АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

16 марта 2022 года

Дело №

А56-10746/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В., 

при участии от ФИО4 представителя ФИО1  (доверенность от 11.03.2022), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 05.08.2021), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 11.03.2022), от ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 26.01.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Росинвест»  и конкурсного управляющего ФИО8 представителя ФИО9 (доверенность от 01.02.2022), 

рассмотрев 14.03.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу № А56?10746/2019/суб.2, 

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество «Балтийский инвестиционный банк», адрес: 197101, Санкт-Петербург, Дивенская ул., д.1, лит. А, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Банк), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Росинвест», адрес: 199106, Санкт-Петербург, Средний просп. В.О., д. 88, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник),  несостоятельным (банкротом).

Определением суда  первой инстанции от 17.04.2019 заявление признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10, требование Банка в  размере 45 640 000 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2019 указанное определение отменено, во введении в отношении Общества  процедуры наблюдения отказано, производство по делу о банкротстве  должника  прекращено.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа  от 23.12.2019  постановление апелляционного суда от 26.09.2019 отменено,  определение суда первой инстанции от 17.04.2019 оставлено в силе. 

Решением  суда от 06.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8.

Банк  обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО11 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества путем взыскания с ответчиков  998 881 535 руб.

Определением суда от 30.06.2020 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Определением от 03.09.2020 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечен ФИО12 – финансовый управляющий ФИО2

Определением суда от 16.09.2020 ФИО2, ФИО4 и ФИО6 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; в удовлетворении требований в части привлечения ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано; производство по обособленному спору приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Конкурсный управляющий ФИО8  29.10.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда первой инстанции от 22.04.2021 ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;  производство по обособленному спору  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами;  обособленные споры  по заявлению Банка «суб.1»  и по заявлению  конкурсного управляющего ФИО8 «суб.2»   объединены для определения размера субсидиарной ответственности.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 определение от 22.04.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от 22.04.2021 и постановление от 13.12.202119,  принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что в качестве основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  в поданном в  арбитражный суд заявлении конкурсный управляющий назвала вывод единственного актива должника в результате заключения договоров купли-продажи от 10.09.2014 и от 08.10.2014.

ФИО4  указывает, что не являлся стороной данных сделок, не занимал каких-либо должностей в органах управления Общества, более  того, на даты заключения данных договоров  не  достиг  совершеннолетия, не  мог осуществлять и фактически не осуществлял контроль за деятельностью должника, не давал обязательные для руководителя Общества указания и иным образом не определял его действия, таким образом, не может быть признан контролирующим Обществом лицом.

В жалобе также указано, что на даты заключения договоров купли-продажи от 10.09.2014 и от 08.10.2014 у Общества отсутствовали кредиторы, чьи требования впоследствии были бы включены в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании представитель ФИО4  представила  письменное ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Представители ФИО2, ФИО4  и ФИО6 поддержали данное ходатайство, а представитель Общества, одновременно представляющий интересы конкурсного управляющего ФИО8, возражал против отложения судебного разбирательства.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство представителя  ФИО4 об отложении судебного разбирательства, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В обоснование  названного ходатайства заявитель ссылается на то, что Арбитражным судом Северо-Западного округа принята к производству кассационная жалоба на судебные акты, принятые по результатам рассмотрения обособленного спора по заявлению о признании недействительными договоров купли-продажи от 10.09.2014, от 08.10.2014 и соглашения об увеличении чистых активов от 01.08.2017, ее рассмотрение назначено на 21.03.2022.

Представитель ФИО4 полагает, что обособленные споры по  заявлению о признании недействительными договоров купли-продажи от 10.09.2014, от 08.10.2014 и соглашения об увеличении чистых активов от 01.08.2017, по заявлению Банка «суб.1», а также и по заявлению  конкурсного управляющего ФИО8  «суб.2» следует объединить для совместного рассмотрения, в обоснование чего ссылается на то, что определением от 22.04.2021 суд первой инстанции уже объединил обособленные споры  по заявлению Банка «суб.1» и по заявлению  конкурсного управляющего ФИО8 «суб.2».

С учетом того, что обжалование в кассационном порядке судебных актов, принятых по результатам рассмотрения  обособленного спора по заявлению о признании недействительными договоров купли-продажи от 10.09.2014, от 08.10.2014 и соглашения об увеличении чистых активов от 01.08.2017 не является препятствием для проверки законности судебных актов, принятых по результатам рассмотрения заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также принимая во внимание, что  определением от 22.04.2021 суд первой инстанции объединил обособленные споры  по заявлению Банка «суб.1»  и по заявлению  конкурсного управляющего ФИО8 «суб.2» для целей определения размера субсидиарной ответственности, суд кассационной инстанции не установил   оснований для отложения судебного разбирательства, в связи с чем отклонил ходатайство представителя ФИО4

Представитель ФИО4 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Представители ФИО2, ФИО4  и ФИО6 согласились с указанными доводами, а представитель Общества, одновременно представляющий интересы конкурсного управляющего ФИО8, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, единственным участником Общества является компания «Чилтейн Консалтинг Инк.»,  единственным акционером и руководителем которой с  19.03.2004 являлся ФИО2

С 10.10.2013 по 30.09.2014 генеральным директором Общества являлась ФИО4; с 30.09.2014 по 29.02.2016 должность генерального директора Общества  занимала ФИО11

Общество (продавец) и ФИО6 (покупатель) 10.09.2014 заключили договор  купли-продажи нежилых помещений 1Н, 2Н, 3Н, 6Н, 7Н, 10Н, 11Н, 12Н, 13Н, 14Н, 57Н, 15Н, 16Н, 17Н, 18Н, 19Н и 20Н в нежилом здании, находящемся  по адресу: Санкт-Петербург, Средний просп. В.О., д. 88, лит. А , по цене 25 175 475 руб. 

Договор от имени Общества (продавца) подписан генеральным директором ФИО4

Кроме того, Общество  (продавец) и ФИО6 (покупатель) 08.10.2014 заключили договор купли-продажи нежилых помещений 21Н, 22Н, 23Н, 24Н, 28Н, 29Н, 30Н, 33Н, 34Н, 35Н, 36Н, 40Н, 41Н, 42Н, 46Н, 47Н, 51Н, 52Н, 53Н и 54Н в нежилом здании, находящемся  по адресу: Санкт-Петербург, Средний просп. В.О., д. 88, лит. А, а также доли в размере 1868/5380 в праве собственности на земельный участок, находящийся  по тому же адресу, по цене 24 342 990 руб. 

Договор от имени Общества (продавца) подписала генеральный директор ФИО11

В последующем приобретенное у Общества недвижимое имущество передано  ФИО6 закрытому акционерному обществу «Банк «Советский»  (далее – ЗАО «Банк «Советский»)  по договорам дарения от 26.09.2014, от 27.10.2014 и  от 27.11.2014, при этом решением совета директоров ЗАО «Банк «Советский»  от 29.09.2014  указанное имущество оценено в 1 099 358 410 руб.

Решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 29.11.2016 по делу № 2-3852/16  по иску ФИО13 договоры дарения от 26.09.2014, от 27.10.2014 и от 27.11.2014, заключенные ФИО6 и ЗАО «Банк «Советский» признаны недействительными, в порядке применения последствий их недействительности объекты недвижимого имущества  возвращены  ФИО6 путем аннулирования соответствующих записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

По соглашению от 01.08.2017 ФИО6 обязался передать спорные объекты  недвижимого имущества в уставный капитал компании «ДММ Инвестментс ЛТД» (далее – Компания) в счет приобретения дополнительных долей в уставном капитале Компании.

Имущество передано Компании по акту от 01.08.2017, в котором содержатся сведения о том, что передаваемые объекты недвижимости оценены  в 1 048 400 000 руб.

Определением  суда от 14.04.2019 по обособленному спору «сд.1» признано недействительным соглашение об увеличении чистых активов от 01.08.2017 в редакции дополнительного соглашения от 13.09.2017 № 2, заключенное ФИО6 и Компанией.

Согласно сведениям, поступившим из Окружного суда Никосии (Кипр), директором и единственным акционером Компании является ФИО4 

Согласно ответу отдела формирования, хранения, учета и использования архивных документов управления информационных технологий и ведомственного архива Комитета по делам записи актов гражданского состояния Санкт-Петербурга от 03.03.2021 ФИО4 является сыном ФИО2 

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, конкурсный управляющий ФИО8 сослалась на то, что банкротство должника  явилось следствием  неправомерных действий  контролирующих должника лиц, к числу которых относится и ФИО4

Суд первой инстанции признал заявление обоснованным, в связи с чем определением от 22.04.2021 привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника и  приостановил  производство по обособленному спору  до окончания расчетов с кредиторами.

Этим же определением  суд первой инстанции объединил  обособленные споры  по заявлению Банка «суб.1»  и по заявлению  конкурсного управляющего ФИО8 «суб.2» для определения размера субсидиарной ответственности.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 13.12.2021 апелляционный суд оставил определение от 22.04.2021 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность  доводов, приведенных в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

С учетом того, что в поданном в арбитражный суд  заявлении о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  в результате действий ответчика, повлекших банкротство Общества, конкурсный управляющий ФИО8 сослалась на  заключение соглашения от 01.08.2017, суды первой и апелляционной инстанций правомерно заключили, что к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2  указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, исходили из того, что вступившими в законную силу судебными актами, вынесенными по результатам рассмотрения обособленных споров «суб.1» и «сд.1»,  установлено, что ФИО2, ФИО4 и ФИО6 совершили действия по передаче АО «Банк «Советский» принадлежащих Обществу объектов недвижимого имущества, находящихся  по адресу: Санкт-Петербург, Средний просп. В.О., д. 88, лит. А, а затем – по возврату данного имущества  ФИО6 путем инициирования судебного спора в Василеостровским районном суде Санкт-Петербурга (дело № 2-3852/16)  для последующей передачи Компании, подконтрольной ФИО2 через ФИО4;  в результате совершения названных  действий все недвижимое имущество Общества  фактически перешло под управление аффилированной с ФИО2 Компании, чем был причинен вред имущественным правам кредиторов Общества.

По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО4 доводы о том, что он не являлся стороной заключенных Обществом договоров купли-продажи от 10.09.2014 и от 08.10.2014, не занимал каких-либо должностей в органах управления Общества, на даты заключения данных договоров не  достиг  совершеннолетия, не  мог осуществлять и фактически не осуществлял  контроль за деятельностью должника, не давал обязательных для руководителя Общества указаний и иным образом не определял его действия, таким образом не может быть признан контролирующим Обществом лицом, не могут быть приняты.

В поданном в арбитражный суд заявлении о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО8 сослалась на  заключение соглашения от 01.08.2017, в соответствии с которым  объекты  недвижимости, ранее принадлежавшие должнику, переданы в уставный капитал Компании, директором и единственным акционером  которой, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, является ФИО4, который на дату заключения названного соглашения являлся совершеннолетним.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО4 не опроверг, что, являясь директором и единственным акционером  Компании, извлек выгоду в результате неправомерных действий ФИО2, ФИО4 и ФИО6

Довод подателя жалобы о том, что на даты заключения договоров купли-продажи от 10.09.2014 и от 08.10.2014 у Общества отсутствовали кредиторы, чьи требования впоследствии были бы включены в реестр требований кредиторов должника, также не принимается.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций,  непосредственной причиной банкротства Общества послужило то обстоятельство, что определением суда от 24.06.2016 по делу № А56?20624/2013 о банкротстве ЗАО «УК «Стройгазинвест» признаны  недействительными сделки по погашению требований Банка  в общей сумме 45 640 000 руб. по кредитным договорам от 31.10.2011 № КРД/11/526 и от 25.12.2012 № КРД/12/505, обязательства по которым обеспечивались  поручительством Общества. 

Так как недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), задолженность Общества перед Банком считается существовавшей с тех дат, когда обязательства по кредитным договорам подлежали исполнению – 30.04.2012 и 31.03.2013 соответственно.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу № А56?10746/2019/суб.2  оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

 М.В. Трохова