АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-35764/2019

г. Краснодар

08 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 8 октября 2025 года. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Мацко Ю.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.08.2023), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 11.08.2023) в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.02.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2025 по делу № А32-35764/2019 (Ф08-4815/2025), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Арконстрой» (далее – должник) конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей от 04.06.2019 № НО 5211276, от 05.06.2019 № НО 5211278, от 06.06.2019 № НО 5211279, от 17.06.2019 № НО 5211280, от 18.06.2019 № НО 5211281, от 20.06.2019 № НО 5211283, от 24.06.2019 № НО 5211286, от 18.07.2019 № НО 5211288, от 12.09.2019 № НО 5211295, от 27.09.2019 № НО 5211296, от 27.09.2019 № НО 5211297 на общую сумму 8 600 тыс. рублей, совершенных в пользу ФИО3, и применении последствий недействительности в виде взыскания с ФИО3 8 600 тыс. рублей.  

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными платежей от 06.02.2018 № НО 5895526, от 23.03.2018 № НО 5895539, от 05.09.2018 № НО 5895549, от 06.09.2018 № НО 5895550, от 14.09.2018 № НО 5211253, от 12.10.2018 № НО 5211256, от 23.10.2018 № НО 5211257, от 21.11.2018 № НО 5211262, от 10.12.2018 № НО 5211264, от 19.07.2019 № НО 5211293, от 11.09.2019 № НО 5211294, от 01.10.2019 № НО 5211298 на общую сумму 10 714 тыс. рублей, совершенных в пользу  

ФИО5, и применении последствий недействительности в виде взыскания с ФИО5 10 714 тыс. рублей.  

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными платежей от 28.03.2018 № НО 5895531, от 06.04.2018 № НО 5995532, от 03.05.2018 № НО 5895533, от 22.05.2018 № НО 5895534, от 29.05.2018 № НО 5895535, от 21.06.2018 № НО 5895536, от 25.06.2018 № НО 5895537, от 29.06.2018 № НО 5895540, от 04.07.2018 № НО 5895541, от 06.07.2018 № НО 5895543, от 27.07.2018 № НО 5895544, от 17.08.2018 № НО 5895545, от 29.08.2018 № НО 5895548, от 14 13.09.2018 № НО 5211252, от 05.10.2018 № НО 5211255, от 07.11.2018 № НО 5211285, от 08.11.2018 № НО 5211260, от 09.11.2018 № НО 5211261, от 30.11.2018 № НО 5211263, от 13.12.2018 № НО 5211265, от 21.12.2018 № НО 5211268, от 26.12.2018 № НО 5211269, от 29.12.2018 № НО 5211270, от 11.01.2019 № НО 5211271, от 12.02.2019 № НО 5211272, от 05.03.2019 № НО 5211273, от 29.04.2019 № НО 5211274, от 20.05.2019 № НО 5211274 на общую сумму 40 360 тыс. рублей, совершенных в пользу ФИО1, и применении последствий недействительности в виде взыскания с ФИО1 40 360 тыс. рублей.  

Определением от 14.04.2023 заявления обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением от 17.02.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 30.06.2025, в удовлетворении заявления о применении срока исковой давности отказано. Требование о признании недействительными перечислений удовлетворено в полном объеме.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты и отказать в удовлетворении заявленных требований. Податель жалобы ссылается на наличие в материалах дела квитанций к приходно-кассовым ордерам, подтверждающих последующее внесение денежных средств в кассу предприятия. Расходование полученных средств на нужды должника подтверждено авансовыми отчетами, предоставленными в рамках налоговой проверки. Неперадача бывшим руководителем конкурсному управляющему документации не может быть вменена в ответственность ответчикам. Указывает на неправильное исчисление судами срока исковой давности на подачу заявлений.  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит судебные акты отменить. 

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 поддержали доводы кассационной жалобы, просили отменить обжалуемые судебные акты.  

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.  

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, определением от 02.08.2019 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.  

Решением от 03.06.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6  

В ходе проведения мероприятий процедуры банкротства конкурсным управляющим проведен анализ сделок должника, в результате которого выявлено, что с расчетного счета должника осуществлены операции по снятию наличных денежных средств за период с 06.02.2018 по 01.10.2019 на общую сумму 59 674 тыс. рублей.  

Согласно сведениям, поступившим от ООО КБ «Кубань Кредит», должником выданы доверенности на лиц, имеющих право на снятие наличных денежных средств со счета № 40702810400410000327: доверенность от 28.03.2018, уполномоченное лицо – ФИО1; доверенность от 04.06.2019, уполномоченное лицо – ФИО3 доверенность от 04.06.2019, уполномоченное лицо – ФИО1  

На основании заявлений от 06.02.2018, от 06.09.2018, от 01.10.2019 должником в лице директора ФИО5 выданы денежные чековые книжки с денежными чеками № НО 5895536 – НО 5895550, № НО 5211251 – НО 5211300, № НР 5494176 – НР 5494200; ФИО5, ФИО1 и ФИО3 произведено снятие денежных средств со счета должника в общем размере 59 674 тыс. рублей (ФИО3 – 8 600 тыс. рублей, ФИО5 – 10 714 тыс. рублей, ФИО1 – 40 360 тыс. рублей).  

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что спорные операции произведены в отсутствие встречного предоставления, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.  

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  

Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.  

Поскольку судебные акты обжалуются в части удовлетворения требований к ФИО1, суд округа в силу части 1 статьи 286 Кодекса проверяет законность и обоснованность судебных актов только в указанной части.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.  

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В пунктах 8 и 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия  

этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258, квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.  

Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его контрагентов, получивших исполнение.  

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность  

квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).  

Оспариваемые перечисления совершены с 06.02.2018 по 01.10.2019, в период подозрительности, установленный пунктом 1 (с 02.08.2018 по 01.10.2019) и пунктом 2 (с 06.02.2018 по 01.08.2018) статьи 61.2 Закона о банкротстве (производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 20.09.2019).  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что оспариваемые перечисления совершены в пользу аффилированных лиц при наличии у должника задолженности перед независимыми кредиторами, требования которых включены в реестр, приняв во внимание, что документальное обоснование разумности и добросовестности должника при выдаче денежных средств не представлено, как и доказательства, подтверждающие расходование денежных средств в интересах должника, ссылаясь на то, что указанные обстоятельства свидетельствует о направленности действий сторон на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, суды пришли к у выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.  

Исследуя доводы об аффилированности сторон оспариваемых перечислений, суды установили, что ФИО3 с 14.12.2018 является учредителем должника с размером доли в уставном капитале 11/12, ФИО5 – руководителем должника с 22.11.2017 по 07.07.2021, а ФИО1 – с 2019 года являлась коммерческим директором общества и имела право снятия со счетов наличных денежных средств.  

Суды отметили, что на момент совершения перечисления у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, что подтверждает наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки.  

Возражая против удовлетворения заявления, ответчики указали, что полученные ими денежные средства расходовались на хозяйственные нужды должника.  

Оценивая указанный довод, проанализировав материалы дела, суды приняли во внимание, что ФИО1 обналичивались денежные чеки с назначением «Заработная плата ...»: за март 2018 года в размере 650 тыс. рублей, за июнь 2018 года – 850 тыс. рублей, за октябрь 2018 года – 200 тыс. рублей, за декабрь 2018 года – 1 500 тыс. рублей, за апрель 2019 года – 1 500 тыс. рублей, за апрель и май 2019 года – 800 тыс. рублей; 34 860 тыс. рублей обналичено по чекам ФИО1 на закупку строительных материалов; ФИО3 в 2019 году обналичила денежные чеки  

с назначением «На заработную плату за апрель, май». При этом в материалах дела отсутствуют расчетные ведомости по заработной плате, трудовые договоры с работниками, кассовые (в том числе расходные) документы, сопоставимые с представленными чеками.  

В свою очередь, анализ выписок по банковским счетам должника свидетельствует о том, что расчеты с работниками по заработной плате в 2018-2019 годах, в том числе с ответчиками, осуществлялись в безналичном порядке.  

Согласно выписке по счету № 40702810400410000327 с расчетного счета должника ФИО5 23.03.2018 снял 870 тыс. рублей, ФИО1 06.04.2018 – 650 тыс. рублей. Вместе с тем в соответствии со справками 2-НДФЛ в отношении работников должника общий размер начисленной и выплаченной заработной платы за март 2018 года составил 57 тыс. рублей.  

За апрель 2019 года с расчетного счета должника ФИО1 сняла 1 500 тыс. рублей; при этом из справок 2-НДФЛ следует, что общий размер начисленной и выплаченной заработной платы за апрель 2019 года составил 104 тыс. рублей.  

Принимая во внимание изложенное, суды признали, что дополнительное обналичивание денежных средств с назначением «Заработная плата ...» при наличии доказательств, указывающих на безналичный расчет с работниками предприятия, фактически представляет собой вывод активов организации.  

Относительно 34 860 тыс. рублей, обналиченных ФИО1 по чекам на закупку строительных материалов, суды отметили, что оправдательных документов: отчетов о расходовании полученных денежных средств или сведений об их возврате в кассу должника, не представлено.  

Доказательства того, что расходование денежных средств, выданных в подотчет, осуществлено в интересах должника, непосредственно связано с его деятельностью, отсутствуют. Не представлена документация, подтверждающая, что товары (строительные материалы) действительно были закуплены должником за счет обналиченных денежных средств и были использованы в хозяйственной деятельности должника для исполнения обязательств перед контрагентами или для собственных нужд, поставки и установки на каком-либо объекте, дальнейшей продажи и т.п.  

Представленные ответчиками в материалы дела копии квитанций к приходным кассовым ордерам о внесении денежных средств в кассу предприятия не приняты судами в качестве допустимых доказательств, учитывая то, что указанные документы должны рассматриваться в совокупности с иными первичными документами, а именно: приходным кассовым ордером и кассовой книгой должника, а также бухгалтерской  

отчетностью, в которой отражается операция по получению денежных средств и их дальнейшее движение.  

Довод о том, что денежные средства израсходованы на оплату оказанных должнику контрагентами услуг (работ) отклонен судом апелляционной инстанции, ввиду отсутствия целесообразности использования подобной схемы расчетов (обналичивание ответчиками денежных средств для последующей передачи контрагентам) с учетом того, что соответствующие платежи с учетом нормальной хозяйственной практики должны напрямую осуществляться должником в рамках заключенных непосредственно с контрагентами гражданско-правовых договоров с соблюдением требований действующего законодательства, регламентирующих порядок расчетов между юридическими лицами.  

Кроме того при совершении операций с обналичиванием денежных чеков должник оплатил банковские комиссии в размере 2 243 228 рублей 70 копеек, что также не свидетельствует о разумности и экономической обоснованности действий должника.  

Судами наряду с этим установлено, что на основании решения ИФНС России по городу-курорту Геленджику от 21.09.2020 № 3 в отношении должника проведена выездная налоговая проверка с 01.01.2017 по 31.12.2019, в результате которой составлен акт выездной налоговой проверки от 14.07.2021 № 1741 и вынесено решение от 22.12.2021 № 2178 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

По результатам указанной выездной налоговой проверки установлена неуплата НДС и налога на прибыль за 2017, 2018 и 2019 годы (недоимка) и к уплате в бюджет предъявлено 91 218 358 рублей 55 копеек.  

В акте выездной налоговой проверки (на странице 8) уполномоченным органом отражены сведения о результатах проведенного анализа операций должника, обладающих признаками неправомерного вывода денежных средств, среди которых установлено, что в 2018-2019 годах с расчетного счета должника обналичено 51 394 тыс. рублей.  

На странице 83 акта выездной налоговой проверки отражено, что для проведения проверки первичные документы организацией представлены не в полном объеме: за 2019 года частично, за 2017-2018 годы не представлены.  

В разделе акта ВНП – Расходы, уменьшающие сумму доходов от реализации за 2018 год (страница 92) отражено, что сумма расходов по приобретению материальных ценностей, оплаченные наличными денежными средствами, в соответствии с авансовыми отчетами подотчетных лиц составила – 13 449 621 рубль 96 копеек.  

В разделе акта ВНП – Расходы, уменьшающие сумму доходов от реализации за 2019 год (страница 93) отражено, что сумма расходов по приобретению материальных  

ценностей, оплаченные наличными денежными средствами, в соответствии с авансовыми отчетами подотчетных лиц составила – 5 860 915 рублей 06 копеек.  

В приложении № 8 к акту выездной налоговой проверки от 14.07.2021 № 1741 отражен реестр расходов должника, оплаченных наличными денежными средствами согласно авансовым отчетам подотчетных лиц за 2018 год, среди которых, в качестве подотчетного лица указан только ФИО5  

Суммы авансовых отчетов за 2018-2019 годы не соответствуют суммам, отраженным в приходно-кассовых ордерах за аналогичный период, представленных ответчиками, следовательно, довод ответчиков о том, что денежные средства после обналичивания чеков в кассе банка сразу вносились в кассу предприятия, не соответствует действительности.  

Так, за 2018 год должником представлено 4 авансовых отчета, согласно которым подотчетными лицами (ФИО5 и ФИО7) израсходовано на нужды должника (строительные материалы, авиабилеты и др.) 1 921 960 рублей; за 2018 год должником представлена только одна платежная ведомость от 15.08.2018 № 8 на выплату заработной платы работникам за июль 2018 года на 95 250 рублей.  

За 2019 год должником представлено 39 авансовых отчетов, согласно которым подотчетными лицами (ФИО5, ФИО8, ФИО9 и ФИО10) израсходовано на нужды должника (строительные материалы, хозяйственные нужды и др.) 1 947 650 рублей; представлены две платежные ведомости от 22.02.2019 № 18 и от 22.03.2019 № 19 на выплату заработной платы работникам за январь 2019 года на 121 258 рублей и за февраль 2019 года – 127 111 рублей.  

При этом в указанных документах нет упоминания о ФИО3 и ФИО1, как о подотчетных лицах.  

Кроме того, обналиченные суммы в несколько раз превышают суммы, фактически отраженные в документах строгой бухгалтерской отчетности должника.  

С учетом изложенного суды пришли к правомерному выводу о том, что в результате совершения оспариваемых сделок осуществлен вывод денежных средств со счета должника, что привело к причинению вреда правам кредиторов.  

Установленные обстоятельства послужили основанием для признания оспариваемых платежей недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с применением соответствующих последствий недействительности.  

Суды, отклоняя доводы о пропуске заявителем срока исковой давности, установили, что на заявленное конкурсным управляющим требование распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского  

кодекса, течение которого началось с момента, когда конкурсный управляющий узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.  

Установив, что управляющему стало известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной только 06.08.2022 (дата получения полного ответа из кредитной организации), заявления поданы в суд первой инстанции 14.10.2022, признали срок исковой давности не пропущенным.  

Приведенные в кассационной жалобе доводы аналогичны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка с приведением мотивов их отклонения, данные доводы не являются основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку они основаны на неправильном толковании норм права, иной оценке представленных по делу доказательств и не свидетельствуют о существенных нарушениях норм материального и процессуального права.  

Ссылка на пропуск срока исковой давности подлежит отклонению с учетом конкретных обстоятельств дела. В рассматриваемом случае, принимая во внимание значительный объем работы по анализу совершенных должником перечислений, объективная возможность узнать о совершении спорных сделок в отсутствие встречного предоставления появилась у конкурсного управляющего с 06.08.2022, даты получения из кредитных учреждений информации об операциях по счетам (подробные выписки на 94 листах). Именно с 06.08.2022 начинается течение годичного срока исковой давности на оспаривание сделок, который на момент обращения конкурсного управляющего в суд с рассматриваемым заявлением (14.10.2022) не истек.  

Обжалуя определение и постановление, ответчик документально не опроверг правильности выводов суда. Изложенные в кассационной жалобе доводы по существу направлены на иную оценку доказательств и несогласие с выводами суда, что в силу положений статьи 286 Кодекса, разъяснений, данных в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену обжалуемых судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.  

С учетом рассмотрения кассационной жалобы приостановление исполнения определения от 17.02.2025 и постановления апелляционного суда от 30.06.2025, принятое на основании определения суда округа от 18.07.2025, подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.02.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2025 по делу № А32-35764/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Краснодарского края от 17.02.2025 и постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2025 по делу № А32-35764/2019, принятое на основании определения Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.07.2025.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.О. Резник  

Судьи Ю.В. Мацко  

Е.Г. Соловьев