ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А65-1717/2024

г. Самара

16 июля 2024 года

11АП-8259/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июля 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Копункина В.А., судей Коршиковой Е.В., Ястремского Л.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Николаевой А.Ю.,

с участием в судебном заседании:

от истца – ФИО1 по доверенности от 23.01.2024,

от ответчика - ФИО2 по доверенности от  02.02.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №7, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2024 года по делу №А65-1717/2024 по иску индивидуального предпринимателя ФИО3,

к индивидуальному предпринимателю ФИО4,

о признании сделки недействительной, 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предпринимателя ФИО3 (далее истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее ответчик) о признании договора 35-ВТ-МП от 19.10.2022 недействительным, взыскании 350 000 руб. паушального взноса, 31039,73 руб. процентов.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2024 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2024 года по делу №А65-1717/2024.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 мая 2024 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 02 июля 2024 года.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, который был приобщен к материалам дела в соответствии со ст. 262 АПК РФ.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель истца апелляционную жалобу поддержал, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика апелляционную жалобу не поддержал, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения суда.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, индивидуальным предпринимателем ФИО4 (ответчик, лицензиар), и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (истец, лицензиат) 26.09.2022 был заключен лицензионный договор №25-ВТ-МП, по условиям которого Лицензиар обязуется предоставить Лицензиату за вознаграждение и на указанный в договоре срок право на использование Лицензиатом в своей предпринимательской деятельности принадлежащий Лицензиару секрет производства (ноу-хау), указанный в п. 1.1 договора, при помощи которого Лицензиат будет намерен извлекать прибыль в сфере реализации товаров, используя принадлежащие Лицензиару исключительные права, являющиеся предметом настоящего договора.

Секрет производства (ноу-хау) по настоящему договору - это сведения экономического, организационного и иного характера, а также совокупность различных знаний и опыта (научного, административного, финансового, коммерческого или иного характера), которые собраны Лицензиаром в процессе предпринимательской деятельности в сфере реализации товаров, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании, в связи с введением Лицензиаром режима коммерческой тайны.

В соответствии с п. 2.2. договора в состав секрета производства входят:

-  Руководство по открытию бизнеса на маркешлейсах;

-  Описание деятельности розничного бизнеса, включая терминологию;

-  Составление индивидуального плана открытия ЭТТ;

-  Инструкция по регистрации юридического лица, открытие расчётного счёта, выбор формы налогообложения;

-  Формы и инструкции для мониторинга конкурентов;

-  Инструкция по заказу товара;

-  Видеокурс по работе с оптовой интернет площадкой www. 1688.com;

-  Видеокурс по бизнесу на маркетплейсах;

-  Финансовая модель ЭТТ;

-  Видеоинструкция по работе с маркетплейсом;

-  Описание деятельности в маркетинге, включая рекламу в социальных сетях;

-  Инструкции по настройке в сети Интернет таргетированной рекламы;

-  Список рекомендуемого программного обеспечения и оборудования;

-  Инструкция по работе с фотоконтентом;

-  Инструкции по найму персонала;

-  Должностные инструкции для всех категорий сотрудников;

-  Стандарты обслуживания клиентов.

Согласно п. 2.4. договора лицензия выдается лицензиату сроком на 3 года.

В соответствии с пунктом 2.6. договора секрет производства (ноу-хау) передаётся Лицензиаром в адрес Лицензиата в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента оплаты первой части паушального взноса согласно п. 5.2 и 5.4.1 договора».

Согласно пункту 2.7. договора лицензиар обязуется передать Лицензиату весь состав секрета производства (ноу-хау), перечисленный в п. 2.2 договора, путём предоставления доступа к файлохранилищу на почту Лицензиата «Titovins@yandex.ru» и на вновь созданную электронную почту для Лицензиата с доменом «@voltron-shop.com».

Пунктом 5.1 договора предусмотрено, что сумма вознаграждения складывается из паушального взноса и роялти, предусмотренных настоящим договором.

Размер паушального взноса составляет 340 000 рублей и оплачивается не позднее 25.10.2022.

Размер ежемесячных роялти-платежей составляет 18800 рублей с третьего месяца после заключения договора.

При достижении ежемесячной выручки Лицензиатом в размере 1 000 000 рублей, размер ежемесячных роялти-платежей составит 38 800 рублей.

Обосновывая заявленные требования, истец указал, что им уплачено лицензиару по договору в качестве паушального взноса 274000 руб. за период с 31.10.2022 по 10.05.2023. После уплаты паушального взноса, в соответствии с актом приема исключительных прав от 23.01.2023, лицензиаром была передана только информация, указанная в пунктах 2.2.1.-2.2.17 договора. Между тем, переданная информация не имеет коммерческой ценности, т. к. является общедоступной, и, согласно толкованию п.2.2. договора, является только частью секрета производства (ноу-хау). Исходя из понятий «секрет производства», «ноу-хау», «коммерческая тайна», основаны на одном обстоятельстве: для признания информации секретом производства требуется одновременное наличие двух критериев - информация не известна третьим лицам и обладает действительной или потенциальной ценностью для истца. Между тем, совокупность необходимых обстоятельств для признания представленных истцу (Лицензиату) ответчиком (Лицензиаром) документов по договору содержащим секрет производства отсутствует - все переданные документы являются общеизвестными, находятся в свободном доступе в сети интернет.

Ссылаясь на ч.1 ст.178 ГК РФ, истец просил признать лицензионный договор № 25 -ВТ-МП недействительным, как заключенный под влиянием заблуждения.

Отклоняя доводы и требования истца, ответчик в отзыве на исковое заявление указал, что  с   его  стороны  обязательства исполнены,   доступ  к  ноу-хау  предоставлен,   все обязательства по договору исполнялись надлежащим образом, что подтверждается, в частности, следующим:

-  открыт доступ в CRM-систему, где содержится весь перечень информации, предусмотренный пунктом 2.2. Лицензионного договора. Доступ к системе был предоставлен 14.11.2022 г.

-  между сторонами был подписан акт передачи исключительных прав от 23.01.2023;

-  передача архива, в котором содержался весь секрет производства (ноу-хау), указанный в договоре, дополнительные инструкции к порядку использования ноу-хау;

-  проведение консультации (письменных в мессенджере Telegram и путем звонков);

-  заключение договора оказания услуг №1931 - FF от 23.01.2023 г.;

-  заключение договора поставки № 1931 - Р от 23.01.2023 г.;

-  оформление заявок на поставки товаров, избранные истцом;

-  проведение аналитики маркетплейсов.

При этом истец также совершил ряд действий по исполнению договора, которые также свидетельствует о том, что истец не заблуждался относительно природы договора, в том числе, производил оплату паушального взноса и роялти-платежей; подписал акт передачи исключительных прав; прошёл обучение в CRM-системе; осуществлял выбор товаров для последующей продажи; общался с сотрудниками ответчика в Telegram, осуществлял звонки с ними; заключил с поставщиком договор поставки и договор об оказании услуг.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1465 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе, путем введения режима коммерческой тайны.

На основании ст. 1225 ГК РФ секрет производства признается самостоятельным результатом интеллектуальной деятельности, которому предоставляется правовая охрана.

Согласно п. 1 ст. 1466 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона -обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

При предоставлении права использования секрета производства лицо, распорядившееся своим правом, обязано сохранять конфиденциальность секрета производства в течение всего срока действия лицензионного договора. Лица, получившие соответствующие права по лицензионному договору, обязаны сохранять конфиденциальность секрета производства до прекращения действия исключительного права на секрет производства (п. 3 ст.1469 ГК РФ).

Судом приняты во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 143 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", из которых следует, что положения главы 75 ГК РФ определяют порядок правовой охраны секретов производства (ноу-хау), то есть сведений любого характера (производственных, технических, экономических, организационных и других) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющих действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны (статья 1465 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1465 ГК РФ с 1 октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным.

Стороны согласовали в пункте 2.6. Договора, что секрет производства (ноу-хау) передаётся Лицензиаром в адрес Лицензиата в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента оплаты паушального взноса согласно п. 5.2 и 5.4.1 договора.

Стороны в заключенном Лицензионном договоре согласовали, что в соответствии с пунктом 2.7. Лицензиар обязуется передать Лицензиату весь состав секрета производства (ноу-хау), перечисленный в п. 2.2 договора, путём предоставления доступа к файлохранилищу на почту Лицензиата «Titovins@yandex.ru» и на вновь созданную электронную почту для Лицензиата с доменом 

<

<

@voltron-shop.com».

Ответчиком после заключения договора и получения оплаты паушального взноса на почту, указанную истцом в договоре: 

<

 Titovins@yandex.ru», и на вновь созданную электронную почту «@voltron-shop.com» был направлен весь перечень секрета производства (ноу-хау), а именно: архив, в котором содержался весь секрет производства (ноу-хау), указанный в договоре, дополнительные инструкции к порядку использования ноу-хау.

Как указал ответчик в своем отзыве, доступ к секрету производства (ноу-хау) для удобства его использования осуществляется через CRM- систему (файлохранилище), в которой открывался доступ к ноу-хау по переданному логину и паролю (логин и пароль направлены информационным письмом 20.04.2023 в 15 часов 22 минуты).

Сотрудники ответчика детально излагали каждый этап развития бизнеса истца, всегда были на связи и были готовы ответить на абсолютно любые его вопросы. Был создан чат по заключенному договору в мессенджере Telegram, в котором стороны вели активную переписку и неоднократно обсуждали текущие вопросы по сотрудничеству. Также сотрудники всегда были на связи и отвечали на все звонки истца. В соответствии с данными CRM-системы, истец неоднократно заходил в систему, где был загружен ноу-хау, а именно: 22.10.2023 в 23:46 ч.; 19.10.2023 в 13:00 ч.; 18.10.2023 г. в 15:00 ч. и в 11:28 ч.; 16.10.2023 в 09:54 ч.

Стороны в пункте 2.11 лицензионного договора договорились, что с момента направления Лицензиаром в адрес Лицензиата доступа к секрету производства (ноу-хау) в порядке, определённом п. 2.7 договора, обязательства Лицензиара по настоящему договору считаются исполненными надлежащим образом и в полном объёме. Стороны обязуются в течение 7 (Семи) дней с момента направления доступа к секрету производства (ноу- хау) подписать соответствующий акт.

Между сторонами 23.01.2023 был подписан акт оказанных услуг, по которому истец принял каких-либо претензий весь передаваемый секрет производства (ноу-хау).

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом были приняты услуги по договору в полном объеме, истец получил доступ (право использования) к секрету производства (ноу-хау) для открытия бизнеса на маркетплейсах, а значит ответчик выполнил в полном объеме свои обязательства по передаче секрета производства (ноу-хау), перечисленного в п. 2.2 договора.

Суд первой инстанции указал, что на момент заключения лицензионного договора, а также в ходе его исполнения, в том числе при получении акта передачи технической документации и коммерческой информации,  составляющей  секрет производства (ноу-хау),  истцом не заявлялось о несогласии с предметом договора и о не передаче секрета производства (ноу-хау), а равно об отказе от заключения договора на предложенных ему условиях. При этом, действуя свободно и заключая лицензионный договор, ФИО3 согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау).

Из пункта 2.3 лицензионного договора № 25-ВТ-МП следует, что лицензия на ноу-хау, передаваемая Лицензиаром Лицензиату по Договору, является неисключительной, т.е. за лицензиаром сохранилось право выдачи лицензий другим лицам, а также самостоятельного использования применения секрета производства (ноу-хау) в своей предпринимательской деятельности.

Как указано в п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Учитывая действия истца по оплате паушального взноса и передаче ответчиком предусмотренного договором секрета производства во исполнение договора, суд пришел к выводу, что стороны приступили к исполнению договора.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 18.05.2023 N С01-726/2023 по делу N А65-23673/2022, Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 №11АП-3591/2024 по делу №А65-30213/2023.

Суд первой инстанции указал, что истец не представил доказательства, свидетельствующие о том, что сведения и документы, перечисленные в пункте 2.2 Лицензионного договора, как входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности, а также о том, что ответчик не исполнил обязательства по договору.

Оценив действия сторон по передаче ответчиком истцу предусмотренного договором ноу-хау и осуществление эксплуатации ноу-хау истцом, а также представленную в дело переписку сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора истцу было известно о качественных характеристиках предмета договора.

Заявляя требование о признании сделки недействительной, истец ссылался на то, что при заключении договора ответчик ввел истца в заблуждение.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 3 ст. 166 ГК РФ установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу п. 5 ст. 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В силу положений статьи 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется участниками гражданского оборота на свой риск.

Указанное положение предполагает, что от участников гражданского оборота требуется должная степень осмотрительности и заботы при заключении сделок. При этом рисковый характер предпринимательской деятельности распространяется также на такой ее атрибут как прибыльность.

Суд первой инстанции указал, что истец не был лишен возможности узнать качественные характеристики самой предпринимательской деятельности. Доказательств умышленного введения истца ответчиком в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, истец не представил. При подписании соглашения у истца не возникло возражений или вопросов относительно его содержания, истцом не было направлено протокола разногласий к договору. При этом факт уплаты истцом ответчику паушального взноса после заключения договора свидетельствует, в том числе, об отсутствии заблуждения истца относительно природы сделки, тождества либо иных качеств ее предмета. Содержание спорного лицензионного договора в достаточной степени позволяет установить волю сторон, его предмет и условия. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вопреки доводам истца, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец и ответчик имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступали к исполнению своих обязательств по договору, то есть совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого договора, в связи с чем спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

В рассматриваемом случае договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (пункт 2 статьи 1235 ГК РФ); все существенные условия такого договора, а именно: предоставление права использования секрета производства (ноу-хау), способы его использования, размер вознаграждения, сторонами согласован.

Заключенный между сторонами договор был исполнен обеими сторонами.

Довод истца о том, что переданная информация не имеет коммерческой ценности, так как является общедоступной, судом первой инстанции отклонен, как не соответствующий ни норме закона, ни обстоятельствам дела.

В силу п. 1 ст. 1465 ГК РФ с «01» октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным и является лишь одним из способов сохранения секрета производства (ноу-хау).

Согласно п. 4.4.10. Лицензионного договора Лицензиат обязан не разглашать секрет производства и другую полученную от Лицензиара информацию, а также обеспечить сохранность такой информации путём подписания и соблюдения соглашения о конфиденциальности со своими сотрудниками, допущенных к секрету производства. Также, в соответствии с п. 4.5.4. Лицензиат не вправе разглашать секрет производства Лицензиара и другую полученную от него конфиденциальную коммерческую информацию.

Раздел 6 Лицензионного договора также полностью посвящен обеспечению конфиденциальности секрета производства (ноу-хау) и накладывает на истца обязанности не разглашать и не распространять полученную от ответчика информацию в период действия договора и в течение 10 лет после истечение срока его действия. Таким образом, конфиденциальность сведений ответчиком исполнена.

Ссылка истца на то, что его ввели в заблуждение, а представленные сведения находятся в общем доступе и не имеют коммерческой ценности, не принята судом, поскольку, являясь субъектом предпринимательской деятельности, истец в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен и мог предположить и оценить возможность наступления отрицательных последствий такой деятельности, в том числе и в случае утраты интереса к исполнению совершенной им сделки.

Условия договора позволяют с достаточной степенью определенности уяснить смысл предмета договора и используемых объектов, договор был подписан без возражений, реально исполнялся истцом. Поэтому доводы истца о введении его в заблуждение должны не подтверждаются представленными доказательствами по делу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны доводам приведенным в суде первой инстанции. Указанным доводам была дана надлежащая оценка судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции соглашается с вышеуказанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд,

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2024 года по делу №А65-1717/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

 

Председательствующий                                                                               В.А. Копункин

 

Судьи                                                                                                             Е.В. Коршикова

Л.Л. Ястремский