/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5571/18 

Екатеринбург

24 сентября 2018 г.

 

Дело № А60-67599/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Беляевой Н. Г.,

судей Тороповой М. В., Купреенкова В. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (далее – учреждение «АУИПИК», истец) на решение  Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2018 по делу № А60-67599/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018  по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

учреждения «АУИПИК» - Фатахудинова О.Р. (доверенность от 25.12.2017 № 17ОД);

общества с ограниченной ответственностью «Гуар» (далее – общество «Гуар», ответчик) – Климук А.В. (доверенность от 14.09.2018).

Учреждение «АУИПИК» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу «Гуар» о взыскании неустойки в сумме  2 393 716 руб. 91 коп. за нарушение сроков выполнения работ по контракту  от 16.11.2016 № ОК-07/2016.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2018 (судья Бирюкова Л.А.) исковые требования удовлетворены частично, с общества «Гуар» взыскана неустойка в сумме 706 146 руб. 48 коп.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 (судьи Дружинина Л.В., Балдин Р.А., Григорьева Н.П.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе учреждение «АУИПИК», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме; кроме того, заявитель просит расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы возложить на ответчика. Заявитель кассационной жалобы считает необоснованным применение судами положений статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает, что вина истца в просрочке исполнения обязательств ответчика отсутствовала. Учреждение «АУИПИК» полагает, что отсутствие технических условий на подключение к инженерным сетям фонтана не являлось препятствием в исполнении ответчиком своих обязанностей, также отмечает, что исходя из представленных ответчику отчета о гидрогеологических исследованиях, договора водоснабжения и водоотведения от 25.12.2015 №855/п, подрядчик имел возможность разработать проектную документацию в отсутствие технических условий. Кроме того, как указывает заявитель, технические условия предоставляются заказчиком только при наличии условия о невозможности функционирования проектируемого объекта без подключения к инженерным сетям. Заявитель также обращает внимание, что ответчик, принимая на себя обязательства по контракту, не заявлял об отсутствии технических условий, с соответствующими претензиями к истцу не обращался. Учреждение «АУИПИК» утверждает, что правоотношения по проектированию и проведению работ по сохранению памятника или ансамбля и (или) иных территорий не подпадают под регулирование норм Градостроительного кодекса Российской Федерации, а регулируются Федеральным законом от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». Заявитель считает, что ни законом, ни условиями контракта не предусмотрена обязанность и сроки представления истом технических условий и исходной документации, кроме того, последующее представление технических условий истцом направлено на ускорение сроков выполнения работ и получения результата. Учреждение «АУИПИК» отмечает, что изменения относительно увеличения объема работ в контракт не вносились, письменные предложения ответчика о внесении изменений в объемы работ истцу не поступали, кроме того, выполнение ответчиком дополнительного объема работ, несогласованного с истцом, является риском подрядчика. Заявитель кассационной жалобы считает необоснованным снижение судами размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В отзыве на кассационную жалобу общество «Гуар» просит оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу учреждения «АУИПИК» – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, между учреждением «АУИПИК» (заказчик) и обществом «Гуар» (подрядчик) заключен контракт от 16.11.2016 № ОК-07/2016 на разработку научно-проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия федерального значения «Дом Харитонова, XIX в.», г. Екатеринбург, ул. Карла Либкнехта, д. 44. 

В соответствии с пунктом 2.1 контракта цена контракта составила 4 516 447 руб. 

В разделе 2 технического задания определен перечень подлежащих выполнению работ, составляющих предмет контракта, (приложение №1 к контракту); результат работ должен быть представлен подрядчиком в виде следующих разделов: «Инженерно-геодезические изыскания», «Инженерноэкологические изыскания», «Инвентаризация зеленых насаждений», «Наружное электроосвещение», «Берегоукрепление пруда с устройством лодочного причала», «Малые архитектурные формы», «Государственная историко-культурная экспертиза». 

В соответствии с условиями пункта 4.1 контракта подрядчик обязался выполнить работы в течение 60 рабочих дней с момента подписания контракта, то есть не позднее 14.02.2017. 

Порядок сдачи-приемки работ предусмотрен разделом 4 контракта, согласно которому после завершения выполнения работ по всем разделам подрядчик немедленно приступает к сдаче выполненных работ (п. 4.3. контракта).

Из положений пунктов 4.4, 4.4.1 - 4.4.3 контракта следует, что подрядчик с сопроводительным документом предоставляет заказчику: выполненную в соответствии с требованиями контракта научно-проектную документацию в 1 экземпляре на бумажном носителе; акт выполненных работ; оригинал акта государственной историко-культурной экспертизы с положительным заключением; документ, подтверждающий согласование научно-проектной документации органом государственной охраны объектов культурного наследия. 

В силу пункта 5.5. контракта в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, подрядчик уплачивает заказчику пеню. Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере не менее 1/300 действующей на день уплаты пени ставки рефинансирования ЦБ РФ от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063. 

Предусмотренные контрактом работы выполнены подрядчиком в полном объеме и приняты заказчиком по акту приемки от 01.09.2017 № 1. 

Учреждение «АУИПИК», ссылаясь на допущенную подрядчиком просрочку выполнения работ, наличие оснований для начисления неустойки, обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Удовлетворяя заявленные исковые требования частично, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. По правовой природе неустойка является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу статьи 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

При исследовании обстоятельств настоящего спора судами установлено, материалами дела подтверждено и не оспаривается сторонами факт нарушения подрядчиком установленных контрактом сроков выполнения работ, в связи с чем судами сделан вывод о наличии оснований для взыскания с общества «Гуар» договорной неустойки в соответствии с условиями пункта 5.5 договора.

Из материалов дела усматривается, что возражая относительно заявленных требований, общество «Гуар» ссылалось на ненадлежащее исполнение заказчиком принадлежащих ему встречных обязательств по предоставлению технических условий.

Из положений пункта 6 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации следует, что в случае, если подготовка проектной документации осуществляется физическим или юридическим лицом на основании договора с застройщиком или техническим заказчиком, застройщик или технический заказчик обязан предоставить такому лицу: градостроительный план земельного участка или в случае подготовки проектной документации линейного объекта проект планировки территории и проект межевания территории; результаты инженерных изысканий (в случае, если они отсутствуют, договором должно быть предусмотрено задание на выполнение инженерных изысканий); технические условия (в случае, если функционирование проектируемого объекта капитального строительства невозможно обеспечить без подключения такого объекта к сетям инженерно-технического обеспечения).

Судами установлено, что, выдавая ответчику задание на разработку научно-проектной документации, учреждение «АУИПИК» предусмотрело требование об обеспечении соответствия результата работ требованиям ГОСТ Р 55528-2013 (п. 2.8 технического задания к контракту). 

В соответствии с пунктом 5.6. ГОСТ Р 55528-2013 «Национальный стандарт Российской Федерации. Состав и содержание научно-проектной документации по сохранению объектов культурного наследия. Памятники истории и культуры. Общие требования» вместе с заданием на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, заказчик передает подрядчику необходимые исходно-разрешительные документы, в том числе, технические условия (если функционирование объекта культурного наследия невозможно обеспечить без его подключения к сетям инженерно-технического обеспечения).

При рассмотрении спора судами установлено, материалами дела подтверждено, что технические условия на подключение к сетям водоснабжения и водоотведения объекта (фонтан), входящего в предмет контракта, переданы учреждением «АУИПИК» подрядчику только 31.03.2017, при этом судами принято во внимание, что в отсутствие технических условий завершение работ по разделу «Наружное водоснабжение фонтана», а также по контракту в целом, было невозможно. 

Кроме того, соответствующие доказательства того, что отсутствие технических условий не оказывало либо не могло оказать влияния на результат работ, а подрядчик имел возможность исполнить контрактные обязательства надлежащим образом в отсутствие таких технических условий, истцом в материалы дела не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы. При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы (пункт 1 статьи 718  Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 762 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором, в том числе оказывать содействие подрядчику в выполнении проектных и изыскательских работ в объеме и на условиях, предусмотренных в договоре

Из системного толкования положений части 3 статьи 401, части 3 статьи 405, части 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что должник не может быть привлечен к ответственности кредитором за просрочку исполнения, обусловленную просрочкой самого кредитора, а также в условиях, когда надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

На основании изложенного, учитывая, что предоставление технических условий относилось к встречным обязательствам истца, как заказчика, и было исполнено им за пределами установленного контрактом срока выполнения работ (31.03.2017), принимая во внимание отсутствие  доказательств того, что ответчик не был в состоянии исполнить обязательство надлежащим образом вне зависимости от надлежащего исполнения заказчиком обязательств по предоставлению технических условий, суды первой и апелляционной установили, что обязательства истца по предоставлению технических условий ответчику были исполнены с просрочкой, что повлекло за собой увеличение срока выполнения работ на 47 рабочих дней - с 14.02.2017 до 25.04.2017.

Кроме того, из материалов дела также следует, что общество «Гуар» указывало на то, что нарушение сроков выполнения работ было обусловлено необходимостью выполнения дополнительных видов работ в связи с обнаруженным в ходе выполнения работ изменением исходных данных, отсутствием утвержденного предмета охраны на все объекты, необходимостью разработки дополнительных разделов проектной документации.

В отношении обстоятельств действительного выполнения ответчиком дополнительных видов работ судами принято во внимание, что дополнительные историко-архивные исследования осуществлены обществом «Гуар» в период с 16.01.2017 по 20.02.2017; дополнительные натуральные исследования - в период с 12.04.2017 по 20.04.2017; дополнительные работы по разработке проекта границ территории и проекта предмета охраны - в период с 20.02.2017 по 25.04.2017. 

Таким образом, установив, что вышеуказанные работы выполнены ответчиком до 25.04.2017 - в пределах срока, покрытого просрочкой заказчика по предоставлению технических условий, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о том, что выполнение дополнительных видов работ не оказало существенного влияния на общую продолжительность исполнения контрактных обязательств.

Исследовав и оценив условия пунктов 3.1.9, 4.1. контракта, суды первой и апелляционной инстанций установили, что подрядчик обязался выполнить работы в течение 60 рабочих дней, при этом в указанный период подрядчик обязался не только разработать необходимые разделы проектной документации, но и провести государственную историко-культурную экспертизу разработанной документации, с последующим согласованием и утверждением ее органом государственной охраны объектов культурного наследия.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств судами установлено, что разработка научно-проектной документации была завершена обществом «Гуар» 25.04.2017, впоследствии 26.04.2017 ответчик передал проектную документацию заказчику и одновременно начал вести работы по проведению государственной историко-культурной экспертизы, а также по согласованию документации в органе охраны ОКН, при этом проведение государственной историко-культурной экспертизы завершено 24.05.2017, согласование и утверждение проектной документации в органе государственной охраны объектов культурного наследия завершено 09.08.2017, а результат работ по контракту передан заказчику 01.09.2017.

С учетом изложенных обстоятельств, учитывая, что на фактическое исполнение своих контрактных обязательств в период с момента получения технических условий (31.03.2017) и до момента передачи результата работ заказчику (01.09.2017) подрядчик потратил более 100 рабочих дней, между тем условиями пункта 4.1. контракта срок исполнение обязательств ответчика предусмотрен в течение 60 рабочих дней, суды пришли к выводу о наличии просрочки исполнения обязательств подрядчика, кроме того, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что величина допущенной ответчиком просрочки соответствует количеству дней просрочки заказчика по предоставлению технических условий (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды обоснованно указали, что отсутствие технических условий и выполнение дополнительных работ повлияли на общую продолжительность просрочки ответчика, однако не являлись единственной причиной допущенного подрядчиком нарушения контрактных обязательств.

Согласно статье 404 Гражданского кодекса Российской Федерации если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 81 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в дальнейшем не исключает применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств и доводов сторон относительно размера неустойки, учитывая длительность допущенной заказчиком просрочки, а также общую продолжительность исполнения подрядчиком своих обязательств, суды первой и апелляционной инстанций распределили бремя ответственности за нарушение сроков выполнения работ на сторон спора (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем уменьшили размер имущественной ответственности подрядчика до суммы 1 412 292 руб. 97 коп.

Из материалов дела усматривается, что общество «Гуар», полагая, что размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, просило об уменьшении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 73, 75, 77,  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума от 24.03.2016 № 7), снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.  При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. 

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.05.2011 № 683-О-О, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Руководствуясь вышеизложенными правовыми позициями, рассмотрев по заявлению ответчика вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, при этом, учитывая цену контракта (4 516 447 руб.), характер допущенного ответчиком нарушения условий договора, продолжительность просрочки, а также учитывая отсутствие доказательств наступления для истца негативных последствий в связи с просрочкой ответчика, сопоставимых по размеру с суммой неустойки (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание, что гражданско-правовая ответственность должна компенсировать потери кредитора, а не служить его обогащению, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что заявленный истцом размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения ответчиком обязательств. 

При таких обстоятельствах, руководствуясь принципами соразмерности и справедливости, учитывая компенсационную природу неустойки в части реализации права, предусмотренного статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о наличии оснований для снижения договорной неустойки  до 706 146 руб. 48 коп.

Доводы учреждения «АУИПИК» о том, что отсутствие технических условий на подключение к инженерным сетям фонтана не являлось препятствием в исполнении ответчиком своих обязанностей, с учетом того, что у ответчика имелись отчет о гидрогеологических исследованиях, входивший в состав конкурсной документации и содержавший информацию об альтернативных источниках водоснабжения, а также договор водоснабжения и водоотведения от 25.12.2015 № 855, содержащий информацию о возможной точке подключения и располагаемый напор в кольцевом водонапоре, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, по результатам которой апелляционным судом установлено, что отчет о гидрогеологических исследованиях был составлен в обоснование технического водоснабжения для поддержания уровня воды в пруду, а не в фонтане, в связи с чем не мог являться основанием для использования подземных водных ресурсов для водоснабжения фонтана; в договоре водоснабжения и водоотведения от 25.12.2015 № 855 фонтан в качестве объекта подключения также не указан. Доказательства обратного в материалы дела не представлены, указанные обстоятельства истцом не опровергнуты (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Более того, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что несмотря на наличие вышеназванных доказательств, учреждение «АУИПИК» получило технические условия и передало их подрядчику, вследствие чего работы по контракту подрядчиком были закончены. 

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что дополнительные виды работ не были согласованы с заказчиком, при этом являлись самостоятельным дополнительным разделом проектной документации, разработка которого не ставилась в зависимость от работ, предусмотренных контрактом, несостоятельны, поскольку при рассмотрении настоящего спора судами сделан вывод о том, что выполнение дополнительных видов работ не оказало существенного влияния на общую продолжительность исполнения контрактных обязательств, с учетом того, что указанные работы выполнены в пределах срока, покрытого просрочкой заказчика по предоставлению технических условий. 

Доводы учреждения «АУИПИК» о необоснованном снижении судами размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат отклонению с учетом вышеизложенного. Вместе с тем суд кассационной инстанции отмечает, что в силу абзаца 3 пункта 72 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149. 

 Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

В связи с оставлением обжалуемых судебных актов без изменения и отказом в удовлетворении кассационной жалобы учреждения «АУИПИК», требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов, понесенных при рассмотрении кассационной жалобы, удовлетворению не подлежат (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение  Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2018 по делу № А60-67599/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             Н.Г. Беляева 

 

Судьи                                                                          М.В. Торопова 

 

                                                                                      В.А. Купреенков