АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-24748/2017

Дело № А65-25925/2016

г. Казань

26 сентября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 сентября 2017 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Ивановой А.Г., Минеевой А.А.,

при участии:

конкурсного управляющего ФИО1,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «КЛЕОН» – ФИО2, доверенность от 01.09.2017,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 02.11.2016,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Клеон»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 (судья Гарапшина Н.Д.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2017 (председательствующий судья Александров А.И., судьи Радушева О.Н., Серова Е.А.)

по делу № А65-25925/2016

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Клеон» о включении требования в размере 3 070 000 руб. долга, 113 573,22 руб. процентов в реестр требований кредиторов должника, по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.11.2016 принято к производству заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал» (далее – ООО «Клеон Медикал»).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1. 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 18.01.2017 поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Клеон» (далее – ООО «Клеон») о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 3 070 000 руб. долга, 113 573,22 руб. процентов, возникших из обязательств должника по договору аренды оборудования с правом выкупа №А20/13 от 29.10.2014.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 отказано в удовлетворении требования ООО «Клеон» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Клеон Медикал» в размере 3 070 000 руб. долга, 113 573,22 руб. процентов.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2017 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Клеон» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2017 отменить и принять по делу новый судебный акт, в котором требование ООО «Клеон» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Клеон Медикал» в размере 3 070 000 руб. долга по договору поручительства от 01.07.2015 № 6 и 113 573,22 руб. процентов удовлетворить в полном объеме.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между третьим лицом ООО «Аки-лизинг-к» (арендодатель) и должником (арендатор) заключен договор №А-20/13 аренды оборудования с правом выкупа от 29.10.2014, согласно которому арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование согласованное сторонами в спецификации (приложение №1) имущество. Арендатор обязуется принять во временное владение и пользование имущество и осуществлять платежи на условиях договора аренды и графика уплаты арендных платежей (приложение №3), а также нести иные обязанности в соответствии с договором аренды. Имущество передается в аренду с правом последующего приобретения его арендатором в собственность на условиях отдельно заключаемого договора купли – продажи, который будет являться неотъемлемой частью договора аренды. Срок аренды начинается с момента подписания акта приема – передачи имущества в аренду и заканчивается 30.11.2016.

В соответствии со спецификацией (приложение №1) должнику передано в аренду три комплекта оборудования по производству гигиенических салфеток, прокладок и впитывающих пеленок, вентиляционная система, винтовой воздушный компрессор. Местом постоянного размещения имущества является: 

<

...> (Киндери), д.3 (приложение №3). Согласно графику уплаты арендных платежей (приложение №2) общая сумма договора составляет 6 400 000 руб.

Дополнительным соглашением №1 от 31.07.2016 договор №А-20/13 от 29.10.2014 расторгнут досрочно. 

По договору купли-продажи №А-20/13-В от 31.07.2016, заключенному между третьим лицом ООО «Аки-лизинг-к» (продавец) и должником (покупатель), продавец передает, а покупатель принимает в собственность вышеуказанное имущество, указанное в приложении №1 к договору №А-20/13 аренды оборудования с правом выкупа от 29.10.2014. Цена имущества составляет 2 536 000 руб. Имущество передано должнику по акту приема – передачи №1 от 31.07.2016.

Судом первой инстанции указано, что на дату досрочного расторжения договора №А-20/13 от 29.10.2014 должник имел признаки неплатежеспособности. Так, решением Приволжского районного суда г. Казани от 04.07.2016 по делу №2-5971/16 с должника в пользу заявителя по делу о банкротстве ФИО3 взыскано 1 700 000 руб. долга, 14 219,80 руб. процентов за пользование займом, 22 951,42 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, возникших из обязательств должника по договору займа от 01.11.2014, которым денежные средства были предоставлены сроком на год. Из содержания данного решения, копия которого имеется в материалах настоящего дела, следует, что судебное разбирательство между сторонами началось не позже марта 2016 г.

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору №А-20/13 от 29.10.2014 между третьим лицом ООО «Аки-лизинг-к» и кредитором (поручитель) заключался договор поручительства №6 от 01.07.2015, по условиям которого поручитель принял на себя солидарную ответственность перед арендодателем за надлежащее исполнение арендатором своих обязательств согласно приложению №2 (график уплаты арендных платежей) в сумме 6 400 000 руб.

29.10.2014 между третьим лицом ООО «Аки-лизинг-к» и ООО «Медицинская компания «Камелот», ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7 также были заключены договоры поручительства, по условиям которых последние приняли на себя солидарную ответственность по тому же договору лизинга.

Во исполнение условий договора поручительства №6 от 01.07.2015 кредитором третьему лицу ООО «Аки-лизинг-к» перечислены денежные средства в общей сумме 3 070 000 руб. по платежным поручениям №80 от 19.11.2015, №96 от 09.12.2015, №106 от 22.12.2015, №10 от 20.01.2016, №33 от 25.02.2016, №75 от 08.04.2016, №79 от 11.04.2016, №80 от 13.04.2016, №82 от 15.04.2016, №91 от 27.04.2016, №94 от 28.04.2016, №118 от 31.05.2016, №139 от 17.06.2016, №153 от 24.06.2016, №174 от 29.07.2016, №187 от 02.08.2016.

Установленные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к выводу о том, что должник имел возможность в самостоятельном порядке исполнять обязательства по договору №А-20/13 от 29.10.2014.

Судом первой инстанции указано, что за период с 08.04.2015 по 01.11.2016 должник перечислил кредитору денежные средства в размере 3 755 228 руб. с указанием в назначении платежей на оплату по иному договору №1 от 01.04.2015 за аренду помещения, что свидетельствует об отсутствии у ООО «Клеон Медикал» финансовых трудностей и наличии денежных средств.

В материалах дела имеется копия договора аренды здания №01 от 01.04.2015, заключенного между кредитором (арендодатель) и должником (арендатор), согласно которому кредитор предоставляет должнику за плату во временное владение и пользование здания под осуществление производства. Объект аренды расположен по адресу: 

<

...> (Киндери), д. 3. Характеристика объекта: ангар, назначение: нежилое, 2- этажный, общая площадь 800,3 кв.м. В аренду сдается 650 кв.м данного помещения. Арендная плата по договору составляет 175 000 руб.

ООО «Клеон» же арендовал данное здание полностью, общей площадью 800,3 кв.м, на основании договора аренды №03-15 от 01.04.2015, заключенного с третьим лицом ООО «Автогруз», с арендной платой в размере 125 000 руб. В последующем между кредитором и ООО «Автогруз» был перезаключен договор аренды №05-16 от 01.03.2016, по которому размер арендной платы был увеличен и составил 137 500 руб. 

При этом, ранее ООО «Автогруз» сдавал этот же объект недвижимости в аренду ООО «Клеон Медикал» по договору аренды здания №2 от 14.11.2014, согласно условиям которого арендная плата за пользование составляла меньшую сумму – 125 000 руб. 

Соглашением №1 от 31.03.2015 указанный договор аренды расторгнут по обоюдному соглашению между ООО «Клеон Медикал» и ООО «Автогруз» и на следующий день заключен с ООО «Клеон» (договор №05-16 от 01.03.2016).

С учетом имеющихся в материалах дела выписок из ЕГРЮЛ в отношении кредитора и должника, согласно которым одним из участников должника и учредителем кредитора является ФИО6, судом первой инстанции сделан вывод о том, что данное обстоятельство свидетельствует о заинтересованности кредитора по отношению к должнику в соответствии со статьей 19 Федерального закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закон о банкротстве).

Судом первой инстанции установлено, что претензии ООО «Аки-лизинг-к» об уплате задолженности по договору №А-20/13 от 29.10.2014 датированы 27.04.2016, 03.06.2016, то есть после заключения между кредитором и должником аренды здания №01 от 01.04.2015 и в момент наличия спора в Приволжском районном суде г. Казани. Кредитор начал перечислять денежные средства третьему лицу за должника с ноября 2015 в отсутствие какой – либо просрочки по уплате со стороны должника.

Из содержания письма ООО «Аки-лизинг-к» от 06.06.2016 следует, что им дан ответ на запрос ООО «Клеон» (поручителя по договору) о предоставлении информации об исполнении договора, то есть инициатором оплаты по договору лизинга выступает не должник, а ООО «Клеон».

Судом первой инстанции указано, что расторжение договора аренды между собственником арендуемого имущества и должником, последующее заключение договора субаренды с кредитором на аренду того же имущества, но меньшей площади и с большей арендной платой не является обоснованным и экономически целесообразным для должника при том, что кредитор заключил данный договор с собственником на тех же условиях, как по ранее действовавшему договору с должником.

В то же время, денежные средства на арендную плату могли пойти на погашение арендных платежей перед ООО «Аки-лизинг-к», которые за должника осуществлял кредитор, что привело к увеличению кредиторской задолженности должника и, соответственно, направлено на нарушение прав и законных интересов его кредиторов, поскольку в результате кредитор может не только влиять на процедуру банкротства должника, но получить удовлетворение своего требования. Установление завышенного размера арендной платы при наличии иных обязательств по договору лизинга не соответствует критериям разумности и добросовестности.

Судом первой инстанции установлено, что анализ расчетного счета свидетельствует о том, что должник в 2016 г. перечислений за оборудование, приобретенное у ООО «Аки-лизинг-к», не осуществлял, поступившие на расчетный счет денежные средства, в основном, перечислялись должником в адрес ООО «Клеон» с назначением платежа «по договору №1 от 01.04.2015». Из акта налоговой проверки №1664 от 08.02.2017 следует, что у ООО «Клеон Медикал» отсутствует регистрационное удостоверение и иная документация, подтверждающая право на производство продукции на приобретенном лизинговом оборудовании. В свою очередь, у ООО «Клеон» имеется такая документация. Таким образом, ООО «Клеон Медикал» были проведены операции по приобретению товаров и услуг, которые не были им использованы и не обусловлены разумными экономическими причинами.

Суд первой инстанции, отказывая во включении в реестр требований кредиторов должника исходил из того, что в данном случае необходимость заключения договора поручительства не была связана с хозяйственной деятельностью должника, не принесла выгоду в хозяйственной деятельности, не имела экономического смысла, а, напротив, привели к увеличению обязательств должника при наличии неисполненного должником решения суда перед заявителем по делу.

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в определении суда первой инстанции и постановлении апелляционной инстанции, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

С учетом особенностей установления требования кредитора в процедуре наблюдения, предусмотренных статьей 71 Закона о банкротстве, суд рассматривает обоснованность указанного требования, давая оценку подтверждающим документам, а также поступившим возражениям других лиц.

Из разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, с учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Согласно пункту 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника (часть 1 статьи 365 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» следует, что на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. 

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права, судами первой и апелляционной инстанций сделан правомерный вывод об отказе в удовлетворении требования ООО «Клеон» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Клеон Медикал» в размере 3 070 000 руб. долга, 113 573,22 руб. процентов.

Кроме того, действия кредитора по перечислению денежных средств как поручителя фактически были направлены на выкуп отдельных прав к должнику. По сути, кредитор использовал институт, закрепленный в статье 365 ГК РФ, не в соответствии с его назначением. Подобное поведение участников гражданского оборота, фактически направленное на создание искусственной задолженности, представляет собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находится в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права.

Поведение кредитора в рассматриваемом случае является недобросовестным, направленным на злоупотребление правом, что установлено в результате исследования расчетного счета должника и договоров аренды.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судом первой и апелляционной инстанции на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов не свидетельствует о нарушении норм материального и процессуального права.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2017 по делу № А65-25925/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяА.Р. Кашапов 

СудьиА.Г. Иванова 

А.А. Минеева