АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4147/21 

Екатеринбург

08 сентября 2022 г.

    Дело № А60-55582/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 сентября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Артемьевой Н.А., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Вектор»(далее – общество «Вектор», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2022по делу № А60-55582/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие представители: конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 31.05.2021); ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 23.04.2021); общества с ограниченной ответственностью «Юмакс-Центр» (далее – общество «Юмакс-Центр») – конкурсный управляющий ФИО5 (определение суда от 16.01.2020 по делу № А60-53971/2015).

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 27.09.2019 по заявлению общества «Юмакс-Центр» возбуждено производство по делу о признании общества «Вектор» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.02.2020 в отношении общества «Вектор» введено наблюдение, временным управляющим должником утверждена ФИО1 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2020 общество «Вектор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1, которая определением от 29.07.2020 утверждена конкурсным управляющим должником. 

В арбитражный суд 01.07.2021 поступило заявление ФИО1 о признании недействительными сделок по передаче товара должником индивидуальному предпринимателю ФИО3, совершенных с 31.10.2016 по 30.09.2018, на сумму 10 814 942 руб. 66 коп., и сделок по перечислению денежных средств в размере 6 750 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2022, в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО1 отказано. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 09.02.2022 и постановление от 29.06.2022 отменить, требование удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель полагает необоснованным отказ суда первой инстанции в отложении судебного заседания для ознакомления с документами, представленными ответчиком 03.02.2022 и направленными управляющему накануне заседания, в связи с чем управляющий не мог проанализировать эти документы, проверить их достоверность, сверить их с иными документами и представить мотивированные возражения, а доводы письменных объяснений от 03.02.2022, в частности, о реальности отношений сторон, являющихся аффилированными лицами, в отношении которых подлежит применению повышенный стандарт доказывания, легли в основу обжалуемого судебного акта. Заявитель считает недоказанными исполнение ФИО3 обязательств агента, реальность отношений сторон по агентскому договору от 01.10.2015 и обоснованность перечисления должником 6 200 000 руб. ФИО3, поскольку, согласно материалам дела, последний оказал третьим лицам услуги на сумму 9 373 295 руб. 20 коп., 5% от которых (468 665 руб. 40 коп.) - вознаграждения ФИО3, что не сопоставляется с платежами на сумму 6,2 млн. руб., а данные из книги продаж должника не совпадают с отчетами агента ФИО3 комитенту, при том, что по договору № 218/15 агентом выступает должник, и являются сомнительными расчеты с контрагентами за якобы оказанные ФИО3 услуги должнику в месте его нахождения, хотя обычно оплата услуг/работ осуществляется в месте их выполнения, нет доказательств расчетов клиента ФИО3 через расчетный счет должника, по которому не прослеживается получение оплаты за оказанные ФИО3 услуги. Заявитель считает, что невозможно установить, являются платежи на сумму 550 тыс. руб. возвратом или выдачей займа, но суды это не установили и в деле нет таких доказательств, а с учетом аффилированности сторон, они могли создать формальный документооборот для вывода из общества «Вектор» 550 тыс. руб., обоснованность получения не доказана. По мнению заявителя, надлежало критически относиться к письму ФИО3 о корректировке назначения платежа, ранее не направлявшемуся управляющему и появившемуся при выражении им сомнений в реальности заемных отношений. Заявитель указывает, что расчет требований в части сделки по передаче должником ФИО3 товара на сумму 10 814 942 руб. 66 коп. произведен по сведениям налогового органа, доказательств задвоения принятых к расчету операций нет, и это задвоение не может быть значительным и послужить основанием для отказа в признании сделок недействительными, при этом управляющий по результатам анализа выписок по счету и книги продаж должника выявил спорные сделки. Заявитель ссылается на недоказанность встречного предоставления должнику по сделкам передачи товара ФИО3, так как накладные, оформленные аффилированными лицами, не являются надлежащим и достаточным доказательством, а иных доказательств (учета возврата товара в книге покупок должника под кодом 16, выставления корректировочных счетов, письменного уведомления о возврате товара, дальнейшей реализации товара) нет, а также не доказано, что возвращенное ФИО3 имущество частично передано управляющему, не обоснована экономическая целесообразность и необходимость половины переданного ответчику товара, и доказательств оплаты отгруженного должником товара не имеется, а, ввиду создания сторонами формального документооборота, оплата за товар может быть осуществлена за счет должника, осуществлявшего в связи со взысканием обществом «Юмакс-Центр» долга за переданный товар действия по передаче имущества в пользу аффилированных лиц внутри группы компаний, между которыми было транзитное движение денежных средств, изначальный источник которых должник, полученные от которого ответчиком средства распределялись между аффилированными обществами с ограниченной ответственностью «Юмакс-Центр», «Оптимальные решения», «ТД Примм», «Октант», а в данном споре источник перечисляемых от ФИО3 в пользу должника сумм не доказан. Заявитель считает ошибочными выводы судов о соответствии получения ФИО3 денежных средств в качестве инкассирования наличных, без учета транзитного движения средств, о котором говорит быстрое перечисление ФИО3 полученных от должника денежных средств должнику, при том, что суммы спорных платежей нетипичны для оплаты поставок и конкретные поставки не указаны, даты платежей с датами поставок не сопоставимы, поэтому перечисленные ответчиком должнику денежные средства не могли быть приняты судами как оплата за товар. Заявитель полагает, что отсутствие иных кредиторов говорит о цели причинения вреда обществу «Юмакс-Центр», для вывода активов которого и продолжения его деятельности без неисполненных обязательств и использовался аффилированный должник, исполнивший обязательства перед независимыми контрагентами, но аккумулировавший долг перед обществом «Юмакс-Центр», явивший основанием для возбуждения дела о банкротстве. Заявитель поясняет, что ФИО3 запросы управляющего о предоставлении документов об отношениях с должником игнорировал, представил большую часть документов в суде, а их анализ выявил множественные несоответствия позиции ответчика с документами.

ФИО3 в отзыве просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы

Как установлено судами и следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве общества «Вектор» возбуждено на основании заявления общества «Юмакс-Центр», которое определением от 10.02.2020 признано обоснованным, в отношении общества «Вектор» введено наблюдение. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2020 общество «Вектор» признано банкротом с введением в отношении него конкурсного производства. 

При анализе банковских выписок и книг продаж должника управляющим получена информация о реализации должником ФИО3 товара, а именно: в период с 31.10.2016 по 30.09.2018 - на сумму 10 814 942 руб. 66 коп.; в 4 квартале 2016 года - на сумму 101 010 руб. 20 коп.; в 1 квартале 2017 года - на сумму 10759 руб. 25 коп.; во 2 квартале 2017 года - на сумму 2 696 456 руб. 80 коп.; в 3квартале 2017 года - на сумму 5 024 802 руб. 51 коп.; в 4 квартале 2017 года - на сумму 2 949 293 руб. 84 коп.; во 2 квартале 2018 года - на сумму 30632 руб. 86 коп.; в 3 квартале 2018 года - на сумму 1987 руб. 20 коп., при этом сумма поступившей от ФИО3 оплаты меньше, чем стоимость поставленного товара.

В анализируемый период на счета должника поступили денежные средства в общей сумме 4 174 776 руб. 88 коп.: в том числе со следующими назначениями платежа: 1 800 000 руб. - «Оплата по дог. № 4/2017 от 01.01.17»; 700 000 руб. - «Оплата по дог. №89/2017 от 01.08.2017»; 40 000 руб. - «Возврат ошибочно перечисленных денежных средств по письму»; 360 000 руб. - «Оплата по дог. № 4/2017 от 01.01.20»; 700 000 руб. - «Оплата по дог. №89/2017 от 01.08.2017»; 40 000 руб. - «Возврат ошибочно перечисленных денежных средств по письму»; 360 000 руб. - «Оплата по дог. № 4/2017 от 01.01.2017»; 1 250 000 руб. - «Оплата по дог. № 89/2017 от 01.08.2017»; 24 776 руб. 88 коп. - «Оплата по сч. № 13129,13130 от 24.11.17, за масло»; «Оплата по сч. № 13433 от 08.12.17, за масло моторное тосол», из чего следует, что на расчетные счета поступило денежных средств на 6 640 165 руб. 72 коп. меньше, чем реализовано товара, а, согласно книге покупок должника, с 09.11.2017 по 27.12.2017 должнику возвращен товар на сумму 1 238 021 руб. 84 коп.

Согласно банковским выпискам, должник перечислил ФИО3 денежные средства в сумме 6750000 руб., а именно: 3 200 000 руб. - «Оплата по агентскому договору № 218/15 от 01.10.15»; 550 000 руб. - «Перечисление по договору процентного займа № 7 от 01.09.17»; 3 000 000 руб. - «Оплата по агентскому договору № 218/15 от 01.10.15, за шиномонтажные услуги».

Ссылаясь на то, что постановлением суда округа от 24.01.2019 по делу №А60-53971/2015 установлено, что ФИО6 являлся исполнительным директором общества «Юмакс-Центр» и имел доверенности, наделяющие его управленческими полномочиями, управляющий указал, что общества «Юмакс-Центр» и «Вектор», общество с ограниченной ответственностью «Сервис Плюс» (далее – общество «Сервис Плюс») и ФИО3 входят в одну группу компаний, и, полагая, что в предбанкротный период общество «Юмакс-Центр» выводило активы на общество «Вектор», а последнее в период возникновения долга перед обществом «Юмакс-Центр», начало перераспределять активы между подконтрольными ему лицами, в том числе ФИО3, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником (другими лицами за его счет), могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам сделка, может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение 3 лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если она знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о его неплатежеспособности (недостаточности имущества) (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по названному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало совокупность следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред кредиторам; б) в результате совершения сделки причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об этой цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию. При определении вреда кредиторам следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок (юридически значимых действий), приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после сделки по передаче имущества должник продолжал пользоваться и (или) владеть данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы этого имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. К обычным относятся типичные для должника сделки, существенно не отличающиеся от аналогичных, ранее неоднократно совершавшиеся им в течение продолжительного периода времени, например, платежи по длящимся обязательствам (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Как установлено судами и следует из материалов дела, спорные сделки по передаче товара и перечислению денежных средств за период с 31.10.2016 по 30.09.2018 имели место в течение трех лет до принятия заявления о банкротстве должника (27.09.2019), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив все доказательства, проверив доводы управляющего о неплатежеспособности должника на момент совершения сделок, поскольку он имел неисполненные обязательства перед кредиторами, установив, что решением суда от 12.07.2017 по делу № А60-4958/2017 с должника в пользу общества «Юмакс-Центр» взыскано 15 558 898 руб. 08 коп. долга по договору поставки от 20.03.2015 № 174/2015-ГШД, и после вступления этого решения в силу должник погасил часть долга в размере 11 557 000 руб., а постановлением апелляционного суда от 14.11.2018 по делу № А60-53971/2015, измененным постановлением суда округа от 24.01.2019, признан недействительным договор комиссии от 01.10.2015 № 178/15 между обществами «Юмакс-Центр» и «Вектор» и применены последствия его недействительности в виде взыскания с должника в пользу общества «Юмакс-Центр» 15 220 186 руб. 67 коп., а также, учитывая, что, как указывает управляющий, общество «Юмакс-Центр» аффилированно с должником, а иных кредиторов у должника нет, суды при таких обстоятельствах исходили из того, что неоплата конкретного долга отдельному кредитору, не может отождествляться с неплатежеспособностью и недостаточностью имущества, и в данном случае сам по себе непогашенный долг перед кредитором не свидетельствует о неплатежеспособности либо о недостаточности имущества должника, а иное не доказано.

Кроме того, установив, что на момент совершения спорных сделок единственным учредителем и руководителем должника являлся ФИО6, который также был единственным учредителем общества «Сервис Плюс», руководителем которого, по сведениям сервиса «Контур.Фокус», с 06.05.2015 до 16.02.2018 являлся ФИО3, имевший с 04.08.2015 по 08.06.2018 статус индивидуального предпринимателя, суды признали доказанным тот факт, что ФИО3 в период совершения спорных сделок являлся аффилированным с должником лицом (статья 19 Закона о банкротстве) и входил с ним в одну группу, что лицами, участвующими в деле, не оспорено, ФИО3 не опровергается, при в ходе рассмотрения настоящего спора суды исходили из того, что данное обстоятельство, само по себе не свидетельствует о недействительности совершенных между должником и заинтересованным лицом сделок.

В обоснование заявления управляющий ссылается на недействительность агентского договора от 01.10.2015 № 218/15, по которому агентом выступает должник, а принципалом – ФИО3, и агент обязуется от своего имени, но за счет принципала осуществлять юридически и иные действия: поиск клиентов, прием заказов и оплат, техническое обслуживание автомобилей, шиномонтаж и т.д., оказывать иные услуги клиентам принципала (пункт 1.1. договора), а принципал предоставляет агенту имущество и оборудование для выполнения обязательств (пункт 2.1.1 договора), агент отчитывается перед принципалом ежеквартально (пункт 2.2.1 договора) и получает вознаграждение в размере 5% от суммы принятых заказов (пункт 2.1.2 договора), поскольку, по мнению управляющего, в деле нет доказательств, что должник заключал договоры в интересах ФИО3, последний предоставлял должнику оборудование, своих сотрудников для оказания услуг третьим лица и т.д., нет также отчетов должника о выполнении обязательств по договору, и не доказано, что оспариваемые суммы должник перечислял ФИО3 как принципалу по агентскому договору с учетом удержания 5 % агентского вознаграждения, и отсутствуют платежи от ФИО3 в пользу должника, подтверждающие уплату 5% агентского вознаграждения по договору, а в части отчетов комитенту управляющий полагает, что они не относятся к договору от 01.10.2015 № 218/15, не доказывают обоснованность перечисления 6 200 000 руб. в пользу ФИО3, поскольку по отчетам и приложенным к ним счетам-фактурам ФИО3, (агент (комитент), оказывал шиномонтажные услуги третьим лицам, а должник обязался оплатить услуги ФИО3 в размере 5% от сумм заключенных и исполненных им договоров. 

В части платежных поручений от 15.09.2017 и от 19.09.2017 о перечислении должником ФИО3 550 000 руб. с назначением платежа «Перечисление по договору процентного займа № 7 от 01.09.17», управляющий указал на невозможность из назначения данных платежей установить, являются ли они «возвратом» или «выдачей» займа, а также управляющий считает недействительной, как совершенную во вред кредиторам, сделку по передаче товара должником в пользу ФИО3 на сумму 10 814 942 руб. 66 коп.

Возражая против требований управляющего, ФИО3, обосновывая возмездность и реальность спорных сделок, указывает, что между сторонами заключены договоры поставки от 01.08.2017 № 89/2017 и от 01.07.2017 № 4/2017, по которым должник являлся поставщиком, ФИО3 – покупателем товара, и имело место встречное предоставление в виде оплаты части переданного ему по этим договорам товара перечислением денежных средств на расчетный счет должника и возврата части товара должнику.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Вектор» создано в 2015 году как предприятие, занимающееся продажей автомобильных шин крупным (оптовым) покупателям.

ФИО3 зарегистрирован как индивидуальный предприниматель 04.08.2015, оказывал услуги по шиномонтажу как клиентам общества «Вектор», так и иным лицам, для чего арендовал нежилые помещения по адресу: г. Тюмень, ул. Московский тракт, 134а, строение 1, общей площадью 198,9 кв.м., используемые под шиномонтажную мастерскую, при этом ФИО3 осуществлял следующие виды деятельности: техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств (основной); деятельность агентов по оптовой торговле автомобильными деталями, узлами и принадлежностями; торговля розничная автомобильными деталями, узлами и принадлежностями; торговля розничная мотоциклами, их деталями, составными частями и принадлежностями в специализированных магазинах; торговля розничная мотоциклами, их деталями, узлами и принадлежностями прочая; торговля розничная моторным топливом в специализированных магазинах; торговля розничная аудио- и видеотехникой в специализированных магазинах; деятельность по чистке и уборке прочая, не включенная в другие группировки.

Между ФИО3 (принципал) и обществом «Вектор» (агент) 01.10.2015 заключен агентский договор №218/15, по которому агент обязуется за вознаграждение совершать по поручению принципала юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала: поиск клиентов для технического обслуживания автомобилей, шиномонтажных, балансировочных и шиноремонтных работ, а также для установки автосигнализаций, автомагнитол, и оказания услуг по автомойке (пункт 1.1. договора).

Согласно наряду на хранение от 29.04.2017 №4728 и наряду-заказу от 29.04.2017 №11550, наряду на хранение от 24.10.2017 №5387, и наряду-заказу от 24.10.2017 №35008, в рамках агентского договора ФИО3 оказал услуги по хранению колес и шиномонтажу обществу с ограниченной ответственностью «АЛД Автомотив», а также услуги по хранению колес, шиномонтажу имойке дисков обществу с ограниченной ответственностью «Лизплан Рус», что подтверждено нарядом на хранение №14168 от 29.04.2017 и наряд-заказом №11521 от 29.04.2017, при этом услуги по шиномонтажу оказывались открытым акционерным обществам «Страховая компания СогазМед» (отчет комитенту №9) и «СКБ-Банк» (отчет комитенту №10) и т.д.

Как следует из материалов дела, в представленной управляющим книге продаж должник отразил операции по агентскому договору (вознаграждение агента) от 31.07.2016 на сумму 6301 руб. 80 коп., от 31.08.2016 на сумму 1744 руб. 89 коп., от 30.09.2016 на сумму 326 руб. 11 коп., от 31.10.2016 на сумму 17129 руб. 42 коп., от 30.11.2016 на сумму 24137 руб. 63 коп., от 31.12.2016 на сумму 59743 руб. 15 коп., от 31.03.2017 на сумму 5308 руб. 20 коп., от 31.01.2017 на сумму 142 руб. 85 коп., от 30.04.2017 на сумму 5177 руб. 85 коп., от 31.05.2017 на сумму 60173 руб. 55 коп., от 30.06.2017 на сумму 13514 руб. 76 коп., от 31.07.2017 на сумму 5129 руб. 17 коп., от 31.08.2017 на сумму 19942 руб. 96 коп., от 30.09.2017 на сумму 657 руб. 24 коп., от 31.10.2017 на сумму 16035 руб. 79 коп., от 30.11.2017 на сумму 28321 руб. 30 коп., от 31.12.2017 на сумму 29840 руб. 66 коп., полностью соответствующие по датам и суммам представленным ФИО3 отчетам комитенту.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив обстоятельства совершения оспариваемых платежей с назначениями «Оплата по агентскому договору №218/15 от 01.10.2015, за шиномонтажные услуги», «Оплата по договору №4/2017 от 01.01.2017, за ТМЦ» и т.д., суды пришли к следующим выводам.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что в спорный период, по сведениям Пенсионного Фонда России, у ФИО3 в 2016 работало 64 человека, в 2017 - 103, в 2018 - 29, при этом ФИО3 арендовал нежилые помещения: по договору субаренды от 01.01.2017 № 14/2017 с обществом с ограниченной ответственностью «Оптимальные решения» (производственные помещения по ул. Комсомольская, 67, г. Екатеринбурга, площадь 462,8 кв.м.); по договору аренды от 12.08.2015 №31/2015 с обществом «Юмакс-Центр» (производственные и офисные помещения по ул. Крестинского, 466, г. Екатеринбурга, площадь 1128,7 кв.м.); по договору аренды от 05.10.2015 №43/2015 с обществом «Юмакс-Центр» (нежилые помещения по ул. Московский тракт, 134а, стр. 1, г. Тюмени, площадь 198,9 кв.м.), под автосервисы и шиномонтажную мастерскую.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что во исполнение статьи 1.1 и пункта 1 статьи 1.2 Закона № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники (ККТ) при осуществлении расчетов в Российской Федерации» ФИО3 использовал ККТ, в том числе при расчетах наличными за оказанные услуги и проданный товар, что подтверждается имеющимися в деле кассовыми чеками, нарядами на хранение, нарядами-заказами, журналом кассира-операциониста, и полученные им наличные средства сдавались в банк и зачислялись на его расчетный счет, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме, что операции по внесению денежных средств на расчетный счет, отраженные в банковской выписке, не что иное, как сдача денежных средств, поступивших в качестве платежей в наличной форме, при том, что иное не доказано.

При этом судами также установлено и материалами дела подтверждается, что, общая стоимость услуг по агентскому договору за вычетом 5% агентского вознаграждения составила 8 904 630 руб., общая сумма оплаты по агентскому договору за вычетом 5% агентского вознаграждения – 6 738 860 руб. 02 коп.

Кроме того, как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО3 (покупатель) и должником «Вектор» (поставщик) 01.01.2017 заключен договор поставки № 4/2017, по которому поставщик в порядке и на условиях договора обязуется поставить покупателю товар в соответствии с согласованным ассортиментом, а покупатель обязуется принять и оплатить товар по условиям договора, при этом, тогда как общая сумма поставок по договору оставила 8 997 770 руб., общая сумма оплаты за товар - 3 560 000 руб., а представленными ФИО3 оригиналами товарных накладных подтвержен возврат товара от ФИО3 должнику на сумму 4 263 158 руб.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все представленные доказательства, включая представленную управляющим выкопировку из книги покупок общества «Вектор» по операциям с ФИО3, приняв во внимание, что в данной книге покупок указан код вида операций 16, который, согласно утвержденному Приказом ФНС от 14.03.2016 № ММВ-7-3/136@ переченю кодов, отражается при получении продавцом товаров, возвращенных покупателями-организациями, которые либо не являются плательщиками НДС, либо освобождены от исполнения обязанностей плательщика, и, установив, что соответствующие суммы, отраженные в книге покупок, совпадают с суммами товарных накладных, суды пришли к выводу, что конкурсный управляющий не анализировал банковские выписки по движению денежных средств должника, а также книгу продаж должника, (приобщена конкурсным управляющим) в которой, видимо, ошибочно повторяются платежи, которые необоснованно суммированы управляющим (с/ф № 6996, 6997, 7668, 7692/10, 7733, 7734, 7802, 7831, 7835), ввиду чего суды пришли к выводу о необоснованности его требований и злоупотреблении конкурсным управляющим правом.

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что должник вел хозяйственную деятельность по реализации автотоваров практически до введения в отношении него процедур банкротства, что подтверждено первичной документацией, переданной управляющему, и движением денежных средств по счету должника, и у него существовала объективная необходимость в аренде складских помещений для хранения ТМЦ, а также, установив, что приведенные выше договоры не имели общей экономической цели, не были взаимозависимыми и не имели взаимного влияния друг на друга, не связаны единым предметом, все договоры по отдельности порождали самостоятельные права и обязанности, вытекающие из условий этих договоров, учитывая, что, как следует из материалов дела, отношения между сторонами носили длительный характер, договоры исполнялись сторонами в течение продолжительного времени, должнику поступало встречное предоставление за товар, и разногласий о производимых зачетах встречных требований у сторон не возникало, приняв во внимание, что в спорный период должник также осуществлял операции по расчетам с иными контрагентами, и спорные платежи в пользу ответчика не носили разовый и избирательный характер, а доказательства, что они существенно отличаются по основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение длительного времени, не представлены, и, исходя из отсутствия доказательств, опровергающих названные установленные судами обстоятельства, а также с учетом того, что о фальсификации представленных ответчиком документов конкурсным управляющим не заявлено, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме реальности правоотношений между ответчиком и должником, имевших место в рамках обычной хозяйственной деятельности последнего.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что в платежных поручениях допущена ошибка (указана неверная дата договора 01.09.2017), и, установив, что 20.10.2017 ФИО3 вернул сумму займа, указав в письме об уточнении назначения платежа договор займа от 15.09.2017 №7/2017, при том, что никаких иных договоров займа между сторонами не заключалось, а какие-либо доказательства в опровержение данных фактических обстоятельств не представлены, суды отказали в признании недействительно сделкой перечисления должником 19.09.2017 ФИО3 денежных средств в размере 550 000 руб. по договору займа от 15.09.2017 №7/2017.

Проверив обоснованность доводов управляющего о транзите денежных средств, их распределении в группе аффилированных, суды по результатам исследования и оценки всех доказательств отклонили их как не подтвержденные материалами дела, поскольку, указывая, что 28.07.2017 от должника поступило 900 000 руб. в качестве оплаты по агентскому договору от 01.10.15 № 218/15 за шиномонтажные услуги, а ФИО3 28.07.2017 перечислил должнику 360 000 руб. в качестве оплаты по договору от 01.01.2017 № 4/2017 за ТМЦ, управляющий не учитывает, что в тот же день ФИО3 перечислил денежные средства по разным основаниям не аффилированным к должнику и ответчику лицам, в частности: 400 000 руб. – обществу с ограниченной ответственностью «Оптимальные решения» (оплата по договору аренды), 150 000 руб. – индивидуальному предпринимателю ФИО7 (оплата по договору за ТМЦ); 140 000 - обществу с ограниченной ответственностью «Октант» (оплата по договору за ТМЦ).

Учитывая все выше изложенные установленные судами обстоятельства, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, применив по отношению к ФИО3 повышенный стандарт доказывания, и с учетом конкретных обстоятельств дела, установив недоказанность материалами дела совершения оспариваемых сделок с целью вывода ликвидного имущества должника, в отсутствие встречного предоставления, наличие которого подтверждается представленными в материалы дела надлежащими и достаточными доказательствами, которые ничем не опровергнуты, а также, приняв во внимание недоказанность отсутствия в действиях должника разумной деловой цели, их направленности исключительно на создание неблагоприятных последствий, причинение вреда имущественным правам должника и его единственного кредитора, являющегося при этом, как указывает сам управляющий, аффилированным с должником лицом, при том, что сами по себе ссылки на заинтересованность сторон и характер сложившихся между ними правоотношений вышеизложенные установленные в отношении спорных сделок обстоятельства не опровергают, в связи с чем не приняты судами во внимание, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех обстоятельств, необходимых и достаточных для признания оспариваемых сделок недействительными, ввиду чего суды отказали в удовлетворении требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод заявителя об отказе суда первой инстанции в отложении судебного заседания для ознакомления с дополнениями и документами, представленными ФИО3, что лишило заявителя возможности проанализировать эти документы, проверить их достоверность, сверить их с иными документами и представить мотивированные возражения, судом округа отклоняются, поскольку указанные документы были представлены заявителю до судебного заседания суда первой инстанции, и данные документы исследовались судом первой инстанции в судебном заседании, по результатам которого принят обжалуемый судебный акт, и все доводы и возражения заявителя относительно названных документов исследованы и оценены судом первой инстанции, а также апелляционным судом, который также откладывал судебное разбирательство с целью предоставления управляющему дополнительного времени для уточнения своих доводов и позиции по настоящему спору, при этом заявитель не указал в кассационной жалобе и не смог пояснить в судебном заседании в суде округа, какие именно доводы и возражения он не смог заявить в судах первой и кассационной инстанции.

Доводы кассационной жалобы судом кассационной инстанции отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2022по делу № А60-55582/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществомс ограниченной ответственностью «Вектор» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий     Ю.А. Оденцова 

Судьи     Н.А. Артемьева 

     Ю.В. Кудинова