, поскольку данное право императивно установлено положениями ГК РФ.

Из материалов дела усматривается, что конкурсный управляющий воспользовался установленным законом (пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве и статьей 977 ГК РФ) правом на односторонний отказ от агентских договоров, 01.11.2019 направив в адрес ООО «Сибирь» уведомление о расторжении агентских договорам                 № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 и № ОМСК-41/7 от 01.03.2017.

Поскольку императивный характер нормы блокирует свободу сторон в ограничении закрепленного права, в том числе путем установления платы за его реализацию, применение условия договора в ситуации нахождения стороны, заявляющей такой отказ от его исполнения в процедуре банкротства, является неправомерным, поскольку противоречит существу законодательного регулирования отношений (пункт 2 статьи 168 и статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции посчитал, что установление в договоре условия о безусловной оплате ООО «Сибирь» компенсации за одностороннее расторжение договора по инициативе последнего вне зависимости от фактически понесенных                  ООО «Тесла» расходов, достигнутых результатов и возникших убытков, фактически представляет собой штрафную санкцию за отказ от услуг агента, что ограничивает право принципала на расторжение договора.

Таким образом, условия оспариваемых дополнительных соглашений являются явно обременительными для ООО «Сибирь» и существенным образом нарушают баланс интересов сторон, а учитывая их оспаривание в процедуре банкротства, - права и законные интересы конкурсных кредиторов должника (принципала), перед которыми у последнего имеются реальные неисполненные и неоплаченные обязательства.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции признал дополнительные соглашения № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 и к агентскому договору № ОМСК-141/1 от 01.03.2017, заключенным между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла», ничтожными.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции о ничтожности дополнительных соглашений в связи со следующим.

Суд первой инстанции при принятии обжалуемого определения исходил из того, что стороны договора вправе предусмотреть в нем либо в дополнительных соглашениях к нему условие об обязанности стороны, в одностороннем порядке отказавшейся от исполнения договора, выплатить другой стороне компенсацию только в том случае, если право на отказ от договора не имеет императивного характера (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016                № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

При этом арбитражный суд пришел к выводу, что право ООО «Сибирь» на отказ от агентских договоров (которое было реализовано ФИО2 01.11.2019) следует из императивных положений пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, согласно которым конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 указанного закона, а также статьи 977 ГК РФ, из которой следует, что доверитель вправе отменить поручение, а поверенный отказаться от него во всякое время.

В связи с этим суд первой инстанции посчитал, что исходя из существа отношений между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла» по агентским договорам (по модели договора поручения) и специального регулирования отношений в сфере несостоятельности (банкротства), в настоящем случае у ООО «Сибирь» и ООО «Тесла» отсутствовало право на согласование условия договоров об обязанности стороны, в одностороннем порядке отказавшейся от исполнения договора, выплатить другой стороне компенсацию, что и явилось, по мнению арбитражного суда, основанием считать дополнительные соглашения, содержащие такое условие, ничтожными.

Однако приведенные выводы суда первой инстанции не являются правильными и не соответствуют обстоятельствам дела.

Во-первых, согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 настоящего Федерального закона. Конкурсный управляющий не вправе заявлять отказ от исполнения договоров должника при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника.

Как следует из пункта 1 статьи 102 Закона о банкротстве, внешний управляющий в течение трех месяцев с даты введения внешнего управления вправе отказаться от исполнения договоров и иных сделок должника. Согласно пункту 3 этой же статьи в случаях, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи, договор считается расторгнутым с даты получения всеми сторонами по такому договору заявления внешнего управляющего об отказе от исполнения договора.

Таким образом, приведенными нормами Закона о банкротстве предусмотрены как форма отказа от исполнения договора (письменное заявление конкурсного управляющего об отказе от исполнения договора), так и совокупность необходимых условий, являющихся основанием для заявления этого отказа (пункт 1 статьи 450.1 ГК РФ), то есть для признания такого отказа действительным.

К этой совокупности в обязательном порядке относятся следующие условия: сделки к моменту заявления отказа не исполнены сторонами полностью или частично, отсутствуют обстоятельства, препятствующие восстановлению платежеспособности должника, сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или их исполнение должником повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

То есть предусмотренное пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве императивно установленное право на односторонний отказ от исполнения сделок должника принадлежат конкурсному управляющему исключительно в ситуации, когда таковой необходим для соблюдения прав и законных интересов его кредиторов, сохранения и пополнения конкурсной массы в целях наиболее эффективного проведения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

В настоящем же случае из материалов настоящего дела следует, участвующими в деле лицами, в том числе конкурсным управляющим, не оспаривается, что отказ конкурсного управляющего от исполнения агентских договоров № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 и № ОМСК-41/7 от 01.03.2017 посредством направления им в адрес                 ООО «Сибирь» 01.11.2019 уведомления об их расторжении являлся немотивированным и содержал ссылку на наличие у конкурсного управляющего  права на отказ от  договора, предусмотренного Законом о банкротстве.

Иные причины, по которым ФИО2 принял решение об отказе от исполнения указанных договоров, им 01.11.2019 ООО «Тесла» не сообщены и не раскрыты.

При этом согласно не опровергнутым доводам ответчика 01.03.2019 действие агентских договоров продлевалось на третий год сотрудничества, что говорит о сложившихся между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла» крепких партнёрских отношениях. Отсутствие претензий в адрес ООО «Тесла» за почти трёхлетнее сотрудничество говорит об удовлетворённости принципала (ООО «Сибирь») качеством оказываемых услуг и уровнем предоставляемого сервиса. 

Согласно доводам заявителя апелляционной жалобы никаких объективных причин для одностороннего расторжения договоров у ООО «Сибирь» не было. 

В то же время из дела усматривается, что непосредственно после расторжения агентских договоров с ООО «Тесла», а именно 01.11.2019, конкурсный управляющий заключил агентские договоры № Ом1 и № Ом2 на аналогичных условиях с другим лицом – ООО «Катунь» (том 1, листы дела 128-138).

При этом, как указано ответчиком и не опровергнуто конкурсным управляющим, ООО «Катунь» профессионально занимается управлением многоквартирными жилыми домами, а не коммерческой недвижимостью (том 2, листы дела 12-13), не имеет в данной сфере опыта, осуществляет деятельность всего около года, фактически ведет деятельность исключительно в городе Новосибирске (том 2, лист дела 14) и не имеет для исполнения агентских договоров необходимых ресурсов (среднесписочная численность работников ООО «Катунь» - 8 человек).

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 01.06.2021       ООО «Тесла» и конкурсному управляющему предложено письменно сравнить основные условия агентских договоров должника и ответчика, с одной стороны, и должника и ООО «Катунь», с другой стороны, обосновав отсутствие существенной разницы в данных условиях или ее наличие для должника. 

Во исполнение указанного судебного акта конкурсный управляющий представил в дело письменные пояснения исх. № 11/5/АЖ от 04.06.2021, в которых указал, что разница состоит только  в личности агента.

Кроме того, согласно доводам ФИО2 в адрес ФИО2 от ПАО «НБ «Траст» и от крупных арендаторов помещений должника поступали негативные отзывы о качестве оказываемых ООО «Тесла» услуг.

Однако при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции ФИО2 обосновывал свои действия по отказу от агентских договоров исключительно ссылкой на положения пункта 1 статьи 102 Закона о банкротстве, не указывал на то обстоятельство, что заявление им одностороннего отказа от исполнения договоров обусловлено неисполнением (ненадлежащим исполнением) ООО «Тесла» обязательств по таким договорам, конкретные нарушения, допущенные ООО «Тесла», конкурсный управляющий не раскрывал и не подтверждал ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции, несмотря на доводы ответчика о необоснованном заключении агентских договоров с другим агентом.

Какие-либо доказательства в подтверждение приведенных им в письменных пояснениях исх. № 11/5/АЖ от 04.06.2021 обстоятельств конкурсным управляющим в материалы настоящего спора не представлены.

Поэтому суд апелляционной инстанции исходит из того, что смена агента никаким образом не повлияла ни на возможность восстановления платежеспособности, ни на улучшение   степени удовлетворения требований кредиторов, а значит, отказ от договоров с ответчиком не был  реализацией императивного права на отказ от договора, предусмотренного статьей 102, 129 Закона о банкротстве.

Следовательно, ответчик имеет право требовать от должника плату за отказ от договоров. 

Как правильно указывает ООО «Тесла» и не опровергнуто ФИО2, исходя из имеющихся в деле документов имеются основания полагать, что расторжение конкурсным управляющим в одностороннем порядке агентских договоров с ООО «Тесла» было обусловлено не невыгодностью сохранения ООО «Сибирь» отношений с ООО «Тесла» для конкурсной массы, а намерением конкурсного управляющего сменить агента на иное лицо, которое  ФИО2 по тем или иным не раскрытым ООО «Тесла» и арбитражным судам причинам импонирует в большей степени, чем ответчик.

При этом неудовлетворённость конкурсного управляющего личностью кредитора должника по сделке не означает, что имеются основания для отказа от сделки, предусмотренные статьей 102, 129  Закона о банкротстве.

А потому данное обстоятельство, на которое ФИО2 в письменных пояснениях исх. № 11/5/АЖ от 04.06.2021 ссылается как на основание для отказа от агентских договоров, не свидетельствует о возникновении у конкурсного управляющего и реализации им императивного права на отказ от исполнения сделки, предусмотренного пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что отказ от исполнения агентских договоров заявлен конкурсным управляющим при отсутствии всей совокупности необходимых условий, которые исходя из смысла содержащихся в пункте 1 статьи 102 Закона о банкротстве норм права могла бы свидетельствовать о реализации им императивного права на отказ от договоров на основании соответствующих норм.

Односторонний отказ от исполнения агентских договоров фактически осуществлен ФИО2 не на основании пункта 1 статьи 102 Закона о банкротстве, как на то указал суд первой инстанции, а представляет собой добровольный отказ ООО «Сибирь» в лице конкурсного управляющего от агентских договоров на основании пунктов 15.2 указанных договоров.

Так, согласно пунктам 15.2 агентских договоров стороны могут в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора полностью или частично, при условии письменного уведомления другой стороны за 30 (тридцать) дней до даты расторжения договора. 

На основании пункта 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Предусмотренное настоящим Кодексом, другим законом, иным правовым актом или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства (пункт 3 статьи 310 ГК РФ).

Как правильно указал суд первой инстанцию, возможность установления платы за односторонний отказ от договора разъяснена в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», согласно которому только предусмотренное диспозитивной нормой или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства (пункт 3 статьи 310 ГК РФ).

То есть применение пункта 3 статьи 310 ГК РФ возможно в случае, когда обе стороны осуществляют предпринимательскую деятельность, при условии, что право на односторонний отказ от исполнения обязательства предусмотрено диспозитивной нормой.

А потому, учитывая, что в настоящем случае односторонний отказ от исполнения агентских договоров ФИО2 представляет собой не отказ на основании пункта 1 статьи 102 Закона о банкротстве, а добровольный отказ ООО «Сибирь» в лице конкурсного управляющего от агентских договоров на основании пунктов 15.2 указанных договоров, стороны таких договоров имели право согласовать условие о компенсации ООО «Сибирь» ООО «Тесла» затрат на техническую эксплуатацию за два календарных месяца согласно бюджету (пункты 15.5 дополнительных соглашений).

Согласование сторонами агентских договоров соответствующего условия, вопреки выводам суда первой инстанции, не является незаконным по той причине, что право ФИО2 на отказ от исполнения соответствующих договоров имело императивный характер на основании пункта 1 статьи 102 Закона о банкротстве, поскольку в настоящем случае такой отказ совершен конкурсным управляющим по другим основаниям.

Более того, и  при наличии права у конкурсного управляющего на отказ от договора, предусмотренного статьей 102, 129 Закона о банкротстве  само по себе соглашение об установлении платы за отказ от договора не могло являться ничтожным, поскольку  недействительность сделки должна иметь место на момент ее совершения.

Речь бы могла идти не о недействительности  пунктов 15.5. в редакции дополнительных соглашений, а лишь об отсутствии у ответчика права требовать компенсации, так как отказ в этом случае являлся бы не реализацией договорного права должника  на отказ от договора (секундарного права), а реализацией законного права кредиторов должника (не являющихся стороной договора), которые в лице конкурсного управляющего распоряжаются, в определенных пределах,  имущественной массой должника, в том числе, принадлежащими ему имущественными правами.

Во-вторых, из материалов дела не следует, участвующими в деле лицами не обосновано и не доказано, судом первой инстанции в обжалуемом определении не мотивировано, что заключенные между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла» 01.03.2017 договоры № ОМСК-41/7 и № ОМСК-141/1 не являются агентскими договорами.

Напротив, из содержания указанных договоров следует, что они оформляют агентские отношения между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла», в рамках которых одна сторона (ООО «Тесла», агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (ООО «Сибирь», принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Суд первой инстанции применил к отношениям сторон по агентским договорам нормы права, регулирующие отношения из договора поручения, в частности статью 977 ГК РФ, указав, что согласно статье 1011 ГК РФ к отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 настоящего Кодекса, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора.

Вместе с тем по смыслу приведенной нормы права регулирование отношений из договора поручения может быть распространено на агентские отношения исключительно в случае, если таковое не противоречит положениям главы 52 ГК РФ или существу агентского договора (например, Сфера услуг: гражданско-правовое регулирование: Сборник статей / ФИО5, ФИО6, А.А. Богер и др.; под ред. ФИО7, ФИО8, Консультантплюс, страница 13).

Иными словами, при наличии в главе 52 ГК РФ специального регулирования тех или иных отношений в рамках договора агентирования регулирование отношений из договора поручения (глава 49 ГК РФ) на отношения по агентскому договору распространению не подлежит.

При этом, как следует из статьи 1010 ГК РФ, агентский договор может быть прекращен вследствие отказа одной из сторон от исполнения договора, заключенного без определения срока окончания его действия.

То есть ГК РФ предусматривает ограничение права на односторонний отказ от агентского договора только в том случае, если агентский договор заключен без определения срока окончания его действия.

Напротив, сторонам агентского договора предоставлено право одностороннего отказа от его исполнения в ситуации, когда такой договор является срочным.

В настоящем случае из материалов дела усматривается, что агентские договоры № ОМСК-141/1 от 01.03.2017 и № ОМСК-41/7 от 01.03.2017, заключенные между      ООО «Тесла» и ООО «Сибирь», имели срочный характер.

Так, согласно пунктам 13.1 договоров они заключены сроком на один год с даты их подписания. В случае если за тридцать календарных дней до даты прекращения договора ни одна из сторон не заявит о его расторжении, договор считается продленным на тот же срок на тех же условиях.

В связи с этим вывод суда первой инстанции о том, что конкурсному управляющему принадлежало императивно установленное законом право на односторонний отказ от агентских договоров по причине необходимости распространения на сложившиеся между ООО «Тесла» и ООО «Сибирь» отношения регулирования, осуществляемого статьей 997 ГК РФ, а следовательно, о ничтожности дополнительных соглашений в связи с противоречием их условий закону, не является правильным.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что позиция суда первой инстанции, согласно которой в связи с императивно установленным статьей 997 ГК РФ и пунктом 1 статьи 102 Закона о банкротстве правом ООО «Сибирь» (в частности в лице конкурсного управляющего) отказаться от исполнения агентских договоров у ООО «Сибирь» и ООО «Тесла» отсутствовало право на согласование условия договоров об обязанности стороны, в одностороннем порядке отказавшейся от исполнения договора, выплатить другой стороне компенсацию, не является обоснованной.

А потому вывод арбитражного суда о ничтожности дополнительных соглашений по причине противоречия их условий действующему законодательству несостоятелен.

Отсутствие оснований для признания спорных дополнительных соглашений недействительными в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве правильно констатировано судом первой инстанции.

Определение арбитражного суда от 22.03.2021 в части данного вывода ни   ООО «Тесла» в апелляционной жалобе, ни конкурсным управляющим в письменных пояснениях не оспаривается.

Конкурсный управляющий не  заявлял о фальсификации  дополнительных соглашений  к агентским договорам и о несоответствии даты их заключения действительности.

Ответчик представил доказательства того, что аналогичное условие выплате согласованной суммы за односторонний отказ от договора по инициативе принципала согласовывалось им в агентских договорах с иными контрагентами (том 1 листы дела 110, 111), то есть данное условие для рода деятельности, который осуществлялся агентом, являлось обычным, принятым в хозяйственной практике.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что требования конкурсного управляющего о признании недействительными дополнительного соглашения № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-41/7 от 01.03.2017, дополнительного соглашения № 2 от 17.05.2018 к агентскому договору № ОМСК-141/1 от 01.03.2017, заключенных между ООО «Сибирь» и ООО «Тесла», удовлетворению не подлежат.

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, нарушение норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ) являются основаниями для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене, апелляционная жалоба – удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение настоящего спора судами первой и апелляционной инстанций относятся на должника.

В связи с этим с ООО «Сибирь» в пользу ООО «Тесла» подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктами 3, 4 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4095/2021) общества с ограниченной ответственность «Тесла» удовлетворить.

Определение Арбитражного суда Омской области от 22 марта 2021 года по делу № А46-20438/2018 (судья Е.А. Самович), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества ограниченной ответственностью «Сибирь» ФИО2 к обществу с ограниченной ответственность «Тесла» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» (ИНН 

<

***>, 1065501017845) несостоятельным (банкротом), отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества ограниченной ответственностью «Сибирь» ФИО2 к обществу с ограниченной ответственность «Тесла» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» в пользу общества с ограниченной ответственность «Тесла» расходы по оплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

О.В. Дубок

 О.Ю. Рыжиков