ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-47889/2020

город Ростов-на-Дону

28 сентября 2021 года

15АП-16403/2021

 

            Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2021 года.

            Полный текст постановления изготовлен 28 сентября 2021 года.

            Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Деминой Я.А.,

судей Николаева Д.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2021 по делу № А32-47889/2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" об установлении размера требований кредитора

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой"  (далее - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" (далее - кредитор) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 21 008 112,03 руб. (уточненное требование)

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2021 требование общества с ограниченной ответственностью в размере                                       21 008 112,03 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ                             "О несостоятельности (банкротстве)" и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" обжаловало его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просило обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт о включении требований общества в реестр требований кредиторов должника.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для применения положений пункта 3 Обзора судебной практики от 29.01.2020. Апеллянт указывает, что требования ООО ПСФ "Инициатива" к ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" основаны на вступивших в законную силу судебных актах. Заявитель жалобы полагает, что не имеет правового значения то обстоятельство, что ФИО2 заключил договоры с ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" в период имущественного кризиса в 2012 году, поскольку указанный имущественный кризис был преодолен должником в                2014 году и на протяжении более четырех лет у ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" отсутствовали признаки неплатежеспособности. Заявитель жалобы отмечает, что неплатежеспособность, которая возникла у ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" в 2019 - 2020 годах, не имеет отношения к предъявленным ООО ПСФ "Инициатива" требованиям и имеет иную причинно-следственную связь.

В отзыве на апелляционную жалобу ИФНС России по городу-курорту Геленджику Краснодарского края  просит обжалованный судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ИФНС по городу-курорту Геленджику Краснодарского края (далее - заявитель, уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании                                ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.02.2021 (резолютивная часть от 01.02.2021) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Согласно сведениям, размещенным на официальном источнике (издательский дом - "КоммерсантЪ"), сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (конкурсное производство) опубликовано 13.02.2021 № 26, в ЕФРСБ -05.02.2021.

19.03.2021 ООО ПСФ "Инициатива" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 21 008 112,03 руб. (уточненное требование).     Срок предъявления требований кредитором соблюден.

В обоснование заявленных требований кредитор указал, что требования ООО ПСФ "Инициатива" возникли на основании определения суда                          от 03.07.2018 по делу № А32-37527/2012, которым удовлетворены требования  ООО ПСФ "Инициатива" о процессуальном правопреемстве. Суд заменил кредитора ФИО2 с суммой требований 62 993 714,00 руб. на                             ООО ПСФ "Инициатива".

На момент подачи заявления в суд о включении в реестр требований кредиторов сумма задолженности составляла 41 008 112,03 руб., в связи с погашением ООО ПСФ "Спецфундаментстрой"  задолженности на сумму                  21 985 601,97 руб.

Требования гражданина ФИО2 к ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" возникли на основании определения суда от 15.04.2013 по делу № А32-37527/2012.

Поскольку должник до настоящего времени своих обязательств не исполнил, имеющаяся задолженность не погашена, заявитель обратился в суд с заявлением об установлении требований в реестре требований кредиторов должника.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 71 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (п. 26 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 N 35).

В силу положений статьи 807 Гражданского кодекса Российской федерации (далее по тексту - Кодекс) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

На основании статьи 809 Кодекса если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

Как видно из материалов дела, при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции временный управляющий должника ФИО3 указал суду на аффилированность кредитора и должника.

Понятие аффилированного лица дано в ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках". Аффилированными признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В силу данной нормы права отношения аффилированности могут возникнуть применительно к двум категориям субъектов: аффилированные лица юридического лица и аффилированные лица физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность.

При этом аффилированными лицами юридического лица являются:

- член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

-                     лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

-                     лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

-                     юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

В силу подпункта 3 и 9 части 1 статьи 9 Закона о конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в п. 1 -8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Суд первой инстанции установил, что природа возникновения требований - договоры процентных (беспроцентных) займов, выданных в 2011-2012 гг., а также договоры аренды недвижимого имущества, заключенные с должником от 01.01.2011 № 01112011 (в редакции дополнительного соглашения к договору № 1 от 01.12.2011) и от 01.11.2012 № 01112012. 

Согласно представленным в дело пояснениям от 14.02.2013, ФИО2 указывает, что им выдавались денежные займы должнику на различные суммы, это были его личные денежные средства, находившиеся "на руках наличными", крупные денежные средства он занимал у друзей и знакомых бизнесменов под проценты. Сумму в размере 20 млн. рублей ФИО2 занял на свое имя по договору займа от 22.12.2011 у ЗАО "Геленджиский Дельфинарий". Остальные денежные средства вносились в кассу предприятия по приходным кассовым орденам. Дата возбуждения дела № А32-37527/2012 о несостоятельности (банкротстве) - 07.12.2012, заявителем по делу является сам должник ООО ПСФ "СПЕЦФУНДАМЕНТСТРОЙ". Дело о несостоятельности (банкротстве) прекращено в связи с заключением мирового соглашения. 

ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" (ИНН 

<

***>, КПП 230401001, ОГРН 

<

***>) зарегистрированное в инспекции с 29.01.2003, по адресу: 353465, 

<

...>, а. Основной вид деятельности - строительство жилых и нежилых зданий.

ООО ПСФ "ИНИЦИАТИВА" (ИНН 

<

***> КПП 230401001 ОГРН 

<

***>), зарегистрированное в инспекции с 29.01.2003, по адресу: 353465, 

<

...>, а. Основной вид деятельности -строительство жилых и нежилых зданий.

Первоначальный кредитор: ФИО2 (свидетельство о смерти № V-АГ 588083 от 03.12.2016, дата смерти 02.12.2016) и ФИО4 являлись участниками следующих организаций: ООО ПСФ "Спецфундаментстрой", ООО ПСФ "ИНИЦИАТИВА".

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции делает верный вывод о том, что ООО ПСФ "Спецфундаментстрой", ООО ПСФ "Инициатива", ФИО2, ФИО4 входят в одну группу лиц.

Таким образом, все вышеперечисленные лица связаны между собой и входили в одну группу лиц на дату возникновения вышеуказанных обязательств должника перед кредитором, следовательно, являются аффилированными по отношению друг к другу.

Аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. 9 и ст. 65 АПК РФ), соответственно в подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, могут быть квалифицированы по правилам, установленным статьей 170 ГК РФ.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц, т.е независимых кредиторов должника.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Поэтому суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов - они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункты 3.1, 6.1 обзора судебной практики).

При этом неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 обзора судебной практики).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 обзора судебной практики).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

Данная позиция, сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (2) в рамках дела N А32-19056/2014.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Суд первой инстанции установил, что должник с 2010 года нес убытки, согласно представленным налоговым декларациям по налогу на прибыль, за период с 2010 по 2012 получены убытки в размере: в 2010 году - 81 330 317,00 руб. (убытки); в 2011 году - 35 331 837,00 руб. (прибыль, однако должник воспользовался правом списания убытков, полученных в предыдущих налоговых периодах); в 2012 году - 140 616 206,00 руб. (убытки).

Согласно сведениям налогового органа, должником в 12.04.2013 сданы уточенные налоговые декларации по НДС за периоды: 2010 - 2012 г.г., которые послужили основанием направления заявления инспекцией о включении в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве № А32-37527/2012 на общую сумму задолженности по обязательным платежам в размере 26 млн. руб. 

В данном случае суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу о том, что на момент выдачи займов и заключения договоров аренды с ООО ПСФ "Спецфундаментстрой", ФИО2 не мог не знать о том, что должник имеет кризисное состояние.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае финансирование оформлено договорами займа и договорами аренды недвижимого имущества, чтобы в случае неудачной реализации антикризисных мер формально иметь возможность удовлетворить свои требования по возврату денежных средств наравне с прочими кредиторами.

Аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного суда Российской Федерации от 08.05.2020 по делу № 309-ЭС19-22955(2).

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции. Предъявляя требование к должнику, как к заемщику по обязательству, заявитель действует с нарушением запрета, предусмотренного статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является основанием для отказа ему в правовой защите.

В рассматриваемом случае судебная коллегия полагает, что действия                  ФИО2 и ООО ПСФ "Инициатива", выразившиеся в наращивании задолженности по договорам займа, нарушают принцип добросовестного осуществления гражданских прав, направлены исключительно на причинение вреда кредиторам и установление контроля за процедурой банкротства должника.

Так, указанные договоры были заключены с целью создания кредиторской задолженности у должника. В результате их заключения размер кредиторской задолженности ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" значительно увеличился (без предоставления соответствующего встречного исполнения), что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности в действиях контрагентов.

Действия заинтересованных лиц в преддверии банкротства должника были направлены на получение денежных средств из конкурсной массы, а также преследовали цель оказать существенное влияние на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и, соответственно, на ход дела о несостоятельности ООО ПСФ "Спецфундаментстрой".

С учетом экономического положения должника из изложенного следует, что, заключая договоры займа, аффилированный кредитор сознавал, что данный заем является нереальным к возврату, то есть сделка не может быть расценена, как совершенная в обычных условиях оборота.

Судебная коллегия приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежит применению правовая позиция, изложенная в пункте 3.1. Обзора от 29.01.2020, в соответствии с которой требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Контролирующее должника лицо, обладающее по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами и т.д., не представило документы, которые устранили все разумные сомнения относительно компенсационной природы финансирования.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в данном конкретном обособленном споре требования кредитора следует признать обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, определение суда, пересмотренное в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным и обоснованным (пункт 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции").

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2021 по делу № А32-47889/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

 

Председательствующий                                                           Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

                                                                                                        Г.А. Сурмалян