АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-17638/2022

г. Краснодар

24 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2023  года

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2023  года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Аваряскина В.В. и Фефеловой И.И., при участии в судебном заседании истца – ФИО1, от ответчика –  ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.07.2022), в отсутствие третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Кипарис», ФИО1, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 16.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по делу № А32-17638/2022, установил следующее. 

ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к ФИО2 о взыскании 27 274 794 рублей 80 копеек убытков (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс). 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Кипарис» (далее – общество) и ФИО1. 

Решением суда от 16.11.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 01.02.2023, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, суды не исследовали и не оценили представленные в материалы дела доказательства, подтверждающие вину ФИО2 в возникновении у общества кредитной задолженности и убытков, а также недостачу на складе общества и задолженность перед поставщиками.

В отзыве на жалобу ФИО2 просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, считая их законными и обоснованными. 

В судебном заседании представители сторон высказали свои доводы и возражения. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела и установили суды, согласно выписке из ЕГРЮЛ общество создано 21.07.2017 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), участниками общества являются ФИО1  (50 % доли в обществе) и ФИО2 (50 % доли в обществе). 

 04 декабря 2018 года ФИО2 избран директором общества. 

30 августа 2018 года общество и ПАО КБ «ЦентрИнвест» заключили кредитный договор № 

<

***>, согласно условиям которого обществу предоставлены заемные денежные средства в размере 9 млн рублей. 

В качестве обеспечения исполнения данного обязательства заключены договор залога недвижимости от 30.08.2018 №

<

***>-1з, договор поручительства от 30.08.2018 № 

<

***>-1п (поручитель ФИО1, третье лицо), договор поручительства от 30.08.2018 № 

<

***>-2п (поручитель – ФИО1, истец). 

25 сентября 2019 года общество и ПАО КБ «ЦентрИнвест» заключили кредитный договор № 

<

***>, согласно условиям которого обществу предоставлены заемные денежные средства в размере 15 млн рублей. 

В качестве обеспечения исполнения данного обязательства заключены договор залога недвижимости от 25.09.2019 № 

<

***>-1з (залогодатель ФИО2), договор поручительства от 25.09.2019 № 

<

***>- 1п (поручитель ФИО2), договор поручительства от 25.09.2019 № 

<

***>-2п. 

28 мая 2021 года общество и Банк «РНКБ» заключили кредитный договор № 

<

***>, согласно условиям которого предоставлены заемные денежные средства. 

В качестве обеспечения исполнения данного обязательства заключены договор об ипотеке от 28.05.2021 № 

<

***> 21-ДИО01 (залогодатель ФИО1, третье лицо); договор поручительства от 28.05.2021 № 

<

***> 21-ДП03 (поручитель ФИО2). 

30 апреля 2021 года общество и Банк «РНКБ» заключили кредитный договор № 

<

***> а-ФОТ.3, согласно условиям которого обществу открыта кредитная линия с установлением общего максимального размера предоставленных заемщику средств 3 223 тыс. рублей на следующие цели: восстановление предпринимательской деятельности (расходы, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности заемщика, включая выплату заработной платы заемщика, а также погашение процентов и основного долга по кредитам, за исключением выплаты дивидендов, выкупа собственных акций или долей в уставном капитале, осуществления благотворительности), с окончательным сроком возврата кредита 29.04.2022. 

В июне 2021 года по инициативе участника общества ФИО1 проведена ревизия товарно-материальных ценностей, по итогам которой установлено, что по данным бухгалтерского учета в торговом зале остаток товаров составил на сумму 6 081 116 рублей 28 копеек, а фактически по результатам ревизии – 6 601 216 рублей 05 копеек. 

В производственном участке по данным бухгалтерского учета остаток сырья составил 10 508 211 рублей 65 копеек, а фактически по результатам ревизии – 542 920 рублей 93 копейки. 

Ссылаясь на то, что действиями ФИО2 обществу причинены убытки, ФИО1 обратился в суд с иском. 

Отказывая в иске, суды исходили из следующего.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки причиненные им юридическому лицу. 

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 12.04.2011 № 15201/10 следует, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе. 

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. 

Согласно пунктам 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца. 

Суды установили, что каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ФИО2, повлекших неисполнение обязательств общества, ФИО4 в материалы дела не представлено.

Так, суды указали, что согласно представленным в материалы дела справкам у общества перед ПАО КБ «ЦентрИнвест» ссудная задолженность, в том числе просроченная ссудная задолженность, по кредитным договорам от 30.08.2018 № 

<

***>, от 25.09.2019 № 

<

***>, отсутствует. Согласно справке банка «РНКБ» (ПАО) с 30.04.2021 и 28.05.2021 соответственно по 30.08.2022 задолженность погашается ФИО1 Из выписок по счетам общества в «РНКБ» (ПАО) следует, что кредитная задолженность и проценты погашается обществом регулярно. Согласно инвентаризационной описи от 29.06.2021 № RT-6 у общества выявлены товарно-материальные ценности на сумму 6 601 216 рублей, тогда как, по мнению заявителя, они должны составлять 16 143 тыс. рублей (на сумму всех выданных обществу кредитных средств). Вместе с тем ФИО4 не представлены в материалы дела доказательства того, что на все заемные денежные средства общество приобрело товар, который был не реализован и/или сокрыт ФИО2

Принимая во внимание отсутствие доказательств недобросовестного поведения ФИО2 в части непогашения кредитных обязательств, суды пришли к выводу об отказе в иске.

Между тем данные выводы судов сделаны без надлежащего исследования обстоятельств спора и неправильного распределения бремени доказывания.

В судебной практике сложился подход к распределению бремени доказывания между сторонами при доказанности недобросовестности единоличного исполнительного органа, проиллюстрированный в абзаце 5 пункта 1 постановления № 62. До вступления доказательственной презумпции в силу обязанность по доказыванию факта недобросовестности и (или) неразумности действий директора лежит на истце. После вступления презумпции в силу происходит перераспределение бремени доказывания: указанная обязанность истца трансформируется в обязанность ответчика доказать добросовестность и разумность своих действий. Ответчику при добросовестной реализации своих процессуальных и гражданских прав не должно составлять труда представить суду соответствующие доказательства в опровержение позиции истца. 

Однако суды не учли специфику распределения бремени доказывания при рассмотрении косвенного иска, при которой истец должен представить минимальный набор доказательств в подтверждение размера убытков, после чего бремя доказывания обратного переходит на ответчика, который, в свою очередь, в силу принципа диспозитивности в арбитражном процессе (часть 2 статьи 9 Кодекса) вправе как опровергать представленные истцом доказательства, так и занимать пассивную позицию, неся при этом риск не совершения процессуальных действий (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

В рассматриваемом случае суды не дали оценку доводам заявителя о том, что  кредитный договор от 25.09.2019 № 

<

***>, заключенный обществом и ПАО КБ «ЦентрИнвест» на сумму 15 млн рублей и, согласно пояснениям ФИО1 (т. 3, л. д. 20), рефинансирующий его кредитный договор от 28.05.2021 № 

<

***>, заключенный обществом и Банком «РНКБ» (кредитная линия с лимитом выдачи 16 143 тыс. рублей), подписаны в период исполнения ФИО2 обязанностей директора общества для осуществления деятельности общества (реализации товаров).

Материалами дела подтверждается, что данные денежные средства поступили в общество и частично им реализовывались (т. 2, л. д. 93 – 127). Так, общество перечислило поставщикам 9 175 031 рубль 35 копеек (т. 2, л. д. 93 – 127), однако расходование оставшейся части денежных средств судами не установлено и ответчиком не указано. 

В рамках проведенной инвентаризации товарно-материальных ценностей установлено, что на 29.06.2021 стоимость товаров на складе розничной торговли общества составляет 6 601 216 рублей 05 копеек; данный факт подтвержден инвентаризационной описью от 29.06.2021 № RT-6 (т. 3, л. д. 22 – 23). 

Однако является ли данный товар приобретенным на перечисленные поставщикам 9 175 031 рубль 35 копеек, либо приобретен на оставшуюся сумму денежных средств, ФИО2 не подтверждено и судами не исследовано.

Кроме того, истец указал, что задолженность общества перед поставщиками за имеющийся на складах общества товар составляет 2 356 631 рубль 92 копейки. В подтверждение данного факта заявителем представлены договоры поставки, досудебные претензии, исковые заявления и решения судов по делам о взыскании с общества задолженности за поставленный товар.

Однако названные обстоятельства также оставлены судами без исследования и надлежащей оценки.

Суды необоснованно приняли во внимание пояснения ответчика,  несмотря на то, что они не содержат каких-либо данных о показателях работы общества, его финансово-хозяйственной деятельности, а также доказательств и иных сведений, подтверждающих расходование всех полученных по кредитным договорам денежных средств. Представление ответчиком пояснений, не основанных на допустимых и относимых доказательствах, должно оцениваться как пассивное процессуальное поведение ответчика, не желающего раскрывать доступную ему информацию.

В пункте 6 постановления № 62 разъяснено, что арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления № 25, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Поскольку суды неполно исследовали обстоятельства дела и сделанные судами выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, обжалуемые судебные акты нельзя признать законными и обоснованными.

Согласно положениям части 2 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены или были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций.

На основании части 1 статьи 288 Кодекса обжалуемые судебные акты надлежит отменить, а дело – направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду необходимо устранить отмеченные недостатки, оценить доводы сторон с учетом требований, установленных статьей 71 Кодекса, исследовать обстоятельства, проверить все доводы участвующих в деле лиц и дать им обоснованную оценку, предложить сторонам рассмотреть вопрос о назначении по делу комплексного экспертного исследования хозяйственной деятельности общества за спорный период, после чего разрешить спор, правильно применив нормы материального и процессуального права.

 Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 16.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по делу № А32-17638/2022 отменить. 

            Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                    Е.И. Афонина

Судьи                                                                                                                              В.В. Аваряскин      

                                                                                                                             И.И. Фефелова