АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-6326/24 

Екатеринбург 

21 октября 2024 г. Дело № А60-32851/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2024 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Артемьевой Н.А., судей Кочетовой О.Г., Кудиновой Ю.В., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской  области от 23.05.2024 по делу № А60-32851/2021 и постановление  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2024 по тому  же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе  публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа  приняли участие:  

представитель ФИО2 – ФИО3,  по доверенности от 30.04.2024;  

ФИО1 (далее также – кредитор) – лично, предъявлен  паспорт.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.11.2021  заявление ФИО2 (далее также – должник) признано обоснованным,  в отношении должника введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена  ФИО4.  

Определением арбитражного суда от 10.02.2023 ФИО4  освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего.  

Определением арбитражного суда от 05.05.2023 финансовым  управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.  

По результатам проведения процедуры банкротства финансовым  управляющим ФИО5 в арбитражный суд направлены  

ходатайства о завершении процедуры реализации имущества гражданина, об  освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств, а  также документы, относящиеся к проведению процедуры банкротства, в том  числе отчет о деятельности финансового управляющего и о результатах  проведения реализации имущества от 15.05.2024, отчет об использовании  денежных средств должника от 15.05.2024, реестр требований кредиторов  должника по состоянию на 15.05.2024 и другие.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2024  процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО2  завершена с применением в отношении должника положений пункта 3  статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об  освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 12.08.2024 определение суда первой инстанции от 23.05.2024 оставлено  без изменения.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами,  ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа  с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой  инстанции от 23.05.2024 и постановление апелляционного суда от 12.08.2024  отменить, принять новый судебный акт об отказе в применении  к ФИО2 правил об освобождении от исполнения им обязательств  перед кредиторами.  

В кассационной жалобе заявитель указывает на то, что в настоящем  деле установлены обстоятельства недобросовестности должника, влекущие  отказ в применении к нему правил об освобождении от исполнения  обязательств на основании пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве,  поскольку сразу после вынесения в 2010 году судебных решений  о взыскании задолженности с ФИО2 в пользу кредиторов  и возбуждения исполнительных производств должник в короткий срок  произвел отчуждение принадлежащего ему имущества: нескольких  автомобилей, квартир, земельных участков, производственного комплекса;  средства от продажи многочисленного имущества не передавались  ФИО2 судебным приставам-исполнителям для погашения  задолженности перед кредиторами; договор, заключенный 10.07.2010 между  ФИО2 и ФИО6, по продаже земельного участка с  расположенным на нем комплексом зданий производственного назначения  по адресу: 

<

...> был признан недействительным  решением Ревдинского городского суда от 12.09.2011 (с установлением  судом незаконности действий сторон при продаже арестованного  имущества). Появление непосредственно после заключения вышеуказанной  сделки судебного приказа, выданного 04.08.2010 мировым судьей судебного  участка № 3 г. Ревды, о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО6  14 441 100 руб. и сразу после вынесения Ревдинским городским судом  решения о признании сделки недействительной судебного приказа,  

выданного 28.10.2011 мировым судьей судебного участка № 1 г. Ревды, о  взыскании с ФИО2 в пользу ФИО6 денежной суммы в счет  возмещения расходов по признанной недействительной сделке в размере  

8 483 096 руб. 43 коп., а также отчуждение транспортных средств при  наличии не снятых до настоящего времени арестов на транспортные средства  и не отмененных запретов на совершение регистрационных действий с  транспортными средствами и неоднократное привлечение ФИО2 к  административной и уголовной ответственности (в том числе за растрату  имущества, подвергнутого аресту, за злостное уклонение от погашения  кредиторской задолженности) подтверждают недобросовестное поведение  должника.  

Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что  судами не исследовалось, на каком основании должник, ранее являвшийся  собственником производственного комплекса, находящегося под арестом  с 2010 года, в 2011 году передал его и находящееся в нем оборудование  (станки) в пользование обществу с ограниченной ответственностью НПП  «Лист».  

Должник представил возражения на кассационную жалобу  посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр».  

В приобщении возражений к материалам дела судом округа отказано  на основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в связи с отсутствием доказательств заблаговременного  получения возражений лицами, участвующими в деле.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа  в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов  кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе процедур  банкротства сформирован реестр требований кредиторов, закрытый  27.01.2022, в состав третьей очереди которого включены требования шести  кредиторов на общую сумму 26 966 018 руб. 85 коп., а именно:  ФИО1 в размере 1 468 810 руб. 39 коп., Федеральной налоговой  службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы  

 № 25 по Свердловской области в размере 893 874 руб. 32 коп., ФИО6 в размере 22 924 196 руб. 43 коп., ФИО7 в размере 65 880 руб., ФИО8 в  размере 65 880 руб., НАО «ПКБ» в размере 1 547 377 руб. 71 коп. За  реестром учтены требования кредиторов в размере 4 952 903 руб. 26 коп.  Задолженность перед кредиторами первой и второй очередей реестра  отсутствует.  

Согласно определению Арбитражного суда Свердловской области  

от 08.06.2022 по настоящему делу задолженность ФИО2 перед  ФИО1 возникла из договора займа от 13.10.2005 на сумму  500 000 руб. и подтверждена судебными актами судов общей юрисдикции.  

В ходе процедуры банкротства финансовыми управляющими были  приняты меры к выявлению и формированию конкурсной массы,  в том числе направлены запросы о наличии у должника движимого и  недвижимого имущества в уполномоченные регистрирующие органы.  Какого-либо имущества, за счет которого возможно формирование  конкурсной массы, финансовым управляющим обнаружено не было.  

Согласно отчету финансового управляющего о своей деятельности  и о результатах проведения реализации имущества от 15.05.2024 в ходе  процедуры реализации имущества должника из денежных средств (пенсия)  была сформирована конкурсная масса. Полученные денежные средства,  за вычетом денежных сумм, подлежащих исключению из конкурсной массы,  направлены на погашение текущих платежей и частично на погашение  требований кредиторов в размере 76 267 руб. 54 коп. (процент погашенных  требований составил 0,24% от общего размера требований, включенных  в реестр). За период проведения процедуры финансовым управляющим был  проведен анализ финансового состояния должника, по результатам которого  сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности  должника. В рамках проведенного анализа финансового состояния должника  признаки преднамеренного банкротства и признаки фиктивного банкротства  должника не выявлены; сделки, подлежащие оспариванию, не установлены.  

Таким образом, финансовым управляющим сделан вывод о том, что  возможность формирования конкурсной массы исчерпана, имущества для  пополнения конкурсной массы должника не имеется, в связи с чем  отсутствуют какие-либо основания для дальнейшего проведения процедуры  реализации имущества должника.  

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции кредитор  ФИО1 заявил о неприменении к ФИО2 правил  об освобождении от исполнения обязательств.  

Суд первой инстанции, оценив все представленные в материалы дела  документы, пришел к выводу о том, что финансовым управляющим  проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства  должника и направленные на установление финансового состояния  должника, выявление принадлежащего ему имущества и денежных средств,  формирование конкурсной массы, и с учетом отсутствия доказательств,  подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы,  завершил соответствующую процедуру.  

Поскольку судебные акты в части завершения процедуры реализации  имущества должника заявителем кассационной жалобы не обжалуются,  то в данной части судом округа не пересматриваются.  

Отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО1  и применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения  обязательств перед кредиторами, суды исходили из отсутствия в материалах  дела доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях должника  злоупотреблений, направленных на умышленное уклонение от погашения  долгов, либо о совершении действий, препятствующих проведению  

процедуры банкротства, в том числе действий по сокрытию ликвидного  имущества, а также отсутствия доказательств незаконных действий  должника при возникновении или исполнении обязательств перед  ФИО1  

Судами отмечено, что отчуждение должником принадлежавших ему  транспортных средств в период производства исполнительных действий само  по себе не свидетельствует об очевидной недобросовестности в его  поведении.  

Доводы кредитора ФИО1 о том, что финансовым  управляющим были предприняты не все возможные мероприятия  по выявлению имущества ФИО2, в частности, не установлена судьба  находившихся в ранее принадлежащем должнику производственном  комплексе по адресу: 

<

...> многочисленных станков,  судами рассмотрены и признаны подлежащими отклонению  с учетом пояснений должника и недоказанности материалами дела того, что  данное имущество является собственностью должника.  

Ссылка ФИО1 на то, что на протяжении многих лет  должник получал доход от арендной платы, который скрывал, признана  судами не подтвержденной документально и основанной на предположениях.  

Вместе с тем суд округа не может согласиться с выводами судов  первой и апелляционной инстанций в оспариваемой части, в связи  с неверным распределением судами бремени доказывания между  участниками дела.  

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный  механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от  погашения требований кредиторов, в виде освобождения от обязательств.  

Вместе с тем Законом о банкротстве (пункт 4 статьи 213.28)  предусматриваются случаи, когда такое освобождение не допускается:  

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил  заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или  арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и  это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом,  принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на  котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое  требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал  незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от  погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и  (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные  сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил  имущество.  

Указанные действия, если они совершены со злоупотреблением  правом, умышленно и направлены на злостное уклонение от погашения  требований кредиторов, исключают применение в отношении гражданина  правила об освобождении от исполнения обязательств.  

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в  стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при  наличии такой возможности.  

В пункте 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о  банкротстве индивидуальных предпринимателей» даны разъяснения о том,  что в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут  установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо  иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником  своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении  в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых  обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при  получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества,  вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации  и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства  указать на неприменение в отношении данного должника правила  об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

ФИО1, заявляя о неприменении в отношении должника  правил об освобождении от исполнения обязательств, указывал, что  

в 2010 году должник с целью избежать обращение взыскания на свое  имущество начал целенаправленную деятельность по выводу имущества.  Несмотря на наличие арестов, наложенных на основании определения  Ревдинского городского суда от 04.02.2010 о наложении ареста на все  имеющееся у должника имущество (арест снят только в 2019 году), а также  многочисленных арестов, наложенных судебными приставами- исполнителями, ФИО2 производил отчуждение имеющегося у него  недвижимого имущества (две квартиры и объекты производственного  назначения) и транспортных средств. Денежные средства, вырученные от  продажи имущества, были потрачены ФИО2 на свои собственные  нужды. В рамках же исполнительных производств за более чем 10 лет  должником не выплачены денежные средства ни одному кредитору. Кроме  того, ФИО1 указывал на фактическое осуществление  

ФИО2 предпринимательской деятельности через своего сына и  иных заинтересованных лиц в объектах недвижимого имущества  производственного назначения, которые исключены из конкурсной массы  должника в 2022 году (т. 1 л.д. 126-133). В апелляционной жалобе  ФИО1 также сослался на привлечение ФИО2 к уголовной  ответственности за растрату имущества, подвергнутого аресту и за злостное  уклонение от погашения кредиторской задолженности, представил письмо  Прокуратуры Свердловской области от 25.07.2013, приговоры от 02.09.2010,  от 30.06.2011, которые приобщены апелляционным судом к материалам дела.  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой  

Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного  заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении  должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника  от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует  указанные обстоятельства и ставит на обсуждение соответствующий вопрос.  

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении  наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может  быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить  из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех  пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания,  влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего  финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований  для не освобождения должника-гражданина от обязательств.  

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник  со своей стороны вправе дать пояснения и представлять свои доказательства,  обосновывающие его добросовестное поведение.  

В силу положений части 1 статьи 8 и части 1 статьи 9 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в  арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности  сторон.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему  убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и  непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1  статьи 65, часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд  оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в  деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие  обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие  обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые  акты следует применить по данному делу; устанавливает права и  обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск  удовлетворению.  

По смыслу приведенных норм при рассмотрении дела суд определяет  достаточность представленных доказательств (стандарт доказывания) для  того, чтобы подтверждаемые ими обстоятельства считались установленными.  Применение стандарта доказывания должно производиться с учетом  необходимости обеспечения принципов равноправия и состязательности  сторон процесса.  

Распределение бремени доказывания между сторонами процесса  должно производиться исходя из положений нормативных правовых актов,  

установленных ими презумпций, а также с учетом объективных  возможностей участников оборота по доказыванию определенных  обстоятельств, принимая во внимание принципы справедливости, разумности  и эффективности судопроизводства. Неблагоприятный для стороны исход  спора не может быть предопределен возложением на эту сторону заведомо  неисполнимой для нее обязанности по доказыванию (определения Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 31.01.2023 № 305-ЭС22-13675, от 08.02.2024 № 305-ЭС23-15177,  

от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809). 

ФИО1 как взыскатель в исполнительном производстве и  конкурсный кредитор должника не является непосредственным участником  правоотношений, в результате которых все имущество должника, несмотря  на наложенные аресты, было реализовано, а потому он ограничен в  возможности представления доказательств, подтверждающих его доводы. В  то же время приведенные им доводы и представленные доказательства с  разумной степенью достоверности позволяют усомниться в  добросовестности должника. Со своей стороны, ФИО2 в рамках  состязательного процесса вправе дать пояснения об обстоятельствах своей  неплатежеспособности, причинах длительного непогашения долга перед  кредитором, целях использования денежных средств, вырученных от  продажи арестованного имущества, и представить соответствующие  доказательства, так как именно он должен обладать всеми доказательствами  своих правоотношений с иными кредиторами и не имеет затруднений в  доказывании.  

Предъявление к кредитору, не участвовавшему в правоотношении,  такого же стандарта доказывания привело бы к неравенству сторон спора.  Для уравнивания сторон в правах суд в силу части 3 статьи 9 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать  содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и  полного исследования доказательств, установления фактических  обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных  правовых актов при рассмотрении дела.  

Применяя в отношении должника правила об освобождении  от исполнения обязательств и указывая на непредставление кредитором  доказательств злоупотреблений со стороны должника, суды не учли то, что  материалы дела не содержат никаких пояснений и документов от должника  об изложенных в ходатайстве кредитора обстоятельствах.  

Данные обстоятельства не были установлены и проанализированы  судами, пояснения должника не запрошены, следовательно, указанные  в ходатайстве кредитора обстоятельства не получили должной правовой  оценки со стороны судов первой и апелляционной инстанций.  

Вместе с тем вышеназванные обстоятельства должны быть  исследованы судами, поскольку имеют существенное значение для  разрешения вопроса о возможности применения к должнику правил об  

освобождении от исполнения обязательств, предусмотренных положениями  пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.  

Учитывая изложенное, обжалуемые судебные акты приняты с  нарушением стандартов доказывания, без исследования всех существенных  обстоятельств дела.  

Таким образом, суд кассационной инстанции полагает, что судебные  акты судов первой и апелляционной инстанции в части освобождения  ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том  числе требований, не заявленных в ходе процедур банкротства, подлежат  отмене с направлением дела на новое рассмотрение (часть 3 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует  устранить отмеченные недостатки, исследовать и проанализировать  приводимые сторонами доводы и возражения с учетом правильного  распределения между участниками спора бремени доказывания, установить  обстоятельства реализации имущества должником и расходования  полученных денежных средств, дать указанным обстоятельствам  надлежащую правовую оценку.  

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2024 по делу   № А60-32851/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.08.2024 по тому же делу отменить в части  освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения  требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе  процедур банкротства, дело в отмененной части направить на новое  рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.  

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Артемьева  

Судьи О.Г. Кочетова 

 Ю.В. Кудинова