АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А75-9004/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 июня 2018 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего						Забоева К.И.,

судей										Куклевой Е.А.,

										Шабаловой О.Ф.,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационные жалобы акционерного общества «Завод Полимерных Труб» и Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» на решение от 20.10.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Заболотин А.Н.) и постановление от 30.01.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Золотова Л.А., Лотов А.Н., Шиндлер Н.А.) по делу № А75-9004/2017 по иску Управления Федеральной антимонопольной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Ханты-Мансийск, улица Мира, дом 27, ИНН 8601009316, ОГРН 1028600512093) к Сургутскому городскому муниципальному унитарному предприятию «Городские тепловые сети» (628403, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, улица Маяковского, дом 15, ИНН 8602017038, ОГРН 1028600587069), акционерному обществу «Завод полимерных труб» (188731, Ленинградская область, Приозерский район, поселок Сосново, улица Механизаторов, дом 11, ИНН 4712019030, ОГРН 1024701647497) о признании недействительными запроса предложений и договора. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Изола» (ИНН 7813560805, ОГРН 1137847153069), общество с ограниченной ответственностью «Теплотекс» (ИНН 7805709106, ОГРН 1177847219593), общество с ограниченной ответственностью «Группа Полимертепло» (ИНН 7706163360, ОГРН 1027739117120).

В заседании приняли участие представители: акционерного общества «Завод полимерных труб» - Воищева Н.А. по доверенности от 04.06.2018; Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» - Тарасов Д.Б. по доверенности от 30.03.2018. 

Суд установил:

Управление Федеральной антимонопольной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к Сургутскому городскому муниципальному унитарному предприятию «Городские тепловые сети» (далее – предприятие) о признании недействительным запроса предложений предприятия на право заключения договора на поставку гибких ПЭ-С (РЕХ-А) труб с теплоизоляцией из пенополиуретана в гофрированной полиэтиленовой оболочке для нужд предприятия в 2017 году по извещению № 31604495438 и признании недействительным договора поставки от 24.05.2017 № 324, заключенного между предприятием и акционерным обществом «Завод полимерных труб» (далее – завод).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены завод, общество с ограниченной ответственностью «Теплотекс» (далее – общество «Теплотекс»), общество с ограниченной ответственностью «Изола» (далее – общество «Изола»), общество с ограниченной ответственностью «Группа Полимертепло» (далее – общество «Группа Полимертепло»).

Определением от 25.07.2017 завод привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Решением от 20.10.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 30.01.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен.

Завод и предприятие обратились с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе предприятие просит судебные акты отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование кассационной жалобы предприятие указывает на ошибочность выводов судов о том, что Положение о порядке проведения закупок товаров, работ и услуг СГМУП «Городские тепловые сети», утвержденное приказом по предприятию от 30.11.2016 № 1648-02 (далее – Положение о закупках), не предусматривает возможности возобновления завершенной закупки или восстановления ее результатов, поскольку возобновление действия протокола от 16.01.2017 № 136 произошло вследствие исполнения решения Арбитражного суда Ханты Мансийского автономного округа – Югры от 23.05.2017 по делу № А75-2146/2017. По мнению предприятия, вывод судов о том, что произвольное возобновление заказчиком завершенной процедуры закупки или восстановление результатов такой закупки влечет за собой обязанность победителя заключить договор на условиях, актуальность которых может быть утрачена в связи с истечением срока действия оферты, является несостоятельным и основанным на неправильном применении норм материального права, поскольку заключение договора поставки от 24.05.2017 № 324 произошло на основании оферты завода и акцепта предприятия в момент подписания договора.

Предприятие отмечает, что завод представил заявку от 09.01.2017, указав в ней о действительности предложения в срок до 20.04.2017, однако сторона, направляющая такую оферту не обязана учитывать сроки возможных судебных разбирательств стороны, к которой такая оферта адресована. Более того, завод в своих отзывах поддерживал требования заказчика по оспариванию принятых актов управления, что свидетельствует о сохранении его намерения заключить с предприятием договор поставки по результатам закупочной процедуры. По мнению предприятия, заключение договора от 24.05.2017 должно рассматриваться судами как получение извещения об акцепте (от предприятия) адресатом (завод) с опозданием по объективным причинам (ожидание вынесения судом решения по делу № А75-2146/2017). Поэтому оснований для отказа от заключения договора в соответствии с положениями документов, регламентирующих закупочную деятельность заказчика, не имелось.

Завод в кассационной жалобе просит отменить судебные акты.

В обоснование кассационной жалобы завод указывает, что отмена второй процедуры закупки и признание результатов первой процедуры с последующим направлением на подписание договора с условиями предложения по зафиксированной ранее цене должно быть квалифицировано как направление согласия на заключение договора на иных (соответствующих условиям результата по первой процедуре закупки) условиях, что в силу статьи 443 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой. По мнению завода, заключенность договора следует из своевременного направления акцепта на новую оферту, а действие поданной оферты завода с ценой предложения 11 921 425 руб. исключается в связи с отменой результатов второй процедуры.

Как отмечает завод, действия заказчика по аннулированию результатов процедуры проведения закупки в связи с признанием в судебном порядке недействительным предписания управления соответствуют пункту 10.9.4 Положения о закупках и представляют способ исполнения решения суда по делу № А75-2146/2017. При этом в рамках данного дела заявитель своевременно воспользовался правом на подачу заявления о приостановлении действия оспариваемого предписания управления, а вывод суда апелляционной инстанции об обратном неверен.

Завод также указывает, что судами не учтено то обстоятельство, что обязательства по заключенному договору на момент предъявления искового заявления исполнены в полном объеме, а именно, со стороны завода произведена поставка продукции, а со стороны предприятия – ее оплата, что подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, а также не оспаривалось лицами, участвующими в деле. При указанных обстоятельствах реституция как последствие заявляемых требований невозможна, и не ясно, какие именно правовые последствия достигаются истцом и каким образом в результате удовлетворения иска защищены публичные интересы.

В отзыве на кассационные жалобы управление просит отказать в их удовлетворении и оставить судебные акты без изменения.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие истца и третьих лиц в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для их отмены.

Судами установлено, что предприятие осуществляло закупочную деятельность в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223-ФЗ) и на основании Положения о закупках.

На своем официальном сайте 15.12.2016 (до вступления в силу изменений, внесенных в Закон № 223-ФЗ Федеральным законом от 03.07.2016 № 321-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и нужд отдельных видов юридических лиц») предприятием опубликовано извещение № 31604495438 о проведении закупки способом запроса предложений на поставку гибких ПЭ-С (РЕХ-А) труб с теплоизоляцией из пенополиуретана в гофрированной полиэтиленовой оболочке для нужд предприятия в 2017 году.

Для участия в закупке поступили коммерческие предложения обществ «Изола», «Группа Полимертепло» и завода.

Протоколом закупочной комиссии от 16.01.2017 № 136 (далее – протокол от 16.01.2017) обществам «Изола» и «Группа Полимертепло» отказано в допуске к участию в запросе предложений, а в качестве поставщика предложен завод как единственный участник конкурентной процедуры с суммой предложения 19 499 981 руб. 90 коп.

Решением управления от 01.02.2017 № 02/ОВ-676 (далее – решение от 01.02.2017) признана обоснованной жалоба общества «Изола» на отказ в допуске к запросу предложений, в действиях предприятия установлено нарушение части 5 статьи 4, пунктов 12, 13 части 10 статьи 4, части 12 статьи 4 Закона № 223-ФЗ.

Также в действиях предприятия выявлено нарушение части 1 статьи 17 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ), выразившееся в установлении в конкурсной документации требования о наличии отзывов от покупателей о продукции, используемой в районах, приравненных к районам Крайнего Севера за последние 5 лет, что является ограничением участия в открытом конкурсе, а также о наличии лицензии на осуществление деятельности на поставку гибких ПЭ-С (РЕХ А) труб с теплоизоляцией из пенополиуретана в гофрированной полиэтиленовой оболочке.

В целях устранения выявленных нарушений управлением предприятию выдано предписание от 01.02.2016 № 17 (далее – предписание от 01.02.2016), во исполнение которого предприятие отменило протокол от 16.01.2017 на основании протокола от 27.02.2017 № 136-1 и письмом от 02.03.2017 № 1851 уведомило управление о выполнении предписания.

Согласно извещению о проведении закупки от 01.03.2017 № 31604495438 объявлено о новой закупке с установлением срока подачи заявок до 22.03.2017.

Из протокола переторжки от 15.05.2017 № 136 следует, что из представленных двух заявок участников процедуры переторжки, каковыми являлись завод и общество «Теплопекс», победителем признано общество «Теплоплекс» с ценой предложения 11 821 425 руб.

Вместе с тем решением от 23.05.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-2146/2017, впоследствии оставленным без изменения постановлением от 21.08.2017 Восьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 01.12.2017 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, решение и предписание от 01.02.2017 признаны недействительными. При этом суд пришел к выводу об отсутствии у антимонопольного органа полномочий на рассмотрение жалобы общества «Изола», не содержащей доводов о нарушениях, поименованных в части 10 статьи 3 Закона № 223-ФЗ.

В связи с этим, оформив протокол от 23.05.2017 № 136-2, закупочная комиссия предприятия приняла решение об отмене протоколов от 15.05.2017 № 136, от 27.02.2017 № 136-1, а также о признании действующим протокола от 16.01.2017 № 136, в соответствии с которым победителем конкурентной процедуры признан завод с суммой предложения 19 499 981 руб. 90 коп. 

Между предприятием (покупатель) и заводом (поставщик) заключен договор поставки от 24.05.2017 № 324 (далее – договор), по условиям которого поставщик обязался поставить гибкие ПЭ-С (РЕХ А) трубы с теплоизоляцией из пенополиуретана в гофрированной полиэтиленовой оболочке (далее – товар), согласно спецификации (приложение № 1) и технического задания (приложение № 2), являющихся неотъемлемой частью договора, а покупатель обязался принять товар и оплатить его на условиях настоящего договора.

Полагая, что предприятием допущены существенные нарушения законодательства при проведении закупки и заключении договора по ее результатам, нарушившие законные права и интересы участников закупки, управление обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 2 статьи 168, статьи 431.1 ГК РФ, статей 1 – 3 Закона № 223-ФЗ, частей 1, 4 статьи 17 Закона № 135-ФЗ, пунктов 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и исходил из недействительности проведенного предприятием запроса предложений и отсутствия законных оснований для закупки товара у завода, а также нарушения порядка проведения процедуры закупки.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Положение о закупках не предусматривает возможности возобновления завершенной закупки или восстановления ее результатов, поскольку такие решения заказчика не соответствуют Положению о закупках как в части сроков заключения договоров по результатам закупки, так и в части соблюдения условий закупочной документации.

С учетом срока поставки, определенного в пункте 4 технического задания закупочной документации по запросу предложений (с 20.04.2017 до 15.06.2017), отметив, что возобновление результатов торгов 23.05.2017 создает существенные затруднения победителю для надлежащего исполнения условий закупки, влечет заключение договора на основании предложения, утратившего правовой статус оферты, что свидетельствует о порочности решения заказчика о возобновлении результатов закупки, суд пришел к выводу о недействительности закупки по извещению № 31604495438, результаты которой зафиксированы протоколом от 16.01.2017.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности недопущения общества «Изола» к участию в закупке, в связи с отклонением заявки по основаниям непредставления документов о полномочиях руководителя, наличии недостатков в технических условиях и сертификатах, отсутствия отзывов покупателей за 5 лет.

При этом суд первой инстанции отметил, что необходимые документы, подтверждающие полномочия генерального директора общества «Изола» Ботарева Д.С., были представлены, технические условия и сертификаты подтверждали соответствие товара техническим характеристикам, указанным в закупочной документации, а включение в закупочную документацию условия о предоставления отзывов покупателей за 5 лет незаконно ограничивает участие в закупочной процедуре вновь созданных предприятий. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в целом поддержал выводы суда первой инстанции, сославшись в дополнение к правовому обоснованию изложенной судом первой инстанции позиции на положения статей 440, 442, пункта 1 статьи 449 ГК РФ, а также правовые позиции, изложенные Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 27.05.2008 № 4267/08, от 05.04.2011 № 15278/10, от 12.03.2013 № 14182/12, из которых следует, что сделка может быть признана недействительной без применения последствий ее недействительности, что необходимо для подтверждения судом факта существования или отсутствия правоотношений.

Доводы предприятия о правомерности совершенных им действий по возобновлению ранее оконченной процедуры закупки после вынужденного исполнения предписания антимонопольного органа от 01.02.2017, впоследствии признанного незаконным, в приостановлении действия которого в рамках рассмотрения дела № А75-2147/2017 предприятию отказано, судом апелляционной инстанции отклонены.

Судом отмечено, что лицо, обращающееся с требованиями о признании недействительными решения и предписания антимонопольного органа, имеет возможность приостановить их действие путем принятия обеспечительных мер, что исключало бы для предприятия обязанность по исполнению оспариваемых ненормативных актов и отмены результатов проведенного запроса предложений, оформленного протоколом от 16.01.2016.

Вместе с тем, как указано апелляционным судом, правом на приостановление действия оспариваемого предписания заявитель воспользовался лишь 20.02.2016, то есть по истечении срока его исполнения, установленного в предписании (15.02.2017), что и послужило основанием для отказа в удовлетворении поданного предприятием ходатайства о принятии обеспечительных мер.

Также судом апелляционной инстанции отмечено, что создавшаяся в рамках рассматриваемого спора ситуация, связанная с отменой результатов ранее завершенной процедуры закупки, оформленной протоколом от 16.01.2017, неправомерным ее возобновлением, а также заключением на основании ранее отмененного протокола договора поставки при наличии недействующей оферты, обусловлена исключительно действиями заказчика, ненадлежащим образом исполняющего как обязанности стороны в процессе, регламентированные арбитражным процессуальным законодательством (исполнение решения по делу № А75-2146/2017 до вступления его в законную силу), так и обязанностей, установленных Положением о закупках.

Суд апелляционной инстанции заключил, что признание решения управления незаконным по формальным основаниям (отсутствие полномочий по рассмотрению жалобы), а не по основанию несоответствия его выводов требованиям закона, не предоставляет заказчику права произвольно возобновлять/отменять принятые решения, тем самым нарушая права иных участников закупочной процедуры.

Доводы предприятия и завода, касающиеся оценки недопуска к участию в процедуре закупки общества «Изола», суд апелляционной инстанции оставил без оценки, указав на их несоответствие предмету заявленных требований управления. Судом апелляционной инстанции отмечено, что выводы суда первой инстанции о неправомерности недопуска к участию в закупке общества «Изола» не повлияли на законность принятого решения, ввиду правильности позиции суда об отсутствии установленных законом оснований для возобновления ранее завершенной процедуры.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьей 167 настоящего Кодекса.

Право антимонопольного органа на обращение в арбитражный суд с исками, заявлениями о признании торгов недействительными и договоров, не соответствующих антимонопольному законодательству, предусмотрено подпунктами «б», «з» пункта 6 части 1 статьи 23 Закона № 135-ФЗ.

Согласно части 4 статьи 17 Закона № 135-ФЗ нарушение правил, установленных настоящей статьей, является основанием для признания судом соответствующих торгов, запроса котировок, запроса предложений и заключенных по результатам таких торгов, запроса котировок, запроса предложений сделок недействительными, в том числе по иску антимонопольного органа. Антимонопольный орган в соответствии с настоящей частью вправе обратиться в суд с иском о признании торгов, запроса котировок, запроса предложений и заключенных по результатам таких торгов, запроса котировок, запроса предложений сделок недействительными при условии, что проведение таких торгов, запроса котировок, запроса предложений является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Предприятие, соблюдая предписание управления, выданное в порядке пункта 3.1 части 1 статьи 23 Закона № 135-ФЗ, осуществило действия по проведению нового запроса предложений. После того, как суд в рамках дела № А75-2146/2017 констатировал неправомерность вмешательства управления в осуществление закупки, основания для игнорирования результатов протокола от 16.01.2017 у предприятия отпали, поэтому оно правомерно заключило договор с заводом.

При этом суд кассационной инстанции полагает, что основания, по которым судом признаны недействительными решение и предписание от 01.02.2017, не имеют правового значения, так как принятие судом положительного решения по заявлению предприятия ретроспективно отменяет все юрисдикционные последствия действий управления, необоснованно вторгшегося в закупочную деятельность предприятия.

Следует учитывать, что в отличие от закупок, осуществляемых в рамках контрактной системы для обеспечения государственных и муниципальных нужд, первоочередной целью Закона № 223-ФЗ является создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности (часть 1 статьи 1 Закона № 223-ФЗ), что предполагает относительную свободу заказчиков в определении условий закупок, недопустимость вмешательства кого-либо в процесс закупки по мотивам, связанным с оценкой целесообразности ее условий и порядка проведения.

При оценке документации о закупке на предмет ее соответствия положениям Закона № 223-ФЗ, необходимо оценивать параметры и качественные характеристики проводимой закупки, выяснять действительную потребность в установлении заказчиком дополнительных требований, учитывая заинтересованность такого лица в рациональном расходовании средств и достижении максимального результата. Произвольный контроль антимонопольного органа за проведением корпоративных закупок не соответствует целям и задачам, возложенным на данный орган действующим законодательством.

Включение заказчиком в документацию о закупке дополнительных требований, предъявляемых к участникам закупки, безусловно, сужает круг потенциальных участников проводимых закупок. Вместе с тем, такие действия могут быть признаны нарушением антимонопольного законодательства, Закона № 223-ФЗ лишь в случае, когда они привели к необоснованному ограничению конкуренции, созданию неоправданных барьеров хозяйствующим субъектам при реализации ими права на участие в конкурентных процедурах закупки.

В частности, порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупок) и условия их применения устанавливаются заказчиками самостоятельно путем принятия Положения о закупке, предусматривающего проведение закупки в различных формах.

Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности, установив при необходимости дополнительные требования к участникам закупки.

Более того, уменьшение числа участников закупки в результате предъявления к ним требований само по себе не является нарушением принципа равноправия, если такие требования предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения победителем закупки своих обязательств и не направлены на установление преимуществ отдельным лицам либо на необоснованное ограничение конкуренции.

Сказанное следует из определений Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2017 № 304-КГ16-17592 (вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017), от 20.07.2017 № 305-КГ17-3423 (вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, далее – Обзор № 5 (2017)), от 31.07.2017 № 305-КГ17-2243, от 02.10.2017 № 309-КГ17-7502 (вошло в Обзор № 5 (2017)), от 13.10.2017 № 305-КГ17-8138, а также пункта 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018 (далее – Обзор от 16.05.2018).

При рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции ошибочно счел верными доводы управления, положенные в основание решения от 01.02.2016, о неправомерности установления дополнительных требований к участникам закупки, предусматривающие допуск к ней только участников, существующих на рынке продолжительное время, исключая при этом вновь созданные предприятия, способные выполнить данную работу.

Между тем Закон № 223-ФЗ не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора. Иное противоречило бы принципу целевого и экономически эффективного расходования денежных средств, сокращения издержек заказчика, закрепленному пунктом 3 части 1 статьи 3 Закона № 223-ФЗ и предполагающему наличие у заказчика права на установление в закупочной документации способствующих тому требований к участникам закупки.

Поэтому дополнительные требования к участникам закупки, свидетельствующие об опыте работы на рынке, направленные на потенциальную предсказуемость надлежащей выполнимости закупки, не нарушают принцип равенства, установленный пунктом 2 части 1 статьи 3 Закона № 223-ФЗ, поскольку эти критерии в равном степени применимы ко всем участникам закупки. Сама по себе невозможность участия в закупке отдельных хозяйствующих субъектов, не отвечающих предъявленным заказчиком требованиям, также не означает, что действия заказчика повлекли необоснованное ограничение конкуренции (пункт 6 Обзора от 16.05.2018).

Суд же апелляционной инстанции, напротив, признал юридически не значимыми обстоятельства, связанные с определением круга участников закупки, и счел единственным основанием для недействительности закупки и договора отсутствие нормативно описанной процедуры возобновления прекращенной закупки.

Однако отсутствие нормативно регламентированной процедуры возобновления закупки не должно препятствовать фактическим действиям по ее восстановлению, поскольку прекращение закупки по протоколу от 16.01.2017 было вызвано исключительно неправомерным вмешательством в закупку со стороны управления, принявшим решение от 01.02.2017 и выдавшим предписание от этого же числа, законопослушно исполненные предприятием.

То обстоятельство, что предприятие оспорило действия управления в суде, и в ходе рассмотрения его требований судом было отказано в приостановлении действия оспариваемого ненормативного правового акта, не может быть противопоставлено предприятию, поскольку в итоге рассмотрения дела действия управления и принятый им ненормативный правовой акт признаны незаконными.

По сути, суды признали невозможным возобновление закупки, зафиксированной протоколом от 16.01.2017, в связи с добросовестным исполнением предприятием требований управления как юрисдикционного органа, обернув против интересов предприятия должное следование им установленному в гражданском обороте стандарту поведения добросовестного его участника, определяемого по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25). Подобное суждение нельзя признать допустимым в силу его несоответствия основным началам гражданского законодательства.

Как следует из материалов дела, предприятие, исполнив предписание управления, воспользовалось своим конституционным правом на судебную защиту и оспорило действия управления в суде, решение которого, принятое в пользу предприятия, подлежало немедленному исполнению в силу части 7 статьи 201 АПК РФ.

В этой связи непосредственно по принятию решения суда предприятие правомерно вернулось к восстановленным в судебном порядке результатам закупки, зафиксированной протоколом от 16.01.2017, и заключило договор с заводом.

Таким образом, при установленных судами обстоятельствах правовых оснований для признания недействительным запроса предложений и договора не имелось.

Кроме того, удовлетворяя иск, суды не указали, каким образом признание сделки недействительной восстанавливает публичный интерес, в защиту которого управление обратилось в суд, при том, что оспариваемый договор исполнен его сторонами (статья 408 ГК РФ) и это не оспаривалось лицами, участвующими в деле.

Между тем по смыслу статьи 11 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ судебная защита нарушенных прав направлена на восстановление таких прав, то есть целью судебной защиты является восстановление нарушенного или оспариваемого права и, следовательно, избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и должен быть направлен на его восстановление (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.08.2005 № 3668/05, от 28.11.2006 № 9148/06, от 11.11.2008 № 10018/08, определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2015 № 305-КГ15-7535, от 17.05.2018 № 305-ЭС17-20998).

Суд апелляционной инстанции ошибочно сослался в обоснование возможности признания сделки недействительной без применения последствий ее недействительности как эффективного способа защиты в рассматриваемом случае на постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.05.2008 № 4267/08, от 05.04.2011 № 15278/10, от 12.03.2013 № 14182/12.

Вместе с тем в указанных постановлениях идет речь о праве собственника имущества на оспаривание сделок, совершенных другими лицами с утраченным им имуществом, по которым оно меняло фактических владельцев, и его интерес в оспаривании данных сделок обусловлен целью такого иска, заключающейся в опровержении в суде факта действительности перехода титула к лицам, которые совершили сделки с чужим имуществом. Констатация такого факта может быть необходима собственнику для последующего виндикационного иска к конечному фактическому владельцу, получившему имущество по недействительной сделке от лица, не имевшего права его отчуждать.

Указанная позиция не может быть применена к иску управления, не являющемуся собственником предмета закупки.

Поскольку при разрешении спора судами фактические обстоятельства установлены на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, а ошибочность выводов судебных инстанций связана с неправильным применением норм материального права, суд кассационной инстанции в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В связи с отменой судебных актов и отказом в иске, расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным и кассационным жалобам подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 20.10.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 30.01.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-9004/2017 отменить.

Принять новый судебный акт. В иске отказать.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в пользу Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» 6 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в пользу акционерного общества «Завод полимерных труб» 6 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий								К.И. Забоев

Судьи												Е.А. Куклева

												О.Ф. Шабалова