ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

30.05.2024

Дело № А41-78469/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 30  мая 2024 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Савиной О.Н., Паньковой Н.М.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АО «Русстройбанк»: ФИО1 по дов. От 20.12.2023

от ИП ФИО2: лично, паспорт

от конкурсного управляющего «Жилстройинвест»: ФИО3 лично, паспорт

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО4, ИП ФИО2

на определение от 30.10.2023

Арбитражного суда Московской области

на постановление от 26.02.2024

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявление конкурсного управляющего к ФИО4, ИП

ФИО2 о взыскании убытков в размере 30 000 000

рублей,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилстройинвест»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 09.04.2018 по делу № А41-78469/17 общество с ограниченной ответственностью «ЖилСтройИнвест» (далее - Должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении Общества введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просил взыскать солидарно с ФИО4, ИП ФИО2 в пользу ООО «Жилстройинвест» убытки в размере 30 000 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.10.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024, удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «ЖилСтройИнвест» ФИО3 о солидарном взыскании убытков в размере 30 000 000 руб. с ФИО4 и индивидуального предпринимателя ФИО2.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО4  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной отменить в части взыскания убытков с ФИО4 

Заявитель кассационной жалобы ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что договор с ИП ФИО2 был подписан по указанию должностных лиц АО "Русский Строительный Банк", денежные средства ИП ФИО2 также переводились силами «теневой» бухгалтерии АО "Русский Строительный Банк", а не ФИО4; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.04.2023г. по делу № А41-78469/2017 конкурсному управляющему было отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по причине отсутствия у ФИО4 возможности контролировать деятельность должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной отменить, направить дело на новое рассмотрение в соответствующий суд.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что судом нарушен принцип состязательности сторон, закрепленный ст. 9 АПК РФ; судами не устанавливалась аффилированность между ИП ФИО2, покупателем и продавцом; суды за счет разрешения спора о взыскании убытков фактически предрешили судьбу иного обособленного спора - о признании сделки недействительной; в основу доказательств по спору судами положены выводы другого суда в другом деле о банкротстве, ошибочно сделан вывод об отсутствии необходимости доказывать недобросовестность ответчика в настоящем споре о взыскании убытков по действительной сделке; судами неверно установлено течение срока исковой давности.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 15 мая 2024 года объявлялся перерыв до 16 часов 00 минут 22 мая 2024 года, о чем сделано публичное извещение в сети Интернет на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru.

До судебного заседания от конкурсного управляющего ООО «ЖилСтройИнвест» ФИО3 поступили отзывы на кассационные жалобы, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель ИП ФИО2 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал; представитель конкурсного управляющего ООО «ЖилСтройИнвест» ФИО3 в отношении удовлетворения кассационных жалоб возражал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами,  между ООО «Жилстройинвест» в лице генерального директора ФИО4 и ИП ФИО2 заключен договор на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ.

В соответствии с пунктом 1.1 договора, ООО «Жилстройинвест» поручило ИП ФИО2 совершать действия, необходимые для приобретения и подготовки объектов к продаже (в том числе услуги по привлечению средств, риэлтерские услуги, работы по дренажу, планировке земельного участка, проектные работы, разработка бизнес-плана и тактико-экономических показателей) и поиска клиентов.

Пунктом 4.1 договора установлено, что размер вознаграждения исполнителя составляет 11.11% от цены контракта. 

Согласно акту оказанных услуг от 03.02.2015 № 1, вознаграждение ИП ФИО2 составило 30 000 000 рублей.

Конкурсный управляющий полагая, что в результате заключения указанной сделки должнику причинены убытки, обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем доказана совокупность условий для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков. 

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Пунктами 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве установлено, что в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Ответственность, установленная приведенной правовой нормой, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Статьей 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьями 1064, 1082 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Для наступления ответственности, установленной правилами названных статей, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей, (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер причиненных убытков.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывалось ранее,, между АО «Русстройбанк» и ООО «Жилстройинвест» в лице генерального директора ФИО4 заключен кредитный договор от 03.10.2013 № 17113, по условиям которого банк выдал заемщику денежные средства в размере 96 528 000 рублей.

29.01.2015 между АО «Русстройбанк» и ООО «Жилстройинвест» в лице генерального директора ФИО4 заключен кредитный договор от 29.01.2015 № 0415, по условиям которого банк выдал заемщику денежные средства в размере 300 000 000 рублей.

Согласно пункту 3.2. кредитного договора целевым назначением кредита является покупка земельного участка, общей площадью 48 860 кв.м., расположенного по адресу: Московская область, Истринский район, Павло-Слободский с/о., участок примерно в 400 м. на запад от д. Исаково, кадастровый номер: 50:08:0050253:7 для реализации инвестиционного проекта под жилищную застройку.

Кредит предоставлен срок до 26.01.2018.

26.01.2015 между ООО «Жилстройинвест» в лице генерального директора ФИО4 и ИП ФИО2 был заключен договор на оказание услуг от № А-1/РСИ.

В соответствии с пунктом 1.1 договора, ООО «Жилстройинвест» поручило ИП ФИО2 совершать действия, необходимые для приобретения и подготовки объектов к продаже (в том числе услуги по привлечению средств, риэлтерские услуги, работы по дренажу, планировке земельного участка, проектные работы, разработка бизнес-плана и тактико-экономических показателей) и поиска клиентов.

Пунктом 4.1 договора установлено, что размер вознаграждения исполнителя составляет 11.11% от цены контракта.

В последующем между сторонами заключен акт оказанных услуг от 03.02.2015 №1, согласно которому во исполнение договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ ИП

ФИО2 подобран клиент - ЗАО «Русстройинвест» для продажи земельного участка по адресу: Московская область, Истринский район, Павло-Слободский с/о, участок примерно в 400 м. на запад от д. Исаково.

Пунктом 3 акта оказанных услуг установлено, что вознаграждение ИП ФИО2 составило 30 000 000 рублей.

Между ЗАО «Русстройинвест» и ООО «Жилстройинвест» в лице генерального директора ФИО4 заключен договор купли-продажи земельных участков от 29.01.2015 № ДКПЗ - 01/15.

Согласно пункту 1.1 договора, ЗАО «Русстройинвест» передает, а ООО «Жилстройинвест» приобретает в собственность земельный участок площадью 48 860 кв. м., кадастровый номер 50:08:0050253:7, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование; под жилищное строительство, расположенное по адресу: под жилищное строительства, расположенные по адресу: Московская область, Истринский район, Павло-Слободский с/о., участок примерно в 400 м. на запад от д. Исаково.

Таким образом, в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 29.01.2015 № 0415 АО «Русстройбанк» в залог передан вышеуказанный земельный участок.

В дальнейшем в процессе межевания земельный участок разделен на два участка с кадастровыми номерами № 50:08:0050253:1745 и № 50:08:0050253:1746.

03.02.2015 ООО «Жилстройинвест» на расчетный счет ИП ФИО2 перечислены денежные средства в размере 30 000 000 рублей, с указанием назначения платежа: «оплата по акту № 1 от 03.02.2015 за риэлтерские услуги к договору № А-1/РСИ от 26.01.2015».

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ лицо, обратившееся за возмещением убытков, обязано доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Как указали суды, в рассматриваемом случае, обращаясь с заявлением о взыскании убытков, причиненных должнику, конкурсный управляющий должником сослался на недобросовестное поведение ответчиков при заключении договора и наличие аффилированности сторон.

Судами установлена аффилированность ООО «Жилстройинвест» и ЗАО «Русстройинвест» через ООО «Общество Застрахования Капиталовъ и Доходовъ «Жизнь» (ИНН 

<

***>).

Так, ООО «Жилстройинвест» являлось учредителем (участником) ООО «Общество Застрахования Капиталовъ и Доходовъ «Жизнь» с долей 99,50% доли в уставном капитале.

27.12.2011 единственным учредителем (участником) ООО «Общество Застрахования Капиталовъ и Доходовъ «Жизнь» являлся ФИО5 (ИНН 

<

***>), который, в свою очередь, до 11.05.2016 являлся генеральным директором ООО «Жилстройинвест».

Судами сделан вывод о том, что должник имел объективную возможность покупки земельного участка на рыночных условиях с незамедлительной оплатой, что по делу не опровергнуто.

Однако, несмотря на явную недостаточность оборотных средств и получения кредитных средств в 2015 году, система организации бизнеса должника умышленно построена через использование должником посредника (ИП ФИО2) между аффилированными лицами (ООО «Жилстройинвест» между ЗАО «Русстройинвест»).

Кроме того, приобретя в собственность земельный участок у ЗАО «Русстройинвест», ООО «Жилстройинвест» с ЗАО «Русстройинвест» заключил договор аренды (субаренды) от 30.03.2015 земельного участка.

Следовательно, наличие вышеуказанного взаимодействия двух аффилированных компаний (ООО «Жилстройинвест» между ЗАО «Русстройинвест») суд не усмотрел целесообразности заключения договора оказания услуг должником с ИП ФИО2

Суды сделали вывод о том, что в нарушение положений ст.65 АПК РФ ответчиками не приведено каких-либо убедительных доводов о разумности обращения к посреднику ИП ФИО2 и заключения договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ ИП при наличии у ООО «Жилстройинвест» и ЗАО «Русстройинвест» общих экономических связей, равно как и доказательств фактического исполнения договора.

Довод ИП ФИО2 о том, что должник получил встречное исполнение в виде приобретения земельного участка, отклонен судами с указанием на то, что доказательств того, что приобретение должником земельного участка стало возможным в результате активных действий ИП ФИО2 в рамках исполнения договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ не имело реальной цели по оказанию услуг, а имели, в числе прочего, цель создание видимости добросовестности в действиях должника и ответчиков при заключении названной сделки и созданию легитимных оснований для вывода активов на заявленную к взысканию сумму.

Судом сделан вывод о том, что при заключении договора на оказание услуг ответчики действовали с единственной целью - причинить вред ООО «Жилстройинвест».

У ИП ФИО2 изначально отсутствовало намерение исполнить взятые на себя обязательства, что свидетельствуют о недобросовестном поведении и злоупотреблении правом со стороны последнего.

Кроме того, судом установлено, что ИП ФИО2 являлся генеральным директором ООО «2В».

В рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А40-213619/16 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Русстройинвест» судом установлен формальный вывод имущества из собственности должника для внеочередного удовлетворения денежных требований отдельного кредитора, отсутствие доказательств оплаты со стороны ООО «2В». Сделки по перепродаже имущества должника признаны судом притворными, прикрывающими действия должника и ответчика по выводу ликвидного актива должника.

В этой связи сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «2В» возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости.

Таким образом, недобросовестность ИП ФИО2 уже установлена судебным актом в рамках процедуры банкротства ЗАО «Русстройинвест».

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о фактической аффилированности ИП ФИО2 с должником через аффилированного лица ЗАО «Русстройинвест» с должником.

Относительно довода ФИО4 о номинальном характере занимаемой им должности судами установлено следующее.

В период с 01.11.2013 ФИО4 являлся участником общества с ограниченной ответственностью «Жилстройинвест» с долей в размере 3,23%, а с 03.03.2014 с долей в размере 100%, при этом, в период с 27.09.2013 по 11.04.2018 занимал должность генерального директора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Приняв на себя формальный статус генерального директора должника, ФИО4 принял и соответствующие данному статусу обязанности.

Как указали суды, доказательств в подтверждение своих аргументов об отсутствии у него влияния на заключение рассматриваемого договора, ФИО4 не представлено. 

Кроме того, номинальный характер статуса руководителя общества не отменяет его обязанности действовать добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности юридического лица.

Так, противоправность поведения ФИО4 выразилась в нарушении пункта 3 статьи 53 ГК РФ, согласно которому лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Судом установлен факт подписания договора, как и факт перечисления денежных средств по нему непосредственно ФИО4 Доказательств того, что денежными средствами должника распоряжались иные лица, равно как и безусловных доказательств того, что у ФИО4 отсутствовали полномочия на принятие им решения и подписание договора и осуществление оплаты по нему, материалы дела не содержат.

В отношении ИП ФИО2 судом установлено, что по условиям договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ ИП, последнему предоставлено право на представление интересов должника на рынке недвижимости на территории Российской Федерации, проведение рекламных компаний в целях поиска и привлечения клиентов на объекты, предлагаемых для продажи, организовывать осуществление комплекса мероприятий, направленных на поиск клиентов, проводить предварительные переговоры с клиентами, в случае необходимости организовывать процедуру заключения предварительных контрактов, организовывать процедуру заключения заказчиком и клиентом контракта, то есть фактически имел возможность определять действия должника.

Довод ИП ФИО2 о том, что он не являлся контролирующим должника лицом, отклонен судами с указанием на то, что отсутствие признаков контролирующего должника лица, предусмотренных статьей 61.10 Закона о банкротстве, не является препятствием для взыскания с ответчиков убытков, причиненных их неправомерными действиями. В том случае, если в результате незаконного или недобросовестного поведения аффилированных между собой лиц причиняются убытки, следует предположить, что такие лица действовали совместно (согласованно).

В соответствии с частью 1 статьи 1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Общая сумма убытков, причиненная должнику недобросовестными действиями ответчиков, составила 30 000 000 рублей.

Первичных документов в обоснование доводов о том, что оказанные услуги являлись реальными, в материалы дела не представлено.

В данном конкретном случае суд счел доказанной наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков, выразившихся в заключение договора без намерения создать правовые последствия с целью вывода активов должника, и возникшими убытками.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности вины ответчиков, выраженной в недобросовестном поведении, в результате которого причинен существенный материальный вред имущественным правам должника и кредиторов.

Отклоняя заявление ИП ФИО2 о пропуске срока исковой давности, суды обоснованно указали на следующее.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Между тем, как разъяснено в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен быть узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

В рассматриваемом случае, судом установлено, что при первоначальном анализе сделок должника конкурсным управляющим сделан вывод об отсутствии основания для оспаривания договора на оказание услуг от 26.01.2015 № А-1/РСИ.

Однако из пояснений конкурсного управляющего должником следует, что позднее из заявления акционерного общества «Русстройбанк» о признании действий (бездействия) незаконными от 26.11.2021 № 119к/279923, ему стало известно о наличии аффилированности между ИП ФИО2 и должником, а также о том, что под видом оказания услуг по договору на оказание услуг от 26.01.2015 № А1/РСИ выведены денежные средства АО «Русстройбанк» в связи с чем, в отношении ИП ФИО2 было возбуждено уголовное дело.

С заявлением о взыскании убытков конкурсный управляющий должником обратился в суд 04.10.2023, то есть в пределах срока с даты, когда он мог узнать о нарушении прав и законных интересов должника.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб, аналогичные доводам их кассационных жалоб, суд апелляционной инстанции указал, что вопреки доводам заявителей, вывод суда об отсутствии намерений оказывать услуги по договору №А-1/РСИ от 26.01.15 сделан судом с учетом не представления ответчиком доказательств обратного. Аффилированность сторон договора не опровергнута ответчиками надлежащими доказательствами по делу.

С учетом установления судом номинальности руководства должником со стороны ФИО4, наличия фактов оспаривания безвозмездного вывода имущества в пользу ИП ФИО2 иными контролирующими АО «Русстройбанк» компаниями, а также не представления со стороны ФИО2 доказательств и аргументированных пояснений в обоснование факта оказания должнику услуг, суды пришли к правильному выводу о заключении и последующем исполнении сделки с целью безвозмездного вывода денежных средств должника в пользу ИП ФИО2 Надлежащих и допустимых доказательств обратного в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, суды признали, что имеются основания полагать, что заключив договор оказания услуг, целесообразность заключения которого не обоснована, стороны тем самым создали искусственный документооборот.

Учитывая изложенное, суды правомерно удовлетворили заявление конкурсного управляющего должника.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационных жалоб, повторяющие доводы апелляционных жалоб,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Доводы кассационных жалоб свидетельствуют о несогласии заявителей  с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 30.10.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 по делу № А41-78469/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                              О.Н. Савина

Н.М. Панькова