ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А75-13288/2019

13 апреля 2021 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 апреля 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Дубок О.В.

судей  Брежневой О.Ю., Зюкова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-1157/2021) общества с ограниченной ответственностью «ЗАВОД «АЛМАЗ-КАБЕЛЬ» в лице конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 декабря 2020 года по делу №  А75-13288/2019 (судья Щепелин Ю.П.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «ЗАВОД «АЛМАЗ-КАБЕЛЬ» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «АЛМАЗ-МЕТАЛЛООБРАБОТКА» требования в размере 15 795 637 рублей 22 копеек, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АЛМАЗ-МЕТАЛЛООБРАБОТКА» (ОГРН: 

<

***>),

лица, участвующие в деле не явились, извещены надлежащим образом, 

 

установил:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.11.2019 признано обоснованным заявление Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Алмаз-Металлообработка» (далее - должник), в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17.08.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий, ФИО3).

12 ноября 2020 года в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Завод Алмаз-Кабель» (далее – ООО «Завод Алмаз-Кабель», кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 15 795 637 руб. 22 коп.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.12.2020 (резолютивная часть от 16.12.2020) заявление ООО «Завод Алмаз-Кабель» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Алмаз-Металлообработка» требования  в размере 15 795 637 руб. 22 коп. оставлено без удовлетворения; требование ООО «Завод Алмаз-Кабель» в размере основной задолженности в сумме 2 062 421 руб. 89 коп. учтено как обоснованное и подлежащее удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты ООО «Алмаз-Металлообработка».

Не согласившись с принятым судебным актом ООО «Завод Алмаз-Кабель»  обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы кредитор ссылается на обоснованность своих требований, которые подтверждаются также тем, что оборудование находилось в собственности ООО «Завод Алмаз-Кабель» и было передано в залог АО «Альфа-Банк», а в последствии правового залога перешло путем правопреемства ООО «Алмаз». Апеллянт указывает на преюдициальность Решения Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2019 по делу № А40-271376/19-172-1957 об удовлетворении требований АО «Альфа-Банк» к ООО «Алмаз», ООО «Завод Алмаз-Кабель» и ООО «Алмаз-металлобработка» о взыскании задолженности по кредитному договору, а также обращения взыскания на заложенное имущество. Относительно требования в размере 2 062 421 руб. 89 коп. ООО «Завод Алмаз-Кабель»  указывает, что данные требования возникли до возникновения на предприятии состояния кризиса, платежи совершены в период, когда должник не имел признаков неплатежеспособности.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2021 апелляционная жалоба принята к производству.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 декабря 2020 года по настоящему делу.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов в процедуре наблюдения направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим 

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.

Как отмечено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) по делу № А40-203935/2017, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В соответствии с положениями статьи 100, абзаца второго пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве, части 1 статьи 65 АПК РФ, приведенных в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснений и согласно сложившейся в правоприменительной практике правовой позиции в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия неисполненного денежного обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими ясными и убедительными доказательствами, представленными кредитором, с учетом предъявления повышенного стандарта доказывания обоснованности заявленных им требований.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413 по делу № А40-163846/2016 при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности. 

Как указано в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018, требование лица, создавшего фиктивную задолженность должника-банкрота, не признается обоснованным и не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015.

Судом первой инстанции установлена аффилированность через участников кредитора и должника и иных организаций, входящих в одну группу лиц:

-  ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в совокупности владеют 48% в уставном капитале ООО «Алмаз»;

-    ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в совокупности владеют 80% в уставном капитале ООО «Алмаз-Металлообработка» (кроме того, ФИО6 являлся генеральным директором указанного юридического лица);

-    ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в совокупности владеют 100 % в уставном капитале ООО «Завод «Алмаз-Кабель».

ФИО7 является сыном ФИО4 и в совокупности их доли в уставном капитале ООО «Алмаз» составляют более 20%.

Указанные факты позволяют утверждать о вхождении ООО «Завод «Алмаз- Кабель» в одну группу лиц с должником и наличии аффилированности между ними (ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках ст. 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Юридические и физические лица, входящие в одну группу лиц, неоднократно выступали сторонами в общих обязательствах перед кредитными организациями:

- ООО «Алмаз-Металлообработка», ООО «Завод «Алмаз-Кабель», ФИО4, ФИО6,  ФИО5  поручались  за исполнение  кредитных  обязательств ООО «Алмаз» перед ПАО «Сбербанк Росси» вытекающие из договоров об открытии невозобновляемой   кредитной   линии   № 17-011-01 от 28.02.2017 и №   17-011-02 от 24.08.2017  на общую сумму 1 510 701 000 руб.;

- ООО «Алмаз», ООО «Алмаз-Металлообработка», ФИО4, в свою очередь выступали поручителями по кредитным обязательствам ООО «Завод «Алмаз-Кабель» перед АО «Альфа-Банк» из кредитного соглашения № 01Q49L об открытии возобновляемой кредитной линии от 06.03.2018 г. на сумму 100 000 000 руб.;

ООО «Алмаз-Металлообработка», ООО «Завод «Алмаз-кабель», ФИО4 выступали поручителями по обязательствам ООО «Алмаз» перед АО «Альфа-Банк» из кредитного   соглашения   №   01ОМ7L   об   открытии   возобновляемой   кредитной   линии   от 13.03.2018 г. на сумму 800 000 000 руб.

Изложенные факты также свидетельствуют о наличии тесных внутригрупповых отношений, поскольку в обычной хозяйственной практике предоставление крупных поручительств (иного обеспечения) в условиях отсутствия аффилированности или иной связанности - не практикуется.

Таким образом, в указанных выше правоотношениях усматриваются все признаки связанности, присущие аффилированным юридическим лицам: наличие общих для всей группы бенефициаров, перемещение активов внутри этой группы, уменьшающее имущественную массу должника, исполнение обязательства должника членом группы.

Следовательно, при наличии повышенного стандарта доказывания в материалы дела должны быть представлены исчерпывающие документы, безусловно подтверждающие доводы лиц о реальности сложившихся между ними отношений и осуществления хозяйственных операций.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В отсутствие таких документов фактические обстоятельства дела и имеющиеся в материалах спора доказательства позволяют сделать вывод о том, что предъявленная к взысканию задолженность является искусственно созданной.

Как следует из материалов дела в обоснование заявленного требования ООО «Завод Алмаз-Кабель» ссылается на заключенный 01.01.2018 между ООО «Завод Алмаз-Кабель» (арендодатель) и должником (арендатор) договор аренды оборудования № 2-АК/18 согласно условиям которого арендодатель обязуется передать арендатору во временное владение и пользование оборудование, указанное в приложениях к договору, а арендатор обязуется выплачивать арендную плату в размере и сроки, установленные в разделе 3 настоящего      договора      и      возвратить      оборудование      на      условиях,      предусмотренных настоящим договором.

ООО «Завод Алмаз-Кабель», в обоснование исполнения  обязательств по договору аренды оборудования от № 2-АК/18 01.01.2018, представило в суд: акт приема - передачи услуг от 31.07.2018 № 58, от 31.01.2019 № 6, от 28.02.2019 № 13, от 31.03.2019 № 26, от 30.04.2019 № 40, от 31.05.2019 № 51, от 30.06.2019 № 62 и счета - фактуры.  Материалами дела не подтверждено реальное заключение и исполнение договора аренды № 2-АК/18 01.01.2018 по передаче оборудования в аренду, отсутствуют сведения об использовании должником арендованного имущества.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23.11.2019 суд предложил ООО «Завод Алмаз-Кабель» представить в арбитражный суд документы, подтверждающие доказательства реальности исполнения  каждой хозяйственной операции с учетом аффилированности и предположительного имущественного кризиса должника; приложения к договору аренды, документы о приобретении имущества, акты приема - передачи к договору аренды.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

По смыслу приведенных норм права риск непредставления доказательств несет лицо, не совершившее названное процессуальное действие.

Кредитором не представлены доказательства реальности договора аренды, определение суда не исполнено.

Формальное подписание счетов-фактур сторонами договора, при отсутствии иных достоверных первичных документов, подтверждающих фактическое оказание услуг по аренде именно в рамках договора, свидетельствует о мнимом характере данных документов, представленных, как доказательства задолженности по спорному правоотношению, обратное кредитором не доказано.

Таким образом, в отсутствие какого-либо иного подтверждения реальности правоотношений, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности факта реальности отношений аренды надлежащими, бесспорными доказательствами и, как следствие, наличия долговых обязательств по договору аренды № 2-АК/18 01.01.2018, в заявленном размере.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции дана правильная оценка фактическим обстоятельствам дела.

С учетом этого, в удовлетворении заявленных требований отказано правомерно.

Согласно сведениям, размещенным в Интернет-ресурсе «Картотека арбитражных дел», в отношении ООО «Завод «Алмаз - Кабель» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве); аффилированность должника и кредитора установлена судом первой инстанции, сторонами не оспаривается.

В Обзоре судебной практики обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса). Вследствие чего, при банкротстве,  требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора судебной практики).

Как следует из материалов дела, в период с 13.02.2019 по 22.09.2019 ООО «Завод «Алмаз-Кабель» по поручениям (письменным просьбам) должника произведена оплата в пользу третьих лиц (ООО «ЕЭСК», ООО НПП «Проминструмент», ООО «Хардметалл» и другие) в счет исполнения обязательств должника в порядке ст. 313 ГК РФ, всего на сумму - 2 062 421 руб. 89 коп.

Указанные платежи совершены со стороны ООО «Завод «Алмаз-Кабель» в условиях очевидной недостаточности собственных средств должника для исполнения обязательств по основной деятельности.

В подтверждение перечислении денежных средств на сумму 2 062 421 руб. 89 коп., кредитором в материалы дела представлены письма и платежные поручения № 239 от 12.02.2019, № 276 от 20.02.2019, № 297 от 22.02.2019, № 298 от 22.02.2019, № 299 от 22.02.2019, № 300 от 22.02.2019, № 301 от 22.02.2019.

Судебная практика исходит из того, что факты поставки кредитором продукции (товаров), выполнения работ, оказания услуг должнику, несмотря на не прекращающееся нарушение со стороны последнего условий об их оплате, а также не взыскание имеющейся задолженности, могут свидетельствовать о предоставлении обществом аффилированному лицу (должнику) компенсационного финансирования, которое не подлежит противопоставлению требованиям независимых кредиторов и удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункты 3.1 - 3.3 Обзора судебной практики).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

С учетом того, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предъявившем требование обществе лежало бремя доказывания того, что,  в рассматриваемых отношениях должник и общество действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным, продиктованным общими интересами.

В отсутствие таких доказательств согласованность действий должника и общества предполагается в силу презумпции.

Поскольку ООО «Алмаз - Металлообработка» и ООО «Завод «Алмаз-Кабель» имеют общие органы управления и реальных бенефициаров, которые определяли действия каждой из сторон указанных договоров, то есть они аффилированы между собой по признаку вхождения в одну группу лиц (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»); ООО «Завод «Алмаз-Кабель» не принимало мер к истребованию в разумный срок значительной задолженности, возникшей до имущественного кризиса; в деле отсутствуют доказательства наличия у ООО «Завод «Алмаз-Кабель» собственных разумных экономических причин предоставления должнику финансирования в период имущественного кризиса, отличного от мотивов предоставления компенсационного финансирования, - требования в размере 2 062 421 руб. 89 коп. подлежат понижению до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда принято с соблюдением норм права, подлежащих применению при разрешении спорных правоотношений, отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23 декабря 2020 года по делу №  А75-13288/2019 оставить без изменения ,апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий                                                                                               О.В. Дубок

 

Судьи                                                                                                                      О.Ю. Брежнева 

 

    В.А. Зюков