РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-129730/22-122-909

26 сентября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 20 сентября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 26 сентября 2022 года

Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «Водоканал»

к УФАС по Московской области

третье лицо: ООО «Диамед»

о признании незаконным решения от 23.03.2022г. №050/07/223-10032/2022

при участии: 

от заявителя – ФИО2 (военный билет, дов. от 17.03.2022г., диплом.)

от ответчика – ФИО3 (паспорт, диплом, дов. от 24.08.2021г.)

от третьих лиц – не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Водоканал» (Заявитель, организатор закупки, ООО «Водоканал») обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского областного УФАС России от 23.03.2022 по делу № 050/07/223-10032/2022 по жалобе на нарушения при организации и проведении торгов, а также порядка заключения договоров.

 К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Диамед»  (Третье лицо, общество).

 Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам заявления, сославшись на недоказанность выводов административного органа об ограничении конкуренции в рамках проведенной ООО «Водоканал» закупочной процедуры, поскольку требование о необходимости осуществления доставки сотрудников общества к месту прохождения медицинского осмотра было направлено на соблюдение прав и законных интересов таких сотрудников, в одинаковой степени предъявлялось ко всем участникам закупки и способствовало уравниванию условий участия в закупке в отношении всех ее потенциальных участников. Кроме того, как указал в судебном заседании представитель Заявителя, предъявленное обществом спорное требование не могло привести к ограничению конкуренции, поскольку не являлось основанием к отклонению поданных заявок. Помимо прочего, общество также настаивает на немотивированности оспоренного по делу решения и недоказанности контрольным органом вмененного Заявителю нарушения. При указанных обстоятельствах представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении. 

 Представитель Ответчика в судебном заседании заявленные требования не признала, возражала против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что вмененное Заявителю нарушение законодательства о закупках заключается в необоснованном предъявлении обществом к участникам закупки изначально неравных требований к порядку оказания услуг, что способствует преимущественному положению одних участников закупки перед другими и, как следствие, может привести к ограничению их количества.  При таких данных представитель контрольного органа в судебном заседании настаивала на законности и обоснованности вынесенного по делу ненормативного правового акта и, как следствие, просила суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

 Представитель Третьего лица – ООО «Диамед», будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ввиду чего дело рассмотрено в его отсутствие на основании ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

 Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

 В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

 По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

 Как следует из материалов дела и установлено судом, Заявителем объявлено о проведении запроса котировок в электронной форме на оказание услуг по проведению обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников ООО «Водоканал» (реестровый номер закупки 32211204341).

 В соответствии с п. 1 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках в документации о конкурентной закупке должны быть указаны требования к безопасности, качеству, техническим характеристикам, функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, работы, услуги, к размерам, упаковке, отгрузке товара, к результатам работы, установленные заказчиком и предусмотренные техническими регламентами в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, документами, разрабатываемыми и применяемыми в национальной системе стандартизации, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, иные требования, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика.

 Согласно п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках в документации о закупке должны быть указаны место, условия и сроки (периоды) поставки товара, выполнения работы, оказания услуги.

 Во исполнение требований приведенной нормы права Заявителем разработана и утверждена закупочная документация, в соответствии с которой (п. 6 Технического задания) к исполнителю по договору предъявляются следующие требования: место проведения обязательных первичных и периодических медицинских осмотров — специально оборудованное лицензированное помещение «Исполнителя». Если осмотр осуществляется за пределами г. Ивантеевка Московской области — доставка сотрудников ООО «Водоканал» к месту осмотра и обратно до адреса заказчика осуществляется силами и средствами исполнителя. Место забора и возвращения сотрудников ООО «Водоканал» к месту осмотра и обратно - по адресу нахождения Заказчика: 

<

...>. Минимальное количество сотрудников, которое гарантирует Заказчик в одной группе осматриваемых - от 1 человека.

Не согласившись с данными требованиями закупочной документации, полагая приведенные требования немотивированными и необоснованно ограничивающими количество участников закупочной процедуры, Третье лицо – ООО «Диамед» обратилось в антимонопольный орган с жалобой на положения закупочной документации.

Оспариваемым решением административный орган признал поданную жалобу обоснованной, а в действиях ООО «Водоканал» установил нарушение требований п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках ввиду предъявления Заявителем к участникам закупки требований, объективно неравных уже на первоначальном этапе закупочной процедуры, что свидетельствует о дискриминации участников закупки, находящихся в территориальной отдаленности от заказчика, и, как следствие, может обусловить безосновательное ограничение их количества. На основании решения Заявителю антимонопольным органом выдано обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений путем корректировки закупочной документации в соответствии с выводами оспоренного по настоящему делу решения.

 Не согласившись с выводами и требованиями антимонопольного органа, изложенными в оспариваемом решении, полагая собственные действия по предъявлению в закупочной документации спорных требований — не противоречащими требованиям Положения о закупках, саму закупочную документацию — соответствующей требованиям действующего законодательства Российской Федерации о закупках, а выводы антимонопольного органа об обратном – противоречащими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в суд с требованием о признании оспариваемого ненормативного правового акта незаконным.

 Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

 В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 1 Закона о закупках устанавливаются общие требования и принципы закупки товаров, работ, услуг и основные требования к закупке товаров, работ, услуг, в том числе, организациями, осуществляющими регулируемые виды деятельности в сфере водоснабжения, к числу которых отнесен и Заявитель, а потому применение положений Закона о закупках являлось для него в настоящем случае обязательным.

 Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, ст. 17, ч. 1 ст. 18.1, п. 3.1 ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 26.07.2006    № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (Закон о защите конкуренции), п. 5.3.2.8 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331.

 В соответствии с п. 1 ч. 10 и ч. 13 ст. 3 Закона о закупках в антимонопольном органе в порядке, установленном ст. 18.1 Закона о защите конкуренции, может быть обжаловано осуществление заказчиком закупки с нарушением требований настоящего Федерального закона и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика. При этом, рассмотрение жалобы в антимонопольном органе ограничивается исключительно доводами, содержащимися в жалобе.

 В силу ч. 11 ст. 3 Закона о закупках в случае, если обжалуемые действия (бездействие) совершены заказчиком, комиссией по осуществлению закупок, оператором электронной площадки после окончания установленного в документации о конкурентной закупке срока подачи заявок на участие в закупке, обжалование таких действий (бездействия) может осуществляться только участником закупки, подавшим заявку на участие в закупке.

При этом, одним из процессуальных поводов для обращения с жалобой в антимонопольный орган является осуществление заказчиком закупки с нарушением требований Закона о закупках и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика (п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках).

 К числу основных принципов закупочной деятельности Закон относит информационную открытость закупки, равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки, целевое и экономически эффективное расходование денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализацию мер, направленных на сокращение издержек заказчика, отсутствие ограничения допуска к участию в закупке путем установления неизмеряемых требований к участникам закупки (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

 Соблюдение заказчиком основных принципов Закона о закупках предполагает неукоснительное соблюдение прав участников в любой сфере правоотношений, в том числе при формировании документации, при допуске заявок, при их оценке, при заключении договора.

 В этой связи предметом обжалования в антимонопольном органе, помимо случаев, предусмотренных п. п. 1-6 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, могут являться любые отступления заказчика (организатора закупки) от установленных законом принципов закупочной деятельности, то есть, по существу такие действия, которые осуществлены вразрез с целями и положениями Закона о закупках и нарушают права участника.

 Соответственно, антимонопольный орган вправе установить в действиях заказчика любые нарушения, связанные с отступлением от вышеуказанных принципов.

 В рассматриваемом случае общество «Диамед» ставило вопрос о неправомерности предъявления Заявителем неравных требований к участникам закупки, связанных с необходимостью осуществления доставки сотрудников Заявителя к месту проведения медицинских осмотров, поскольку медицинские организации, находящиеся на территории города Ивантеевка, оказываются в преимущественном положении по сравнению с организациями, находящимися за ее пределами, ввиду отсутствия у них обязанности по осуществлению доставки сотрудников заказчика к месту проведения медицинских осмотров.

 Оценивая содержание жалобы, суд признает ее полностью соответствующей требованиям п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, поскольку эта жалоба была посвящена проведению Заявителем своей закупочной процедуры вразрез с требованиями действующего законодательства о закупках, ввиду чего у антимонопольного органа в настоящем случае отсутствовали правовые основания отказывать обществу «Диамед» в принятии и рассмотрении поданной им жалобы.

 Оценивая же выявленные антимонопольным органом по результатам ее рассмотрения нарушения, суд признает их полностью соотносимыми как с положениями п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, так и с доводами самой жалобы, ввиду чего полагает, что при вынесении оспоренного по делу ненормативного правового акта контрольный орган действовал строго в рамках предоставленных ему полномочий и не вышел за пределы доводов поданной жалобы. Указанные обстоятельства Заявителем в настоящем случае не оспариваются (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

 Вместе с тем, удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с доводами Заявителя об отсутствии в его действиях нарушения законодательства о закупках и недоказанности административным органом факта ограничения (хотя бы гипотетического) спорными требованиями организатора закупки количества ее участников.

 Так, претензии к закупочной документации Заявителя со стороны контрольного органа заключаются в требованиях указанной документации о необходимости осуществления доставки сотрудников общества к месту проведения медицинских осмотров в случае оказания соответствующих услуг за пределами города Ивантеевка Московской области.

 Обосновывая собственные выводы о незаконности подобного требования, Ответчик в оспариваемом решении, а также в представленном отзыве ссылается на ограничивающий характер подобного требования, поскольку предъявление спорного требования может привести к ограничению количества участников закупки и способствует отказу лицами, находящимися в территориальной отдаленности от Заявителя, от участия в закупочной процедуре вследствие изначально неравных стартовых условий закупки и необходимости несения дополнительных расходов, связанных с последующим исполнением договора.

 В этой связи административный орган вменил Заявителю нарушение требований п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках Закона о закупках.

 Между тем, суд отмечает, что вмененное Ответчиком организатору закупки нарушение носит оценочный характер, и полагает, что административным органом в настоящем случае не доказано наличие в действиях Заявителя такого нарушения.

 Так, при оценке приведенных Заявителем в указанной части доводов, суд принимает во внимание позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в п. 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Закона о закупках (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2018), согласно которой уменьшение числа участников закупки в результате предъявления к ним требований само по себе не является нарушением принципа равноправия, если такие требования предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения победителем закупки своих обязательств и не направлены на установление преимуществ отдельным лицам либо на необоснованное ограничение конкуренции. 

 При этом, как отмечено в том же пункте Обзора, Закон о закупках не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора. Иное противоречило бы принципу целевого и экономически эффективного расходования денежных средств, сокращения издержек заказчика, закрепленному п. 3 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках и предполагающему наличие у заказчика права на установление в закупочной документации способствующих тому требований к участникам закупки. 

 Сама по себе невозможность участия в закупке отдельных хозяйствующих субъектов, не отвечающих предъявленным заказчиком требованиям, также не означает, что действия заказчика повлекли необоснованное ограничение конкуренции. 

 Кроме того, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2022 № 305-ЭС21-21513, Законом о закупках в целях обеспечения единства экономического пространства, создания условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в ч. 2 ст. 1 Закона, в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективного использования денежных средств, расширения возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ и услуг для нужд заказчиков и стимулирования такого участия, развития добросовестной конкуренции, обеспечения гласности и прозрачности закупки, предотвращения коррупции и других злоупотреблений установлены общие принципы и основные требования к закупке товаров, работ, услуг (ч. 1 ст. 1 Закона о закупках).

 Основным документом, регламентирующим закупочную деятельность заказчика, является положение о закупке, которое должно содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения (ч. 2 ст. 2 Закона о закупках). 

 В силу ч. 1 ст. 3 Закона о закупках к принципам, которыми должны руководствоваться заказчики при закупке товаров, работ, услуг, включая разработку положения о закупке, в частности, относятся равноправие (отсутствие дискриминации) участников закупки и недопустимость необоснованного ограничения конкуренции (пункт 2); целевое и экономически эффективное расходование денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализация мер, направленных на сокращение издержек заказчика (пункт 3). 

 Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности, установив при необходимости дополнительные требования к участникам закупки. 

 Данное право согласуется с целями и задачами Закона о закупках, направленного в первую очередь на выявление в результате закупочных процедур лица, исполнение контракта которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, удовлетворения потребности заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2021 № 305-ЭС21-5801, от 27.04.2021 № 305-ЭС20-24221, от 23.04.2021 № 307-ЭС20-21065, от 31.07.2017 № 305-КГ17-2243, от 20.07.2017 № 305-КГ17-3423). 

 При этом Закон о закупках не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора. 

 В силу принципа равноправия недопустимым является предъявление различных требований к участникам закупки, находящимся в одинаковом положении, в отсутствие к тому причин объективного и разумного характера. 

 Исходя из этого, само по себе уменьшение числа участников закупки в результате предъявления к ним требований не является нарушением принципа равноправия, если такие требования предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения победителем закупки своих обязательств и не направлены на установление преимуществ отдельным лицам либо на необоснованное ограничение конкуренции. 

 В свою очередь, принцип недопустимости необоснованного ограничения конкуренции ограничивает заказчика в установлении таких условий закупки, которые способны приводить к заведомой для него монополизации рынка, то есть создают возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке самого заказчика или на смежных рынках, вызывая сокращение числа хозяйствующих субъектов на них (п.17 ст. 4 Закона о защите конкуренции «О защите конкуренции»). 

 Приведенные правовые позиции, позволяя определить круг правомерных действий заказчика при установлении в документации о закупке, проводимой по правилам Закона о закупках, требований к участникам, отличающихся достаточной степенью строгости, указывают также на обстоятельства, наличие которых является индикатором нарушения принципов, предусмотренных п. 2 ч. 1 ст. 3 указанного Закона, и которые подлежат выяснению антимонопольным органом, а впоследствии судом в целях выявления в действиях заказчика данного нарушения. 

 Такие обстоятельства подразумевают фактическое, а не мнимое предоставление преимущественных условий участия в закупке для отдельных хозяйствующих субъектов, ограничение возможности участия наибольшего числа конкурентов в целях обеспечения победы в закупке данных хозяйствующих субъектов. 

 При этом целесообразность введения повышенных требований к участникам, включая требования к опыту и квалификации, не может выступать в качестве самостоятельного предмета оценки в отрыве от вышеуказанных обстоятельств, если только антимонопольным органом не будет доказано, что проведение закупки на таких условиях влечет за собой наступление несоизмеримых неблагоприятных последствий для конкуренции на том или ином рынке, либо в конкретном случае цели обеспечения неравноправного участия хозяйствующих субъектов в закупке превалировали над целями эффективной хозяйственной деятельности заказчика. 

 Между тем, как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае административным органом не доказано обстоятельств, свидетельствующих о том, что при формировании указанных положений закупочной документации Заявителем созданы условия, при которых хозяйствующий субъект или несколько хозяйствующих субъектов поставлены в неравное положение по сравнению с другим хозяйствующим субъектом или другими хозяйствующими субъектами, либо что рассматриваемые условия были включены в документацию о закупке в интересах определенного хозяйствующего субъекта.

 Так, в обоснование сделанных в оспариваемом решении выводов контрольный орган указывает, что предъявление требования об осуществлении доставки сотрудников Заявителя к месту проведения медицинских осмотров за пределы города Ивантеевка Московской области создает необоснованные преимущества лицам, находящимся в территориальной близости от организатора закупки, поскольку необходимость в осуществлении доставки в пределах указанного города, согласно условиям документации, отсутствует.

 Между тем, как указывает Заявитель, установление им спорного требования вызвано спецификой предмета закупки — оказание медицинских осмотров сотрудников, проживающих на территории города Ивантеевка и обладающих возможностью самостоятельно добраться до соответствующего медицинского учреждения. При этом, требование об осуществлении доставки сотрудников предъявлено ко всем хозяйствующим субъектам, расположенным за пределами указанного населенного пункта, в целях обеспечения возможности централизованного сбора и доставки сотрудников.

 В то же время, как явствует из текста оспоренного по настоящему делу решения, указанные доводы организатора закупки контрольным органом не опровергнуты, какой-либо оценки приведенным доводам не дано.

 Кроме того, при оценке приведенных заинтересованным лицом доводов суд также считает необходимым отметить, что какого-либо ограничения по территориальной расположенности медицинских учреждений в пределах одного населенного пункта либо района такого населенного пункта Заявителем в настоящем случае не установлено. Наоборот, исходя из условий закупочной документации, ООО «Водоканал» расширило круг потенциальных участников закупки любыми медицинскими учреждениями, обладающими соответствующими разрешительными документами, компенсируя возможные неблагоприятные последствия для своих сотрудников от дальней территориальной расположенности выбранного им в ходе закупки учреждения возложением на последнего обязанности обеспечить доставку указанных сотрудников в место проведения медицинских осмотров. При этом, оценить указанные действия организатора закупки в качестве безосновательного ограничения конкуренции не представляется возможным, поскольку в силу ч. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) предпринимательская деятельность осуществляется хозяйствующими субъектами на свой риск и под свою ответственность, а потому в случае дальнего расположения по отношению к организатору закупки участники публичной процедуры могут включить в состав своего ценового предложения расходы на перевозку сотрудников Заявителя и принять участие в закупочной процедуре. Гипотетический же отказ таких участников от подачи своих заявок на участие в закупке не может в настоящем случае рассматриваться в качестве необоснованного ограничения конкуренции, как безосновательно настаивает контрольный орган.

 В судебном заседании представитель заинтересованного лица настаивала на необходимости указания организатором закупки в своей документации на предъявление спорного требования ко всем участникам процедуры в целях соблюдения принципов равноправия и справедливости. Между тем, оценивая приведенный антимонопольным органом довод, суд отмечает, что формальное указание организатором закупки такого требования в своей документации правового значения не имеет и на состояние конкуренции на рынке не влияет, поскольку фактически услуги по доставке сотрудников Заявителя в соответствующее медицинское учреждение на территории города Ивантеевка оказываться не будут ввиду отсутствия такой необходимости. В то же время, реакции со стороны антимонопольного органа требуют именно нарушения, приводящие к безосновательному предоставлению преимуществ либо ограничению количества участников закупки, в то время как в настоящем случае притязания административного органа сведены исключительно к необходимости соответствующего указания в закупочной документации без реализации данного требования в ходе исполнения договора.

 Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи, по мнению суда, свидетельствуют о недоказанности административным органом факта допущенного организатором закупки нарушения в виде безосновательного ограничения конкуренции в ходе проведения рассматриваемой закупочной процедуры.

 Кроме того, кому именно в настоящем случае были предоставлены необоснованные преимущества участия в закупочной процедуре или кто из хозяйствующих субъектов был в настоящем случае ограничен в возможности участия в закупке административным органом не указано. При этом, исходя из текста оспоренного по настоящему делу решения следует, что указанные обстоятельства контрольным органом не исследовались и не выяснялись, а все сделанные антимонопольным органом в настоящем случае выводы носят исключительно вероятностный и предположительный характер и не имеют под собой документального подтверждения, что, однако же, не является основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

  При таких данных суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на выборочной оценке контрольным органом фактических обстоятельств дела и поверхностном их изучении, а также не соответствующим критериям полноты, мотивированности и обоснованности принятого решения и сделанных административным органом в указанном решении выводов, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

 В этой связи, оценивая действия организатора закупки на предмет соблюдения требований Закона о закупках, а также требований закупочной документации, суд в настоящем случае не находит оснований для выводов о наличии в действиях Заявителя нарушений при формировании им своей закупочной документации.

 При таких данных, учитывая позицию Верховного Суда Российской Федерации по вопросу допустимости установления организатором закупки повышенных требований к ее участникам в целях получения дополнительных гарантий надлежащего исполнения условий договора и недоказанность со стороны административного органа дискриминационного и ограничивающего характера такого требования суд не находит оснований для признания оспариваемого ненормативного правового акта законным и обоснованным.

 Кроме того, формулируя итоговый вывод о незаконности оспоренного по настоящему делу решения контрольного органа, суд соглашается с позицией Заявителя о недоказанности антимонопольным органом вмененного обществу нарушения в определенной заинтересованным лицом квалификации.

 Так, согласно резолютивной части оспоренного по делу решения, антимонопольный орган вменил Заявителю нарушение требований п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках, согласно которой в закупочной документации должны быть указаны место, условия и сроки (периоды) поставки товара, выполнения работы, оказания услуги.

 В то же время, оценивая содержание закупочной документации Заявителя (извещение о проведении закупки, информационная карта запроса котировок, техническое задание), суд признает, что все перечисленные в указанной норме права сведения были исчерпывающе отражены в закупочной документации Заявителя. Каких именно сведений не хватило в настоящем случае административному органу и какова объективная сторона именно вмененного им организатору закупки нарушения, в оспариваемом решении также не указано, что уже является самостоятельным и безусловным основанием к удовлетворению заявленного требования, поскольку правильность данной квалификации (п. 4 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках) заинтересованным лицом в настоящем случае не доказана.

 При таких данных, выводы и требования антимонопольного органа, изложенные в оспариваемых ненормативных правовых актах, суд признает ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Заявителя имелись правовые основания к установлению спорного требования, а у Ответчика, в свою очередь, наоборот, не имелось никаких правовых и фактических оснований запрещать организатору закупки их установление.

 Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

 Судом проверены все доводы Ответчика, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. 

 Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

 В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

 Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подп. 1.1 п. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со ст. 110 Кодекса.

 Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Ответчика. 

 На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение Московского областного УФАС России от 23.03.2022 г.  по делу  № 050/07/223-10032/2022.

Взыскать с УФАС по Московской области в пользу ООО «Водоканал» расходы на оплату госпошлины в размере 3000 рублей.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья      Н.Е. Девицкая