АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-30990/2020

г. Нижний Новгород                                                            «04» августа 2021 года

Резолютивная решения часть объявлена 27 июля 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 04 августа 2021 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи ФИО1 (шифр 15-438),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Энерго М» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г.Нижний Новгород к ответчикам: гр. ФИО3, г. Н. Новгород, гр.ФИО4, Нижегородская область, Кстовский район д.Малая Ельня, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований общества с ограниченной ответственностью «Торгтрейд», г. Н. Новгород (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 751 823руб. 14коп.

при участии представителей:

от истца: ФИО5 доверенность 01.12.2020, удостоверение адвоката от 17.10.2017 №2453, 

от ответчиков: ФИО6, доверенности от 22.10.2020, диплом

в судебном заседании велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Энерго М» к ответчикам: гр. ФИО3, гр.ФИО4, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований общества с ограниченной ответственностью «Торгтрейд», го солидарном привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 55 767руб. 43коп., и взыскании с гр.ФИО4 1 696 055руб. 71коп. в порядке субсидиарной ответственности.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, явку своего представителя не обеспечило, возражений против рассмотрения дела в его отсутствие не заявило.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебное заседание проведено в отсутствие вышеуказанного лица.

Судебное заседание начато 29.06.2021, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ в судебном заседании объявлялся перерыв до 06.07.2021.

Определенеим и.о. председателя второго судебного состава в связи с отсутствием судьи судебное заседание отложено на 27.07.2021.

В судебном заседании представитель истца ООО «Энерго М» заявил отказ от иска в части требований к ФИО3 в сумме 55 767руб. 43коп.

Согласно правилу, содержащемуся в пункте 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично. При этом суд вправе отклонить отказ от иска по основаниям, предусмотренным в части 5 статьи 49 указанного Кодекса, и рассмотреть дело по существу. 

В силу части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ от иска, если это противоречит законам и иным правовым актам или нарушает права и законные интересы других лиц. В отсутствие перечисленных обстоятельств суд прекращает производство по делу в соответствии с пунктом 4 статьей 150 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Рассмотрев материалы дела, суд пришел к выводу о том, что заявление об отказе от исковых требований к даному ответчику заявлено уполномоченным лицом.

В настоящем деле обстоятельства, препятствующие принятию отказа от заявленных требований к ответчику, отсутствуют, в связи с чем, производство по делу к данному ответчику подлежит прекращению по результатам проведения заседания.

В отношении ответчика гр.ФИО4 истец уточнил требования, просил взыскать в порядке субсидиарной ответственности 1 751 823руб. 14коп. Уточнение исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ принимается судом.

В судебном заседании представитель истца ранее изложенную позицию поддержал, настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме с учетом заявленных уточнений.

Предстаивтель ответчика с иском не согласился по основаниям, изложенным в письменном отзыве, а именно право требования у ООО «Энерго М» к ООО «Торгтрейд» по обязательству из неосновательного обогащения не возникло. В обоснование своих доводов ответчик представил договор, в рамках которого истец производил перечисление денежных средств в адрес ООО «Торгтрейд», по мнению ответчиков, двусторонние договорные обязательства исполнены как со стороны ООО «Энерго М», так и со стороны ООО «Торгтрейд», в связи с чем, требование о взыскании неосновательного обогащения, рассмотренное в рамках дела № А43-22927/2019, является необоснованным. Помимо прочего, ответчики указывают на злоупотребление правом со стороны конкурсного управляющего ООО «Энерго М». Согласно доводам отзыва, конкурсный управляющий действует исключительно в интересах кредитора ООО «Регион-Инвест». Ответчики отмечают заинтересованность конкурсного управляющего в исходе настоящего дела. Право требование у ООО «Регион-Инвест» в отношении ООО «Энерго М» не возникло, так как договор цессии между ООО «Корпорация АПЕКС» (первоначальный кредитор) и ООО «Регион-Инвест» имеет существенные пороки. По мнению ответчиков, заявление настоящего иска не направлено на защиту нарушенного или оспариваемого права, а преследует единственную цель извлечения необоснованной выгоды из недобросовестного поведения со стороны конкурсного управляющего и руководства ООО «Регион-Инвест», в связи с чем, в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать со ссылкой на статьи 1, 10 Гражданского кодекса РФ.

От остальных участников письменных позиций не поступило.

Изучив материалы дела, суд установил. 

20.01.2017 зарегистрировано ООО «Торгтрейд» (ИНН 

<

***>), единственным учредителем общества с момента создания до настоящего времени является гр. ФИО4 -100% доли от уставного капитала, кроме того, с 20.01.2017 по 03.10.2018 ФИО4 являлся также директором общества; с 04.10.2018 по 19.05.2021 директором общества являлась гр. ФИО3; 

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.01.2019 по делу №А43-36557/2018 общество с ограниченной ответственностью «Энерго М» (ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника. В отношении должника введена процедура конкурсного производства, в качестве конкурсного управляющего утверждена ФИО7 (член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига», ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих 14187).

В результате анализа выписок по расчетным счетам ООО «Энерго М» конкурсным управляющим. установлено, что в период с 13.03.2017 по 12.04.2017 со счета должника совершено необоснованное перечисление денежных средств в размере 1 495 600 рублей в адрес общества с ограниченной ответственностью «Торгтрейд» (ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>). В связи с изложенными обстоятельствами, конкурсным управляющим ООО «Энрего М» подано исковое заявление о взыскании с ООО «Торгтрейд» неосновательного обогащения в пользу должника.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 02.12.2019 по делу № А43-22927/2019 постановлено: взыскать с ООО «Торгтрейд» в пользу ООО «Энерго М» задолженность в размере 1 751 823 рублей 14 копеек, в том числе 1 495 600 рублей неосновательного обогащения, 256 223 рублей 14 копеек –  процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса РФ.

Указанный выше судебный акт в установленном законом порядке обжалован не был, вступил в законную силу. 

Во исполнение указанного судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 034107751, который предъявлен ООО «Энерго М» в Нижегородский районный отдел судебных приставов УФССП России по Нижегородской области для возбуждения исполнительного производства. Возбуждено исполнительное производство № 5655/20/52005-ИП от 30.01.2020.

В связи с неисполнением ответчиком обязательств по оплате взысканной задолженности конкурсным управляющим ООО «Энерго М» подано заявление о признании ООО «Торгтрейд» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 24.08.2020 по делу №43-8163/2020 производство по делу о признании ООО «Торгтрейд» несостоятельным прекращено со ссылкой на положения пункта 1 статьи 57 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

Полагая, что лицами, ответственными за выплату задолженности перед истцом являются ответчики, истец обратился с настоящим иском в суд о привлечении последних к солидарной субсидиарной ответственности.

В дальнейшим искове требования истца уточнены, к гр. ФИО3 заявлен отказ от иска.

Изучив материалы дела, суд находит основания для удовлетворения заявленного требования в силу следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Следовательно, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм.

Указанная позиция согласуется с информационным письмом Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и соответствует определению Верховного Суда РФ от 04.10.2018 N 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу N А70-11814/2015.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Торгтрейд" подано после вступления в силу Закона N 266-ФЗ, поэтому оно подлежит рассмотрению исходя из процессуальных норм Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 1 октября 1993 года N 81-р; определения от 25 января 2007 года N 37-О-О, от 15 апреля 2008 года N 262-О-О, от 20 ноября 2008 года N 745-О-О, от 16 июля 2009 года N 691-О-О, от 23 апреля 2015 года N 821-О, постановление от 15.02.2016 N 3-П).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по п.п.2, 4 ст. 10 Закона о банкротстве (ст. 61.11, ст. 61.12 закона о банкротстве), которые имели место в период март-апель 2017, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения. С учетом обстоятельств дела и названных кредитором оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения пунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

В частности в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве истец указывает, что ФИО4 совершены действия, направленные на доведение ООО «Торгтрейд» до состояния неплатежеспособности (объективного банкротства).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона (в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям") о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если, в частности, причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 18 названного постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 (п. 4 ст. 10) Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 постановления).

Согласно сведениям, представленным из регистрирующих органов (ГИБДД ГУ МВД России по Нижегородской области, Управления Гостехнадзора по Нижегородской области, Управления Росреестра по Нижегородской области), ООО «Торгтрейд» не имело в собственности какого-либо движимого или недвижимого в момент формирования кредиторской задолженности перед ООО «Энерго М». 

Ответчик не представил доказательств того, что подконтрольное ему юридическое лицо обладало иными активами, которые не были учтены соответствующими регистрирующими органами и организациями. Равным образом, ответчик не предоставил сведений о том, что после формирования кредиторской задолженности планировалось совершение сделок, в результате которых ООО «Торгтрейд» получило бы в собственность имущество, за счет которого могли быть произведены расчеты с ООО «Энрего М».

Единственный ликвидный актив, формирующий капитализацию общества, составляли денежные средства, имевшиеся на счете ООО «Торгтрейд». В данной связи суд находит заслуживающими внимания доводы истца в части анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Стройальянс» в 2017 году.

По ходататйству истца в материалы дела представлена выписка по счету 40702810629380000617, открытого в АО «Альфа-Банк» за период с 10.02.2017 по 28.07.2017

Из анализа движения денежных средств следует, что за период с 14.03.2017 по 12.04.2017 поступление денежных средств от ООО "Энерго М" составило 1 495 000руб. 

Поступившие от ООО "Энерго М" денежные средства сняты с расчетног счета путем их списания через банковскую карту или банкомат (период списания с 14.03.2017 по 17.04.2017). В общей сложности общая сумма снятых через банковскую карту или банкомат денежных средств составила 2 920 000руб. Характер оборотов по счету свидетельствует о том, что поступающие на счет денежные средства на следующий же день выводятся со счета, текущий остаток на расчетном счете отсутствует.

Согласно письму АО «Альфа-Банк» вх. № 41 от 28.06.2021, вх №42 от 28.06.2021 держателем банковской карты №……689, выпущенной к расчетному счету 

<

***> ООО "Торгтрейд" является ФИО4

Доказательств, подтверждающих правомерность расходования денежных средств, снятых ФИО4 с банковского счета ООО «Торгтрейд» в материалы дела не представлено.

Устные доводы представителя ответчика о направлении данных денежных средств на выплату заработных плат, иные хозяйственные нужды, не принимаются судом, как не подтвержденные документально.

Каких-либо расходных операций по расчетному счету (перечисление денег иным контрагентам, оплата налогов и сборов, перечисление заработной платы), за исключением снятия денежных средств, не происходило. 

Остаток денежных средств на расчетном счете на конец периода составил ноль рублей.

При этом, сумма уплаченных налогов и сборов является малозначительной: НДС 10 864руб. 00коп., налог на прибыль – 10 717 рублей, удержанный НДФЛ – 8 855 рубелей.

Расчетный счет ООО «Торгтрейд» открыт 10.02.2017, при этом закрытие счета имело место по истечении непродолжительного промежутка времени – 28.07.2017. 

Согласно данным бухгалтерских балансов ООО «Торгтрейд» за 2017, 2018, 2019 годы, по состоянию на конец 2017 года прибыль составила 54 000 рублей (до уплаты налога на прибыль); 43 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом;. По состоянию на конец 2018 года прибыль составила 73 000 рублей (до уплаты налога на прибыль); 58 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом. По состоянию на конец 2019 года прибыль составила 209 000 рублей (до уплаты на прибыль); 167 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом.

В 2020 году налоговая отчетность не сдавалась. Налоговый орган отметил, что в отношении организации принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ (как недействующего юридического лица).

При этом у организации полностью отсутствовали внеоборотные долгосрочные активы. Кредиторская задолженность составляла значительную часть в структуре пассивов баланса общества.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при имеющихся объемах активов ООО «Торгтрей», последнее было не в состоянии обеспечить погашение кредиторской задолженности ООО «Энерго М» в размере 1 495 600 рублей (основной долг).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Ответчик не представил в материалы авансовых отчетов о расходовании денежных средств, кассовых чеков на приобретение товаров, квитанций и бланков строго отчетности, подтверждающих расходование денежных средств на хозяйственные нужды организации и т.п. Помимо этого, не представлено обоснование экономической целесообразности такого рода операций, так как снятие наличных денежных средств подразумевает оплату банковских комиссий. ООО «Торгтрейд» использует в своей деятельности традиционную систему налогообложения, при этом счета-фактуры, которые оформлялись бы с поставщиками и подрядчиками, работавшими за наличный расчет, суду не представлены. Следовательно, ООО «Торгтрейд» не получало право на вычет по НДС, что также указывает на совершение явно невыгодных для общества операций.

Суд также отмечает, что на даты снятие со счета денежных средств ФИО4 как диретору и учредителю общества было известно о наличии задолженности перед истцом (период образования задолженности перед истцом с 13.03.2017 по 12.04.2017). Вместе с тем, ФИО4, действуя недобросовестно, совершил действия по  выводу денежных средств посредством снятие их чрез банковскую карту, при наличии у должника неисполненных обязательств по уплате задолженности перед кредитором, что повлекло возникновения у должника признаков несостоятельности, а также уменьшение чистых активов общества стоимости уставного капитала и резервного фонда. Доказательств превышения чистых активов общества стоимости уставного капитала и резервного фонда после снятия денежных средств со счета, ответчиком не представлено.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требованй кредитров, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требоваий кредиторов по текущим платежам, оставшимися непогашенными по причине недостаточности имущества должника (абз. 10 п. 4 ст. 10 Заокна о банкротстве).

При изложенных обстоятельствах имеются основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности в сумме 1 751 823руб. 14коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В силу статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснил следующее.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок;

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и тому подобного (пункт 3).

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 6).

Не является основанием для отказа в удовлетворении такого требования сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 7).

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о том, что имеются также основания для взыскания с гр. ФИО4 убытков в сумме 1 751 823руб. 14коп.,что не превышает размер снятых им со счета денежных средств.

Контраргумент ответчика о наличии реальных правоотношений между ООО «Энерго М» и ООО «Торгтредй» подлежит отклонению судом.

Наличие кредиторской задолженности установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 02.12.2019 по делу № А43-22927/2019.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Как следует из подпункта 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Таким образом, руководитель ООО «Торгтрейд», не могло не знать о состоявшемся судебном акте в рамках дела № А43-22927/2019.

Вместе с тем, в рамках настоящего дела суд не полномочен переоценивать или ставить под сомнение выводы, сформулированные в ходе рассмотрения другого дела. Иное толкование процессуальных норм означало бы нарушение принципа законной силы судебного акта (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ), его окончательности, неопровержимости и правовой определенности.

Поведение ответчика следует квалифицировать как недобросовестное, нарушающее положения статей 1, 10 Гражданского кодекса РФ. Суд полагает, что в рассматриваемой ситуации действует принцип эстоппеля, являющийся одним из средств достижения правовой определенности и препятствующий недобросовестному лицу изменять свою первоначальную позицию, выбранную ранее модель поведения и отношения к определенным юридическим фактам. Законодательством не допускается противоречивое и недобросовестное поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Согласно абзацу 5 пункта 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Учитывая изложенное выше, суд не принимает во внимание доказательства, представленные ответчиком.

Кроме того, как установлено судом при рассмотрении дела № А43-22927/2019, в назначении спорных платежей, произведенных в период с 14.03.2017 по 12.04.2017, указано "оплата за товар по счету №12 от 13.03.2017". Вместе с тем сам счет №12 от 13.03.2017, а также документы, подтверждающие поставку на спорную сумму, не представлены ответчиком ни при расмотрении дела № А43-22927/2019, ни при рассмотрении настоящего дела. Представленный ответчиком договор поставки №27/09 от 14.03.2017 со спецификацией к нему не ответчают требованиям относимости и допустимости, установленным ст.ст. 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса РФ, поэтому не принимаются судом. Сам по себе договор поставки является лишь намерением со стороны поставщика осуществить поставку товарно-материальных ценностей, но в отсутстиве доказательств самой поставки, не может служить доказательством надлежащего исполнения обязательств.

Как отмечено в абзаце 3 пункта 16 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно книгам продаж ООО «Торгтрейд» и книгам покупок ООО «Энерго М»  за 1-2 кварталы 2017 года операции между данными организациями не задекларированы. Каких-либо разумных объяснений, в связи с чем, правоотношения между двумя организациями не были отражены в налоговой отчетности, ответчиком не представлено.

Также следует учесть, что при обороте денежных средств по счетам ООО «Торгтрейд» более 18 млн. руб. чистая прибыль общества в 2017 году составила 43 тыс.рублей. В отсутствие собственных средств производства, данный факт указывает на фиктивный характер деятельности организации. 

Согласно представленным выпискам по счетам ООО «Торгтрейд» не совершило ни одного платежа за аренду офисного помещения, за покупку канцтоваров, питьевой воды, либо за коммунальные услуги, что указывает на отсутствие места фактического ведения деятельности ООО «Торгтрейд».

Исходя из имеющихся в материалах дела данных, основными контрагентами ООО «Торгрейд» в 2017 году являлись организации, в адрес которых также перечислялись денежные средства со стороны ООО «Энерго М», либо аффилированные с ними лица:

- ООО «Интехстрой-100» (ИНН 

<

***>, контролирующее лицо ФИО8),

- ООО «Позитив» (ИНН 

<

***>, контролирующее лицо ФИО9, ответчик по иску ООО «Энерго М» по делу № А43-39002/2020),

- ООО «Стройальянсплюс» (ИНН5258133822, контролирующее лицо ФИО10, ответчик по иску ООО «Энерго М»  по делам №№ А43-33703/2020, А43-30991/2020),

- ООО «Трейдстрой» (ИНН 

<

***>, контролирующее лицо – ФИО11, ответчик по иску ООО «Энерго М»  по делу № А43-34270/2020),

- ООО «Рапид» (ИНН 

<

***>, контролирующее лицо – ФИО11, ответчик по иску ООО «Энерго М»  по делу № А43-34270/2020),

- ООО «Трикон Систем» (ИНН 

<

***>, контролирующее лицо – ФИО12, ответчик по иску ООО «Энерго М» по делу № А43-37212/2020).

Из анализа выписок по счетам ООО «Торгрейд»следует, что в рамках одного квартала имелись поступления и списания в пользу одних и тех же контрагентов. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что данные операции вероятнее всего произведены с целью оптимизации налогообложения по НДС.

При этом, ответчик не приводит доказательств того, что взаимоотношения с названными выше организациями отражены в налоговой отчетности ООО «Торгтрейд» (книги покупок и продаж). Иных доказательств реальности правоотношений с указанными выше контрагентами также не представлено.

Суд указывает на то, что в нарушение принципов, закрепленных в статьях 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о фактической возможности исполнения договорных обязательств ООО «Торгтрейд» перед ООО «Энерго М». Ответчик не доказал, что подконтрольное ему лицо обладало достаточным кадровым потенциалом и материально-технической базой для выполнения условий договора. При этом, суд в ходе рассмотрения дела неоднократно предлагал ответчику уточнить свою позицию в данной части. Следовательно, оборот денежных средств по счету ООО «Торгтрейд» не отражал реальной экономической деятельности общества.

Более того, в своей правовой позиции истец неоднократно ссылался на вступившие в законную силу судебные акты, которыми установлено, что ООО «Энерго М» не вело реальной экономической деятельности. Данная организация не имела собственного движимого или недвижимого имущества, в штате ООО «Энерго М» числилась лишь одна единица (директор ФИО13), что подтверждается сведениями из соответствующих внебюджетных фондов пенсионного, медицинского и социального страхования. В ходе опроса в правоохранительных органах ФИО13 утверждал о том, что он исполнял роль руководителя ООО «Энерго М» номинально, фактическая хозяйственная деятельность им не осуществлялась. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что ООО «Торгтрейд» фактически не вело реальной хозяйственной деятельности. Организация действовала с минимальной налоговой нагрузкой при наличии минимальной рентабельности. ФИО4 в нарушение пункта 3 статьи 53, статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ действовал не в интересах юридического лица, извлек личную выгоду. 

Как отмечено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Из изложенной выше совокупности обстоятельств суд приходит к выводу, что ООО «Торгтрейд» объективно не могло исполнить каких-либо договорных обязательств перед ООО «Энерго М». При этом, ФИО4 являлся бенифициаром ООО «Торгтрейд», что в силу указанных выше законоположений позволяет возложить на него субсидиарную ответственность по долгам подконтрольной организации.

В ходе рассмотрения дела истец ссылался на довод о мнимости договорных отношений между ООО «Энерго М» и ООО «Торгтрейд».

Согласно п.1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с аб.2,3 п.86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, оказывает влияние на размер конкурсной массы и, тем самым, затрагивает интересы других кредиторов). 

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в п. 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Как отражено в п.71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «Отказ в иске на том основании, что требование истца основано на оспоримой сделке, возможен только при одновременном удовлетворении встречного иска ответчика о признании такой сделки недействительной или наличии вступившего в законную силу решения суда по другому делу, которым такая сделка признана недействительной. Возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной».

Согласно п.1 статье 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

При таких обстоятельствах суд не может уклониться от оценки по существу доводов ООО «Энерго М» в части возражений о ничтожности сделки. Суд считает, что представленный ответчиком договоры является мнимыми, доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, подлежат отклонению.

Указанные выше обстоятельства также свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Рассматривая основание для вменения субсидиарной ответственности, связанное с ненадлежащим исполнением контролирующим лицом своей обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона (ответственность за неподачу заявления о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьями 10, 61.12 Закона о банкротстве является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10, Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

В обоснование довода о необходимости привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности истец указал, что директор, в соответствии со ст. 9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)» обязан обратиться с заявлением должника о признании предприятия банкротом в Арбитражный суд, т.к. следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в вышеназванной статье; истец полагает, что не позднее 10.05.2017 (с учетом последних уточнений), ранее истец указывал не позднее 22.05.2017, следовало обратиться в суд о признании общества банкротом - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, потому что не мог погашать задолженность.

Как следует из материалов дела, на указанные исцом предполагаемые даты необходимого обращения с заявлением о признании общества банкротом, единственным учредителм и директором общества являлся ФИО4

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10, ст. 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение наличия у должника признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности истец по сути ссылается лишь на неисполнение обязательств по исполнению судебного акта, принятого в его пользу.

Вместе с тем, наличие задолженности само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя предприятия-должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

В материалы дела не представлены доказательства того, что по состоянию на указанные истцом даты должнику предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества.

Наличие вступившего в законную силу и неисполненного судебного акта само по себе не означает обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Таким образом, действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Истцом не приведены безусловные доказательства того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредитором была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Согласно данным бухгалтерских балансов ООО «Торгтрейд» за 2017, 2018, 2019 годы, по состоянию на конец 2017 года прибыль составила 54 000 рублей (до уплаты налога на прибыль); 43 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом; оборотные запасы - 34 000руб. По состоянию на конец 2018 года прибыль составила 73 000 рублей (до уплаты налога на прибыль); 58 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом, оборотные запасы - 36 000руб. По состоянию на конец 2019 года прибыль составила 209 000 рублей (до уплаты на прибыль); 167 000 рублей – после исполнения обязательств перед бюджетом, оборотные запасы - 18105000руб.

Доказательств обнаружения какого-либо имущества должника не представлено. Согласно справке ГУ МВД России по Нижегородской области вх. № 361 от 20.02.2021 за ООО "Торгтрейд" транспортных средств не зарегистрировано, регистрационные действия с транспортными средствами в запрашиваемый период не совершались. В едином государственном реестре недвижимости отсутствуют сведения о зарегистрированных правах за ООО "Торгтрейд", также отсутствуют сведения о переходе прав собственности на объекты недвижимого имущества от ООО "Торгтрейд" к третьим лицам. 

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя и не подачей заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника в материалы дела не представлено.

Истцом документально не подтверждено наличие необходимой совокупности обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при которых руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Таким образом, основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, судом не установлены.

Суд также принимает во внимание, что неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона возникает обязанность руководителя (участника) обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Срок для обращения должника в суд, применительно к пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве, на который ссылается истец, документально не подтвержден, поскольку первичные документы, подтверждающие признаки объективного банкротства должника в материалы дела не представлены.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, доказательств наличия основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим в заявленный истцом период (с мая 2017), в материалы дела не представлено. 

Исследовав представленные в дело доказательства и оценив их по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанные истцом даты Общество обладало признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в смысле, придаваемом этим понятиям положениями статьи 2 Закона о банкротстве, либо доказательств того, что должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а равно доказательств наличия иных указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения руководителя юридического лица в суд с заявлением о признании должника банкротом; материалами дела не подтверждено, когда именно возникли данные обстоятельства, не приведено доказательств того, что в случае обращения в суд с заявлением о своем банкротстве была бы погашена имеющаяся перед кредиторами задолженность. Кроме того, по заявленному истцом основанию ответчик может быть привлечен к субсидиарной ответственности лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве и до возбуждения дела о банкротстве. Между тем истец не определил размер субсидиарной ответственности согласно названной норме закона.

При таких условиях суд приходит к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за не подачу завления о признании должника банкротом.

Иные доводы ФИО4 не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. Тезис ответчика о порочности договора цессии между ООО «Корпорация АПЕКС» и ООО «Регион-Инвест» не входит в предмет оценки суда в рамках настоящего спора. На момент рассмотрения настоящего спора в материалы дела приобщена автоматизированная копия решения Арбитражного суда Нижегородской области от 07.04.2021 по делу А43-38237/2020, которым в удовлетворении исковых требований о признании договора уступки права требования отказано в полном объеме. 

Исходя из данных системы «Картотека арбитражных дел» Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2021 названное выше решение оставлено без изменения, вступило в законную силу. 

Наличие дебиторской задолженности ООО «Регион-Инвест» подтверждено вступившим в законную силу судебным актом и сомнений не вызывает.

Довод ответчика о недобросовестном поведении со стороны конкурсного управляющего ООО «Энерго М» - ФИО7 и конкурсного кредитора ООО «Регион-Инвест» также лежит за пределами предмета доказывания по настоящему делу. 

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Для установления в действиях граждан и юридических лиц злоупотребления правом необходимо установить их намерения при реализации принадлежащих им гражданских прав, которые направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают такую возможность их нарушения, при этом выявить действительную волю лица, злоупотребившего правом, возможно при характеристике последствий реализации гражданских прав таким лицом.

На основании пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Ответчиком не приведено убедительных доводов о том, в чем заключается злоупотребление правом со стороны истца и не представило доказательств такого злоупотребления.

Иные доводы и возражения ответчика проверены судом и отклонены как необоснованные и не подтвержденные материалами дела.

Расходы по государственной пошлине в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на р. ФИО4 в сумме 30 518руб. 00коп. и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, посокльку при подаче иска истцу предоставлялась отсрочка.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 30.10.2020 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО3, в пределах суммы иска в размере 1 751 823 руб.14 коп.

Опедлением Арбитражного суда Нижегородской области от 17.11.2020 обеспеечительные меры отменены, поскольку ФИО3 на депозитный счет суда внесены денежные средства в сумме 1 751 823 руб.14 коп в качестве встречного обеспечения исполнениния требования истца.

На основании ч. 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая прекращение производства в отношении гр. ФИО3, денежные средства в сумме 1 751 823 руб.14 коп. подлежат возврату с депозитного счета Арбитражного суда Нижегородской области после вступления решения в законную силу по заявлению заявителя с указанием реквизитов для перечисления. 

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченно доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

руководствуясь статьями 49, 96, 110, 112, 150, 167 — 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Принять отказ от иска в части взыскания с гр. ФИО3, г. Н. Новгород в порядке субсидиарной ответственности 55 767руб. 43коп., производство по делу в этой части прекратить.

Взыскать с гр.ФИО4, Нижегородская область, Кстовский район д.Малая Ельня в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энерго М» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г.Нижний Новгород в порядке субсисидиарной ответственности 1 751 823руб. 14коп.

Взыскать с гр.ФИО4, Нижегородская область, Кстовский район д.Малая Ельня в доход федерального бюджета 30 518руб. 00коп. госпошлины.

Исполнительный лист на взыскание денежных средств, взысканных в порядке субсидиарной ответственности выдается после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Исполнительный лист на взыскание госпошлины в доход федерального бюджета выдается после вступления решения в законную силу.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Нижегородской области от 30.10.2020 в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО3, в пределах суммы иска в размере 1 751 823 руб.14 коп., отменить.

Возвратить гр. ФИО3, г. Н. Новгород с депозитного счета Арбитражного суда Нижегородской области 1 751 823 руб.14 коп.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г.Владимир через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента принятия решения. 

В таком же порядке решение может быть обжаловано в арбитражный суд Волго-Вятского округа, г.Нижний Новгород в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого акта, при условии, что он был предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

СудьяН.А. ФИО1