ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, 

<

...>, https://10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21777/2024

Дело № А41-30186/21

18 марта 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей: Катькиной Н.Н., Епифанцевой С.Ю.,

при ведении протокола судебного секретарем Салий Д.Д.,

при участии в заседании: 

Конкурсный управляющий ООО «СК «Зодчий» ФИО1 (лично); (паспорт РФ);

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 03.02.2024,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «СК «Зодчий» ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 09 сентября 2024 года по делу № А41-30186/21, по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «СК «Зодчий»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 19.07.2022 ООО «СК «Зодчий» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.09.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «СК «Зодчий» ФИО1 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий ООО «СК «Зодчий» ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемого судебного акта на основании следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК «Зодчий»: 

- ФИО2 в период с 24.12.2018 по 22.07.2022 являлся генеральным директором Должника, а также с 28.02.2017 по настоящее время является участником Должника с размером доли 30%. 

ФИО4 с 28.02.2017 по настоящее время является участником Должника с размером доли 30%, следовательно, ответчики являются контролирующими должника лицами по смыслу положений пункта 1 статьи 60.10 Закона о банкротстве.

В своем заявлении конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «СК «Зодчий» за неисполнение обязанности по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. 

Также конкурсный управляющий указывает на совершение ФИО2 сделок, которые усугубили положение должника и причинили существенный вред кредиторам ООО «СК «Зодчий». 

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на бездействие ФИО2 и ФИО4, выразившееся в неподаче в суд заявления о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, не установил необходимой совокупности условий для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанный вывод суда первой инстанции.

В отношении требования о возложении на ответчика субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в своем заявлении и в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на ФИО2 к субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве.

Конкурсный управляющий указывает, что ответчик, будучи контролирующими должника лицом, не обратился с заявлением о признании ООО СК «Зодчий» банкротом после 31.01.2020, то есть по истечении 30 дней с момента наступления признаков объективного банкротства должника (31.12.2019), как следствие, после 31.01.2020 у должника образовалась задолженность, в размере 255 426 104,48 руб.

Конкурсный управляющий указывает, что согласно Анализа финансового состояния должника, проведенного в процедуре наблюдения, по состоянию на 31.12.2019 у должника имелись признаки банкротства, предприятие было финансово неустойчивым и зависело от сторонних кредиторов.

Однако конкурсным управляющим не доказана дата возникновения признаков банкротства и необходимости подачи заявления в суд, не указан соответствующий ей объем ответственности по возникшим после этого обязательствам.

Судом также не установлены какие-либо новые обязательства.

При обращении с требованием о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

При этом само по себе наличие кредиторской задолженности на определенную дату перед отдельным кредитором не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности юридического лица, а, следовательно, основанием для возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) юридического лица.

Наступление даты объективного банкротства и критической ситуации в обществе, которые стали бы основанием для обращения с заявлением о банкротстве должника не доказаны и на основании представленных в дело доказательств судом не могут быть установлены.

Оснований полагать, что погашение требований кредитора привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, не предоставлено.

Опровергая доводы конкурсного управляющего относительно ухудшения финансового состояния должника к 31.12.2019, то есть на дату, с которой конкурсный управляющий связывает начала течения месячного срока на подачу заявления о признании должника банкротом, ответчики указывают, что на протяжении всего 2019 Должник показывал устойчивые положительные финансовые показатели, бухгалтерский баланс Должника принят уполномоченным органом без каких-либо замечаний. 

По результатам сдачи баланса за 2019 год ни в отношении Должника, ни в отношении его контрагентов не было инициировано ни камеральной, ни выездной налоговых проверок, что свидетельствует об отсутствие притязаний уполномоченного органа к данным, указанным в бухгалтерском балансе, входящий и исходящий НДС, отражающийся в книгах учета покупок/продаж соответствует уплаченному в соответствующий бюджет по всей цепочке сделок, в противном случае, из открытых источников было бы видно, что со стороны уполномоченного органа к Должнику предъявлены требования, например, о доначислении НДС.

Как верно установлено судом первой инстанции на протяжении всего 2020 года Должником осуществлялась хозяйственная деятельность, в том числе, осуществлялись отчисления (в т.ч. налоги): - в фонд обязательного медицинского страхования - 819 151 руб.; - в фонд социального страхования - 137 967 руб.; - в пенсионный фонд - 2 480 232 руб.; - транспортный налог - 56 254 руб.; - налог на добавленную стоимость - 11 657 932 руб.; - налог на прибыль - 909 059 руб.

При этом исходя из уплаченного НДС, Должником было осуществлено расчетов с контрагентами на сумму свыше 58 миллионов руб., что полностью исключает доводы о наличии признаков объективного банкротства Должника по состоянию на 31.12.2019.

За неподачу заявления о несостоятельности (банкротстве) должника, согласно действующему законодательству, ответчик подлежит привлечению в размере обязательств, возникших после указанной даты (31.12.2019).

При этом доказательств того, что должник после 31.12.2019 нарастил кредиторскую задолженность, в материалы дела не представлено.

Размер таких обязательств конкурсным управляющим не доказан, судом, на основании представленных в материалы обособленного спора документов, не установлен.

Согласно Определению Верховного суда Российской Федерации № 309-Э17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь временный характер.

Наличие такой задолженности позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»), что означает, что обоснованность и пределы ответственности должны устанавливаться на всестороннем и полном исследовании всех значимых обстоятельства дела и основываться на доказательствах.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18 июля 2003 г. № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами.

Конкурсным управляющим не доказаны ни дата возникновения у ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением должника, ни вина (недобросовестность и неразумность при осуществлении полномочий руководителя), ни наличие причинно-следственной связи между неподачей в суд заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

С учетом указанного, апелляционная коллегия согласна с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о несостоятельности (банкротстве) должника.

Заявитель просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение убыточных для должника сделок, обосновывая это тем, что в период исполнения ФИО2 обязанностей генерального директора ООО «СК «Зодчий» от имени должника был заключен ряд сделок, направленных на вывод активов должника, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, а именно договор купли-продажи ТС №2 от 18.12.2020 между ООО «СК «Зодчий» и ФИО5 (ТС - Ленд Крузер), договор купли-продажи №3/21 от 17.03.2021 между ООО СК Зодчий и ФИО6 (ТС - экскаватор - погрузчик JCB), договора №ДЦ-77-3353/19 и №ДЦ-77-3356/19 от 28.05.2021, заключенные должником с ФИО2(2 автомобиля Лексус RX300).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и, если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункту 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления № 53, следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно пункту 23 Постановления № 53 установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Доказательства того, что спорные сделки являлись крупными для должника, наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством не доказано.

Само по себе совершение спорных сделок не может безусловно свидетельствовать о недобросовестном поведении руководителя должника.

Судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2024 признаны недействительными сделками договоры №ДЦ-77-3353/19 и №ДЦ-77-3356/19 от 28.05.2021, заключенные должником с ФИО2 применены последствия недействительности сделок.

По признанной недействительной сделке были применены последствия недействительности оспоренных сделок виде взыскания в конкурсную массу денежных средств. 

Следовательно, взыскание в рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности вышеуказанной суммы будет являться повторным.

По остальным вменяемым ответчику сделкам конкурсным управляющим не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих об их недействительности, а также что совершение указанных сделок явилось объективной причиной банкротства должника или существенно ухудшило его финансовое состояние.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе, применительно к масштабам деятельности должника; судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Совершение подозрительных сделок само по себе не является безусловным доказательством, подтверждающим неправомерные действия руководителя иных лиц по доведению должника до банкротства.

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 АПК РФ с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, оснований полагать, что совершение указанных заявителем сделок привело к объективному банкротству должника, и, как следствие, является основанием для привлечения соответчика к субсидиарной ответственности, не имеется.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В нарушение указанных положений заявителем не представлено доказательств того, что именно совершение вышеперечисленных сделок привело к банкротству должника либо эти сделки, существенно ухудшили финансовое положение должника, в результате их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Конкурсный управляющий просила привлечь ответчика к субсидиарной ответственности также за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной деятельности должника.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно п. 3.2, п. 3 ст. 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность:

- отсутствуют;

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;

-либо указанная информация искажена.

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий:

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

- вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В материалах дела нет доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий для возложения на ответчика субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Конкурсный управляющий указывает, что определением Арбитражного суда Московской области от 19.08.2022 ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документов удовлетворено. Суд обязал бывшего генерального директора ООО «СК «Зодчий» ФИО2 передать конкурсному управляющему должника документы и информацию в отношении должника. 

Однако, документы и информация в отношении должника ему не были переданы ответчиком.

Возражая по доводам заявления конкурсного управляющего, ФИО2 указывает, что 15.03.2021 в по адресу местонахождения ООО «СК «Зодчий» произошло хищение всей документации, в том числе, оргтехники принадлежащей Должнику.

16.03.2021 ФИО2 в отделение МВД России по району Новогиреево было подано заявление об обнаружении признаков преступления, предусмотренного статьей 158 УК РФ - кража. 

Вышеуказанное заявление зарегистрировано в КУСП за номером №4748 от 16.03.2021.

С целью восстановления похищенной документации ФИО2 были поданы обращения в Межрайонную ИФНС России №1 по Московской области 29.03.2021 №011327 и от 29.07.2021 №030451, в которых, среди прочего, последним были запрошены отчетные документы должника, книги учета покупок-продаж и иные документы.

01.07.2022 в процедуре наблюдения, со стороны ФИО2 в адрес ФИО1, на тот момент, временного управляющего передавалась (по акту приема-передачи) документация, которую удалось восстановить собственными силами, в том числе, банковские выписки, договоры, счета, акты выполненных работ и иная первичная документация, часть уставных и кадровых документов.

Кроме того, ответчик указывает, что до конкурсного управляющего доводилась информация, что бухгалтерское, кадровое и юридическое сопровождение деятельности Должника оказывала аутсорсинговая компания ООО «Строительная Компания «Зодчий».

Так, между должником и ООО «Строительная Компания «Зодчий» был заключен договор на оказание аутсорсинговых услуг № 9 от 01.02.2019, согласно которому Исполнитель оказывает услуги по ведению бухгалтерского учета, а также юридического, экономического и кадрового сопровождения Заказчика, а Заказчик в свою очередь уплачивает исполнителю вознаграждение.

Соответственно, конкурсный управляющий не был лишен возможности запросить соответствующие документы у лица, которое сопровождало хозяйственную деятельность должника и должно обладать исчерпывающим перечнем информации и документации, которая необходима для достижения целей конкурсного производства.

Доказательством оказания вышеуказанных услуг должнику со стороны ООО «Строительная Компания «Зодчий» в том числе является судебный акт по делу №А40-121018/21, в рамках которого с Должника были взысканы денежные средства по ранее оказанным, но не оплаченным услугам.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим факта сокрытия и не передаче бывшим руководителем должника документации.

Доказательства нахождения у ответчика какой-либо документации и уклонение от ее передачи в материалах дела отсутствуют.

Оснований для возложения на ответчика субсидиарной ответственности по указанному основанию нет.

Конкурсным управляющим не приведены безусловные доводы и доказательства, свидетельствующие о невозможности выполнения процедур банкротства в отсутствие запрашиваемой документации, в связи с чем, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в указанной части не имеется.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должником проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 09 сентября 2024 года по делу № А41-30186/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

Н.Н. Катькина

С.Ю. Епифанцева