ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-5673/2021

г. Вологда

02 ноября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 01 ноября 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 02 ноября 2023 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и  Селецкой С.В.                (до и после перерыва в судебном заседании),  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва в судебном заседании), секретарем судебного заседания             ФИО2 (после перерыва в судебном заседании),

при участии с использованием системы веб-конференции от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оксимет» ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 25.05.2023, от общества с ограниченной ответственностью «Стоков Финансовые Услуги» представителя ФИО5 по доверенности от 26.12.2022 (до и после перерыва в судебном заседании), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оксимет» Борискина Юрия Ивановича на определение Арбитражного суда Вологодской области от 07 сентября 2023 года по делу № А13-5673/2021,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Евротехстрой» обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Оксимет» (адрес: 162609, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – должник, ООО «Оксимет»).

Определением суда от 30.04.2021 заявление принято, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением суда от 04.08.2021 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6. 

Решением суда от 13.12.2021 ООО «Оксимет» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство на срок шесть месяцев; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился 13.12.2022 в суд с заявлением к должнику и обществу с ограниченной ответственностью «Вольво Финанс Сервис Восток» (далее – ООО «ВФС Восток»), в котором просит:

1. Признать недействительными сделками акты возврата оборудования от 27.03.2020 и 07.04.2020, соглашение о расторжении и последствиях расторжения договора лизинга от 26.09.2018 № 206475, заключенные                     ООО «Оксимет» и ООО «ВФС Восток». 

2. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ВФС Восток» в пользу ООО «Оксимет» денежных средств в сумме                    18 804 388 руб. 46 коп.

Определением суда от 15.12.2022 заявление принято к производству, назначено судебное заседание, к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7

Определением суда от 30.01.2023 судом в порядке статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято изменение наименования ответчика: ООО «ВФС Восток» на общество с ограниченной ответственностью «Стоков Финансовые Услуги» (адрес: 141407, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – ООО «Стоков Финансовые Услуги»).

Определением суда от 16.03.2023 заседание отложено, к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Стоков машинное оборудование».

Конкурсный управляющий в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил заявление, просил признать недействительной сделкой расторжение договора лизинга от 26.09.2018 № 2064775, оформленное актами возврата оборудования от 27.03.2020 и 07.04.2020, а также соглашением от 08.06.2020 о расторжении и последствиях расторжения договора лизинга от 26.09.2018 № 206475, в котором произведен расчет сальдо встречных обязательств по договору в сумме                        518 955,80 руб., заключенными ООО «Оксимет» и ООО «ВФС Восток»; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с                  ООО «Стоков Финансовые Услуги» в пользу ООО «Оксимет» денежных средств в сумме 6 699 498,87 руб.

Определением суда от 07.09.2023 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что цена реализации транспортных средств по договору купли-продажи оборудования от 19.05.2020 № UTPR/19052020/2/VFS между ООО «ВФС Восток» и АО «Вольво Восток»  18 804 388,46 руб. (9 402 194,23 руб. за каждую единицу) занижена, поскольку в соответствии с отчетом об определении рыночной стоимости автомобилей-сортиментовозов от 13.03.2023 № 767 их рыночная стоимость по состоянию на 19.05.2020 составила 22 854 000 руб., по 11 427 000 руб. за единицу.

Согласно полису № AI103522029 страхования транспортных средств (каско) стоимость транспортных средств в период с 27.12.2019 по 26.12.2020 определена в сумме 25 191 706 руб. (12 595 853 руб. за каждое).

В актах возврата оборудования от 27.03.2020 и 07.04.2020 отсутствуют сведения о неудовлетворительном состоянии транспортных средств, что могло бы повлиять на их стоимость при реализации.

Соглашение от 08.06.2020 о расторжении и последствиях расторжения договора лизинга от 26.09.2018 № 2064775, в котором определено сальдо встречных обязательств в сумме 518 955,80 руб., подлежит признанию недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ООО «Стоков Финансовые Услуги» является плательщиком налога на добавленную стоимость (далее – НДС)  на основании статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), при расчете сальдо встречных обязательств в расчет неправомерно включены 3 134 064,74 руб. в качестве невозмещаемых налогов при досрочном расторжении договора лизинга. 

Полагает, что поскольку дальнейшая реализация транспортных средств индивидуальным предпринимателям ФИО8 и ФИО9 по договорам купли-продажи произведена с учетом НДС, возможно его возмещение из бюджета в виде вычета.

Ввиду изложенного, у ООО «Стоков Финансовые Услуги» не возникает убытков в виде уплаты НДС при досрочном расторжении договора лизинга. 

Доводы ООО «Стоков Финансовые Услуги» о невозмещаемых налогах не подтверждены, из представленной налоговой декларации по НДС за II квартал 2020 года этот факт установить невозможно.

Представленный ООО «Стоков Финансовые Услуги» в материалы дела расчет сальдо по договору лизинга от 26.09.2018 № 2064775 произведен арифметически неверно, в нарушение условий рамочного договора от 26.09.2018.

Конкурсный управляющий отмечает, что в суде первой инстанции он заявлял доводы о недобросовестности участника сделки со стороны ООО «ВФС Восток».

Поскольку информация о взыскании с ООО «Оксимет» задолженности находилась в открытом доступе – Картотеке арбитражных дел,                                ООО «ВФС Восток» не могло не осознавать, что действия ООО «Оксимет» направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

На возможную неплатежеспособность лизингополучателя прямо указывали просрочка лизинговых платежей и дальнейшее соглашение о расторжении договора лизинга в связи с невозможностью его исполнения.

Определение суда от 07.09.2023 не содержит оценки доводов конкурсного управляющего о том, что договоры купли-продажи с конечными приобретателями – индивидуальными предпринимателями                      ФИО9 и ФИО8 – заключены ранее договора купли-продажи оборудования между ООО «ВФС Восток» с АО «Вольво Восток».

АО «Вольво Восток» не могло продать индивидуальным предпринимателям оборудование, которое ему на дату совершения сделок с ними не принадлежало. Оборудование в даты заключения договоров с индивидуальными предпринимателями уже находилось в Санкт-Петербурге, что противоречит условиям договора купли-продажи между ООО «ВФС Восток» с  АО «Вольво Восток».

Следовательно, сделки АО «Вольво Восток» с индивидуальными предпринимателями являются мнимыми, продавцом в данном случае являлся ООО «ВФС Восток», используя АО «Вольво Восток» с целью получить невозмещаемый НДС в размере 3 134 064,74 руб., что также свидетельствует о недобросовестности со стороны ООО «ВФС Восток».

В судебном заседании с использованием системы веб-конференции представитель конкурсного управляющего  поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ООО «Стоков Финансовые Услуги» в судебном заседании с использованием системы веб-конференции против удовлетворения апелляционной жалобы возразил по доводам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение явившихся сторон, исследовав и оценив                    материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей  266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ВФС Восток» (Лизингодатель) и ООО «Оксимет» (Лизингополучатель) заключили 26.09.2018 Рамочный договор Trucks.

В соответствии с разделом 1 этого договора Лизингодатель обязуется оказывать Лизингополучателю услуги в виде инвестиционной деятельности по приобретению в собственность оборудования, указанного в разовых договорах лизинга, подписываемых Сторонами по форме, согласованной в приложении 1 к Рамочному договору (далее – Договор лизинга), для последующей передачи оборудования в лизинг (временное владение и пользование) Лизингополучателю с целью финансирования его предпринимательской деятельности, а Лизингополучатель обязуется принимать оборудование в лизинг и полностью возмещать затраты Лизингодателя в соответствии со статьей 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» и выплачивать доход Лизингодателя путем уплаты лизинговых платежей.

ООО «ВФС Восток» (Лизингодатель) и ООО «Оксимет» (Лизингополучатель) заключили 26.09.2018 договор лизинга № 2064775.

В соответствии с пунктом 1 названного договора Лизингодатель обязуется приобрести в собственность оборудование, указанное в названном договоре, для последующей передачи его в лизинг (временное владение и пользование) Лизингополучателю согласно условиям Рамочного договора.

Предметом лизинга является две единицы автомобиля - сортиментовоза LS1, новых, 2018 года выпуска в соответствии со спецификацией в                  приложении 2 к договору по цене при приобретении у Продавца не более                       12 620 675, 26 руб. без НДС за одну единицу (пункт 2 договора).

В соответствии с пунктом 3.1 договора общая стоимость договора лизинга в совокупности по всем позициям составляет 32 499 352, 92 руб., не включая НДС.

Пунктом 3.4 договора установлен срок лизинга – тридцать шесть месяцев с даты подписания акта-приема передачи.

В приложении 1 к договору лизинга от 26.09.2018 № 2064775 указано, что за одну единицу оборудования по позиции 1 первоначальный лизинговой платеж, подлежащий уплате до поставки, составляет 2 524 135,05 руб. (не включая НДС).

Итого лизинговых платежей, включая первоначальный лизинговый платеж, на сумму 16 249 676, 46 руб. (не включая НДС).

В таблице в приложении 1 указано, что сумма лизинговых платежей, подлежащих оплате Лизингополучателем без учета НДС составляет 13 725 541,41 руб. (16 249 676,46-2 524 135,05 (первоначальный лизинговый платеж)).

АО «Вольво Восток» (Продавец) и ООО «ВФС Восток» (Покупатель) заключили 26.09.2018 договор купли-продажи оборудования № 2064775-V, в соответствии с пунктом 1 которого Продавец продает, а Покупатель приобретает в собственность следующие транспортные средства: автомобиль сортиментовоз LS 1, новый, 2018 года выпуска в соответствии со спецификацией в приложении 1 к настоящему договору в количестве двух единиц.

Как следует из пункта 2 договора (в редакции дополнительного  соглашения от 27.12.2018 № 1):

Наименование оборудования

Цена за единицу оборудования, не включая НДС 18%

Количество

Общая цена оборудования, не включая НДС 18%

Автомобиль сортиментовоз LS 1

12 558 117, 94 руб.

2

25 116 355, 88 руб.

ООО «ВФС Восток» (Лизингодатель) и ООО «Оксимет» (Лизингополучатель) заключили 27.12.2018 дополнительное соглашение № 1 к договору лизинга от 26.09.2018 № 2064775, в соответствии с которым пункт 2 изложен в следующей редакции:

Позиция 1. Количество единиц: 2

Автомобиль - сортиментовоз LS1, новые, 2018 года выпуска, в соответствии со спецификацией в приложении  2 к настоящему договору по цене при приобретении у Продавца не более 12 558 177,94 руб. без НДС за одну единицу.

Пункт 3.1 договора изложен в следующей редакции: «Общая стоимость договора лизинга в совокупности по всем позициям Оборудования составляет 32 338 107,70 руб., не включая НДС».

Пункт 4.1 Договора изложен в следующей редакции: «по Позиции 1: 2 511 635, 59 руб. не включая НДС, подлежит оплате в течение десяти дней с даты подписания Договора».

ООО «ВФС Восток» и ООО «Оксимет» подписан 27.12.2018 акт приема-передачи оборудования, а именно:

Тип/Модель

VIN

№ двигателя

№ ПТС

Стоимость

оборудования,

не включая НДС

Автомобиль-сортиментовоз LS1, новый, 2018 г.в.

<

***>

D13 853885, 19/12/2018 

78 РВ 230415, 19.12.2018.

12 558 177, 94 руб.

Автомобиль-сортиментовоз LS1, новый, 2018 г.в.

<

***>

D13 853882, 19/12/2018 

78 РВ 230414

12 558 177, 94 руб.

В соответствии с графиком лизинговых платежей общая сумма, подлежащая уплате без НДС, составляет 27 314 836,52 руб. 

Общая сумма, подлежащая уплате с НДС, составляет 32 231 507 руб.

ООО «Оксимет» и ООО «ВФС Восток» подписали 27.03.2020 акт возврата оборудования, в соответствии с которым ООО «Оксимет» возвратило, а ООО «ВФС Восток» приняло оборудование, являющееся предметом лизинга от 26.09.2018 № 064775: Автомобиль-сортиментовоз LS1, 2018 г.в., VIN  

<

***>, номер шасси – X9PXG30D2KW126523.

В пункте 2 акта возврата оборудования указано, что возврат оборудования осуществлен по инициативе Лизингополучателя в связи с дальнейшей невозможностью исполнения договора лизинга от 26.09.2018 № 2064775.

ООО «Оксимет» и ООО «ВФС Восток» подписали 07.04.2020 акт возврата оборудования, в соответствии с которым ООО «Оксимет» возвратило, а ООО «ВФС Восток» приняло оборудование, являющееся предметом лизинга  от 26.09.2018 № 064775: Автомобиль-сортиментовоз LS1, 2018 г.в., VIN  

<

***>, номер шасси – X9PXG30D8KW126526.

В пункте 2 акта возврата оборудования указано, что возврат осуществлен по инициативе Лизингополучателя в связи с дальнейшей невозможностью исполнения договора лизинга от 26.09.2018 № 2064775.

ООО «Вольво Финанс Сервис Восток» и ООО «Оксимет» подписали 08.06.2020 соглашение о расторжении и последствиях расторжения договора лизинга от 26.09.2018 № 206475.

Согласно пункту 1 этого соглашения стороны подтверждают тот факт, что Лизингополучатель, исполняя условия договора лизинга от 26.09.2018 № 2064775, согласно актам возврата оборудования добровольно 27.03.2020 и 07.04.2020 вернул Лизингодателю две единицы оборудования, ранее полученных в лизинг.

В соответствии с пунктом 3 соглашения оборудование, возвращенное Лизингополучателем, реализовано Лизингодателем по цене 18 804 388,46 руб. с НДС (по 9 402 194,23 за каждый автомобиль-сортиментовоз LS1).

Как следует из пункта 4 соглашения, в связи с расторжением договора и реализацией оборудования стороны произвели расчет сальдо встречных обязательств по договору в отношении возвращенных единиц оборудования в соответствии с положениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17; приведен в приложении 1 к соглашению), определили сумму превышения, полученную Лизингодателем при продаже возвращенного Лизингополучателем оборудования в размере 518 955,80 руб.

В результате анализа актов возврата оборудования от 27.03.2020 и 07.04.2020, а также соглашения о расторжении и последствиях расторжения договора лизинга от 26.09.2018 № 206475, заключенных ООО «Оксимет» и ООО «ВФС Восток», конкурсным управляющим ФИО3 сделан вывод о том, что указанные сделки подлежат признанию недействительными, как совершенные при неравноценном встречном исполнении и в связи с тем, что в результате их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления.

Апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

 В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Также пунктом 9 данного Постановления № 63 указано на то, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 8 Постановления № 63 при применении пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует учитывать, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Оспаривание сделки по основаниям названной статьи направлено на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с этим сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных условиях.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъясняется, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно, сделка совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В рассматриваемом случае акты возврата оборудования совершены 27.03.2020 и 07.04.2020, то есть, в течение трех лет до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) – 30.04.2021, а соглашение от 08.06.2020 о расторжении договора лизинга № 206475 – в течение года до указанной даты.

Ответчик не является заинтересованным по отношению к Должнику лицом.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что наличие совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания актов возврата недействительными, не доказано.

Так, заявителем не доказано наличие у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при возврате предметов лизинга.

Суд первой инстанции верно указал, что Лизингодатель не мог знать о наличии признаков банкротства на стороне Лизингополучателя. Действия Лизингополучателя по возврату предметов лизинга не направлены на причинение вреда имущественным правам других кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) по договору лизинга арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучатель) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование; договором лизинга может быть предусмотрено, что выбор продавца и приобретаемого имущества осуществляется лизингодателем.

В силу статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца 3 пункта 5 статьи 15 Закона о лизинге лизингополучатель обязан перечислять лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором лизинга.

Согласно пункту 2 статьи 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных названным Федеральным законом и договором лизинга.

При прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга (пункт 4 статьи 17 Закона о лизинге).

При расторжении договора лизинга необходимо соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой в соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2016 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Поскольку должником не исполнены условия для приобретения права собственности на имущество, его изъятие также не свидетельствует о причинении какого-либо имущественного ущерба должнику, выбытие имущества влечет лишь прекращение у Должника права владения не принадлежащим ему имуществом.

При отсутствии оснований для приобретения права собственности на переданное в лизинг имущество, возвращение его во владение должника не повлекло бы пополнение конкурсной массы, что дополнительно свидетельствует об отсутствии оснований для оспаривания сделки по возврату предмета лизинга лизингодателю.

Следовательно, признание недействительными актов возврата от 27.03.2020 и от 07.04.2020 не приведет к фактическому возврату имущества в конкурсную массу Должника, в связи с чем, судом первой инстанции в удовлетворении данной части требований отказано правомерно. 

В соответствии с разъяснениями пункта 35 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)» (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021) односторонний отказ лизингодателя от исполнения договора лизинга и изъятие предмета лизинга сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания отказа недействительным по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недействительными могут быть признаны условия договора лизинга (соглашения о его расторжении), ущемляющие лизингополучателя в праве на получение сальдо встречных предоставлений по договору.

Уклонение лизингодателя от совершения действий по расчету и уплате сальдо встречных обязательств не является основанием для того, чтобы отказ от исполнения договора был признан недействительной сделкой, но может выступать основанием для обращения управляющего в суд с требованием о взыскании завершающей договорной обязанности (абзац 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ и пункт 3 Постановления № 17) в исковом порядке вне рамок дела о банкротстве.

По другому делу суд на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве признал недействительным соглашение о расторжении договора лизинга, заключенное в преддверии банкротства лизингополучателя, которым предусматривалась компенсация за расторжение договора лизинга. Как установил суд, величина предусмотренной соглашением компенсации являлась существенно более низкой в сравнении с величиной сальдо встречных предоставлений, на получение которого лизингополучатель имел бы право при отсутствии спорного условия в соглашении, что свидетельствует об ущемлении прав кредиторов оспариваемой сделкой.

Таким образом, законодательством предусмотрен специальный порядок защиты прав лизингополучателя, в том числе находящегося в процедуре банкротства, посредством определения сальдо встречных обязательств сторон такого договора (пункт 3 постановления № 17).

Поскольку в приложении № 1 к соглашению о расторжении договора лизинга стороны согласовали размер такой компенсации, величина сальдо встречных предоставлений может быть предметом оценки применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

На момент принятия лизингополучателем решения о добровольном возврате оборудования лизингодателю за лизингополучателем числилась задолженность в размере 2 843 038,56 руб. После возврата оборудования Лизингодателю и его реализации сторонами договора лизинга произведен расчет сальдо (приложение 1 к соглашению о расторжении).

Сумма, исчисленная по результатам расчета сальдо по договору лизинга от 26.09.2018 № 2064775 в размере 518 955,80 руб., зачтена по просьбе Лизингополучателя в счет погашения задолженности Лизингополучателя по второму договору лизинга от 24.05.2018 № 1986475, вследствие чего 02.09.2020 осуществлен выкуп предмета лизинга по второму договору.

Несогласие конкурсного управляющего с расчетом сальдо сводятся к двум основным моментам: 1. Конкурсный управляющий полагает, что  рыночная стоимость возвращенных лизинговых автомобилей по состоянию на 19.05.2020 составляет 22 854 000 руб.; 2. Ответчик неправомерно включил в расчет сальдо 3 134 064,74 руб. в качестве невозмещаемых налогов, поскольку ООО «Стоков Финансовые Услуги» является плательщиком НДС. У ООО «Стоков Финансовые Услуги» не возникает убытков в виде уплаты НДС при досрочном расторжении договора лизинга.

Оценивая довод о рыночной стоимости транспортных средств, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

После изъятия транспортные средства были реализованы лизингодателем в пользу АО «Вольво Восток» (ОГРН 

<

***>, сменило наименование на АО «Стоков Машинное Оборудование») по договору купли-продажи оборудования от 19.05.2020 № UTPR/19052020/2/VFS по цене 9 402 194,23 руб. с НДС за единицу.

Перед реализацией изъятых предметов лизинга была проведена их независимая оценка. Стоимость продажи изъятых предметов лизинга была незначительно выше, чем указанная в заключениях об оценке рыночной стоимости оборудования (на 23.04.2020 VIN 

<

***> руб. с НДС, VIN 

<

***> руб. с НДС).

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2016 № 305-ЭС16-7931 и от 03.03.2016 № 305-ЭС16-489, сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о реальной рыночной цене.

Доказательств того, что при продаже изъятого предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно (существенно занизил цену продажи), конкурсным управляющим не представлено.

Сделки по последующей продаже предметов лизинга, заключённые между АО «Вольво Восток» с ИП ФИО8 и ИП ФИО9 также не подтверждают существенного занижения цены продажи ответчиком (разница составляет не более 5,1 %).

Страховая сумма за период с 27.12.2019 по 26.12.2020, указанная в Полисе страхования, тем более не отражает действительную рыночную стоимость транспортных средств, так как формируется на договорной основе, исходя из согласованных сторонами коэффициентов, и не учитывает ситуацию на рынке (пункт 2 раздела «Дополнительные условия полиса»). 

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что фактическая цена реализации автомобилей после изъятия соответствует рыночной, что подтверждается отчетами об оценке перед реализацией транспортных средств, мнением специалиста на отчет конкурсного управляющего, а также сопоставимо со средневзвешенным значением рыночной стоимости транспортных средств.

Довод жалобы о неправомерном включении ответчиком в расчет сальдо 3 134 064,74 руб. в качестве невозмещаемых налогов отклоняется.

В силу статей 143, 145 НК РФ лизингодатель является плательщиком  налога на добавленную стоимость. 

Согласно пунктам 3, 2.1.6, 2.2, 12.2.1, 12.2.2, 13.5 Рамочного договора Trucks от 26.09.2018, лизингополучатель обязан возместить лизингодателю расходы, связанные исполнением и досрочным расторжением Договора лизинга, в том числе затраты на страхование предметов лизинга, учет в уполномоченных органах, уплату налогов, расходов по оценке, транспортировке и хранению изъятых предметов лизинга и любые иные расходы по организации и проведению возврата/изъятия оборудования.

Стороны несут ответственность в форме возмещения убытков за ненадлежащее исполнение обязательств по Договору, в т.ч. в форме возмещения убытков, вызванных расторжением Договора лизинга (статья 453 ГК РФ).

Возмещение НДС предусмотрено условиями Договора лизинга и Рамочного договора Trucks от 26.09.2018.

Поскольку в связи с нарушением лизингополучателем своих обязательств по договору лизинга последний был досрочно расторгнут, лизингодателю пришлось реализовать оборудование по договору купли продажи, в связи с чем лизингодатель уплатил НДС, размер которого составил 3 134 064,74 руб.

Надлежащее исполнение Лизингополучателем обязательств по Договору лизинга исключало бы совершение Лизингодателем действий по продаже предмета лизинга и уплате НДС с продажи. 

В силу пункта 1 статьи 173 НК РФ сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода как определенная в соответствии со статьей 166 НК РФ общая сумма налога, уменьшенная на сумму налоговых вычетов и увеличенная на суммы восстановленного налога.

Вместе с тем договором купли-продажи от 26.09.2018 № 2064775-V между АО «Вольво Восток» (Продавец) и ООО «ВФС Восток» (Покупатель) цена договора предусмотрена без НДС, договором лизинга от 26.09.2018 № 2064775 стоимость оборудования предусмотрена также без НДС.

При указанных обстоятельствах уменьшать исходящий НДС не на что, поскольку входящего НДС нет. Весь начисленный по спорной сделке НДС подлежит уплате лизингодателем в бюджет.

Таким образом, возложение на лизингодателя бремени уплаты НДС с продажи изъятого предмета лизинга будет противоречить условиям Договора лизинга и существу лизинговых правоотношений, поскольку с суммы оплаты лизингодатель будет вынужден платить НДС, который компенсировать за счет  бюджета или покупателя не сможет.

Указанные налоговые издержки являются для лизингодателя дополнительным бременем, необходимость несения которого не возникла бы при надлежащем исполнении лизингополучателем договора лизинга.

Учитывая изложенное, сумма НДС от реализации оборудования в размере 3 134 064,74 обоснованно была отнесена лизингодателем к его расходам, связанным с досрочным расторжением договора лизинга.

Уплата лизингодателем налогов подтверждается выпиской из книги продаж лизингодателя за период с 01.04.2020 по 30.06.2020 (строка № 4, столбец 17), налоговой декларацией по НДС за 2 квартал 2020 отчетного года, принятой 24.07.2020 налоговым органом (ИФНС № 5099), отчетом по проводкам за 3 квартал 2020 и платежными поручениями об уплате НДС за 2 квартал 2020 года.

Вопреки доводам апеллянта, какой-либо прибыли от заключения соглашения о расторжении и утвержденного расчета сальдо лизингодатель также не получил.

Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Довод апеллянта о заключении договоров с конечными приобретателями ФИО9 и ФИО8 ранее договора купли-продажи оборудования между ООО «ВФС Восток» с АО «Вольво Восток» не может влечь отмену состоявшегося судебного акта, поскольку не подтверждает и не опровергает обстоятельств, имеющих значение для дела, данные сделки не являются предметом рассматриваемого заявления и не являются сделками Должника.

В соответствии с положениями главы 30 ГК РФ по договору купли-продажи продавец обязуется передать вещь (товар) покупателю в собственность за определенную денежную сумму. 

При этом договор купли-продажи является консенсуальным, то есть права и обязанности сторон по нему возникают в момент его заключения.

Транспортные средства по последующим договорам купли-продажи были фактически переданы 22.05.2020, то есть после заключения договора купли-продажи между ООО «ВФС Восток» с АО «Вольво Восток» (19.05.2020) и передачи оборудования по нему (20.05.2020).

Соответственно, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленного требования.

Вопреки мнению подателя жалобы, из содержания обжалуемого судебного акта следует, что суд дал оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовал все имеющиеся в материалах дела доказательства, установил все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Поскольку обществу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, то согласно статье 110 АПК РФ эта пошлина подлежит взысканию с него в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 07 сентября 2023 года по делу № А13-5673/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оксимет» ФИО3 – без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Оксимет» (адрес: 162609, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. – государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая