АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А60-47324/2022

14 апреля 2023 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 07 апреля 2023 года

Полный текст решения изготовлен 14 апреля 2023 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи А.В. Ермоленко, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" в лице участника ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО7, ФИО3 

о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании 

от процессуального истца (ФИО2): ФИО4, представитель по доверенности от 05.03.2022, предъявлено удостоверение адвоката; Витман Е.В., представитель по доверенности от 05.03.2022, предъявлено удостоверение адвоката;

от материального истца (ООО "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ"): ФИО4, представитель по доверенности от 25.11.2022, предъявлено удостоверение адвоката; Витман Е.В., представитель по доверенности от 25.11.2022, предъявлено удостоверение адвоката;

от ответчика (ФИО3): ФИО5, представитель по доверенности от 05.05.2022, предъявлен паспорт, диплом;

от ответчика (ФИО7): ФИО6, представитель по доверенности от 21.12.2022, предъявлен паспорт, диплом.

Лица, участвующие в деле, о времени  и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду не заявлено.

ООО "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" в лице участника ФИО2 обратилось в арбитражный суд к ФИО7, ФИО3 с исковым заявлением о взыскании убытков, причиненных истцу ответчиками как лицами, контролирующими общество.

Определением суда от 05.09.2022 исковое заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 13.10.2022.

От истца поступило ходатайство об увеличении размера исковых требований. Ходатайство принято к рассмотрению.

С учетом отсутствия надлежащего уведомления ответчиков о дате и месте судебного заседания предварительное судебное заседание подлежит отложению.

Определением суда от 20.10.2022 предварительное судебное заседание отложено на 24.11.2022.

От истца в судебном заседании поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов. Документы приобщены к материалам дела.

От ответчика в судебном заседании поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов. Документы приобщены к материалам дела.

От ответчика в судебном заседании поступило ходатайство об истребовании доказательств. Данное ходатайство суд удовлетворил.

От истца в судебном заседании поступило ходатайство об истребовании доказательств. Судом ходатайство рассмотрено, удовлетворено.

По итогам судебного заседания вынесено протокольное определение об отложении предварительного судебного разбирательства на 23.12.2022.

От ФИО7 поступил отзыв, приобщен к материалам дела. 

От истца поступили дополнительные пояснения, приобщены к материалам дела. 

В судебном заседании произведен осмотр, представленных истцом видеозаписей. Видеозаписи приобщены к материалам дела.

Определением суда от 24 декабря 2022 года дело назначено к судебному разбирательству.

В судебном заседании 10 февраля 2023 года от ИФНС по Ленинскому району г. Екатеринбурга поступила информация в ответ на запрос суда. Приобщено к материалам дела. 

От УМВД России по г. Екатеринбургу, в ответ на запрос суда, поступили материалы проверки КУСП. Приобщено к материалам дела.

От Фонда пенсионного и социального страхования РФ, поступила информация в ответ на запрос суда. Приобщено к материалам дела.

От ответчика ФИО7 поступили письменные пояснения. Приобщено к материалам дела.

Истцом заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства для предоставления дополнительных доказательств. Ходатайство удовлетворено (ст. 158 АПК РФ).

Определением суда от 18 февраля 2023 года судебное разбирательство отложено.

В судебном заседании 13 марта 2023 года от истца поступили письменные пояснения. Приобщены к материалам дела.

От ответчика ФИО7 поступили пояснения, отзыв. Приобщено к материалам дела.

Протокольным определением суда от 13 марта 2023 года судебное разбирательство отложено.

В судебном заседании от ответчика ФИО7 поступила речь в прениях в письменном виде. Приобщено к материалам дела.

В судебном заседании ответчик пояснил, что не оспаривает принадлежность спорного имущества обществу.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд  

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, ФИО3 владеет долей в размере 50 % уставного капитала ООО «Центр косметологии», что подтверждается Выпиской из ЕГРЮЛ (дата регистрации изменений в ЕГРЮЛ – 13.08.2021). 

ФИО2, начиная с даты создания организации 06.09.2018, являлась в соответствии со сведениями ЕГРЮЛ единственным участником ООО «Центр косметологии», начиная с 13.08.2021 является участником с долей 50 % уставного капитала.

В обоснование исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

Общество с 19.09.2018 имело на праве аренды нежилое помещение по адресу 

<

...> (договор аренды от 19.09.2018 с ООО «Афина»), которое в соответствии с п. 1.5 договора использовало в качестве центра косметологии под коммерческим обозначением «MERVE».

16.08.2021 в ЕГРЮЛ была внесена запись о получении ФИО7 доли 50% в уставном капитале ООО «Центр Косметологии» на основании решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 02.12.2020 по делу 2–4112/2020 и определения Свердловского областного суда от 20.04.2021 по делу № 33–5160/2021. Судами был удовлетворен встречный иск ФИО7 о признании за ним права на долю в обществе в порядке раздела совместно нажитого имущества супругов.

17.08.2021 якобы состоялось общее собрание участников общества (которое не созывалось в установленном законом порядке, о котором ФИО2 не знала и в котором участия не принимала) и подписан протокол о досрочном прекращении полномочий ФИО2 и назначении директором ФИО7 – новой супруги ФИО7 

Впоследствии судом установлено, что подпись ФИО2 в этом протоколе является поддельной (решение Арбитражного суда Свердловской области от 08.06.2022 по делу № А60-45534/2021). Этот протокол ФИО2 не видела, а нотариусу ФИО8 документ представил ФИО7

26.08.2021 в ЕГРЮЛ была внесена запись о новом (незаконном) директоре общества – ФИО7, – о чем ФИО2 даже не подозревала. С этого момента общество находилось под контролем ФИО7 и ФИО7

01.09.2021 под контролем ФИО7 произошел захват помещения клиники, а ФИО2 и работникам клиники был физически закрыт доступ в здание. Деятельность клиники полностью остановилась, начался незаконный вывоз имущества и документов общества, о чем ФИО2 уведомила арендодателя (ООО «Афина»). По данному факту был вызван наряд полиции, однако в связи со сменой директора по данным ЕГРЮЛ никаких мер по пресечению незаконных действий полиция не смогла совершить. 

02.09.2021 в ответ на обращение ФИО2 арендодатель сообщил об отказе от договора аренды в связи с нежеланием участвовать в конфликте с новым должностным лицом ООО «Центр Косметологии» и предложил передать помещение по акту в последний день действия договора (03.12.2021). 

07.09.2021 ФИО2 предъявила иск о признании недействительным решения собрания от 17.08.2021 о смене директора и просила принять обеспечительные меры, в том числе, в виде ареста имущества ООО «Центр Косметологии» с целью недопущения его уменьшения под контролем незаконно назначенного директора. В принятии обеспечительных мер отказано (определение Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2021 по делу № А60-45534/2021). 

В период с сентября по декабрь 2021 г. ФИО2 не имела доступа в помещения и полномочий по управлению обществом. Общество перестало вести деятельность и оплачивать задолженность (перед работниками, бюджетом, арендодателем и т.д.). 

06.12.2021 ООО «Афина» в одностороннем порядке составило акт приема нежилых помещений, в котором зафиксировано неудовлетворительное состояние помещения, наличие дефектов, делающих невозможным его использование по назначению. На фотографиях видно, что из помещения вывезено все оборудование, полностью уничтожен ремонт (видно при сопоставлении с более ранними фотографиями). Ни ФИО7, ни ФИО7 на составление акта не явились. 

В последующем состоялись судебные процессы: 

− в деле А60-53412/2021 по иску ООО «Афина» с ООО «Центр косметологии» взыскана задолженность: 463 150,29 руб. – постоянная часть арендной платы за октябрь-декабрь 2021 г.; 45 644,07 руб. – переменная часть арендной платы по счету, выставленному 26.08.2021 (уже после смещения ФИО2 с должности директора); 22 283,83 руб. – по счетам за 2018 г.; 269 595,35 руб. – неустойка за просрочку уплаты арендной платы; 

− в деле А60-45534/2021 по иску ФИО2 признано недействительным решение собрания участников от 17.08.2021 о смене директора, которое ФИО2 не подписывала, после чего 13.07.2022 в ЕГРЮЛ восстановлена запись о ней как о директоре общества.

По мнению истца, в результате незаконных действий ответчиков, обществу были причинены убытки в общем размере 18 884 627 руб. 34 коп.

Как указывает истец, убытки общества от действий ответчиков складываются из следующих элементов:

1.Стоимость утраченного оборудования;

2.Недополученная прибыль из-за прекращения деятельности клиники;

3.Начисленные обществу неустойки по договору аренды.

Истец представляет расчет и пояснения относительно каждого из элементов убытков.

1. Стоимость утраченного оборудования.

- Аппарат лазерный терапевтический М-22. Приобретен у ООО «Премиум Эстетике» по договору поставки оборудования от 18.10.2018 № О-186/1018 за 50 250 долларов. Балансовая цена на 01.07.2021 - 3 374 923,62 руб.

- Система терапевтическая с фокусированным ультразвуком Ulfit. Куплена у ООО «Белла-С» по договору поставки № 36АГ от 12.02.2019 за 2 661 445,35 руб. Балансовая цена на 01.07.2021 -2 560 797,51 руб.

- Система лазерная терапевтическая LightSheer DESIRE. Приобретена у ООО «Премиум Эстетике» по договору поставки оборудования от 06.06.2019 № О-93/0619 за 65 325 долларов. Балансовая цена на 01.07.2021 - 4 140 739,02 руб.

- Аппарат косметологический мультимодальный для лечения дефектов и омоложения кожи Venus Legacy. Приобретен у ООО «Венус Концепт РУ» по договору поставки от 05.11.2019 № 20191105/АК за 63 000 долларов. Балансовая цена на 01.07.2021 -4 015 655,13 руб.

Размер причиненных обществу убытков из-за присвоения оборудования исходя из балансовой стоимости составляет 14 092 115,28 руб. (3 374 923,62+2 560 797,51+4 140 4 739,02+4 015 655,13).

2.Недополученная прибыль из-за прекращения деятельности клиники.

Согласно п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Одним из способов расчета упущенной выгоды является метод экстраполяции данных в рамках экономического моделирования. Если известны экономические показатели, предшествовавшие периоду нарушения, то можно ожидать, что при прочих равных они остались бы на прежнем уровне или изменялись бы с такой динамикой, как при отсутствии нарушения (п. 3.1.9 Методических рекомендаций «Определение И размера упущенной выгоды» Союза судебных экспертов «Экспертный совет»).

По итогам деятельности за 2020 год чистая прибыль общества составила 4 175 000 руб. (то есть, в среднем 347 916,67 руб. чистой прибыли ежемесячно).

С учетом того, что этот год сопровождался существенными ограничениями в работе, связанными с ограничительными мерами из-за пандемии COVID, то есть все основания полагать, что по итогам 2021 г., когда ограничения стали отменяться, средняя ежемесячная прибыль должна была быть точно не меньше, чем в 2020 г.

Срок действия договора аренды помещения был установлен до 19.09.2023 г. (п. 1.3 договора). Поскольку к 01.09.2021 никаких претензий к арендатору со стороны арендодателя не имелось, для целей расчета упущенной выгоды следует считать, что ООО «Центр Косметологии» могло бы и дальше осуществлять свою деятельность клиники в арендованных площадях, если бы не действия ответчиков.

Соответственно, размер упущенной выгоды за период с 01.09.2022 по 01.10.2022 составит 4 522 916,71 руб. (347 916,67 руб. х 13 мес).

3.Начисленные обществу неустойки по договору аренды.

Из-за того, что ответчики после захвата корпоративного контроля перестали платить арендную плату, с ООО «Центр Косметологии» была взыскана неустойка в размере 269 595,35 руб., что преюдициально установлено в деле № А60-53412/2021.

Итого общий размер убытков, причиненных ответчиками обществу, составляет 18 884 627,34 руб. (14 092 115,28 + 4 522 916,71 + 269 595,35).

Ссылаясь на данные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим иском, в котором просит взыскать с ответчиков данную сумму убытков.

Ответчики против иска возражают.

Так, ответчик ФИО7 указывает на то, что 01.09.2021г. истец в сопровождении сотрудников полиции вывозил из арендованного помещения оборудование и всю имеющуюся в помещении документацию. По мнению ответчика, истцом не представлено доказательств того, что заявленные убытки причинены именной действиями ответчиков.

Ответчик ФИО7 представляет отзыв на иск, согласно которому ответчик указывает, что ФИО7 не принимала участия в процедуре подписания протокола собрания участников Общества «Центр Косметологии» о назначении её директором, в связи с чем на неё не могут быть возложены негативные последствия принятия и последующего оспаривания данного решения. С момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о новом директоре Общества ФИО7 так и не смогла приступить к исполнению прямых обязанностей директора Общества «Центр Косметологии», поскольку ей не были переданы никакие документы, относящиеся к деятельности общества. ФИО7 не получила от ФИО2 никаких документов о финансовохозяйственной деятельности Общества «Центр Косметологии» и не имела доступа к помещению, в котором находилась клиника Merve. Причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО7 и убытками, якобы причинёнными Обществу, отсутствует.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, заслушав доводы сторон, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 2 ст. 53.1 ГК РФ ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

В силу положений п. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (п. 4 ст. 53.1 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах), единоличный исполнительный орган общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

По иску о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 N 15201/10).

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предъявляя требование о возмещении убытков, кредитор должен доказать их наличие, произвести расчет убытков, в том числе упущенной выгоды, доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения должником принятого на себя обязательства (противоправность) и наличие причинной связи между поведением должника и наступившими убытками (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 71 АПК РФ оценка доказательств и выводы суда должны быть основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств по делу. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими в совокупности.

Как указывает истец, 26.08.2021 в ЕГРЮЛ была внесена запись о новом (незаконном) директоре общества – ФИО7

01.09.2021 под контролем ФИО7 произошел захват помещения клиники, а ФИО2 и работникам клиники был физически закрыт доступ в здание. Деятельность клиники полностью остановилась, начался незаконный вывоз имущества и документов общества.

02.09.2021 в ответ на обращение ФИО2 арендодатель сообщил об отказе от договора аренды в связи с нежеланием участвовать в конфликте с новым должностным лицом ООО «Центр Косметологии» и предложил передать помещение по акту в последний день действия договора (03.12.2021).

В период с сентября по декабрь 2021 г. ФИО2 не имела доступа в помещения и полномочий по управлению обществом. Общество перестало вести деятельность и оплачивать задолженность (перед работниками, бюджетом, арендодателем и т.д.).

Как установлено судом при рассмотрении дела №А60-45534/2021, принятие решения о досрочном прекращении полномочий ФИО2 как Директора Общества и назначении нового Директора – ФИО7 не могло было быть произведено в отсутствие большинства голосов и невозможно при отсутствии на общем собрании ФИО2, обладающего 50% доли в уставном капитале Общества.

В ходе рассмотрения дела №А60-45534/2021 назначалась судебная почерковедческая экспертиза по вопросу принадлежности подписи, выполненной от имени ФИО2 в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Центр косметологии» от 17.08.2021г. ФИО2. 

В представленном в материалы дела экспертном заключении № 811/06-3 от 03.03.2022 г. сделан вывод о том, что подпись от имени ФИО2 выполнена не самой ФИО2, а другим лицом.

С учетом данных обстоятельств, суд, при принятии решения по делу №А60-45534/2021, признал недействительным решение внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Центр косметологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), изготовленное в форме протокола внеочередного общего собрания участников общества от 17 августа 2021г. о досрочном прекращении полномочий ФИО2 в качестве Директора ООО «Центр косметологии» и назначении нового директора – ФИО7.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 АПК РФ)

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости  доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их  опровержение до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти  обстоятельства, не будет отменен в порядке, предусмотренном законом.

Таким образом, вступившим в законную силу решением суда признано недействительным решение о досрочном прекращении полномочий ФИО2 в качестве Директора ООО «Центр косметологии» и назначении нового директора – ФИО7.

С учетом данных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что в период с сентября 2021г. по декабрь 2021г. ответчики неправомерно ограничили деятельность истца, являющегося законным директором общества, по управлению данным обществом, в результате чего обществу были причинены убытки в размере 18 884 627,34 руб.

Возражая против иска, ответчик утверждает о том, что, 01.09.2021г. истец в сопровождении сотрудников полиции вывозил из арендованного помещения оборудование и всю имеющуюся в помещении документацию.

Между тем, как поясняет истец, 01.09.2021 ФИО2 вывезла из помещения клиники только один аппарат фототерапевтический светодиодный красного излучения АФС «Гармония», принадлежащий ей лично. Этот аппарат был куплен ИП ФИО2 у ООО «КОСМЕД» по договору поставки от 06.07.2021 № 06/07/21-001. Продавец в ответе на адвокатский запрос пояснил, что запечатленный на видеофайле истца аппарат - этот аппарат ФИО2

Ответчиком при этом не представлено доказательств того, что ФИО2 было вывезено какое-либо иное оборудование, кроме того, о котором указал истец.

Кроме того, в материалы дела, по запросу суда, поступил материал проверки КУСП 24517 от 01.09.2021.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.09.2021, вынесенном капитаном полиции ФИО9, указано следующее.

В OП-5 УМВД России по г. Екатеринбургу поступило заявление гр. ФИО7 и отношении ФИО2 по факту противоправных действий.

В своем заявлении гр. ФИО7 сообщает, что гр. ФИО2. 01.1 1.1 985г.р., является бывшим директором ООО «Центра косметологии». 01.09.2021 в период времени с 10.00 часов до 14.00 часов действуя с неизвестными лицами, находясь по адресу: г, Екатеринбург, ул. Горького 26, оф. 3.1, гр. ФИО2 совершила хищение имущества принадлежащего ООО «Центр косметологии», на общую сумму около 250 000 рублей.

Тем не менее, заявитель (собственник имущества), не предоставил документы на похищенное имущество и документы об ущербе, с учетом себестоимости товара по товарно-транспортным накладным от производителя и таможенной декларации, а также иные документы, имеющие юридическую силу, в установленный срок не предоставил, тем самым отсутствуют подтверждающие доказательства, совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ

Так как не собраны в полном объеме первоначальные уголовно-процессуальные документы доследственной проверки, то отсутствуют в полном объеме, подтверждающие доказательства, совершения преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ.

Таким образом, довод ответчиков о том, что истец самостоятельно вывез из арендованного помещения всё принадлежащее обществу оборудование, не нашёл своего подтверждения.

Кроме того, ранее ООО "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" в лице участника ФИО7 обращалось в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО2 убытков, причиненных обществу, в виде взысканной с ООО "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" в пользу ООО "Афина" штрафных санкций по договору аренды в размере 1173509,39 руб. По мнению ФИО7 начисление данных санкций произошло по причине ненадлежащего исполнения ФИО2 обязанностей директора общества.

Между тем, решением Арбитражного суда Свердловской области от 15 декабря 2022 года по делу № А60-60244/2021 в иске отказано.

В решении суда отражено, что, 01.09.2021 под контролем ФИО7 произошел захват помещения клиники, а ФИО2 и работникам клиники был физически закрыт доступ в здание. Деятельность клиники полностью остановилась, начался вывоз имущества и документов общества.

В период с сентября по декабрь 2021 г. ФИО2 не имела доступа в помещения и полномочий по управлению обществом. Общество перестало вести деятельность и оплачивать задолженность (перед работниками, бюджетом, арендодателем и т.д.).

С сентября 2021 г. из-за действий ФИО7 общество утратило право аренды, перестало оплачивать долги перед арендодателем, контрагентами, работником бюджетом и внебюджетными фондами, что привело к аресту банковских счетов налоговым органом. Содержащийся в иске (стр. 3) упрек в несдаче бухгалтерской отчетности за 2021 г. истец может адресовать лишь ФИО7, поскольку именно она по ЕГРЮЛ имела возможность руководить деятельность общества. 

Таким образом, действия истца ФИО3, который передал нотариусу поддельный протокол и лишил ФИО2 полномочий директора, разрушил успешный бизнес косметологической клиники, а сейчас пытается вменить ФИО2 ответственность за действия, которые она не совершала и не могла совершить, являются необоснованными, свидетельствующими о недобросовестности истца (п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ). Никаких оснований для взыскания убытков с ответчика нет. 

Основные документы, необходимые для продолжения деятельности косметологической клиники, после захвата помещения остались в распоряжении ФИО7

Данные доводы ответчика были приняты судом, и положены в основу судебного акта.

Таким образом, вступившим в законную силу решением суда установлено, что, в период с сентября 2021г. по декабрь 2021г. ответчики ограничили доступ истца в помещение, арендуемое обществом.

В связи с чем, из представленных в материалы дела доказательств, в том числе видеозаписей, следует что ответчики, после вынесения решения о назначении на должность директора общества ФИО7, ограничили доступ истца в арендованное помещение, и самостоятельно вывезли из помещения принадлежащее обществу оборудования. Данное обстоятельство ответчиками не опровергнуто.

Факт принадлежности обществу оборудования, а также его стоимость, подтверждается представленными в материалы дела первичными документами, в том числе:

- договор поставки №12 от 13.07.2021г.;

- товарная накладная №1284 от 30.08.2021г.;

- УПД № 202108310021 от 31.08.2021г.;

- УПД № 202108200039 от 20.08.2021г.;

- товарная накладная №Кт 145 от 27.07.2021г.;

- товарная накладная №Кт 151 от 05.08.2021г.

Также истцом представлена копия переписки по электронной почте с приложенным пакетом документов относительно поставки оборудования.

Кроме того, в судебном заседании 07 апреля 2023 года ответчик пояснил, что не оспаривает факт принадлежности указанного истцом оборудования обществу.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчиков стоимости вывезенного оборудования в размере 14 092 115,28 руб. заявлено правомерно.

Также, с учетом представленных в материалы дела доказательств, а также с учетом выводов, к которым пришёл суд в рамках дела № А60-60244/2021, суд приходит к выводу о том, что убытки общества в виде неустойки в сумме 269 595,35 руб., взысканной с общества в рамках дела № А60-53412/2021, также подлежат отнесению на ответчиков. Материалами дела подтверждается факт того, что нарушение сроков внесения арендной платы имело место именно в тот период, когда ответчики ограничили доступ истца в арендованное помещение, и приостановили деятельность общества.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика упущенную выгоду в сумме 4 522 916,71 руб., в виде недополученной прибыли из-за прекращения деятельности клиники.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 7 от 24.03.16 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с пунктом 3 названного Постановления при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума ВС РФ N 25 по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена кредитором вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

При этом объективная сложность доказывания убытков, в том числе в форме упущенной выгоды, их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права. Отказ в иске о возмещении упущенной выгоды не может быть основан на том, что истец не представил доказательства, которые бы подтверждали получение дохода в будущем не с вероятностью, а с безусловностью.

Если предназначенное для коммерческого использования имущество приобретается лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную экономическую деятельность, то предполагается, что при обычном ходе событий такое лицо, действуя разумно и предусмотрительно, сделало бы необходимые приготовления к началу использования имущества в своей деятельности и, следовательно, доход от ее ведения мог быть получен, по крайней мере, в размере, который является средним (типичным) для данного вида деятельности. Возникновение упущенной выгоды у кредитора в такой ситуации является обстоятельством, которое должник предвидел или мог разумно предвидеть при заключении договора как вероятное последствие его неисполнения или ненадлежащего исполнения.

Иное может быть доказано должником, который в опровержение доводов кредитора вправе представлять доказательства, свидетельствующие о том, что допущенное им нарушение (уклонение от передачи имущества в установленный срок) не являлось единственным препятствием для извлечения дохода и существовали иные обстоятельства, которые не позволили бы использовать имущество, либо размер полученного дохода в условиях ведения деятельности кредитором должен был составить меньшую величину.

Указанный подход отражён в Определении Верховного Суда РФ от 06.02.2023 N 305-ЭС22-15150 по делу N А40-135696/2021.

Как указывает истец, по итогам деятельности за 2020 год чистая прибыль общества составила 4 175 000 руб. (то есть, в среднем 347 916,67 руб. чистой прибыли ежемесячно).

С учетом того, что этот год сопровождался существенными ограничениями в работе, связанными с ограничительными мерами из-за пандемии COVID, то есть все основания полагать, что по итогам 2021 г., когда ограничения стали отменяться, средняя ежемесячная прибыль должна была быть точно не меньше, чем в 2020 г.

Срок действия договора аренды помещения был установлен до 19.09.2023 г. (п. 1.3 договора). Поскольку к 01.09.2021 никаких претензий к арендатору со стороны арендодателя не имелось, для целей расчета упущенной выгоды следует считать, что ООО «Центр Косметологии» могло бы и дальше осуществлять свою деятельность клиники в арендованных площадях, если бы не действия ответчиков.

Соответственно, размер упущенной выгоды за период с 01.09.2022 по 01.10.2022 составит 4 522 916,71 руб. (347 916,67 руб. х 13 мес).

Ответчики расчет упущенной выгоды, предложенный истцом, не опровергли, с ходатайством о назначении по делу экспертизы, с целью установления иного размера упущенной выгоды, к суду не обратились.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчиков упущенной выгоды в размере 4 522 916,71 руб. заявлено правомерно.

Исходя из изложенного, требование истца о взыскании убытков в общей сумме 18 884 627,34 руб. (14 092 115,28 + 4 522 916,71 + 269 595,35) заявлено правомерно.

Согласно п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (п. 1 ст. 323 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Таким образом, солидарная ответственность может применяться только в случаях, прямо установленных договором или законом, в частности, при неделимости предмета неисполненного обязательства или при совместном причинении внедоговорного вреда в соответствии с абз. 1 ст. 1080 ГК РФ, когда отсутствует возможность установить, кто из причинителей вреда за какую часть вреда отвечает.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения сторон суд приходит к выводу о правомерном требовании истца о солидарном взыскании суммы убытков с ответчиков в пользу общества.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные истцом при предъявлении иска, подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца на основании ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, с учетом увеличения размера исковых требований, с ответчиков в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 46 711 руб., с каждого из ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 167-170  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Иск удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО3 и ФИО7 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки в размере 18 884 627 руб. 34 коп.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 12 000 руб.

Взыскать с ФИО7 в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЦЕНТР КОСМЕТОЛОГИИ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 12 000 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 46 711 руб. 50 коп.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 46 711 руб. 50 коп.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение». 

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта) может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии (343) 371-42-50.

В случае неполучения  взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении. 

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение». 

 

Судья                            А.В. Ермоленко