﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-32531/2016

г. Краснодар

29 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 октября 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Денека И.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Русская свинина» – Ломакина С.В. (доверенность от 22.11.2019), от конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью  «Ростовский электрометаллургический заводъ» Шадрина А.В. – Мещеряковой А.В. (доверенность от 01.05.2021), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Русская свинина» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2021 по делу                                 № А53-32531/2016, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» (далее – должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника Шадрин А.В. (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительным договора поставки от 29.12.2014 № 426, заключенного должником и ООО «Русская свинина» (далее – общество), о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу общества в совокупном размере 30 055 629 рублей, применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 19.04.2021 признан недействительной сделкой договор поставки от 29.12.2014 № 426, заключенный должником и обществом. Признаны недействительными сделками платежи, совершенные должником в пользу общества по договору поставки от 29.12.2014 № 426 в размере 30 055 629 рублей. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с общества в пользу должника денежные средства в размере 30 055 629 рублей. Восстановлена задолженность должника перед обществом в размере 30 055 629 рублей. 

Постановлением апелляционного суда от 17.08.2021 определение суда от 19.04.2021 изменено в части, восстановлена задолженность должника перед обществом в сумме 28 415 тыс. рублей. В остальной части определение суда от 19.04.2021 оставлено без изменения. Апелляционный суд учел, что общество перечислило в пользу должника денежные средства 28 415 тыс. рублей, что подтверждается представленными конкурсным управляющим копий платежного поручения от 29.12.2014 № 638 на сумму 10 млн рублей, а также выпиской по счету должника, согласно которой 31.12.2014 общество перечислило на счет должника денежные средства в размере 8965 тыс. рублей и 9450 тыс. рублей.

Судебные акты мотивированы наличием оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

В кассационной жалобе общество просит принятые судебные акты отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме либо направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель указывает, что последствия недействительности сделки применены судами не к договору поставки, а к платежам, которыми должник вернул полученные от ответчика денежные средства, не обеспеченные своим встречным исполнением. По мнению заявителя, суды неправильно применены нормы материального права, не установили существенные обстоятельства дела, положенные в основу оспариваемых судебных актов и неправомерно признанные доказанными. Оспариваемые платежи по возврату аванса не отвечают признакам недействительности, определенным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве), поскольку возвратом неотработанного аванса вред имущественным правам кредиторов не причиняется. Вывод судов о том, что перечисление денежных средств повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившееся в уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, не соответствует действительности. Обжалуемые судебные акты нарушают права общества, не являющегося в настоящее время аффилированным с должником лицом.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит обжалуемые судебные  акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы жалобы и отзыва.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 26.04.2019 (резолютивная часть судебного акта объявлена 19.04.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Шадрин А.В. Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 27.04.2019. 

Суды установили, что должник (поставщик) и общество (покупатель) заключили договор поставки от 29.12.2014 № 426, по условиям которого поставщик обязуется поставить и передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора продукцию, указанную в спецификациях (пункт 1.1 договора). В соответствии с пунктом 1.2 договора в спецификациях определяется наименование (номенклатура), количество, сроки и условия поставки, цена и стоимость поставляемой продукции, порядок оплаты, порядок доставки, а также иные сведения, необходимые для осуществления поставки. Согласно спецификациям № 1 и 2 к договору поставщик обязан поставить покупателю в срок до 01.04.2015 арматуру на общую сумму 28 415 тыс. рублей. Условиями спецификаций предусмотрена 100% предоплата. 

Покупатель во исполнение договора поставки произвел предоплату в размере 28 415 тыс. рублей 29.12.2014 и 31.12.2014 на расчетный счет поставщика; при этом должник 12.01.2015 и 08.02.2016 возвратил обществу денежные средства в сумме 30 055 629 рублей.

Полагая, что договор поставки от 29.12.2014 № 426 заключен при наличии признаков неплатежеспособности должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением о признании сделки, а также платежей недействительными на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 2, 19, 32, 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, статьями 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса, разъяснениями, изложенными в  постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

В абзаце 4 пункта 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Кодекса суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Суды установили, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 05.12.2016, оспариваемый договор заключен 29.12.2014, то есть в пределах предусмотренного законом срока для установления признаков недействительности сделки по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделали вывод о том, что стоимости имущества должника было недостаточно для исполнения всех обязательств перед его кредиторами. Изменение величины показателя достаточности/недостаточности имущества за период с 31.12.2012 по 31.12.2017 составило 6 190 332 тыс. рублей, что свидетельствует о значительном ухудшении финансового положения должника. Достаточных оснований полагать, что соответствующая отчетность недостоверна либо намеренно искажена должником, у суда не имеется. Указанные сведения формально свидетельствуют о наличии явных признаков недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки.

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса фактические обстоятельства и представленные в дело доказательства и сделали вывод о заинтересованности общества по отношению к должнику. Бремя доказывания того, что заинтересованное лицо не знало о наличии у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на заинтересованном лице. Таких доказательств общество суду не предоставило.

Таким образом, оспариваемый договор поставки заключен с обществом, являющимся заинтересованным по отношению к должнику лицом, в период подозрительности, в условиях ухудшающегося финансового состояния должника; поставка продукции со стороны должника не осуществлена.

Кроме того, суды установили, что в соответствии со спецификациями к договору должник обязался поставить арматуру, при этом согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества является разведение свиней. Таким образом, деятельность контрагента по оспариваемой сделке никак не связана с реализацией металла или металлообработкой. Реальные поставки не осуществлялись, а основная часть средств возвращена в течение непродолжительного времени (менее двух месяцев). 

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Кодекса в их совокупности и взаимосвязи, суды пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор является мнимой сделкой, заключенной сторонами лишь для вида, без намерения осуществлять поставку продукции, а с целью компенсационного финансирования должника в период финансового кризиса.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, договоры займа лишь оформляют предоставление должнику компенсационного финансирования.

Использование конструкции договора займа, то есть модели поведения, отличной от предписанной Законом о банкротстве, влечет для такого лица все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника - банкрота и аффилированного с ним кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, а возврат мажоритарным участником не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки финансирования, ранее предоставленного им для завуалирования кризиса, является злоупотреблением правом со стороны выдавшего заем мажоритарного участника. 

Суды установили, что спорный договор не преследовал собой цели создания каких-либо правоотношений. 

Возврат дополнительного финансирования должника, полученного в обход корпоративной процедуры увеличения уставного капитала, в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами, влечет уменьшение имущества общества и, следовательно, вред имущественным правам кредиторов должника.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом в период наличия у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и при наличии неисполненных обязательств должника перед конкурсными кредиторами; сделка повлекла за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов; стороной данной сделки являлось заинтересованное по отношению к должнику лицо, что презюмирует осведомленность последнего о противоправной цели сделок, поэтому суды пришли к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий просил также признать недействительными сделками платежи, произведенные в рамках исполнения договора поставки от 29.12.2014 № 426 в размере 30 055 629 рублей. 

Суды установили, что денежные средства, поступившие от общества 29.12.2014 и 31.12.2014, возвращены в течение двух месяцев. Перечисление денежных средств на сумму 30 млн рублей по указанной схеме свидетельствует о том, что компенсационное финансирование было изъято.

Таким образом, указанные действия аффилированных лиц по перечислению денежных средств свидетельствуют о мнимости данных перечислений, поскольку намерения сторон направлены на перераспределение денежных средств внутри группы компаний Варшавского В.Е. и аффилированных к нему лиц в отсутствие экономической целесообразности заключения договоров и фактического их исполнения. В результате возврата должником денежных средств по договору поставки на общую сумму 30 055 629 рублей за счет своего имущества (полученной выручки в результате осуществления своей деятельности) причинен вред имущественным правам кредиторов должника на сумму указанного погашения.

Поскольку должник в 2015 – 2016 годах находился в состоянии имущественного кризиса, а общество входило в одну группу лиц, контролируемую ее конечным бенефициаром Варшавским В.Е., то презюмируется тот факт, что заключение в данной ситуации договора поставки на сумму 28 415 тыс. рублей носило характер компенсационного финансирования с целью предоставить должнику возможность продолжать свою производственную (хозяйственную) деятельность и не обращаться в суд с заявлением о собственном банкротстве как это установлено Законом о банкротстве, создавая видимость перед независимыми кредиторами определенного финансового благополучия. 

В силу пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление нравом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статьи 10, 168 Гражданского кодекса как совершенные со злоупотреблением правом. 

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5) по делу № А40-140479/2014, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного. 

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещаюшего финансировании не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

С учетом изложенного соответствующие действия, оформленные в качестве возврата денежных средств по договору поставки, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса как совершенные со злоупотреблением правом.

Доводы общества о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для подачи заявления об оспаривании сделки обоснованно отклонены судами. Годичный срок исковой давности начал течь с 19.04.2019. Заявление об оспаривании сделки должника направлено в суд посредством сервиса подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» 06.03.2020, то есть в пределах годичного срока.

При названных обстоятельствах суды правомерно удовлетворили заявленные требования. 

Восстанавливая задолженность должника перед обществом в размере 28 415 тыс. рублей, апелляционный суд учел, что общество перечислило в пользу должника денежные средства в указанном размере. В части уменьшения размера восстановленной задолженности кассационная жалоба не содержит доводов относительно несогласия с постановлением апелляционного суда.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку не влияют на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов и не опровергают выводы судов; по существу направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и не являются основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Кодекса), не установлены. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2021 по делу                                   № А53-32531/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в прядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

И.М. Денека

 

Ю.В. Мацко