Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-16513/2022

27 октября 2022 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 27 октября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 27 октября 2022 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Барс» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области и индивидуального предпринимателя ФИО6, о признании частично недействительным решения № 7 от 28.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании представителей: от общества с ограниченной ответственностью «Барс» – ФИО2 (доверенность от 11.01.2022, диплом от 23.06.2002, паспорт РФ), от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Челябинской области – ФИО3 (доверенность от 10.01.2022, диплом от 07.06.2004, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 28.01.2022, служебное удостоверение), ФИО5 (доверенность от 07.02.2022, диплом от 11.02.2019, служебное удостоверение), от Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области – ФИО5 (доверенность от 04.02.2022, диплом от 11.02.2019, служебное удостоверение), от индивидуального предпринимателя ФИО6 – ФИО2 (доверенность от 12.09.2022, диплом от 23.06.2002, паспорт РФ), 

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Барс» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Барс») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 7 от 28.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части: 

- доначисления НДС в размере 45 134 042 руб., пени в размере 18 152 095 руб., штрафа в размере 2 454 897 руб., 

- доначисления налога на прибыль в размере 37 099 731 руб., пени в размере 17 992 444 руб. 48 коп., штрафа в размере 3 252 979 руб.,

- доначисления страховых взносов в размере 20 518 856 руб. 62 коп., пени в размере 10 136 034 руб. 76 коп., штрафа в размере 1 557 806 руб., 

- неудержания и неперечисления НДФЛ в размере 14 286 870 руб., доначисления пени по НДФЛ в размере 3 749 432 руб. 99 коп., штрафа в размере 194 300 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – управление).

Протокольным определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.10.2022 удовлетворено ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – предприниматель, ИП ФИО6) о вступлении в дело в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Рассмотрение дела произведено с самого начала, при этом учтено, что представитель предпринимателя также являлся представителем налогоплательщика и ранее участвовал в судебных заседаниях 26.09.2022 и 27.10.2022. 

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что по сделкам с ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Гранд Плюс», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп» в Инспекцию представлены документы по взаимоотношениям со спорными контрагентами в полном объеме, материалами проверки подтверждено наличие работ и материалов. Все претензии налогового органа касаются исключительно деятельности этих организаций. Доказательств отсутствия в действиях Общества разумной деловой цели, наличия вексельной схемы, возврата денежных средств налогоплательщику, материалы проверки не содержат. У всех контрагентов был собственный штат сотрудников, имелись активы, выручка и прибыль. Показания отдельных работников контрагентов, которые отрицают свою причастность к выполнению работ, не могут быть положены в основу выводов инспекции. Налоговым органом не установлено иное лицо, осуществляющее сделки при фактическом их подтверждении. Отсутствие транспортных накладных не свидетельствует о нереальности сделки (перевозки товара), поскольку Общество не является перевозчиком и не располагает такими документами. По взаимоотношениям с ИП ФИО6, доходами, полученными после уплаты налогов, ИП вправе распоряжаться по своему усмотрению (в том числе использовать для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности), поскольку денежные средства, используемые предпринимателем в своей деятельности, считаются принадлежащим ему на праве собственности. Анализ движения денежных средств по счетам ИП ФИО6, текущим счетам ФИО6, факт наличного расчета с работниками, арендные взаимоотношения между Обществом и ИП ФИО6 не имеют правового значения для оценки деловой цели договора об управлении Обществом от 11.08.2014. Между ФИО6 и ООО «БАРС» не имелось трудовых отношений. ООО «БАРС» не обеспечивало ФИО6 условий труда, не предоставляло ему права на отдых, на ограничение рабочего времени, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска. Налоговый орган не вправе оценивать целесообразность, рациональность, эффективность или полученный результат. По результатам налоговой проверки Инспекцией определена сумма налогов с дохода, полученного ИП ФИО6, однако, при переквалификации доходов, полученных ИП, не учтены расходы, связанные с получением этого дохода, а также уплата налогов за этот период с данного дохода. В связи с чем, происходит двойное налогообложение с одних и тех же доходов. Факт совпадения iр-адресов у ООО «БАРС» и ИП ФИО6 не может являться доказательством нарушения налогоплательщиком положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ. Длительный срок действия договора с ИП ФИО6 и факт отсутствия у ИП ФИО6 других клиентов не оказывает влияния на налоговый учет расходов ООО «БАРС». По сути, Обществу вменяется получение необоснованной налоговой выгоды в виде разницы в налоговых обязательствах, возникающих при применении ОСН и УСН.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что инспекцией по результатам выездной налоговой проверки установлено, что Обществом с целью уменьшения суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, приняты к вычету суммы НДС в размере 45 134 042,0 руб. и в состав расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций, включены затраты по сделкам с ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Гранд Плюс», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп». Кроме того, установлено, что Общество неправомерно не исчислило, не удержало и не перечислило в бюджет НДФЛ за 2017-2019 годы в общей сумме 14 286 870,0 руб. (недобор), а также страховые взносы в общей сумме 20 518 856,62 руб. с выплат, произведенных в адрес управляющего налогоплательщика – ИП ФИО6, поскольку передача делами Обществом носила формальный характер и была направлена на создание схемы незаконной минимизации налоговых обязательств. Налоговый орган не только привел внешние характеристики спорных контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими самостоятельной предпринимательской деятельности, но и подтвердил совокупностью представленных доказательств непроявление налогоплательщиком должной осмотрительности при заключении и исполнении договоров с ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «ГрандПлюс», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп», противоречивость документов, оформленных от имени спорных контрагентов, с очевидностью этого для Общества. Работы на объектах выполнялись силами ООО «БАРС» и привлеченных иностранных граждан без надлежащего оформления. Характер взаимоотношений ООО «БАРС» и его спорных контрагентов повлиял на возможность составления формальных документов, имитирующих гражданско-правовые отношения между организациями, в целях получения налоговой выгоды, без реального осуществления хозяйственных операций по выполнению ремонтных работ и поставке ТМЦ. Кроме того, ООО «Барс» уменьшило налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, не удержало НДФЛ с суммы выплаченного ФИО6 вознаграждения (13%), не начислило и не уплатило страховые взносы на сумму вознаграждения ФИО6, а последний с фактически полученной им суммы вознаграждения уплатил 6% налога в связи с применением УСН. Подписав с ИП ФИО6 договор на оказание услуг по управлению, Общество имело единственный экономический эффект - получение налоговой выгоды, действия Общества и ФИО6 (как ИП) имели взаимовыгодный, согласованный характер, и нацелены исключительно на незаконную минимизацию налоговых обязательств данных хозяйствующих субъектов. Передача управления делами Общества ИП имела формальный характер и была направлена на создание схемы незаконной минимизации налоговых обязательств по НДФЛ и страховым взносам.

В судебном заседании представитель налогоплательщика и предпринимателя поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить.  

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам соблюдения законодательства о налогах и сборах за период деятельности с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт № 21 от 24.08.2021, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля, и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 7 от 28.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщику предложено уплатить НДС в сумме 45 134 042,0 руб., налог на прибыль организаций в сумме 37 099 731,0 руб., страховые взносы в сумме 20 518 856,62 руб., пени по НДС в сумме 18 152 095,83 руб., пени по налогу на прибыль организаций в сумме 17 992 444,48 руб., пени по НДФЛ в сумме 3 749 432,99 руб., пени по страховым взносам в сумме 10 136 034,76 руб., штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 109, 112, 113, 114 НК РФ) в общей сумме 14 531 365,0 руб., в том числе за неполную уплату НДС в сумме 4 909 794,0 руб., налога на прибыль организаций в сумме 6 505 959,0 руб., страховых взносов в сумме 3 115 612,0 руб., штраф по ст. 123 НК РФ (с учетом ст.ст. 109, 112,  113,  114  НК  РФ)  за  неудержание   и   неперечисление  НДФЛ  в  сумме  388 600,0  руб.,  штраф  по п. 1 ст. 126 НК РФ (с учетом ст.ст. 109, 112, 113, 114 НК РФ) за непредставление в установленный срок в налоговые органы документов (сведений) в сумме 3 650,0 руб., штраф по п. 1  ст. 126.1  НК  РФ   (с  учетом  ст.  109  НК  РФ)  за  представление  налоговому  органу  документов, содержащих недостоверные сведения, в сумме 750 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/002408 от 21.04.2022, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции изменено путем отмены в резолютивной части решения (применив смягчающие налоговую ответственность обстоятельства и снизив размер штрафов в 2 раза):

- подп. 1 п. 3.1 в части начисления штрафа по НДС по п. 3 ст. 122 НК РФ в сумме 2 454 897,0 руб.;

- подп. 2 п. 3.1 в части начисления штрафа по налогу на прибыль организаций по п. 3 ст. 122 НК РФ в сумме 3 252 979,5 руб.;

- подп. 3 п. 3.1 в части начисления штрафа по ст. 123 НК РФ в сумме 194 300 руб.;

- подп. 4 п. 3.1 в части начисления штрафа за неуплату страховых взносов поп. 3 ст. 122 НК РФ в сумме 1 557 806,0 руб.;

- подп. 5 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в сумме 1 450,0 руб.;

- подп. 6 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 1 ст. 126.1 НК РФ в сумме 375,0 руб.;

- п. 3.1 «ИТОГО» 7 461 807,5 руб.

В остальной части оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции в оспоренной части, налогоплательщик обратился в арбитражный суд. 

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Согласно п. 2 ст. 252 НК РФ расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Таким образом, при решении вопроса о возможности принятия к учету расходов в целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов, произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), экономической оправданности их несения, их надлежащего документального подтверждения и взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности налогоплательщика.

Нормой ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановление № 53).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм НДС, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

В силу п. 1 ст. 105.1 НК РФ взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Взаимозависимыми признаются лица, которые в силу родственных и должностных отношений могут влиять на условия заключаемых ими сделок и (или) экономические результаты их деятельности.

Следовательно, сама по себе подобная организация бизнеса в Российской Федерации не порицается, напротив – является основой для построения крепких и доверительных хозяйственных связей.

Однако такая форма построения бизнеса не должна использоваться в целях построения схем уклонения от уплаты налогов в нарушение обязанностей, предусмотренных ст. 57 Конституции РФ.

НДС и налог на прибыль. 

Основанием для вынесения решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам выполнения работ и поставки товара с ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Гранд Плюс», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп», при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся согласованностью неправомерных действий, отсутствием реальности товара, фактическим выполнением работ силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие оформления договорных отношений. 

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО «БАРС» осуществляло деятельность по производству прочих строительно-монтажных работ, объектами строительства являются жилые дома в Московской области (более 20 объектов).

Затраты по объектам строительства перевыставлены Обществом в адрес заказчиков, формирующих группу компаний «Гранель»: ООО МС «Подряд», ООО «Стройкомплект», ООО «УфаСтройресурс», ООО «Гранель» (заказчик–генподрядчик).

Для выполнения работ на объектах Заказчиков в качестве субподрядных организаций в разные периоды были привлечены спорные контрагенты, которые выполняли следующие виды работ: кирпичная кладка стен, перегородок, устройство ж/б конструкций, отделочные работы в подъездах, устройство кровли (стяжка, гидроизоляция), устройство и установка (полов, дверей, окон, потолков), штукатурные молярные работы, монтаж (конвекторов, труб, теплоизоляции, вентиляционных решеток, воздуховодов), облицовка зданий, поставляли ТМЦ, сопутствующие проведению строительно-монтажных работ.

Обществом в связи с приобретением у ООО СК «Альфа Строй», АО ПО «Строймашинвест», ООО «Галактика», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Гранд Плюс», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп» товаров (работ) заявлены налоговые вычеты по НДС за налоговые периоды 2017 – 2019 годов, затраты по сделкам учтены в составе расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль (сумма НДС составила 45 134 042,30 руб., налога на прибыль организаций - 47 791 442,0 руб.).

В подтверждение произведенных расходов Обществом представлены: договоры субподряда, счета-фактуры, акты приемки-сдачи выполненных работ, УПД, книги покупок, регистры бухгалтерского учета.

Инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что:

- по расчетным счетам ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Доринвест», ООО «Гранд Плюс», ООО «Интер Групп» отсутствуют платежи по привлечению третьих лиц для выполнения строительно-монтажных работ, за привлечение лиц по договорам гражданско-правового характера, отсутствует закуп арматуры (ООО «Интер групп»), отсутствуют платежи на выплату командировочных расходов своим сотрудникам, отсутствуют перечисления на покупку авиабилетов;

- налоговая отчетность спорными контрагентами представлялась с минимальными суммами налогов к уплате в бюджет (доля вычетов составляет 99%);

- источник возмещения НДС для ООО «БАРС» по счетам-фактурам, полученным от спорных контрагентов, не сформирован (налоговые вычеты минимизируются по цепочке поставщиков, а на 2-4 звеньях формируются расхождения типа «разрыв»);

- установлено несовпадение товарных и денежных потоков (в книгах покупок установлены контрагенты, в адрес которых отсутствуют перечисления по расчетному счету);

- спорные контрагенты документы по взаимоотношениям с ООО «БАРС» не представили;

- движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов носит транзитный характер;

- ООО «БАРС» не представлены документы, позволяющие оценить обоснованность выбора спорных контрагентов в качестве поставщиков (например, конкурентные карты, регламент проверки контрагента, положение о тендере);

- условиями всех договоров подряда, между спорными контрагентами и ООО «БАРС», предусмотрено согласование привлечения третьих лиц и иностранной, иногородней рабочей силы, но при этом никаких документов не представлено;

- установлены факты привлечения на строительных объектах официально не трудоустроенных иностранных граждан, а также привлечение иностранных граждан, осуществляющих свою трудовую деятельность в ООО «Гранель».

Дополнительно по финансово-хозяйственным взаимоотношениям с ООО СК «Альфа-Строй» установлено следующее:

- наибольшая доля денежных средств, поступивших от ООО «БАРС», далее выводится из оборота путем гашения кредитов и овердрафрта, перечисляется в ООО «Траст» с назначением платежа «за материалы», «за СМР», далее перечисляется на депозит и в ООО «ЛЕГИОН» ИНН 

<

***>, (за продукты питания), а также в ООО «ЦК Южного Урала» (за обеспечение хозинвентарем), ООО «Башнефть-Розница» и на расчетные счета физических лиц, ИП, которые далее обналичивают через банкоматы;

- допрошенные в качестве свидетелей работники ООО СК «Альфа Строй», указали, что не выезжали за пределы Челябинской области, вид осуществляемых ими работ – электромонтажные работы.

По финансово-хозяйственным взаимоотношениям с ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Доринвест», ООО «Гранд Плюс», ООО «Интер Групп» инспекцией установлено следующее:

- информация о наличии у спорных контрагентов имущества, транспорта, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности, в налоговых органах отсутствует, численности персонала ООО «Абзелил Дом Строй» (4 сотрудника), ООО «Гранд Плюс» (4 сотрудника), ООО «Интер Групп» (4 сотрудника), ООО «Доринвест» (6 человек) недостаточно для осуществления строительно-монтажных работ на строительных объектах;

- от ООО «Интер Групп» поступили пояснения (исх. от 26.11.2021 №26/2021) следующего содержания: «Приказы на командирование работников отсутствуют, т.к. работники для выполнения договоров с ООО «БАРС» привлекались через агентства по предоставлению персонала, пользовались услугами аутстаффинговой компании на территории Московской области». При этом, документальное подтверждение не представлено, расчеты с организациями, занимающихся подбором персонала и оплата труда нанятых сотрудников отсутствуют, наличные денежные средства не снимались;

- налоговая отчетность ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Доринвест», ООО «Гранд Плюс», ООО «Интер Групп» предоставляется с одного IP-адреса (бухгалтерской компанией ООО «Созвездие» и ООО «Профэшнл Групп). 

При этом, ООО «Созвездие» также оказывает услуги по ведениюбухгалтерского учета ООО «БАРС». Учредители ООО «Созвездие» и ООО «Профэшнл Групп - ФИО7 и ФИО8 ООО «Профэшнл Групп» оказывает бухгалтерские услуги ИП ФИО6 ФИО8 также является представителем по доверенности ООО «БАРС», уполномоченным на предоставление интересов доверителя в органах власти и кредитных организациях;

- работники ООО «Гранд Плюс» (республика Татарстан) имеют адрес регистрации г. Магнитогорск; работники ООО «Интер Групп» (г. Челябинск) имеют адрес регистрации г.Магнитогорск, Агаповский район и 1 чел – г.Красногорск Московской области; работники ООО «Абзелил Дом Строй» имеют адрес регистрации г. Магнитогорск, г. Сибай; работники

ООО «Доринвест» - г.Сибай, г.Магнитогорск, г.Верхнеуральск. При этом, согласно данным выписок о движении денежных средств по расчетным счетам организаций, работникам обществ (спорных контрагентов) платежи на командировочные расходы не перечисляются;

- ФИО9 – руководитель ООО «Абзелил Дом Строй», с 04.12.2019 является руководителем ООО «Доринвест»;

- членство в СРО ООО «Доринвест» получено формально, что подтверждается пояснениями единственного лица, в отношении которого были представлены документы для регистрации в СРО - ФИО10, который пояснил, что не являлся сотрудником ООО «Доринвест», только помогал получить лицензию. Трудовую книжку он передавал на 1 день, когда оформлял лицензию. Запись о трудоустройстве в организации сделана формально, 

- между ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Гранд Плюс», ООО «Доринвест» и ООО «Интер Групп» уставлено «кольцевое» движение как товарных, так и денежных потоков;

- денежные средства, перечисленные ООО «БАРС» в адрес спорных контрагентов, обналичиваются через сектор реальной экономики, в т.ч. через топливные компании, а также перечисляются в адрес организаций, обладающих признаками номинальных (отсутствие трудовых и материальных ресурсов, отсутствие интернет сайтов, отсутствие платежей по расчетным счетам, характерным для организаций, ведущих реальную финансово-хозяйственную деятельность). Денежные средства перечисляются с назначением платежа «за металлопрокат, за газ, за аккумуляторыза картонные изделия, за карты, за хоз.инвентарь, за комплектующие». Номенклатура, за которую идут перечисления денежных средств, не соответствует номенклатуре ТМЦ, используемых на строительных объектах;

- в актах приемки-сдачи выполненных работ, выставленных в адрес заказчиков-генподрядчиков и в актах выполненных работ, оформленных от имени спорных контрагентов (ООО СК «Альфа Строй», ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Доринвест», ООО «Интер Групп») установлено различие в части единиц измерения (например, эт.секции, и м2), наименования работ;

- согласно актам о приемке выполненных работ (КС-2) с привлечением ООО «Интер Групп» на объекте строительства «Общеобразовательная школа на 550 мест» выполнялись следующие строительные работы: устройство полов, отделка стен, установка окон, витражей, дверей, устройство армированной стяжки. При этом, ООО «БАРС» по данному объекту в адрес заказчика выполняло комплекс работ по прокладке наружных инженерных сетей водопровода, тепловых сетей, канализации и хозяйственно-бытовой канализации. Фактически затраты не перевыставлялись. Аналогично по субподрядчику ООО «Гранд Плюс». ООО «Гранд Плюс» документально оформило выполнение работ по устройству полов, отделки, установки дверных блоков, окон, тогда как ООО «БАРС» по данному объекту в адрес заказчика выполняло земляные, теплоизоляционные, сантехнические работы, устройство фундаментов. Иных договоров между ООО «Стройкомплекс» (заказчик) и ООО «БАРС» (подрядчик) на выполнение работ на указанном объекте в 2017 году не имелось;

- договор между ООО «БАРС» (Подрядчик) и ООО «Доринвест» (Субподрядчик) на выполнение работ на объекте заключен 04.09.2017 (договор от 04.09.2017 №ДИ03/09-01, период выполнения работ на объекте с 04.09.2017 по 29.09.2017). СогласноКС-2, ООО«Доринвест» предъявлено 114,9 эт. секций, а ООО «БАРС» перевыставило в адрес Заказчика в период с 01.09.2017 до конца года (до полного исполнения договора от 01.08.2017 №9 с ООО «Гранель») 64,9 эт.секций или в 1,77 раз меньше. При этом, 69% работ по договору были предъявлены Заказчику в период с 01.08.2017 по 31.08.2017, т.е. до заключения договора с ООО «Доринвест» (договор от 04.09.2017 №ДИ03/09-01). Указанные виды работ в тех объемах, которые указаны в КС-2, ООО «Доринвест» собственными силами выполнены быть не могли;

- ООО «БАРС» по сделкам с ООО «Интер Групп» (поставка сортового металлопроката) документы складского учета не представлены;

- не представлены документы, подтверждающие доставку товаров от склада ООО «Интер Групп» на объекты строительства в Московской области, информация о лицах, фактически принимавших товар, отсутствует.

Налоговым органом неоднократно направлялись поручения в адрес группы компаний «Гранель» и единственной организации, обеспечивающей безопасность на строительных объектах группы - ООО ЧОП «Грань Безопасность». Ни группой компаний, ни ООО «БАРС», не была представлена документация, позволяющая установить фактические объемы выполненных работ, фактических исполнителей работ, марки и количество материалов, в том числе:

- не представлены сметы на строительство к договорам, заключенным с ООО «Альфа Строй», не представлен общий журнал работ по форме КС-6 (ООО «БАРС» указало, что журнал передан заказчикам, а заказчики отрицают передачу данного журнала), не представлены документы по пообъектному списанию материалов, приобретенных у спорных контрагентов;

-не представлены документы, которые должны быть составлены исходя из характера исполнения договоров строительного подряда: приказы на командировку, табели учета рабочего времени, положения о работе вахтовым методом, журнал учета лиц, направляемых в командировку, авансовые отчеты, журналы инструктажа по технике безопасности;

- не представлены списки лиц, которые фактически выполняли работы от имени спорных контрагентов на объектах строительства в Московской области;

- из объемов строительно-монтажных работ нет возможности выделить количество и стоимость используемых материалов, в связи с чем у ООО МС «Подряд» был истребован сметный расчет с приложением проектной документации на строительство объектов в Московской области, документы не представлены.

Инспекцией проведен анализ документов, имеющихся в налоговом органе относительно фиксации нахождения лиц на территории стройки в Московской области, в т.ч. на объектах строительства, где одним из исполнителей работ выступало ООО «БАРС» в 2017-2019 годах. 

Согласно пояснениям ООО ЧОП «Грань Безопасность» учет допуска лиц в разрезе контрагентов не велся. Доступ осуществлялся с фиксацией фамилии и датам прохождения на территорию. Стройка осуществлялась с привлечением 3-х лиц, точка доступа и заезда на территорию не одна. При этом, ответ на поручение об истребовании документов о предоставлении сведений по выданным пропускам, организацией не представлен.

Факт наличия пропускного режима на строительных объектах также подтверждается актами проверки ГУ МВД России по Московской области, составленным в 2017, 2019 годах, согласно которым въезд и вход на территорию осуществляется через КПП с воротами, на въезде расположено помещение охраны.

Инспекцией установлено отсутствие реальности заявленного в первичных документах товара в том числе и по причине отсутствия их закупа по товарно-денежному потоку, а также отсутствие документов, содержащих достоверные сведения, а также подтверждающих транспортировку товара.

Полное отсутствие таких документов, при наличии лишь формально соответствующих требованиям налогового законодательства первичных бухгалтерских документов (счетов-фактур, товарных накладных), в совокупности с иными доказательствами по делу (схемой расчетов, показаниями свидетелей, данными экспертизы, сведениями информационных ресурсов) свидетельствует об отсутствии реальности заявленных хозяйственных операций и создании фиктивного документооборота.

Инспекцией установлено, что:

- непредставление на проверку первичных документов, оформляемых при реальных деловых взаимоотношениях хозяйствующих субъектов (сметы на строительство к договорам, заключенным с ООО «Альфа Строй», общий журнал работ по форме КС-6, сметные расчеты, документы, которые должны быть составлены исходя из характера исполнения договоров строительного подряда: приказы на командировку, табели учета рабочего времени, положения о работе вахтовым методом, журнал учета лиц, направляемых в командировку, авансовые отчеты, журналы инструктажа по технике безопасности и т.п.);

- непредставление пояснений и документов по обоснованности выбора спорных контрагентов в качестве субподрядчиков и поставщиком ТМЦ (каким образом оценивались условия сделок и их коммерческая привлекательность, деловая репутация, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта);

- ФИО8 (учредитель ООО «Созвездие» и ООО «Профэшнл Групп») является представителем по доверенности ООО «БАРС», уполномоченным на предоставление интересов доверителя в органах власти и кредитных организациях, ООО «Созвездие» оказывает услуги по ведению бухгалтерского учета ООО «БАРС», ООО «Профэшнл Групп» оказывает бухгалтерские услуги ИП ФИО6, налоговая отчетность ООО «Абзелил Дом Строй», ООО «Доринвест», ООО «Гранд Плюс», ООО «Интер Групп» предоставляется с одного IP-адреса, принадлежащего ООО «Созвездие» и ООО «Профэшнл Групп».

Как установлено инспекцией, спорные работы на объектах выполнялись силами самого ООО «БАРС», что подтверждено пояснениями управляющего – ИП ФИО6 и силами иностранных граждан в отсутствие оформленных договорных отношений. 

Характер взаимоотношений ООО «БАРС» и его спорных контрагентов повлиял на возможность составления формальных документов, имитирующих гражданско-правовые отношения между организациями, в целях получения налоговой выгоды, без реального осуществления хозяйственных операций по выполнению ремонтных работ и поставке товара.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок не имели реальной возможности их исполнения, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями), 

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара и выполнения работ,

- имелся закольцованный характер движения товарных и денежных потоков спорных контрагентов, при их несоответствии с заявленными налогоплательщиком хозяйственными операциями,

- в ряде случаев первичные документы по сделкам содержали существенные противоречия, 

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара (не установлен первичный источник возникновения товара, отсутствовали факты приобретения спорными контрагентами товара для его последующей реализации налогоплательщику и транспортировки товара в адрес налогоплательщика, отсутствовали документы, позволяющие определить объемы и стоимость использованного товара в ходе выполнения работ),  

- привлечение спорных контрагентов к выполнению работ налогоплательщиком фактически не осуществлялось и конечными получателями работ факт привлечения спорных контрагентов к выполнению работ также не подтвержден, 

- имелись полученные свидетельские показания, опровергающие какое-либо участие спорных контрагентов в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика и физических лиц, в отсутствие оформления договорных отношений,

- интересы спорных контрагентов и налогоплательщика в налоговых органах представляли одни и те же лица, 

- совпадали IP-адреса выхода в интернет,

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников,

- использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием.

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата НДС и налога на прибыль явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на получение вычета по НДС и уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Соответственно, ссылка налогоплательщика об отсутствии умысла и его вины в совершении налогового правонарушения не принимается. 

Довод налогоплательщика об отсутствии и неустановлении инспекцией состава налогового правонарушения не принимается, как не соответствующий содержанию оспоренного решения инспекции. 

При этом, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Ссылка налогоплательщика на судебные акты по делам №№ А76-9605/2018, А76-8506/2018, А40-239376/2020, А40-2148/2018, А65-33218/2018 не принимается, поскольку налоговые последствия спорных сделок судами не рассматривались. 

Действительно, как указал налогоплательщик, реальность выполнения работ инспекцией не оспаривалась, однако эти работы, как установлено инспекцией, выполнены силами самого налогоплательщика либо физическими лицами в отсутствие оформления договорных отношений. 

При этом, если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Поскольку исполнение по сделкам произведено силами самого налогоплательщика либо физическими лицами в отсутствие оформления договорных отношений, следует заключить, что в отношении спорных контрагентов налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорных контрагентов, что указывает на отсутствие у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

При этом, в ситуации исполнения сделок собственными силами налогоплательщика либо привлеченными физическими лицами без надлежащего документального оформления взаимоотношений, признание в судебном порядке права на отнесение соответствующих расходов, документированных от имени проблемных контрагентов ведет к двойному учету соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль.    

Более того, налогоплательщик также не осуществлял содействия в установлении лиц, осуществивших фактическое исполнение по сделкам, инспекцией не установлены и налогоплательщиком не раскрыты сведения и доказательства, позволившие бы установить реальных исполнителей работ и поставщиков товара, а также параметры сделок, то есть сделок, осуществленных на легальном основании

Таким образом, следует заключить, что произвольного завышения сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Указанный вывод арбитражного суда, в числе прочего, также соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.05.2022 № 310-ЭС22-6490 по делу № А09-4851/2021.

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией в ходе проверки не допрошено достаточное количество свидетелей, а показания опрошенных – неверно истолкованы инспекцией, указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает. 

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет, поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет РФ. 

При этом, именно налогоплательщик, вступая в подобные хозяйственные отношения, несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности провести налоговые вычеты либо уменьшить налогооблагаемую прибыль ввиду отсутствия надлежаще оформленных первичных документов, подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172, 252 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов (как то наличие минимальной численность работников у спорных контрагентов, некоторые свидетельские показания, незначительные перечисления денежных средств) подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью. 

Возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии у хозяйственных операций признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в этой части у арбитражного суда не имеется.  

2. НДФЛ и страховые взносы.

Трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя (абз. 1 ст. 15 ТК РФ).

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

Исходя из совокупного толкования норм трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; возмездный характер (оплата за труд) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2014 № 18-КГ13-145).

Вместе с тем, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик – их оплатить (п. 1 ст. 779 ГК РФ).

По смыслу норм гражданского законодательства, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. 

Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (ст.ст. 702-729 ГК РФ) и положения о бытовом подряде (ст.ст. 730-739 ГК РФ).

В силу ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По смыслу норм гражданского законодательства, договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить, а потому целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. 

Получение подрядчиком определенного и конкретного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25.09.2017 № 66-КГ17-10).

Следовательно, от трудового договора договор подряда (оказания услуг) отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик (исполнитель) сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности); подрядчик (исполнитель) работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 05.02.2018 N 34-КГ17-10).

При этом, нормами ТК РФ установлен прямой запрет на заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем (абз. 2 ст. 15 ТК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч. 4 ст. 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. 

При этом, норма ч. 4 ст. 11 ТК РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ст. 1, ч. 1 ТК РФ, ст.ст. 2 и 7 Конституции РФ) (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2020 № 9-КГ20-3).

При квалификации спорных правоотношений неправомерно отдавать приоритет юридическому оформлению отношений между сторонами (а равно учитывать лишь само наименование договора), не выясняя при этом, имелись ли в действительности между сторонами признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и 56 ТК РФ.

Кроме того, из определения понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем.

Соответственно, признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, следует исходить не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и 56 ТК РФ.

Таким образом, по смыслу ст.ст. 11, 15, 56 ТК РФ во взаимосвязи с положением ч. 2 ст. 67 ТК РФ, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми – при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (п. 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Кроме того, из разъяснений, изложенных в п.п. 8 и 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 следует, что если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом, в силу ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15).

В данном случае, основанием для вынесения решения в оспоренной части послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделке передачи управления ИП ФИО6 (управляющий налогоплательщика, применяет УСН с объектом доходы), при установленной фиктивности указанной сделки, фактически прикрывающей трудовые отношения с налогоплательщиком и направленной исключительно на минимизацию налоговых обязательств налогоплательщика по НДФЛ и страховым взносам. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что согласно Уставу Общества, утвержденному 04.08.2014, руководство текущей деятельностью Общества осуществляется Управляющим, который является единоличным исполнительным органом Общества. Управляющий подчинен общему собранию участников.

Согласно решению от 04.08.2014 №1 единственным участником ООО «БАРС» ФИО11 принято решение о заключении договора от 11.08.2014 об управлении ООО «БАРС», на основании которого управление делами Общества передано единоличному исполнительному органу - управляющему, зарегистрированному в качестве индивидуального предпринимателя 14.07.2014 ФИО6 (применяет УСН, объект налогообложения – «доходы»).

По условиям договора от 11.08.2014 (п. 2.4 договора) Общество обязано:

- ежемесячно после предоставления ИП-Управляющим отчета об оказанных услугах по управлению выплачивать ему вознаграждение в размере 30 000 руб., которое выплачивается только при условии платежеспособности Общества в расчетах с третьими лицами (включая работников Общества);

- ежеквартально, после утверждения учредителем общества квартального отчета одеятельности Общества и об оказанных услугах по управлению, выплачивать Управляющему дополнительное вознаграждение в виде 20% от чистой прибыли Общества. В случае резкого увеличения показателей рентабельности Общества (более чем на 30%), вознаграждение может быть пересмотрено, что оформляется дополнительным соглашением к вышеуказанному договору (п. 2.4.2 договора).

На основании дополнительного соглашения от 01.01.2015 №1 п. 2.4.2 договора от 11.08.2014 изложен в следующей редакции: «Ежеквартально, после подсчета объема выручки за квартал выплачивать Управляющему дополнительное вознаграждение в виде 10% от суммы акцептованных актов, накладных в рамках текущего квартала при соблюдении условия общей рентабельности деятельности предприятия. Основанием для расчета является журнал учета выданных счетов-фактур за текущий квартал. Расчет вознаграждения подлежащего начислению и выплате Управляющему по итогам квартала производится бухгалтерией в последний рабочий день квартала и утверждается участником общества».

На основании дополнительного соглашения от 30.06.2017 в договор от 11.08.2014 добавлен пункт 2.4.5 следующего содержания: «В связи с выигрышем тендера, проводимого ООО «СТРОЙКОМПЛЕКС» 10.02.2017по объекту:«очистные сооруженияливневых (дождевых) стоков. Технология. Проект 15-ТХ.» на стройке: «Жилая застройка с объектами транспортной, социальной и инженерной инфраструктуры по адресу: Московская область, г.Королев, мкр. Болшево (ЖК «Театральный парк»)» назначить Управляющему ИП ФИО6 дополнительное вознаграждение в размере 10% от счета-фактуры от 30.06.2017 №67.

Согласно дополнительному соглашению от 01.07.2019 №2/1 пункт 2.4.2 договора от 11.08.2014 изложен в следующей редакции: «Ежеквартально, после подсчета объема выручки за квартал выплачивать Управляющему дополнительное вознаграждение в виде 5% от суммы акцептованных актов, накладных в рамках текущего квартала при соблюдении условия общей рентабельности деятельности предприятия. Основанием для расчета является журнал учета выданных счетов-фактур за текущий квартал. Расчет вознаграждения подлежащего начислению и выплате Управляющему по итогам квартала производится бухгалтерией в последний рабочий день квартала и утверждается участником общества».

Инспекцией установлено, что условиями договора об управлении ООО «БАРС» б/н от 11.08.2014 предусмотрены выплаты ИП-Управляющему ежемесячных фиксированных сумм и переменных выплат.

В результате анализа документов о передаче управления делами Общества ИП-Управляющему (договор об управлении обществом от 11.08.2014 и дополнительные соглашения к нему: от 01.01.2015 №1, от 30.06.2017, от 01.07.2019 №2/1, отчеты ИП ФИО6 об оказанных услугах ООО «БАРС»» в рамках договора от 11.08.2014, реестр выданных счетов-фактур за 2017-2019 годы, акты об оказании услуг (ежемесячные и ежеквартальные) за 2017-2019 годы), установлено, что ИП-Управляющий осуществляет руководство текущей деятельностью Общества, в том числе выполняет функции его единоличного исполнительного органа в пределах компетенции, определенной действующим законодательством РФ, уставом Общества, а также договором б/н от 11.08.2014.

Общая сумма выплат, произведенных в 2017-2019 годах в адрес ИП-Управляющего, с которых налоговым агентом необоснованно не исчислен и не удержан НДФЛ, составила 109 899 000 руб.

Инспекцией установлено, что:

- с момента постановки на налоговый учет (14.07.2014) ИП ФИО6 находится на УСН (объект – доходы, 6%), услуги по управлению оказываются только в адрес ООО «БАРС», других источников доходов у ИП ФИО6 в проверяемом периоде не установлено. Все полученные от ООО «БАРС» денежные средства в общей сумме 109 899 000 руб. отражены ИП ФИО6 в налоговых декларациях по УСН за 2017-2019 годы;

- ООО «БАРС» для вступления в СРО представило в Ассоциацию «Центр объединения Строителей Сфера-А» заявление о выдаче свидетельств о допуске к следующим видам работ: подготовительные работы, земляные работы, устройство скважин, свайные работы, закрепление грунтов, устройство, монтаж сборных бетонных и железобетонных конструкций, устройство наружных сетей канализации и теплоснабжения и др. Для получения свидетельств на выполнение перечисленных видов работ Обществом представлены сведения на специалистов соответствующихквалификаций (копии дипломов об образовании, копий трудовых книжек и др.) в отношении следующих лиц: ФИО6; ФИО12; ФИО11; ФИО13; ФИО14; ФИО15.

Согласно записям в трудовых книжках, ФИО6, ФИО11, ФИО13 учились на одной специальности в Магнитогорском государственном университете имени Г.И.Носова в период с 01.09.1999 по 09.06.2004, затем вместе работали в ООО «Акватория», в ООО «БАРС» как с ИНН 

<

***>, так и с ИНН

<

***> (проверяемый налогоплательщик), что свидетельствует о взаимозависимости ФИО6 и ФИО11, 

- согласно записям в трудовых книжках, ФИО12, ФИО14, ФИО15, приняты в ООО «БАРС» 25.08.2014 на должности главного инженера, начальника участка, инженера, соответственно, но сведения по форме 2-НДФЛ за 2014-2019 годы в отношении указанных лиц не представлены ни одним налоговым агентом;

- вознаграждение за оказанные услуги по управлению Обществом (переменная часть) рассчитывались, согласно первоначальным условиям п.2.4.2 договора, исходя из показателей чистой прибыли (до 2015г.), с 01.01.2015 на основании доп. соглашения основанием для расчета вознаграждения стал являться журнал учета выданных счетов-фактур за текущий квартал.

Вместе с тем, как установлено инспекцией, данный расчет противоречит предмету договора об управлении Обществом (п.1.3), поскольку выручка не является конечным финансовым результатом. Расчет вознаграждений, исходя из суммы выручки, уменьшает налоговую базу. и соответственно исчисленный налог. Кроме того, по условиям договора от 11.08.2014 на управляющего возложена субсидиарная ответственность за финансовое состояние Общества, однако, главой 39 ГК РФ, на основании которой заключен указанный договор, такая ответственность не предусмотрена;

- сумма вознаграждения ИП-Управляющего превышает начисленную заработную плату всех работников Общества в 2017 году в 10 раз, в 2018 году в 23 раза, в 2019 году в 26 раз. Размер вознаграждения ИП-Управляющего, отраженного в налоговом учете, превышает сумму прибыли для налогового учета в 2017 – в 4 раза, в 2018 году – в 13 раз. Расходы по организации и подготовке к конкурсам, заключению договоров ИП ФИО6 документально не подтверждены. Вместе с тем имеет место факт выдачи денежных средств Общества ФИО6 под отчет;

- доказательства того, что ИП, как самостоятельный хозяйствующий субъект, арендовал у общества помещения, нес самостоятельные расходы для оказания услуг по договору на управление, отсутствуют;

- длительный срок действия договора. При этом значение имел сам процесс труда, а не результат выполненной работы, что является признаком трудового договора;

- выплата обществом вознаграждения управляющему осуществлялась вне зависимости от качества и полученного результата, при этом отсутствовала взаимосвязь оплаты вознаграждения с фактом оказания услуг, поскольку перечисление денежных средств за услуги осуществлялось систематически без привязки к актам оказанных индивидуальным предпринимателем услуг. Оплата за услуги в адрес ИП производилась в произвольном порядке, различными суммами.

Инспекцией установлены следующие обстоятельства, позволившие квалифицировать договор об управлении Обществом как трудовой:

- регистрация управляющего в качестве ИП была осуществлена всего за 1 месяц до принятия решения о выполнении полномочий (функций) управляющего (ФИО6 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 14.07.2014, дата регистрации ООО «БАРС» ИНН

<

***> - 11.08.2014);

- у ИП-Управляющего отсутствовали иные клиенты помимо налогоплательщика;

- договор оказания услуг по управлению с ИП-управляющим содержал признаки трудовых отношений (в частности, по договору проверяемый налогоплательщик взял на себя обязанности по организации рабочего места ИП-управляющего – помещение, оргтехника, связь, дорогостоящий автомобиль);

- ИП-управляющий до заключения с ним договора на управление был директоромООО «Барс» ИНН 

<

***> с теми же функциями по тому же юридическому адресу. Установлена неизменность функций управляющего (в ООО «БАРС» ИНН 

<

***>) по сравнению с функциями директора (в ООО «БАРС» ИНН 

<

***>), несмотря на то, что подписан гражданско-правовой договор с управляющим;

- за выполнение работы предусмотрена ежемесячная установленная оплата, размер которой не зависел от фактического объема проделанных управляющим работ и услуг, а зависит от объема реализации. При этом, финансово-экономические показатели Общества во внимание не принимались;

- фактически начисленное Управляющему вознаграждение несоразмерно с полученным финансовым результатом работы Общества в проверяемом периоде;

- отчеты об оказанных услугах не содержат количественныхпоказателей, позволяющих определить эффективность работы управляющего: выручка, прибыль, доходы и расходы организации за отчетный период; в отчетах отсутствует размер вознаграждения управляющего за проделанную работу в зависимости от объемов выполненных работ; отчеты содержат лишь перечень сведений, из них невозможно определить стоимость каждой услуги в отдельности;

- совпадение IP-адресов, используемых для входа в систему электронного банкинга для проведения операций по расчетному счету ИП ФИО6 с IP-адресами ООО «БАРС». Индивидуальным предпринимателем для ведения бухгалтерского учета привлечены те же лица, что и ООО «БАРС» (ООО «СОЗВЕЗДИЕ», ООО «Профэшнл групп», ФИО8);

- согласно данным оборотно-сальдовой ведомости за 2017-2019 годы единственным подотчетным лицом ООО «БАРС» является ФИО6

Таким образом инспекцией установлено, что передача управления делами Общества ИП-Управляющему имела формальный характер и была направлена лишь на создание схемы незаконной минимизации налоговых обязательств по НДФЛ и страховым взносам.

В частности, ООО «Барс» уменьшило налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, не удержало НДФЛ с суммы выплаченного ФИО6 вознаграждения (13%), не начислило и не уплатило страховые взносы на сумму вознаграждения ФИО6, а последний с фактически полученной им суммы вознаграждения уплатил 6% налога в связи с применением УСН.

Подписав с ИП ФИО6 договор на оказание услуг по управлению, Общество имело единственный экономический эффект - получение налоговой выгоды, действия Общества и ИП ФИО6 имели взаимовыгодный, согласованный характер, и нацелены исключительно на незаконную минимизацию налоговых обязательств Общества. 

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- до подписания договора на оказание услуг по управлению предприниматель выступал директором ООО «Барс» (ИНН 

<

***>, располагалось по тому же адресу, что и налогоплательщик), осуществляя те же функции, 

- регистрация в ЕГРИП в качестве индивидуального предпринимателя осуществлена незадолго до регистрации налогоплательщика в ЕГРЮЛ (за 1 месяц),

- услуги по управлению за весь период деятельности оказывались только налогоплательщику, 

- имело место необоснованное наращивание налогоплательщиком суммы вознаграждения управляющему (применяет УСН с объектом доходы 6%) по сравнению с заработной платой иных работников налогоплательщика, 

- отсутствовали доказательства ведения деятельности в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта (наличие арендных отношений, несения расходов для оказания услуг по договору управления),

- совпадали IP-адреса выхода в сеть Интернет, 

- спорный договор оказания услуг по управлению содержал все признаки трудовых отношений, как то: личный характер прав и обязанностей выполняемых трудовых функций; договор отражал обязательства по выполнению определенного рода работы (а равно трудовой функции), а не разовых заданий; налогоплательщик принял на себя обязанности по организации рабочего места, предоставив офис, оргтехнику, связь, транспортное средство; выплата налогоплательщиком вознаграждения осуществлялась вне зависимости от качества и полученного результата, без привязки к актам оказанных услуг. 

Соответственно, налогоплательщика интересовал не конечный результат в виде конкретной оказанной услуги с указанием количества, объема или иных конкретизирующих характеристик, а само осуществление трудовой функции. 

Таким образом, инспекция пришла к обоснованному выводу о квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, верно заключив, что выплаты налогоплательщиком вознаграждения фактически являлись скрытой формой оплаты труда.

Установленные в ходе проверки обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи правомерно позволили инспекции заключить об умышленном сокрытии налогоплательщиком факта трудовых отношений, исключительно с целью занижения налогооблагаемой базы по НДФЛ и страховым взносам.

Указанный вывод арбитражного суда соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2022 № 304-ЭС21-28407 по делу № А46-5115/2021. 

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией при определении суммы налогов с дохода управляющего, не учтены расходы, связанные с получением этого дохода, а также уплата налогов с данного дохода, не принимаются, поскольку при расчете налоговых обязательств налогоплательщика инспекцией учтены в качестве расходов суммы налога по УСН (6%), отраженные в налоговых декларациях управляющего, равно как и учтены исчисленные суммы страховых взносов и начисленная заработная плата предпринимателю.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекция не вправе оценивать экономическую целесообразность принимаемых хозяйствующими субъектами решений не принимается, поскольку это имеет правовое значение лишь в том случае, если по результатам налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности получения налоговой выгоды.

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений получить реальный экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, как правомочная при таких обстоятельствах оценивать обоснованность получения налоговой выгоды.

Указывая на увеличение экономического результата и укрепление положения налогоплательщика на соответствующем рынке услуг, а также рост выручки налогоплательщика в связи с вовлечением в спорные отношения предпринимателя, налогоплательщиком не учтен установленный инспекцией факт, что возросла не только выручка, но и расходы налогоплательщика, в связи с чем в итоге уменьшилась и прибыль налогоплательщика.

Не принимается довод налогоплательщика о корпоративном конфликте между учредителями ООО «Барс» ИНН 

<

***> и необходимости оптимизации бизнес-процессов, поскольку установленные инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельства исключают в построенной налогоплательщиком схеме взаимоотношений наличие разумной деловой цели, так как налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической. 

Вопреки позиции налогоплательщика, наименование договора не может рассматриваться в качестве достаточного основания для безусловного отнесения его к гражданско-правовому договору.

Само по себе несоблюдение правил внутреннего трудового распорядка либо отсутствие в договоре условия о необходимости соблюдения правил внутреннего трудового распорядка не является обстоятельством, исключающим признание сложившихся отношений в качестве трудовых. 

Отсутствие в штатном расписании соответствующей должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае возникших отношений трудовыми, при наличии в этих отношениях признаков трудовых. 

В отношении отсутствия социальной защищенности следует отметить, что это обстоятельство в рассматриваемом случае явилось целью, а не следствием договора, а потому не может рассматриваться в качестве признака относимости такого договора к гражданско-правовым.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекцией в ходе проверки не допрошено достаточное количество свидетелей, а показания опрошенных – неверно истолкованы инспекцией, указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает.

Довод налогоплательщика о том, что инспекцией при проведении налоговых проверок налогоплательщика за предыдущие налоговые периоды (решение № 14 от 30.06.2017), нарушений законодательства о налогах и сборах в указанной части не установлено подлежит отклонению.

Так, невыявление налоговым органом нарушения в рамках предыдущей налоговой проверки не исключает возможности установления этого обстоятельства в рамках проведения последующей налоговой проверки. 

То обстоятельство, что конкретное нарушение законодательства о налогах и сборах не было выявлено и зафиксировано в ходе ранее проведенных налоговых проверок, не лишает налоговый орган возможности выявить его при проверке деятельности налогоплательщика в другие налоговые периоды, поскольку иное противоречило бы смыслу и целям налогового контроля, возложенной на налогоплательщиков обязанности уплачивать законно установленные налоги. 

Нормы НК РФ не ограничивают право налогового органа на выявление в ходе камеральной (выездной) налоговой проверки обстоятельств, связанных с нарушением порядка исчисления налога, даже в том случае, когда предыдущие проверки такого нарушения не установили. 

Иное означало бы, что в случае не обнаружения налоговым органом нарушения законодательства о налогах и сборах в любом из предыдущих периодов, данное обстоятельство делало бы невозможным его привлечение к ответственности во всех последующих периодах по впервые обнаруженным нарушениям.

Ссылка налогоплательщика на судебную практику подлежит отклонению, поскольку указанные судебные акты приняты по делам с иными фактическими обстоятельствами. 

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в оспоренной части у арбитражного суда не имеется.  

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания оспоренного ненормативного акта недействительным, что исключает возможность удовлетворения требования налогоплательщика. 

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из разъяснений, изложенных в п. 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 следует, действующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайств о приостановлении исполнения решения государственного органа, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица (ч. 3 ст. 199 АПК РФ).

Учитывая переплату государственной пошлины и принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит возвращению налогоплательщику из Федерального бюджета Российской Федерации, в остальной части судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «Барс» из Федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                 А.П. Свечников