ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-122599/2022

30 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     09 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 октября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Пивцаева Е.И., Семиглазова В.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от истца: представители ФИО2 по доверенности от 25.09.2023, ФИО3 по доверенности от 11.01.2023;

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 20.06.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-27287/2023) общества с ограниченной ответственностью «ПО Спецстройпроект» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2023 по делу № А56-122599/2022 (судья Салтыкова С.С.), принятое 

по иску общества с ограниченной ответственностью «ПО Спецстройпроект» 

к ФИО5 

о взыскании

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ПО Спецстройпроект» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО5 (далее – ответчик) о взыскании 27 869 298 рублей 07 копеек убытков.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал апелляционную жалобу, в которой он просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что генеральным директором Общества ФИО5 сделки заключались исключительно в своих интересах, в ущерб правам и законным интересам Общества и иного учредителя. Ответчик, злоупотребляя своими правами, не представил Обществу сведений о том, что ряд заключенных сделок является для него сделками с заинтересованностью, а для Общества крупными сделками. Считает, что убытки, причиненные Обществу недобросовестными действиями ФИО5, покрывались за счёт прибыли прошлых лет. Ссылается, что ФИО6 в силу своего должностного положения владела информацией, кто из сотрудников составлял сметную документацию. Также податель жалобы указывает, что суд не учел доводы истца, подтвержденные свидетельскими показаниями, о том, что начальник сметно-договорного отдела ООО «ПО СпецСтройПроект» доводила до сведения ФИО5 информацию о том, что спорные договоры являются для Общества убыточными в период их заключения. Также истец считает, что срок исковой давности по настоящему делу, в том числе, в части требования о взыскании убытков по договорам, заключенным Обществом с ООО «Сафети Ферст», начинается со дня принятия Общим собранием участников Общества решения об увольнении ФИО5 и избрании генеральным директором ООО «ПО СпецСтройПроект» ФИО7, а именно – с 12.04.2022. Фактически ФИО7 получил доступ к документам ООО «ПО СпецСтройПроект» после внесения в ЕГРЮЛ записи о том, что он является новым генеральным директором Общества. Полагает, что фактически необходимость уплаты компенсации возникла из-за действий ФИО5, так как именно он допустил образование такой существенной задолженности по выплате заработной платы перед ФИО8 Как указывает истец, общество оплатило стоимость товара в размере стоимости, указанной в договоре между ООО «Гарант Инжиниринг» и ООО «ЖБИ 7», в порядке предоплаты, а последний платеж - почти полтора миллиона рублей, составлял наценку ООО «Гарант Инжиниринг», которой не было бы, если договор между истцом и ООО «ЖБИ 7» заключался напрямую. Отсутствие на расчетном счете денежных средств, необходимых для уплаты налогов и сборов, считает следствием несоблюдения генеральным директором своей обязанности по организации деятельности Общества. В связи с тем, что ведение бухгалтерского учета было возложено приказом на ответчика, а не на главного бухгалтера Общества, представление суду доказательств того, что налоги не были своевременно уплачены Обществом по прямому указанию ФИО5, не требуется. Также истец полагает, что убыток Общества в размере 4 218 510 рублей 43 копеек явился следствием ненадлежащего исполнения генеральным директором своих обязанностей по организации хранения ТМЦ, не проведением регламентированных законом мероприятий по установлению виновных лиц. Ссылается на отсутствие какой-либо первичной документации по сделкамс ООО «СК Стройинвест-Т» и ООО «Стройинвест-Т», подтверждения выполненных работ. Указание в письме стороннего лица ИП ФИО9 на завершение каких-либо работ на объекте не может являться относимым и достоверным доказательством того, что ООО «СК Стройинвест-Т» и ООО «Стройинвест-Т» выполнили свои обязательства по договорам.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он доводы жалобы оспаривает и просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО5 с 07.06.2011 по 20.04.2022 являлся единоличным исполнительным органом (Генеральным директором) Общества. 

Участниками Общества являются ответчик, с долей участия в уставном капитале Общества в размере 10% и ФИО10 с долей участия в уставном капитале Общества в размере 90%. 

ФИО10 с 09.01.2023 является генеральным директором Общества.

Во время исполнения ФИО5 обязанностей единоличного исполнительного органа ООО «ПО СпецСтройПроект» были заключены следующие договоры:

- с ООО «Альянс-ВК» / ООО «Альянс ИТ»: № 01/10/20-ПВ-И от 01.10.2020  на сумму 8 418 405,28 рублей, № 01/10/20-АМ-И от 01.10.2020 на сумму 13 509 892,17 рублей,  № 06/11/20-АЭМУ-АШ от 06.11.2020 на сумму 16 448 518,06 рублей, № 16/11/20-УНО от 16.11.2020 на сумму 4 205 278,15 рублей, № 20/11/20-АВК от 20.11.2020 на сумму14 681 216,18 рублей, № 22/03/21-УФО-АЛ от 22.03.2021 на сумму 34 535 528,74 рублей, № 2/2 от 15.08.2021 на сумму 408 809,23 рублей, № 2 от 29.11.2021 на сумму 3 853 778,42 рублей.

- с ООО «Сафети Ферст»: № 25/07/18-СФ от 25.07.2018 на сумму 3 195 099,46 рублей, № 05/03/19-СФ от 05.03.2019 на сумму 2 573 876,40 рублей, № 10/04/19-СФ от 10.04.2019 на сумму 2 587 185,56 рублей, № 30/11/19-СФ от 30.11.2019 на сумму 279 970,93 рублей, № 29/04/20-СФ от 29.04.2020 на сумму 6 846 121,20 рублей, № 15/06/20-БРДУ-СФ от 15.06.2020 на сумму 3 016 128,28 рублей, № 20/07/20-СФ от 20.07.2020 на сумму 486 896,40 рублей, № 01/08/20-СФ-НСт от 01.08.2020 на сумму 3 202 315,20 рублей, № 01/12/20-Ст-СФ от 01.12.2020 на сумму 37 166,40 рублей, № 22/01/21-СФ от 22.01.2021 на сумму 1 979 882,69 рублей, поставка материалов по счетам на сумму 1 456 995,26 рублей.

Общая сумма денежных средств, перечисленных истцом контрагентам в рамках указанных договоров и на основании выставленных счетов, составила 121 723 064 руб. 01 коп.

Заключение указанных договоров повлекло для ООО «ПО СпецСтройПроект» значительные убытки, которые стали следствием неразумных и недобросовестных действий ответчика.

Из данных, содержащихся в ЕГРЮЛ, следует, что 12.01.2021 (практически сразу после заключения первых договоров) в состав участников ООО «Альянс ИТ» была введена супруга ФИО11 директора ООО «ПО СпецСтройПроект» - ФИО12 с долей 50% в уставном капитале. В момент заключения договоров № 22/03/21 -УФО-АЛ от 22.03.2021, № 2/2 от 15.08.2021 и № 2 от 29.11.2021 ФИО12 уже была участником ООО «Альянс ИТ».

К части заключенных в 2020 году договоров, после того, как ФИО12 стала участником ООО «Альянс ИТ», были подписаны дополнительные соглашения, предметом которых являлись изменение стоимости и сроков выполнения работ по договорам.

ФИО12 также работала в Петрозаводском подразделении ООО «ПО СпецСтройПроект» (в том числе и в период, когда она уже была участником ООО «Альянс ИТ»), в должности менеджера по персоналу и регулярно с 2016 по июль 2021 года включительно получала в Обществе под отчет денежные средства (на общую сумму более 600 000 рублей), что подтверждается карточкой счета 71.01 за указанный период. Данные средства были получены на представительские расходы, топливо, возмещение расходов за разъездной характер и т.д.

Кроме того, на момент заключения вышеназванных договоров и по сей день участником ООО «Альянс ИТ» с долей 50% в уставном капитале является ФИО13 - мать заместителя ФИО11 директора ООО «ПО СпецСтройПроект» ФИО14. ФИО14 в полной мере владел информацией ООО «Альянс ИТ» об объектах работ и имел причастность к деятельности указанной организации.

Согласно штатному расписанию, трудовому договору № 16 от 06.12.2017, приказу № 46 от 01.10.2021 на право подписи документов ООО «ПО СпецСтройПроект», ФИО14 был назначен руководителем Московского обособленного подразделения ООО «ПО СпецСтройПроект» (с 31.03.2020 в должности заместителя ФИО11 директора Общества), имел право подписывать за ФИО11 директора и главного бухгалтера Общества часть документов (например, акты о выполненных работах, счета-фактуры), и являлся лицом, имеющим право давать Обществу обязательные для него указания.

На момент заключения и/или действия договоров, заключенных с ООО «Сафети Ферст», участником ООО «Сафети Ферст» с долей 100% в уставном капитале и директором данного общества являлся ФИО15 - руководитель работ в подразделении ООО «ПО СпецСтройПроект» в г. Уфа.

Указанным подтверждается наличие личной заинтересованности ФИО5 в заключении договоров:

- с ООО «Альянс ИТ», которое контролировалось через его супругу и мать его заместителя (руководителя Московского подразделения Общества);

- с ООО «Сафети Ферст», которое контролировалось через его подчиненного в подразделении Общества в г. Уфа.

Учитывая, что участниками ООО «Альянс ИТ» в период заключения и исполнения вышеназванных договоров являлись супруга ФИО11 директора ООО «ПО СпецСтройПроект» ФИО12 и мать заместителя ФИО11 директора ФИО13, а участником ООО «Сафети Ферст» являлся подчиненный ФИО5 ФИО15, указанные договоры в понимании ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» являются сделками с заинтересованностью.

Пунктом 8.2.13 Устава ООО «ПО СпецСтройПроект» в редакции, действовавшей с 2013 по 2022 год, установлено, что решение вопросов об одобрении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, относится к исключительной компетенции Общего собрания участников Общества.

ФИО5 заключил договоры с ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» в нарушение установленной законом процедуры, в частности, без получения согласия Общего собрания участников Общества.

Заключенные с ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» договоры являются для ООО «ПО СпецСтройПроект» крупными сделками, для которых действующим законодательством предусмотрен особый порядок совершения. Одобрение таких сделок предусмотрено, в том числе, для защиты интересов всех участников хозяйственных обществ.

С указанными в иске юридическими лицами было заключено 18 договоров (без учета поставки материалов). Так, например, в течение одного дня 01.10.2020 заключено сразу два договора на общую сумму 33 700 000 рублей. Спустя месяц, 06.11.2020 заключен еще один договор на сумму 25 100 000 рублей.

Совокупность указанных выше договоров (несколько взаимосвязанных сделок) выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности и существенно изменила деятельность и финансовое положение Общества, что также указывает на то, что сделки являлись крупными и очевидно требовали одобрения Общего собрания участников.

ФИО5, имея намерение заключить все указанные сделки, достоверно знал о том, что сделки (совокупность сделок) являются крупными и понимал значение данных сделок для Общества, а также осознавал последствия, которые такие сделки за собой повлекут.

Пунктом 8.2.12 Устава ООО «ПО СпецСтройПроект» установлено, что решение вопросов об одобрении крупных сделок относится к исключительной компетенции Общего собрания участников Общества.

Учитывая то, что участники и родственники участников ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» одновременно работали в ООО «ПО СпецСтройПроект», в том числе, на руководящих должностях, указанные юридические лица также были осведомлены о том, что указанные сделки являлись для ООО «ПО СпецСтройПроект» крупными и, при этом, не были одобрены в установленном законом порядке.

Вышеназванные договоры заключены ФИО5 в ущерб интересам Общества, на заведомо невыгодных условиях с лицом, заведомо не способным исполнить принятые на себя обязательства, что также является признаком недобросовестности действий ФИО11 директора.

Экономическая целесообразность в заключении перечисленных выше договоров отсутствовала. ООО «ПО СпецСтройПроект» на момент заключения указанных договоров с ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» имело все необходимые условия для надлежащего исполнения обязательств по договорам с заказчиком работ: укомплектованный штат специалистов; наличие большого опыта в строительстве (с 2005 года); обладание всеми необходимыми допусками и лицензиями; оборудование, ресурсы и привлеченные кредитные средства; подразделения в нескольких городах.

Передача обязательств по выполнению работ субподрядчику по ценам, намного превышающим рыночные, была экономически необоснованной и влекущей значительные убытки для ООО «ПО СпецСтройПроект».

Более того, заключая сделки с ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст», ответчик должен был понимать, что субподрядчик заведомо не способен исполнить принятые на себя обязательства, что, помимо прочего, повлечет еще большие убытки для ООО «ПО СпецСтройПроект» в виде неустоек за нарушение обязательств перед заказчиком.

ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» на момент заключения указанных договоров субподряда имели численность сотрудников не более 3-х человек (по данным ФНС за период до 2020 года). Действуя добросовестно, руководитель юридического лица должен был предположить, что указанные субподрядчики не способны добросовестно и надлежащим образом выполнить переданный им объем работ.

При заключении Обществом договоров субподряда с ООО «Альянс ИТ» использован понижающий коэффициент для определения стоимости работ.

Истец полагает, что по договорам № 01/10/20-ПВ-И от 01.10.2020, № 01/10/20- АМ-И от 01.10.2020, № 06/11/20-АЭМУ-АШ от 06.11.2020, заключенным с ООО «Альянс ИТ», упущенная выгода составляет 6 942 972,09 руб.

По прочим договорам, заключенным с ООО «Альянс-ВК» / ООО «Альянс ИТ»: № 16/11/20-УНО от 16.11.2020, № 20/11/20-АВК от 20.11.2020, № 22/03/21-УФО-АЛ от 22.03.2021, № 2/2 от 15.08.2021, № 2 от 29.11.2021 – с ООО «Сафети Ферст»: № 25/07/18-СФ от 25.07.2018, № 05/03/19-СФ от 05.03.2019, № 10/04/19-СФ от 10.04.2019, № 30/11/19-СФ от 30.11.2019, № 29/04/20-СФ от 29.04.2020, № 15/06/20-БРДУ-СФ от 15.06.2020, № 20/07/20-СФ от 20.07.2020, № 01/08/20-СФ-НСт от 01.08.2020, № 01/12/20-Ст-СФ от 01.12.2020, № 22/01/21-СФ от 22.01.2021, упущенная выгода составляет 11 269 496,48 руб.

Истец полагает, что убытки, причиненные Обществу ФИО5 в связи с заключением договора поставки от 29.07.2021 № 29/07/21-ГИ с ООО «Гарант Инжиниринг», должны быть взысканы в размере разницы между ценой договора от 29.07.2021 № 29/07/21-ГИ, заключенного Обществом с ООО «Гарант Инжиниринг», и ценой договора поставки № 3181 от 23.07.2021, заключенного ООО «Гарант Инжиниринг» с ООО «Завод ЖБИ №7», а именно в размере 1 472 739,62 руб. (3 599 439,62 рублей - 2 126 700,00 рублей).

Неудовлетворение требования о возмещении убытков в добровольном порядке послужило основанием для обращения с настоящим исковым заявлением в суд.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно пункту 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В пункте 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Как установлено статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности: факта причинения вреда, его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

Согласно разъяснениям Постановления № 62, в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

В соответствии с пунктом 7 указанного Постановления не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов. Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), не принимал участия в голосовании. 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков. 

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 названного Закона). 

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

В случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной (пункт 4 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

В пункте 1 Постановления № 62 разъяснено, что единоличный исполнительный орган обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, а в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Ответственность исполнительного органа (директора) в виде возмещения убытков, наступает при наличии противоправного деяния, убытков, причиненных обществу, причинной связи между деянием и убытками, вины нарушителя. 

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. 

Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. 

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. 

В рассматриваемом случае истец указывает, что ответчик, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПО СпецСтройПроект», заключил от имени Общества ряд сделок при наличии конфликта интересов, а также без соблюдения корпоративных процедур, которые не отвечали интересам Общества и повлекли для последнего убытки в размере 18 212 468 руб. 57 коп.

 Так, во время исполнения ФИО5 обязанностей единоличного исполнительного органа ООО «ПО СпецСтройПроект» были заключены договоры с ООО «Альянс-ВК» / ООО «Альянс ИТ». По данным договорам организациями выполнены работы на общую сумму 124 016 331 руб. 69 коп. 

Сумма выполненных работ указана без учета НДС, по завершенным договорам и без учета заключенных дополнительных соглашений и договоров после 21.04.2022. 

Истец указал, что из данных, содержащихся в ЕГРЮЛ, следует, что 12.01.2021 (практически сразу после заключения первых договоров) в состав участников ООО «Альянс ИТ» была введена супруга генерального директора ООО «ПО СпецСтройПроект» ФИО12 с долей 50% в уставном капитале. 

В момент заключения договоров № 22/03/21-УФО-АЛ от 22.03.2021, № 2/2 от 15.08.2021 и № 2 от 29.11.2021 ФИО12 уже была участником ООО «Альянс ИТ». 

К части заключенных в 2020 году договоров, после того, как ФИО12 стала участником ООО «Альянс ИТ», были подписаны дополнительные соглашения, предметом которых являлись изменение стоимости и сроков выполнения работ по договорам. 

ФИО12 также работала в Петрозаводском подразделении ООО «ПО СпецСтройПроект» (в том числе и в период, когда она уже была участником ООО «Альянс ИТ»), в должности менеджера по персоналу и регулярно с 2016 по июль 2021 года включительно получала в Обществе под отчет денежные средства (на общую сумму более 600 000 рублей), что подтверждается карточкой счета 71.01 за указанный период. Данные средства получены на представительские расходы, топливо, возмещение расходов за разъездной характер и т.д. 

Кроме того, на момент заключения вышеназванных договоров и до настоящего времени участником ООО «Альянс ИТ» с долей 50% в уставном капитале является ФИО13 - мать заместителя генерального директора ООО «ПО СпецСтройПроект» ФИО14. 

Истец указывает, что ФИО14 в полной мере владел информацией ООО «Альянс ИТ» об объектах работ и имел причастность к деятельности указанной организации. 

Согласно штатному расписанию, трудовому договору № 16 от 06.12.2017, приказу № 46 от 01.10.2021 на право подписи документов ООО «ПО СпецСтройПроект», ФИО14 назначен руководителем Московского обособленного подразделения ООО «ПО СпецСтройПроект» (с 31.03.2020 в должности заместителя генерального директора Общества), имел право подписывать за генерального директора и главного бухгалтера Общества часть документов (например, акты о выполненных работах, счета-фактуры), и является лицом, имеющим право давать Обществу обязательные для него указания. 

На момент заключения и/или действия договоров, заключенных с ООО «Сафети Ферст» участником ООО «Сафети Ферст» с долей 100% в уставном капитале и директором данного общества являлся ФИО15 - руководитель работ в подразделении ООО «ПО СпецСтройПроект» в г. Уфа. 

Истец полагает, что указанным подтверждается наличие личной заинтересованности ФИО5 в заключении договоров: 

- с ООО «Альянс ИГ», которое контролировалось через его супругу и мать его заместителя (руководителя Московского подразделения Общества); 

- с ООО «Сафети Ферст», которое контролировалось через его подчиненного в подразделении Общества в г. Уфа. 

Суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы истца относительно наличия заинтересованности при заключении сделок в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. 

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица. 

Для целей статьи 45 Закона об ООО контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. 

Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица. 

Как указано в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им организации являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица. 

Между тем, ФИО12 на момент совершения вышеуказанных договоров либо не являлась участником ООО «Альянс ИТ», либо стала его участником с долей участия в размере 50%, то есть не являлась контролирующим ООО «Альянс ИТ» лицом. 

ФИО13, ФИО15 не являлись ни генеральным директором Общества, ни его участником, ни лицом, имеющим право давать Обществу обязательные для него указания, как и не являлись супругом, родителем, ребенком, братом указанных лиц. 

Истец указывает, что должностные лица Общества являются подчиненными сотрудниками ответчика. 

Однако, нормами статьи 45 Закона об ООО участие сотрудника Общества в уставном капитале второй стороны сделки, равно как и занятие сотрудником Общества должности генерального директора второй стороны сделки, не отнесено к признакам сделки с заинтересованностью. 

Учитывая субъектный состав участников Общества и ООО «Альянс ИТ»,ООО «Сафети Ферст» и их исполнительных органов на момент совершения сделок, оснований для вывода о наличии элемента заинтересованности в сделках, не имеется. 

Таким образом, согласие участников Общества на заключение вышеуказанных договоров как сделок с заинтересованностью не требовалось. 

Также суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы истца о том, что сделки с указанными организациями должны были проходить процедуру одобрения общим собранием участников Общества как крупные. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона об ООО крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату. 

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» даны разъяснения о том, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью): 

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; 

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

В рассматриваемом случае признаки крупной сделки отсутствуют, поскольку договоры с ООО «Альянс ИТ», ООО «Сафети Ферст» совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества. 

Истец указывает, что договоры заключены ФИО5 в ущерб интересам Общества, на заведомо невыгодных условиях с лицом, заведомо не способным исполнить принятые на себя обязательства, что также является признаком недобросовестности действий генерального директора. 

Так истец указывает, что экономическая целесообразность в заключении перечисленных выше договоров отсутствовала. 

ООО «ПО СпецСтройПроект» на момент заключения указанных договоров с ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» имело все необходимые условия для надлежащего исполнения обязательств по договорам с заказчиком работ: укомплектованный штат специалистов; наличие большого опыта в строительстве (с 2005 года); обладание всеми необходимыми допусками и лицензиями; оборудование, ресурсы и привлеченные кредитные средства; подразделения в нескольких городах. 

Истец утверждает, что ООО «Альянс ИТ» и ООО «Сафети Ферст» на момент заключения указанных договоров субподряда имели численность сотрудников не более 3-х человек (по данным ФНС за период до 2020 года). Действуя добросовестно, руководитель юридического лица должен был предположить, что указанные субподрядчики не способны добросовестно и надлежащим образом выполнить переданный им объем работ. 

По утверждению истца, часть работников ООО «ПО СпецСтройПроект» готовила договоры и расчеты, производила работы на объектах ООО «Альянс ИТ» с начислением заработной платы в ООО «ПО СпецСтройПроект». Таким образом Общество несло дополнительные расходы на оплату труда работников, задействованных на объектах ООО «Альянс ИТ». 

Истец полагает, что передача обязательств по выполнению работ субподрядчику по ценам, намного превышающим рыночные, была экономически не обоснованной и влекущей значительные убытки для ООО «ПО СпецСтройПроект». 

Вместе с тем, истцом в материалы дела в обоснование его доводов не представлено доказательств того, что вышеуказанные договоры субподряда заключались по ценам выше рыночных, о назначении соответствующей судебной экспертизы не заявлено. 

Также истец полагает, что по договорам № 01/10/20-ПВ-И от 01.10.2020, № 01/10/20- АМ-И от 01.10.2020, № 06/11/20-АЭМУ-АШ от 06.11.2020, заключенным с ООО «Альянс ИТ», упущенная выгода может быть возмещена в размере разницы между сметной прибылью, рассчитанной по выполненным работам на основании актов по форме КС-2 и справок по форме КС-3, и фактически полученной прибылью ООО «ПО СпецСтройПроект». 

По прочим договорам, указанным в иске, цена сформирована на основании коммерческих расценок и не содержит состава затрат, или к выполнению работ привлекалось несколько организаций по договорам субподряда, часть работ была выполнена силами ООО «ПО СпецСтройПроект».

В этой связи истец считает, что по договорам, заключенным с ООО «Альянс-ВК» / ООО «Альянс ИТ» упущенная выгода может быть возмещена в размере неполученных доходов, рассчитанных с применением коэффициента рентабельности в строительстве (среднее арифметическое за 2018 - 2021 гг. по приложению к приказу ФНС от 30.05.2007 № ММ-3-06/333), к сумме фактически выполненных работ по каждому договору и за вычетом фактически полученной ООО «ПО СпецСтройПроект» прибыли (рассчитанной пропорционально участию субподрядной организации в работах). 

Суд первой инстанции указанные доводы обоснованно отклонены, поскольку сам по себе факт привлечения Обществом субподрядных организаций и установление понижающего коэффициента К 0,95 не свидетельствует об убыточности сделок. Обществом от заключения вышеуказанных договоров получена чистая прибыль, составляющая разницу между полученными денежными средствами от заказчика и перечисленными в адрес субподрядчика, что истцом не оспаривается. 

Доказательства того, что все без исключения субподрядные работы выполнялись силами сотрудников Общества, в материалы дела не представлены. 

Представленная истцом переписка сотрудников также не подтверждает данный факт. 

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании суда первой инстанции 17.04.2023 начальник сметно-договорного отдела Общества ФИО6 подтвердила, что ей направлялись сотрудниками Общества на проверку сметы по субподрядчикам, выполненные сотрудниками Общества. 

Вместе с тем, из данных показаний не следует, что сами подрядные работы выполнялись силами сотрудников Общества. 

После прекращения полномочий ФИО5 в качестве генерального директора Общества, ООО «ПО СпецСтройПроект» продолжало сотрудничество с указанными субподрядными организациями и исполнение контрактов, приемку работ и сдачу результатов работ конечным заказчикам. 

Так, например, в июле 2022 года Обществом (в лице нового генерального директора) был заключен новый договор с ООО «Сафети Ферст» № 01/07/22-Ст-Сф на реализацию проекта по комплексу инженерно-технических средств охраны (ИТСО) для Стерлитамакской ТЭЦ филиала ООО «БГК» ориентировочной стоимостью 10 000 000 руб. 

Привлечение субподрядных организаций строительных работ является устоявшейся практикой делового оборота и не может быть поставлено в вину генеральному директору. 

Из позиции истца не следует, что работы по договорам с ООО «Сафети Ферст», ООО «Альянс ИТ», не были выполнены. Наоборот, истцом приводится расчет полученной прибыли от всех субподрядных договоров. 

В отсутствие доказательств нерыночности условий договоров субподряда суд первой инстанции обоснованно отказал во взыскании 18 212 468 руб. 57 коп. убытков. 

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков по договорам, заключенным Обществом с ООО «Сафети Ферст» № 25/07/18-СФ от 25.07.2018; № 05/03/19-СФ от 05.03.2019; № 10/04/19-СФ от 10.04.2019; № 30/11/19-СФ от 30.11.2019. 

Согласно положениям статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года. 

Рассматриваемое исковое заявление подано Обществом 05.12.2022, т.е. началом исчисления трехлетнего срока исковой давности является 05.12.2019. 

Названные договоры были заключены до указанной даты.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал пропущенным Истцом трехгодичный срок исковой давности в части требования о взыскании убытков в связи исполнением указанных четырех договоров, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Оснований для иного вывода у апелляционного суда не имеется.

Истец также считает, что ответчиком причинены убытки на сумму 99 646 руб. 40 коп., понесенные Обществом в связи с выплатой ФИО8 компенсации за задержку заработной платы, компенсации морального вреда, возмещения расходов. 

Истец указывает, что ответчик, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПО СпецСтройПроект», допускал регулярную задержку выплаты заработной платы работникам ООО «ПО СпецСтройПроект». ФИО8 в период с 18.08.2008 по 01.04.2022 работал по трудовому договору № 000014 от 18.08.2008 в ООО «ПО СпецСтройПроект» в должности технического директора, в связи с невыплатой ему заработной платы, он обратился в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ООО «ПО СпецСтройПроект».

 Трудовой договор с ФИО8 прекращен 01.04.2022 на основании личного заявления. В день увольнения расчеты по выплате заработной платы не произведены. 

В соответствии с решением Василеостровского районного суда города Санкт-Петербурга от 10.11.2022 по делу № 2-5792/2022, с ООО «ПО СпецСтройПроект» в пользу ФИО8 взысканы компенсация за задержку заработной платы в размере 62 146 руб. 40 коп., компенсация морального вреда в размере 20 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 17 500 руб., а всего 99 646 руб. 40 коп. 

Суд первой инстанции обоснованно признал исковое требование в данной части неподлежащим удовлетворению, поскольку компенсация за невыплату заработной платы, о взыскании которой в качестве убытков заявлено истцом в рамках настоящего дела, начислена за период с 02.04.2022 по 18.08.2022, при условии, что начиная с 20.04.2022, согласно ЕГРЮЛ, ФИО5 не является руководителем ООО «ПО «СпецСтройПроект». 

Таким образом, указанная сумма компенсации, взысканная в пользу ФИО8, преимущественно начислена за период после занятия должности руководителя ФИО7 (19 дней против 120 дней) и не может быть взыскана с ФИО5 

Иное толкование повлекло бы возникновение ситуации, при которой ФИО5 был поставлен в прямую зависимость от действий нового руководителя ООО «ПО «СпецСтройПроект» по погашению задолженности перед ФИО8 уже после утраты управленческих полномочий. 

Также истец просил взыскать с ответчика 1 472 739 руб. 62 коп. убытков, причиненных в связи с тем, что Обществом приобретались товары не напрямую у поставщиков, а использовались подконтрольные ответчику компании-посредники, для увеличения стоимости продукции и вывода денежных средств. 

Так, истец полагает, что экономическая целесообразность в заключении ФИО5 договора поставки от 29.07.2021 № 29/07/21-ГИ с ООО «Гарант инжиниринг» отсутствовала. Фактически необходимые Обществу железо-бетонные изделия изготовлены ООО «Завод ЖБИ № 7» по заказу Общества, поставлены ООО «Гарант инжиниринг», затем последним поставлены Обществу по завышенной стоимости. 

Суд первой инстанции обоснованно признал исковое требование в данной части не подлежащим удовлетворению, поскольку Обществу в результате совершения рассматриваемой сделки убытки не причинены. Доказательств обратного не представлено.

Так, спорный договор с ООО «Гарант Инжиниринг» заключен Обществом в рамках исполнения Договора подряда с АО «Территориальная генерирующая компания - 11» (далее - АО «ТГК-11), заключенного по результатам закупки ООО «ИНТЕР РАО - Центр управления закупками». 

Согласно пункту 1.7 Договора стоимость работ определяется сметной документацией, прилагаемой к настоящему договору и служащей его неотъемлемой частью. 

Во исполнение спорного договора между Обществом и АО «ТГК-11» подписаны Сметы на работы и материалы, в которых Сторонами были согласованы цены на товары и работы. 

Во исполнение вышеуказанного договора Общество приобрело у ООО «Гарант Инжиниринг» железобетонные плиты и фундаментные стаканы в строгом соответствии с ценами, утвержденными АО «ТГК-11» и зафиксированные в локальных сметных расчетах № 02-01-01 (ТЭЦ-3) и № 02-01-01 (ТЭЦ-4). 

Товар приобретен Обществом за счет денежных средств АО «ТГК-11», а не за счет собственных средств Общества. 

Каких-либо претензий со стороны Заказчика к Обществу в этой связи не предъявлялось. 

Ввиду изложенного утверждение истца о возникновении у Общества убытков в связи с приобретением товара не по самой низкой цене в данном случае не имеет значения, поскольку плательщиком фактически выступал сам заказчик. 

Более того, прибыль Общества по контракту с АО «ТГК-11» фактически рассчитывалась в процентном соотношении от объема закупки, в связи с чем Общество, наоборот, получило большую прибыль от закупки товара у ООО «Гарант Инжиниринг», нежели чем у другого поставщика. 

Доводы истца о том, что ответчик, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПО СпецСтройПроект», допускал в Обществе несвоевременную уплату обязательных платежей в бюджет, в результате чего Общество по вине Ответчика понесло убытки в виде уплаты пеней на сумму 275 933 руб. 05 коп., обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку всего в период с 01.01.2020 по 21.04.2022 ООО «ПО СпецСтройПроект» уплатило пени в размере: по НДФЛ - 57 208,49 руб., по НДС - 74 078,30 руб., по налогу на прибыль - 1 036,58 руб., по транспортному налогу - 2 650,16 руб., на имущество - 4 600 руб., по взносам в ПФР РФ - 111 406,65 руб., по взносам в ФФОМС - 22 884,76 руб., по взносам в ФСС РФ- 2 068,11 руб. 

Общий размер уплаченных ООО «ПО СпецСтройПроект» пени за несвоевременную уплату налогов и взносов в период с 01.01.2020 по 21.04.2022 составил 275 933,05 руб. 

Из пояснений ответчика следует, что обязанности по уплате налогов были возложены на главного бухгалтера - ФИО16, которая была ответственна за надлежащее исполнение Обществом обязательств перед бюджетом. 

Непосредственно ФИО5 не имел возможности проводить оплаты самостоятельно, так как оплата производилась сотрудниками бухгалтерии или мажоритарным участником общества ФИО10 самостоятельно. 

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие наличие у Общества достаточного количества денежных средств для уплаты налогов, а также доказательства того, что они несвоевременно уплачены Обществом по прямому указанию ФИО5 

При указанных обстоятельствах просрочка перечисления Обществом сумм налога в бюджет в рамках исполнения им обязанности, установленной Налоговым кодексом Российской Федерации, не выходит за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

При этом суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что размер уплаченных Обществом налогов и сборов к 2021 году составил 36 000 000 руб., в 2020 году - 41 000 000 руб., в 2019 году - 34 000 000 руб., в то время как размер неустойки 275 933 руб. (0,67% от общей суммы обязательных платежей), что свидетельствует о том, что контроль за уплатой обязательных платежей в Обществе осуществлялся. 

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно признал исковые требования в данной части не подлежащим удовлетворению.

Также истец сослался на то, что ответчик допустил утрату товарно-материальных ценностей, переданных заказчиком по договору подряда для выполнения работ, в результате чего Общество по вине ответчика понесло убытки в виде компенсации стоимости невозвращенных товарно-материальных ценностей на сумму 4 218 510 руб. 43 коп. 

По итогам выполнения работ на объекте заказчика Кармановская ГРЭС ООО «БГК» по договору подряда №01/158/264/00490/17 от 14.07.2017 часть товарно-материальных ценностей по окончанию строительно-монтажных работ не установлена подрядчиком (ООО «ПО СпецСтройПроект») и не возвращена заказчику. 

В соответствии с актом от 15.11.2021, подписанным ФИО5, ООО «ПО СпецСтройПроект» обязалось компенсировать Кармановской ГРЭС ООО «БГК» сумму стоимости невозвращенных товарно-материальных ценностей в размере 4 218 510,43 руб. 

Платежным поручением № 2093 от 28.12.2021 денежные средства в размере 4 218 510,43 руб. перечислены со счета Общества на счет Кармановской ГРЭС ООО «БГК».

Из пояснений ответчика следует, что действия генерального директора Общества по подписанию данного Акта направлены, в первую очередь, на минимизацию размера потенциальных убытков в форме пеней, штрафов и потенциальных судебных расходов, сохранение деловых отношений с одним из крупнейших заказчиков Общества на тот период, а также получение в будущем новых контрактов от РАО «ЕЭС». 

Добровольное урегулирование разногласий не может быть квалифицировано как умышленное причинение вреда Обществу, так как цель его в обратном - прекратить разногласия между сторонами и избежать предъявление к Обществу убытков в будущем, подписать закрывающие документы на выполненные работы и получить денежные средств от ООО «БГК». 

Утрата или невозможность монтажа приобретенных подрядчиком за счет средств заказчика товарно-материальных ценностей (ТМЦ), является распространенной и обычной практикой на больших и долгих стройках (строительство на Объекте продолжалось с 2017 по 2021 год), что объясняется, в том числе приобретением товара «в запас», необеспечение надлежащих условий хранения материалов на Объекте, изменение проектных решений и утрата «актуальности» ТМЦ. 

Во исполнение условий рассматриваемого Договора подряда между Обществом и ООО «ЛенСпецПрибор» (далее - ООО «ЛСП») заключен Договор поставки от 10.10.2017 № 10/10/17-2/ЛСП (далее - Договор поставки). 

Согласно пункту 1 Дополнительного соглашения к Договору в целях стимулирования Покупателя в достижении максимальных объемов закупки у Поставщика ТМЦ Поставщик обязуется выплачивать Покупателю премию за выполнение объемов закупки ТМЦ в следующих размерах: от 30 000 000 до 50 000 000 руб. в год - 8%; от 50 000 000 до 100 000 000 руб. - 10%; свыше 100 000 000. руб. - 13%. 

В связи с достижением Обществом требуемых объемов закупки ТМЦ, Сторонами подписаны соответствующие Акты о предоставлении премии за выполнение объемов закупки ТМЦ согласно договорам поставки. 

Так, по Акту № 2/1ТВ03 от 24.09.2018 размер выплаты в пользу Общества по Договору поставки составил 3 326 921 руб. 86 коп., по акту № 3/ПВОЗ от 24.09.2018 - 60 .524 руб. 95 коп., по акту № 1/ПВОЗ от 21.09.2020 - 3 713 947 руб. 89 коп., по акту № 2/ПВОЗ от 30.12.2020 – 1 416 959 руб. 02 коп., по акту № 3/ПВОЗот 30.12.2020 - 972 514 руб. 63 коп., по акту № 2/ПВОЗ от 30.06.2021 - 1 041 251 руб. 86 коп. 

Общий размер полученной Обществом премии составил 10 562 120 руб. 21 коп., которые частично выплачены на расчетный счет Общества, а частично - проведены зачеты между Обществом и ООО «ЛСП» в счет оплаты за поставленные товары. 

Таким образом, благодаря одной лишь прибыли от ретро-бонусов, Обществом была получена выгода более 10 000 000 руб., которая полностью покрыла издержки на добровольную компенсацию утраченных и не израсходованных ТМЦ (более чем в 3 раза). 

С учетом пояснений ответчика, масштабов деятельности Общества, наличия обоснованного предпринимательского риска при производстве строительных работ, суд первой инстанции обоснованно признал отсутствие в действиях ответчика признаков недобросовестности либо неразумности. 

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно признал исковое требование в данной части неподлежащим удовлетворению.

Требование о взыскании 3 590 000 руб. убытков, которые истец связывает со списанием дебиторской задолженности ООО «СК СТРОЙИНВЕСТ-Т» и ООО «СТРОЙИНВЕСТТ», судом первой инстанции обоснованно оставлено без удовлетворения в силу следующих обстоятельств.

Общество в период с 17.08.2018 по 11.10.2018 произвело 10 платежей на расчетный счет ООО «СК Стройинвест-Т» на общую сумму 2 730 000 руб., содержание операции «Оплата поставщику». 

ООО «СК Стрсйинвестт» создано 14.05.2018, исключено из ЕГРЮЛ 12.04.2022. 

ООО «ПО СпецСтройПроект» 15.06.2018 и 19.06.2018 произвело 2 платежа на расчетный счет ООО «Стройинвест-Т» на общую сумму 860 000 руб., содержание операции «Оплата поставщику». 

ООО «Стройинвест-Т» создано 22.03.2010, исключено из ЕГРЮЛ 10.02.2023. 

Общество указывает, что какого-либо договора поставки, документов по поставке и собственно самой поставки не было; ФИО5 не были организованы мероприятия по работе с данной задолженностью (в условиях оценки ее ликвидности, реальности к взысканию, надлежащего размера, установления местонахождения дебиторов), не проведена претензионно-исковая работа. При этом признаки безнадежной задолженности, определенные законодательством, отсутствовали. 

В итоге указанные выше суммы задолженности по истечении трехлетнего периода были списаны как безнадежные ко взысканию. 

Из пояснений ответчика следует, что указанные организации не являются аффилированными с ответчиком и были привлечены последним для выполнения работ по реконструкции ограждения периметра Томской ТЭЦ-1 в рамках договора № 13/06/18-СИТ-а от 13.06.2018, заключенного Обществом с АО «Томская генерация», а также для поставки материалов, в том числе бетона и арматуры в рамках договора № 13/06/18-СИТ-а. 

Общая цена заключенного Обществом контракта с АО «Томская генерация» составляла более 16 000 000 руб. Предмет договора – выполнение Обществом работ по реконструкции ограждения периметра Томской ТЭЦ-1. Работы выполнялись Обществом непосредственно на объекте АО «Томская генерация» по адресу: 

<

...>. В силу географической удаленности Объекта, количество организаций, способных выполнить работы и поставить необходимые для строительства материалы, весьма ограничено. 

Привлеченные Ответчиком организации - одни из немногих, кто согласился выполнить потребность Общества в требуемых материалах. Авансирование - способ зафиксировать цены на строительные материалы, которые всегда подвержены серьезным колебаниям на рынке. ФИО5 был уверен в благонадежности контрагентов и не мог предполагать или сомневаться в нарушении поставок. 

Согласно коммерческому предложению ООО «СтройИнвест-Т» приняло на себя обязательства выполнить работы на объекте АО «Томская генерация» за 4 500 000 руб. (сметная стоимость указанных работ по Договору между Обществом и АО «Томская генерация» составила 6 100 000 руб.). 

Часть работ и материалов (ориентировочно 2/3 от общего объема) было в действительности выполнено и поставлено ООО «СтройИинвест» и ООО «СтройИнвест-Т». Однако на данные работы Сторонами не были подписаны акты выполненных работ КС-2, УПД. В связи с тем, что указанными подрядчиками нарушались сроки поставки и выполнения работ на Объекте, а также надлежащим образом не оформлялись «закрывающие» документы (КС-2), ответчиком было принято решение о прекращении работы с указанными контрагентами. 

Завершал спорные работы на Объекте ИП ФИО9, стоимость работ которого составила ориентировочно 1 500 000 руб. 

Данная стоимость работ подтверждает, что «не закрытый объем» составил 1/3 от общей стоимости (4 500 000 руб.), в то время как оставшаяся часть в размере 3 000 000 руб. фактически выполнена спорными контрагентами, без закрывающих документов. 

В адрес ООО «Стройинвест-Т» направлено претензионное требование, исх. № 467 от 05.07.2019 о возврате ранее полученных 860 000 руб. Однако, по состоянию на 2019 год реальная возможность получения денежных средств отсутствовала ввиду наличия у ООО «Стройинвест-Т» большого объема неисполненных обязательств, что подтверждается сведениями о возбуждении исполнительных производств, размещенными на сайте ФССП. 

При этом, у ООО «Стройинвест-Т» отсутствовали какие-либо активы, что подтверждается определением Арбитражного суда Томской области от 21.11.2019 по делу № А67-10586/2019 о прекращении производства по делу ввиду отсутствия имущества необходимого для погашения расходов по делу о банкротстве. 

В то же, время обращение в суд с заявлением о взыскании с ООО «Стройинвест-Т» 860 000 руб. повлекло бы для Общества несение дополнительных расходов, вероятность возмещения которых по результатам рассмотрения дела была крайне мала, ввиду описанных выше обстоятельств. 

В частности, Обществу пришлось бы оплатить государственную пошлину в размере 20 200 руб., оплатить расходы на юридические услуги в размере не менее 80 000 руб.; оплатить командировочные расходы до города Томск, где проходило бы рассмотрение данного спора (по месту нахождения ответчика), т.к. система онлайн заседаний еще не функционировала в 2019 году.

 Таким образом, в результате обращения с исковым заявлением Общество понесло бы дополнительные убытки в размере от 100 000 до 300 000 тысяч рублей в зависимости от хода судебного разбирательства, которые, скорее всего, не были бы компенсированы. 

В адрес ООО «СК Стройинвест-Т» направлены два претензионных требования, исх. № 465 от 05.07.2019 и исх. № 466 от 05.07.2019, о возврате ранее полученных 1 850 000 руб. и 880 000 руб., соответственно. 

Однако по состоянию на 2019 - 2020 год реальная возможность получения денежных средств от ООО «СК Стройинвест-Т» отсутствовала ввиду наличия у последнего большого объема неисполненных обязательств, что подтверждается сведениями, размещенными в Картотеке арбитражных дел о взыскании в него более 2 000 000 руб. в рамках дел № А67-4317/2019, А56-41296/2019, А56- 3238/2020. 

Определением АС Томской области от 08.12.2020 по делу № А67-9405/2020 установлено отсутствие у ООО «СК Стройинвест-Т» имущества достаточного для проведения и финансирования процедуры банкротства. 

В то же время обращение в суд с заявлением о взыскании с ООО «СК Стройинвест-Т» 2 730 000 руб. повлекло бы для Общества несение дополнительных расходов, вероятность возмещения которых по результатам рассмотрения дела была крайне мала, ввиду описанных выше обстоятельств. 

При изложенных обстоятельствах, учитывая отсутствие сведений об аффилированности ответчика и двух указанных организаций, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что соответствующие денежные потери Общества следует отнести к предпринимательскому риску; основания для вывода о недобросовестности и неразумности действий ответчика и взыскания с него 3 590 000 руб. убытков отсутствуют.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности вывода суда, а лишь выражают несогласие с вынесенным решением в связи, с чем не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права, основания для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку апелляционная жалоба оставлена судом апелляционной инстанции без удовлетворения, расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе остаются на подателе апелляционной жалобы. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 12.07.2023 по делу №  А56-122599/2022  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

Е.И. Пивцаев

 В.А. Семиглазов