603/2023-62466(2) @ 

 

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-15315/2020

г. Киров

01 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 01 августа 2023 года.  

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Караваева И.В., судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании: конкурсного управляющего ФИО2, лично 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные  системы и технологии – Усинск» ФИО2  

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 23.05.2023 по делу №  А29-15315/2020  

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО2  

о признании сделки должника недействительной и применении последствий  недействительности сделки  

с участием лиц, в отношении которых совершена сделка, -ФИО3, ФИО4  

в рамках дела по заявлению уполномоченного органа – Федеральной налоговой  службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой  службы № 8 по Республике Коми  

к должнику – обществу с ограниченной ответственностью «Специальные  системы и технологии – Усинск» (ИНН:1106018345, ОГРН: 

<

***>)о  признании должника несостоятельным (банкротом),  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» (далее - ООО  «ССТ-Усинск», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, заявитель) обратился в  Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, в котором просит признать  недействительным (ничтожным) договор аренды спецтехники № 13-17 АР от  14.08.2017 между арендодателем ФИО3  

(одновременно заместителем директора ООО «ССТ-Усинск» ФИО4).  и ФИО4 (директором должника) от имени арендатора ООО «ССТ- Усинск» об аренде автомобильного крана марки КС-55713-5, 2010 года выпуска,  гос.рег.знак 

<

***> WIN Z8C557135A0000107, двигатель № А2563903, кузов  (крановая установка) № 107, шасси: XTC43118RA2370465, оранжевого цвета,  производитель ОАО «ГАКЗ», ПТС 44НА884023, свидетельство о регистрации 48   № 751653 от 27.04.2017; взыскать солидарно с ответчиков ФИО4 и ФИО3 в пользу должника  ООО «ССТ-Усинск» 3 799 817 руб. в порядке применения последствий  недействительности ничтожной сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 23.05.2023 в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО2 о признании сделки должника недействительной и  применении последствий недействительности сделки отказано.  

Конкурсный управляющий с принятым определением суда не согласен,  обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой  просит определение суда первой инстанции отменить, заявление конкурсного  управляющего удовлетворить.  

В обоснование жалобы конкурсный управляющий указывает, что дата  возникновения признаков неплатежеспособности ООО «ССТ-Усинск» - 23.05.2016  года (дата возникновения задолженности перед ООО «НяганьСтрой», далее  заменен на ООО «Южный», в размере 121 500 рублей). Требование  подтверждается судебным приказом от 29.12.2020 по делу № А29-15472/2020.  Так как должник в течение длительного периода не погашал задолженность  перед ООО «НяганьСтрой», прекратил исполнение обязательств перед кредитором, в  соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ именно дата возникновения  задолженности перед ООО «НяганьСтрой» считается датой возникновения  признаков неплатежеспособности. В обоснование наличия у должника  признаков неплатежеспособности заявитель также ссылается на показатели  бухгалтерского баланса. По мнению заявителя, судом не было установлена, а  Ответчиками не доказана необходимость заключения Должником договора  аренды с ежемесячной оплатой с аффилированным ему лицом для  осуществления его производственной деятельности. Судом не применен  повышенный стандарт доказывания к аффилированным лицам. Ни ФИО3, ни ФИО4 не представлены сведения, подтверждающие  экономическую обоснованность и целесообразность, разумность заключения  именно договора аренды на условиях, существенно отличающихся от условий,  обычных при заключении аналогичных договоров, в части существенного  расхождения в цене договоров от среднерыночной цены в условиях разовых  услуг. В период действия временного пропуска транспортное средство  неоднократно заезжало на территорию. То есть автокран находился на  территории не постоянно, а лишь осуществлял заезды на территорию для  осуществления деятельности. Конкурсный управляющий ссылается на  завышенную стоимость аренды. Как указывает конкурсный управляющий,  средняя стоимость аренды автокрана при разовой услуге составляет 1 800 рублей  за разовую услугу. Даже принимая во внимание возможность оказания услуг в  течение 24 рабочих дней в месяц, сумма платы составляет в среднем 43 200  

рублей в месяц, что существенно ниже стоимости по спорному договору аренды,  заключенному ООО «ССТ-Усинск» с ФИО3 По мнению заявителя,  судом первой инстанции необоснованно отклонен об отсутствии сведений,  подтверждающих реальность договора аренды. По мнению заявителя, Шинкевич  и ФИО3 могли изначально договориться о том, что ФИО3 формально  регистрирует на своё имя автокран именно в целях создания видимости сделки  для перевода на счет ФИО3 денег, якобы, по договору аренды. ФИО3  было достаточно формально зарегистрировать на своё имя указанное в договоре  аренды транспортное средство, которое могло быть полностью неработоспособным и  стоить за счет этого недорого, так как фактически использовать это ТС в  интересах должника ни Шинкевич, ни ФИО3 не собирались.  Представленные Ответчиком путевые листы не могут быть признаны весомым  доказательством его позиции в виду их недостаточности при отсутствии иных  документов. По мнению заявителя, судом необоснованно отклонен довод  конкурсного управляющего об отсутствии экономической целесообразности  заключения договора аренды при наличии возможности покупки транспортного  средства. В случае выкупа автокрана по цене, сопоставимой с суммой, которую  ООО «ССТ-Усинск» выплатило ФИО3 за весь период договора  аренды, последующей реализации данного транспортного средства спустя два с  лишним года (период действия договора аренды) даже с учетом амортизации  ООО «ССТ-Усинск» возместило бы большую часть расходов на приобретение  автокрана и одновременно бы извлекло прибыль в результате использования в  производственной деятельности предприятия в данный период.  

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии  апелляционной жалобы к производству вынесено 09.06.2023 и размещено в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 10.06.2023.  

В дополнениях конкурсный управляющий указывает, что в результате  мероприятий, проведенных следователем следственного отдела ОМВД России  по г. Усинску, подтверждены обстоятельства, на которые ссылается конкурсный  управляющий ФИО2 как в апелляционной жалобе, так и в заявлении о  признании недействительной сделкой передачи директором должника ФИО4 денег должника ООО «ССТ-Усинск» своему заместителю ФИО3 под  видом оплаты притворного (ничтожного) договора аренды принадлежащего  ФИО3 транспортного средства. Конкурсный управляющий указывает,  что именно директор ООО «ССТ-Усинск» ФИО4 попросил ФИО3 найти автокран и зарегистрировать последнего автокран за собой на праве  собственности. Денежные средства на покупку автокрана передал ФИО3 именно директор ООО «ССТ-Усинск» ФИО4 Техника «якобы»  сдавалась в аренду ООО «ССТ-Усинск», то есть фактических арендных  взаимоотношений между ООО «ССТ-Усинск» и ФИО3 не  существовало. Целью заключения спорного договора аренды являлся именно  вывод денежных средств с ООО «ССТ-Усинск».  

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы.  

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное  заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены  надлежащим образом.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей не  явившихся лиц.  

Вместе с апелляционной жалобой, а также ходатайством о приобщении  дополнительных документов от 19.07.2023, конкурсным управляющим  представлены документы, которые не были предметом исследования в суде  первой инстанции.  

Согласно пункту 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде  апелляционной инстанции» поскольку арбитражный суд апелляционной  инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по  имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным  доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых  доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на  апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего  доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или  заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.  

Принимая во внимание, что конкурсным управляющим не обоснована  невозможность представления в суд первой инстанции дополнительных  доказательств, приложенных к апелляционной жалобе, в том числе копий  объявлений об аренде крана, договора аренды от 18.11.2016, заключенного  между должником и ООО «Транссервис», а также дополнительного соглашения  к нему от 21.02.2018, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований  для приобщения указанных документов к материалам дела.  

Приложенная к ходатайству от 19.07.2023 копия Постановления об отказе в  возбуждении уголовного дела от 24.05.2023 также не подлежит приобщению к  материалам дела, поскольку указанное доказательство возникло уже после  вынесения обжалуемого судебного акта, тогда как исходя из смысла статей 266,  268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ) при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, суд  проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции  на момент его принятия.  

Судебная коллегия отмечает, что получение ответчиком каких-либо  документов либо сведений после вынесения судебного акта само по себе не  является основанием для их приобщения к материалам дела.  

Конкурсный управляющий заявил ходатайство об обязании ФИО3 обеспечить личную явку в судебное заседание по  рассмотрению обоснованности апелляционной жалобы.  

В обоснование ходатайства конкурсный управляющий ссылается на  различия в сведениях, представленных ФИО3 в отзыве на заявление  конкурсного управляющего ООО «ССТ-Усинск» о признании сделки  недействительной, и в пояснениях, данных ФИО3 в ходе опроса  сотрудникам правоохранительным органов.  

По смыслу части 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание  арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о  времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их  отсутствие.  

Принимая во внимание, что явка лично или через представителя в судебное  

заседание в силу статьи 41 АПК РФ является правом лица, участвующего в деле,  суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для обязания  ФИО3 обеспечить личную явку в судебное заседание в судебное  заседание, рассмотрение апелляционной жалобы конкурсного управляющего  возможно по имеющимся в материалах дела документам.  

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена  Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Как следует из материалов дела, 15.12.2020 ООО «ССТЭнергомонтаж»  обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании  ООО «ССТ - Усинск» несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 21.01.2021  заявление ООО «ССТЭнергомонтаж» принято к производству, возбуждено  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО  «ССТ - Усинск».  

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 22.03.2021  (резолютивная часть от 15.03.2021) в отношении ООО «ССТ - Усинск» введена  процедура, применяемая в деле о банкротстве, наблюдение, временным  управляющим утвержден ФИО2.  

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 18.10.2021  (резолютивная часть от 11.10.2021) ООО «ССТ - Усинск» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.  

Из материалов дела следует, что 14.08.2017 между ООО «ССТ - Усинск»  (арендатор) и ФИО3 (арендодатель) заключен  договор аренды спецтехники № 13-17 АР (далее – договор аренды от  14.08.2017), по условиям которого арендодатель передает во временное владение  и пользование арендатору принадлежащий ему на праве собственности  автомобиль, паспорт транспортного средства 44 НА 884023, марки КС-55713-5,  выпуска 2010 года, производство ОАО «ГАКЗ» (Россия), идентификационный  номер (VIN) Z8С557135А0000107, двигатель № А2563903, кузов № 107,  оранжевого цвета, регистрационный знак 

<

***> зарегистрированный  27.04.2017 в ГИБДД ОВД г. Усинска, для использования в соответствии с  нуждами арендатора (пункт 1.1 договора) (том 1 л.д. 21-22).  

Согласно сведениям Управления ГИБДД МВД по Республике Коми  транспортное средство Кран автомобильный марки КС 55713-5, 2010 года  выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> с 27.04.2017  зарегистрирован за ФИО3 (том 1 л.д. 26).  

В соответствии с пунктом 2.1 указанного договора, арендодатель  предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное  владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической  эксплуатации, а арендатор по истечении договора аренды возвращает  автомобиль в исправном состоянии. Передача осуществляется по акту приема- передачи, который подписывается обеими сторонами. При передаче автомобиля  стороны проверяют его техническое состояние, оговаривают имеющиеся  неисправности и порядок их устранения. Это должно отражаться в акте приема- 

передачи.  

Арендатор обязуется по истечении срока действия договора возвратить  автомобиль арендодателю в надлежащем техническом состоянии с учетом  нормального износа (пункт 2.2 договора).  

Арендатор своими силами осуществляет управление арендованным  автомобилем и его эксплуатацию как коммерческую, так и техническую (пункт  2.3 договора).  

Арендатор в течение всего срока договора аренды производит техническое  обслуживание и регламентные работы, капитальный и текущий ремонт  автомобиля за свой счет в сроки, согласованные с арендатором.  

Арендатор несет расходы по содержанию автомобиля, его страхованию, а  также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией, включая  приобретение горюче-смазочных материалов (ДТ и т.д.) (пункты 2.4, 2.5  договора).  

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2 договора, арендная плата по данному  договору составляет 172 414 руб. в месяц, с учетом НДФЛ 13 %.  

Платежи, предусмотренные пунктом 3.1 договора, выплачиваются  арендатором ежемесячно не позднее 5-го числа месяца, следующего за месяцем,  в котором осуществлялось использование автомобиля, на расчетный счет  арендодателя.  

 Договор заключен на срок с 14 августа 2017 года по 31 декабря 2017 года и  может быть продлен сторонами по взаимному согласию (пункт 4.1 договора).  

Кран автомобильный КС-55713-5 передан арендодателем и принят  арендатором по акту приема-передачи транспортного средства от 15.08.2017,  подписанному сторонами, в исправном состоянии, технические характеристики  автомобиля сверены и соответствуют указанным данным в документах и  договоре аренды спецтехники от 14.08.2017 № 13-17 АР, комплектность  автомобиля проверена и соответствует заводской. Обе стороны претензий к  передаваемому автомобилю не имеют (том 1 л.д. 23).  

На основании дополнительных соглашений от 31.12.2017 № 1 и от  31.12.2018 № 2 стороны пришли к обоюдному согласию о продлении срока  аренды по 31.12.2018 и по 31.12.2019 (том 1 л.д. 102, 108).  

Соглашением от 01.12.2019 стороны расторгли договор от 14.08.2017 № 1317 АР с 01.12.2019 (том 1 л.д. 24).  

По акту приема-передачи транспортного средства от 30.11.2019 арендатор  передал, а арендодатель принял транспортное средство в исправном  техническом состоянии (том 1 л.д. 25).  

ООО «ССТ – Усинск» произведены платежи в пользу ФИО3 по  указанному договору аренды спецтехники в общей сумме 3 799 817 руб., в том  числе:  

в период с 04.10.2017 по 05.02.2018 за сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь  2017 года в общей сумме 600 000 руб. (по 150 000 руб.);  

в период с 12.02.2018 по 11.01.2019 за период с января по декабрь 2018 года  в общей сумме 1 799 817 руб.;  

в период с 06.02.2019 по 19.11.2019 за период с января по сентябрь 2019  года в общей сумме 1 400 000 руб.  

Конкурсный управляющий, полагая, что договор аренды от 14.08.2017  является недействительной сделкой на основании статьей 10, 168, 170  

Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с  настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление, отказал в его удовлетворении. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы,  заслушав конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции не нашел  оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из  нижеследующего.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения  сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об  этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 21.01.2021,  оспариваемая сделка совершена 14.08.2017, то есть за пределами трехлетнего  срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Таким образом, оспариваемая сделка не может быть оспорена по  специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.  

Конкурсный управляющий оспаривает сделку на основании статьей 10, 168,  170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля  обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение  соответствующих гражданских прав и обязанностей.  

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное  исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой  стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в  распределении имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не  имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав  и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для  квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа  фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.  

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на  иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.  

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 87 и  88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1  Гражданского кодекса Российской Федерации», прикрываемая сделка может  быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ  или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует  учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но  и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются  ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с  учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.  

Из материалов дела следует, что на дату заключения оспариваемой сделки  руководителем ООО «ССТ – Усинск» являлся ФИО4  

ФИО3 работал в ООО «ССТ-Усинск» с 01.12.2010 в разные  периоды времени в должности водителя, механика, заместителя начальника  транспортного отдела.  

На дату заключения оспариваемого договора аренды ФИО3 с  04.04.2017 являлся заместителем директора аппарата управления ООО «ССТ- Усинск» (том 1 л.д. 28-36).  

Как верно отметил суд первой инстанции, само по себе наличие признака  аффилированности или заинтересованности у сторон сделок не свидетельствует  о цели причинения вреда кредиторам, не свидетельствует о мнимости  правоотношений и не является самостоятельным основанием для признания  оспариваемого договора недействительным; действующее законодательство не  предусматривает запрет коммерческой деятельности между аффилированными  лицами.  

Материалами дела подтверждается, что транспортное средство (кран  автомобильный) на дату заключения и исполнения договора от 14.08.2017 № 1317 АР было зарегистрировано на ФИО3  

В период действия договора в 2017-2019 годах арендная плата вносилась  

ООО «ССТ-Усинск» ежемесячно без существенных просрочек.  

В справках о доходах ФИО3 за 2017-2019 гг. отражен доход,  полученный у должника от предоставления в аренду или иного использования  любых транспортных средств (код 2400), в ежемесячном размере, указанном в  договоре аренды от 14.08.2017 № 13-17 АР (том 6 л.д. 1-4).  

В подтверждение использования Крана автомобильного в производственных  целях ООО «ССТ-Усинск» ответчиком представлены путевые листы за 20172019 годы (том 1 л.д. 111-150, том 2 л.д. 1-158, том 3 л.д. 1-65, 76-77).  

О фальсификации указанных документов конкурсный управляющий не  заявлял.  

От ООО «ЗАРУБЕЖНЕФТЬ – Добыча Харьяга» 07.03.2023 во исполнение  определения суда первой инстанции представлены истребованные документы и  информация, в которых указано, что с целью обеспечения доступа на объекты  Харьягинского месторождения, а именно на объекты куста скважин 108 (ЦПС),  на проезд автомобильного крана марки КС-55713-5, 2010 года выпуска, гос. рег.  знак 

<

***> с целью обеспечения доступа на объекты Харьягинского  месторождения, а именно на объекты куста скважин 108 (ЦПС), на ТС был  оформлен временный пропуск со сроком действия с 24.11.2017 по 31.12.2019. В  качестве эксплуатирующей организации указано ССТ-Усинск. Это подтверждается  снимком с экрана терминала системы контроля и управления доступом. Пропуск  для доступа ТС на другие объекты Харьягинского месторождения не  оформлялся. В период действия временного пропуска ТС неоднократно заезжало  на территорию куста скважин 108 Харьягинского месторождения, что  подтверждается ретроспективными справками системы контроля и управления  доступом (прилагаются) (том 3 л.д. 93-117, том 4 л.д. 3-145, том 5 л.д. 1-203).  

Доказательств того, что транспортное средство в спорный период не  предоставлялись ответчиком, в материалы настоящего обособленного дела  конкурсным управляющим не представлены.  

Реально исполненный договор не может быть признан мнимой или  притворной сделкой (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).  

Материалами дела подтверждается, что спорное транспортное средство  фактически использовалось должником в производственной деятельности, с  дохода по договору аренды ФИО3 уплачивал подоходный налог,  доказательств, что при заключении оспариваемой сделки стороны преследовали  какую-либо иную цель помимо предоставления имущества во временное  пользование, в материалы дела не представлено, в связи с чем отсутствуют  основания для признания сделки мнимой или притворной.  

Доводы конкурсного управляющего о том, что между ФИО4 и  ФИО3 существовала договоренность о том, что ФИО3  зарегистрирует на свое имя транспорт для последующей притворной сдачи его в  аренду должнику надлежащими доказательствами не подтверждены.  

Кроме того, как обоснованно заключил суд первой инстанции, на момент  заключения договора аренды от 14.08.2017 у должника не имелось  неисполненных денежных обязательств, требования по которым включены в  реестр и до настоящего времени не удовлетворены.  

Вопреки доводам конкурсного управляющего, задолженность перед ООО  «НяганьСтрой» (далее заменен на ООО «Южный») в размере 121 500 рублей,  

возникшая на основании судебного приказа от 29.12.2020 по делу № А2915472/2020, в реестр требований кредиторов не включена.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой  инстанции о том, что на момент заключения оспариваемого договора ООО  «ССТ-Усинск» осуществляло хозяйственную деятельность, исполняя денежные  и иные обязательства перед кредиторами, в связи с чем, с учетом  незначительного размера суммы, взысканной на основании вышеуказанного  судебного приказа, применительно к масштабу деятельности должника, не имеется  оснований полагать, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника  возникли признаки неплатежеспособности.  

Вышеуказанные обстоятельства также установлены в постановлении Второго  арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023, оставленном без изменения  постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 11.07.2023.  

Судебная коллегия полагает возможным отметить, что нахождение  должника в момент заключения договора в устойчивом финансовом состоянии  также не свидетельствует в пользу доводов конкурсного управляющего о  возникновении у сторон намерения заключить мнимую либо притворную  сделку.  

Относительно возможности признания сделки недействительной на  основании статей 10, 168 ГК РФ суд апелляционной инстанции отмечает следующее.  

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для  оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть  признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению  (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов,  осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту  совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные  возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его  контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность  гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности  сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки,  составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный  срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной  осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для  признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи  61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения  сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного  поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам  составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку  определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав  правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям  10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения  

за рамки признаков подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем  же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает  возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного  для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует  воле законодателя.  

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному  обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он  доказал наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы  подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована  устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу №  А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от  28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017   № 305-ЭС17-4886).  

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный  управляющий, фактически поглощаются составом, предусмотренным пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, предъявление настоящего заявления на  основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации при  заявленных фактических обстоятельствах, по существу направлено на  преодоление сокращенного срока подозрительности сделок, что является  недопустимым.  

Таким образом, оспариваемая сделка в любом случае не могла быть  признана недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.  

Поскольку оспариваемая сделка заключена за пределами сроков  подозрительности сделок, суд первой инстанции обоснованно указал на  действие для сторон принципа свободы договора, согласно которому стороны  вправе самостоятельно определять вид договора и условия, на которых он будет  заключен. По общему правилу суды не должны проверять экономическую  целесообразность деловых решений менеджмента, данный подход является  продолжением логики правила бизнес-решения, согласно которому даже в  случае доказанности невыгодности сделки вывод о недобросовестности стороны  с необходимостью не следует, именно заявитель несет бремя доказывания того,  что конкретная хозяйственная операция заведомо вела к негативным  имущественным последствиям.  

При таких обстоятельствах, указание конкурсного управляющего на  невыгодность оспариваемой сделки для должника, не влечет ее  недействительности. Кроме того, при рассмотрении дела в суде первой  инстанции конкурсный управляющий на указанные обстоятельства не ссылался.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего.  

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при  правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела,  оснований для его отмены не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену  судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на  

заявителя жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный  апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 23.05.2023 по делу № А2915315/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные  системы и технологии – Усинск» ФИО2 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через  Арбитражный суд Республики Коми.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской  Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно  обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий И.В. Караваев  

Судьи Н.А. Кормщикова  

 Е.В. Шаклеина  

Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 15.03.2023 3:39:00Кому выдана Шаклеина Елена ВитальевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 27.02.2023 4:31:00Кому выдана Кормщикова Наталья АлександровнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 27.02.2023 5:51:00

Кому выдана Караваев Илья Владимирович