СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                            Дело № А27-19247/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 19 апреля 2019 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

ПредседательствующегоЗайцевой О.О., 

судей:Фроловой Н.Н., 

Кудряшевой Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 и секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3  (рег. № 07АП-6511/2017 (19)), ФИО4 (рег. № 07АП-6511/2017 (20)), ФИО5 (рег. № 07АП-6511/2017 (21)) на определение от 12.12.2018 (резолютивная часть объявлена 27.11.2018) Арбитражного суда  Кемеровской области (судья Виноградова О.В.) по делу № А27-19247/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Система Гарант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>)  по заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделок  купли-продажи нежилых помещений,   

при участии в судебном заседании:

 - кредитора ФИО6, паспорт, его представителя по доверенности ФИО7, доверенность от 05.04.2016, паспорт;

- от ФИО4 – ФИО8, доверенность от 18.08.2017, удостоверение адвоката,

у с т а н о в и л :

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 29 ноября 2016 года (резолютивная часть решения объявлена 29 ноября 2016 года) общество с ограниченной ответственностью «Система Гарант» (далее – ООО «Система Гарант», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 230 от 10.12.2016 года.

            По основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), полагая, что договоры купли-продажи совершены при неравноценном встречном исполнении и направлены на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий 14.03.2017 года обратился с заявлениями об оспаривании сделок должника:

- договора купли-продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года, заключенного с ФИО3 (ФИО3, ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника имущества - нежилого помещения с кадастровым № 42:32:0103013:4627, площадью 51,3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, пом. № 1п.;

- договоров купли – продажи нежилого помещения общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенного по адресу: 

<

...> п, договора купли – продажи нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916, расположенного по адресу: 

<

...> п, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО4 13 октября 2014 года, применение последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу вышеуказанных объектов недвижимости.

            Определения суда первой инстанции по итогам рассмотрения вышеуказанных заявлений от 13.10.2017 года и 26.12.2017 г. года были отменены кассационной инстанцией (Постановления Арбитражного суда Западно – Сибирского округа от 28 апреля 2018 года и 28 мая 2018 г.), обособленные споры направлены на новое рассмотрение в суд первой инстанции, объединивший вышеуказанные споры для совместного рассмотрения.

           Определением суда от 14.06.2018 года к участию в обособленном споре по признанию недействительной сделки должника с ФИО3 в качестве соответчика

привлечена супруга – ФИО11

            Также к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: МК Государственный фонд поддержки предпринимательства Кемеровской области, общество с ограниченной ответственностью «Ромашка», ФИО12 и его финансовый управляющий ФИО13, ФИО5.

           Определением от 12.12.2018 (резолютивная часть объявлена 27.11.2018) Арбитражного суда  Кемеровской области по делу № А27-19247/2016 признана недействительной сделка - договор купли – продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО3; применены последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, истребовать у ФИО3, ФИО11 нежилое помещение с кадастровым № 42:32:0103013:4627, площадью 51,3 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, пом. № 1п.

             Признаны недействительными сделки:

- договор купли – продажи нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916, расположенного по адресу: 

<

...> п, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО4 13 октября 2014 года ;

- договор купли – продажи нежилого помещения общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенного по адресу: 

<

...> п, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО4 13 октября 2014 года.

             Применены последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, истребовать у ФИО4 нежилое помещение общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916, расположенное по адресу: Кемеровская область, г. Прокопьевск, ул. Черниговская, 1, пом. 1п и нежилое помещение общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенное по адресу: Кемеровская область, г. Прокопьевск, ул.

ФИО14, 41, пом. 146 п.

             С вынесенным определением не согласились ФИО3, ФИО4, ФИО5 (третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора), обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего;  указывают, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства заинтересованности ответчиков по отношению к должнику, а также их знание о наличии у должника просроченных обязательств перед другими кредитора; сделки совершены по рыночным ценам, по ним совершен расчет в полном объеме; основания для признания их недействительными у суда не имелось. 

В материалы дела от кредитора ФИО6 поступили отзывы на апелляционные  жалобы, в которых он просил оставить обжалуемое определение без изменения, в частности пояснил, что формально ФИО4 и должник не заинтересованы по отношению друг к другу, но ФИО4 знал о финансовой деятельности и проблемах с неплатежами у должника и его учредителя ФИО12 через свою фактическую супругу ФИО15, поскольку из представленных в дело сведений о доходах ФИО15 ее местом работы являлся ИП ФИО16 Из выписок должника следует, что ООО «Система Гарант» на протяжении 2014 года имело хозяйственные отношения с ИП ФИО16, письма от имени ИП ФИО16 от должника получала именно ФИО15,; 22 апреля 2014 года (незадолго до совершения оспариваемой сделки) ФИО12, являющимся бенефициаром и директором должника, и ФИО15 заключен договор ипотеки в обеспечение якобы существовавшего между ними заемного обязательства; указанные сделки вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 признаны притворными, однако факт совершения соответствующих действий (подписание фиктивных документов) имел место, что свидетельствует о наличии между ФИО12 и супругами ФИО17 определенных отношений; данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11 октября 2018 года); этим же судебным актом установлена финансовая невозможность ФИО4 рассчитаться за приобретенное имущество. В отношении апелляционной жалобы ФИО5 пояснил, что факт заключения последующих договоров между ней и ФИО4 не привел к переходу права собственности на спорные объекты недвижимости в силу принятых судом обеспечительных мер, поэтому суд правомерно применил последствия недействительности сделок, совершенных между должником и ФИО4 в виде возврата имущества в конкурсную массу. В отношении апелляционной жалобы ФИО3 пояснил, что  совокупность обстоятельств свидетельствует о том, что в настоящее время невозможно определить, куда ФИО12 были направлены средства, полученные от ФИО3 в размере 4 200 000 руб., но они точно не поступили в пользу должника как оплата за реализованное имущество, поскольку были получены ФИО12 от ФИО3 по расписке, подписанной ФИО12 При этом кредитор ФИО6 не оспаривал финансовую возможность ФИО3 заплатить 4 200 000 руб., а также не отрицал отсутствие доказательств заинтересованности ФИО3 по отношению к должнику и его учредителям (руководителю), но, при этом, пояснил, что соглашаясь участвовать в сомнительной сделке, не оформляя надлежащим образом документацию в соответствии с Законом о бухгалтерском учете, по сути, участвуя в схеме ухода должника от уплаты налогов, ФИО3 должен был осознавать недобросовестность поведения контрагента и отказаться совершать оспариваемую сделку.

В судебном заседании представитель ФИО4 наставал на удовлетворении апелляционной жалобы, представил дополнительные пояснения и доказательства финансовой возможности ответчика рассчитаться с должником по оспариваемым сделкам.

Кредитор ФИО6 и его представитель просили отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, дали пояснения суду и представили письменные доказательства в опровержение доводов ФИО4 о его платежеспособности.

В материалы дела поступили письменные пояснения ФИО3, в которых он просил удовлетворить апелляционную жалобу и представил доказательства своей финансовой возможности рассчитаться по договору купли-продажи с должником.

Остальные лица,  участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.         

В соответствии со статьей 61.9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех указанных обстоятельств.

Пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как предусмотрено п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4).

В силу п. 1 ст. 424 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

       1.Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 13 октября 2014 года между ООО «Система Гарант» в лице директора ФИО12 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключены договоры купли – продажи нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916,  расположенного по адресу: 

<

...> п и нежилого помещения общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенного по адресу: 

<

...> п ( т. 18, л.д.23-30, 31-33).

           В соответствии с п. 3 договоров стоимость нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м. составила 50 000 рублей, нежилого помещения общей площадью 52,9 кв. м. – 60 000 рублей, расчет на момент заключения договора произведен полностью, помещения переданы на дату подписания договора (п.5).Регистрация перехода права собственности на имущество по данным сделкам произведена 30.10.2014 года и 29.10.2014 г. соответственно (т. 18, л.д. 44-47).

         Дополнительными соглашениями от 13.10.2014 к договорам купли-продажи цена продажи спорных нежилых помещений изменена на 4 000 000 руб. и 4 500 000 руб.

          Регистрация перехода права собственности на имущество к покупателю произведена 29.10.2014 и 30.10.2014.

          В дело представлены также квитанции к приходным кассовым ордерам от 13.10.2014 № 6415 и № 6416 о внесении ФИО4 в кассу общества «Система Гарант» денежных средств в размере 4 000 000 руб. и 4 500 000 руб. за спорные нежилые помещения.  

        С учетом даты принятия к производству арбитражного суда заявления общества с ограниченной ответственностью Страховое агентство «Коместра-РЕ» о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Система Гарант» (определение Арбитражного суда Кемеровской области от 25 октября 2016 года) оспариваемые договоры купли-продажи от 13.10.2014 г. совершены  менее чем за два года до принятия заявления о признании должника банкротом (25 октября 2016 года), следовательно, подпадают под основания оспаривания, предусмотренные п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Оценивая доводы ФИО4 о фактической цене сделок (4 000 000 рублей и 4 500 000 рублей) с учетом и доказательства, представленные ответчиком, в частности, дополнительных соглашений к договорам и квитанции к приходно – кассовым ордерам, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности фактов как надлежащего внесения сторонами в договоры купли-продажи, так и неспособности ФИО4 оплатить должнику 8 500 000 руб.

Указанный вывод подтверждается совокупностью следующих обстоятельств.

 Условиями оспариваемых договоров купли-продажи от 13.10.2014 г. возможность изменения цены договора после его заключения (исполнения) не предусмотрена.

Суд считает необходимым указать, что, не смотря на совпадение даты договоров и дополнительных соглашений, данные соглашения по неизвестной причине не предоставлялись сторонами в регистрирующий орган, хотя препятствия для этого, в том числе временные, с учетом одной и той же даты заключения, отсутствовали.

Таким образом, при оценке обстоятельств по делу, суд исходит из того, что сделки совершены по цене, указанной в договоре, а не в дополнительном соглашении, поскольку, при заключении договора купли-продажи недвижимости стороны согласовали его цену, факт уплаты которой продавцу от покупателя подтверждается самим договором, равно как и передача имущества. В п. 7 договора стороны согласовали условие о содержании в договоре всего объеме соглашений между ними.

Возвращая рассмотрение обособленного спора по оспариванию сделок с ФИО4, суд кассационной инстанции в постановлении от 28 мая 2018 года указал на  необходимость предложения суду представить конкурсному управляющему допустимые доказательства совершения сделки по заниженной цене, а также недобросовестности контрагента по сделке, в данном случае – ФИО4, его осведомлённости о противоправной цели должника, в частности, о наличии у общества «Система гарант» признаков неплатёжеспособности на дату совершения сделки. По результатам оценки дополнительно представленных доказательства принять законный и обоснованный судебный акт с применением норм, регулирующих спорные правоотношения.

В материалы дела представлены квитанции к приходным кассовым ордерам о принятии в кассу ООО «Система Гарант» от ФИО4 по договору купли – продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> п - 4 000 000 рублей, по договору купли – продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> п – 4 500 000 рублей (т.19 л.д.44 (оборот)).

С учетом правового регулирования, установленного Указанием Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" платежный агент, как специальный субъект, для учета наличных денег, принятых при осуществлении деятельности платежного агента, банковского платежного агента ведет кассовую книгу, прием наличных денежных средств в кассу организации производится по приходным кассовым ордерам.

Суд критически оценивает пояснения бывшего директора должника ФИО18 и кассира ФИО19, поскольку, в объяснениях последних, представленных в материалы дела в письменном виде отсутствуют сведения о расходовании крупной суммы денежных средств, поступивших в кассу, данные пояснения не соотносятся с данными бухгалтерской отчетности (письмо ООО «Система гарант» от 06 марта 2015 года № 2 в адрес Инспекции ФНС России по г. Кемерово), согласно которой должник получил от оспариваемых сделок 110 000 рублей.

Кроме того, из материалов обособленных споров в деле о банкротстве ООО «Система Гарант» о признании незаконным платежей по агентским договорам усматривается, что все приходные ордера, имеющиеся в материалах дела, подписывались ФИО20, а не ФИО19

В материалах дела отсутствуют доказательства расходования денежных средств, указанных в квитанциях к приходным кассовым ордерам, как посредством зачисления на расчетный счет должника (выписка по счету), так и путем расходования из кассы, тогда как нахождение в кассе суммы в указанных размерах противоречит Указанию Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства".

Согласно письму ООО «Система гарант» от 06 марта 2015 года № 2 в адрес Инспекции ФНС России по г. Кемерово в 4 квартале 2014 года ООО «Система гарант» произведено отчуждение имущества (основных средств), находящихся в собственности организации. К письму представлены копии договоров купли-продажи помещений в количестве 5 шт. на общую сумму 315 000 рублей, в состав которых входят и спорные договоры. Учитывая, что в налоговом и бухгалтерском учете должника не отражены представленные ответчиком дополнительные соглашения, приходные кассовые ордера, расписки о получении денежных средств, суд первой инстанции правомерно пришел  к выводу о том, что цена оспариваемых сделок выражена в сумме, указанной сторонами в тексте договора купли- продажи 50 000 рублей и  60 000 рублей, о чем должником раскрыта информация в установленном законом порядке.

Суд учитывает, что подобная схема уклонения о налогообложения продолжала применяться и самим ФИО4,  о чем свидетельствует заключением последним в период оспаривания сделок договоров об отчуждении спорных объектов недвижимости, продажа которых произведена также по цене 50 000 рублей и 60 000 рублей уже ФИО5, что косвенно указывает на реальную цену приобретения имущества у ООО «Система Гарант» именно по цене, указанной в договорах, поскольку, в противном случае ФИО4 продал имущество себе в убыток, что представляется нецелесообразным и лишено экономического смысла.

При новом рассмотрении обособленного спора каких – либо убедительных доказательств необходимости отчуждения спорных объектов по явно заниженной цене ФИО4 не представлено.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о признании недействительными оспариваемых сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве), проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции установил, что в период совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Из разъяснений пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 следует, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о неплатежеспособности или несостоятельности должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие таких обстоятельств.

Ряд правовых позиций, изложенных применительно к определению критерия добросовестности покупателя, свидетельствуют о том, при наличии сопутствующих совершению сделки обстоятельств, которые должны были вызвать у приобретателя имущества разумные сомнения в отношении права его отчуждения (в том числе и явно заниженная цена), приобретатель не может быть признан добросовестным (п. 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения, утв. Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 ноября 2008 года № 126; Обзор судебной практики ВС РФ по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органом местного самоуправления от 01 октября 2014 года, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22 декабря 2016 года № 308-ЭС16- 11018).

Доводы представителя должника об отсутствие заинтересованности сторон сделки, а, следовательно, неосведомленности ФИО4 о неплатежеспособности должника судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку, заключая договоры купли – продажи недвижимости на сумму 50 000 рублей и 60 000 рублей, при очевидной несоразмерности фактической стоимости этих помещений, по просьбе продавца (как следует из пояснений ФИО4), покупатель, исходя из требований разумности, должен был проявить осмотрительность и выяснить причины предложения занижения цены продажи, усомнившись в платежеспособности продавца, либо вообще отказаться от сделки.

Судом кассационной инстанции указано на то обстоятельство, что в качестве своей финансовой состоятельности ответчиком представлены выписки по счету в Банке ВТБ о снятии денежных средств.

Судом апелляционной инстанции проанализирована и финансовая возможность ФИО4 разово внести в кассу должника 8 500 000 руб. на основании представленных им выписок по своим расчетным счетам, а также учитывая материалы другого дела о банкротстве № А27-22572/2015, в котором определением от 03.05.2018 разрешен спор о признании недействительными сделок, совершенных между ФИО21 и директором должника ФИО12   

Денежные средства в размере 103 945, 00 Евро (5 089 978,76 руб.), снятые 01.04.2014 со счета 42301-978-5-3407-0000000:

   01.04.2014 денежные средства в размере 103 945,00 Евро сняты со счета 42301-978-5-3407-0000000.

01.04.2014денежные средства в размер 100 000,00 Евро зачислены ответчиком на лицевой счет 

<

***> (приходный ордер 80553408-02).

В этот же день сумма средств в размере 101 000,00 Евро с лицевого счета   40817-978-2-3407-1000043зачислена во вклад 42307-978-0-3407-1000036.

06.10.2014 денежные средства в размере 100 604,16 Евро перечислены со вклада 42307-978-0-3407-1000036 на лицевой счет  

<

***>.

06.10.2014 денежные средства в размере 100 604,30 Евро перечислены с лицевого счета 

<

***> во вклад 42307-978-0-3407-1000053.

11.12.2014 денежные средства в размере 100 989,76 Евро перечислены со вклада 42307-978-0-3407-1000053 на лицевой счет 

<

***>.

12.12.2014 денежные средства в размере 100 898,89 руб. Евро сняты ответчиком наличными со счета 

<

***>.

Таким образом, согласно выписки по счету в Банке ВТБ, ответчик не располагал на дату совершения сделки наличными  (13.10.2014) денежными средствами в размере 103 945,00 Евро, поскольку в этот момент они продолжали находиться на его валютном счете.  

Денежные средства в размере 104 113,00 USD (3 706 974,60 руб.), снятые 01.04.2014 со счета 42301-840-2-3407-0000001:

01.04.2014 денежные средства в размере 104 113,00 USD сняты со счета   42301-840-2-3407-0000001.

01.04.2014 денежные средства в размере 60 113, 00 USD зачислены ответчиком на лицевой счет 40817-840-8-3407-10000128 (приходный ордер 80577210-02).

Денежные средства в размере 100 604,16 Евро, снятые 06.10.2014 со счета 42307-978-0-3407-1000043, являются частью транзитных средств, снятых со счета 01.04.2014 и зачислены на счет 42307-978-0-3407-1000053 и сняты с него 12.12.2014.

Таким образом, ФИО4 не располагал наличными денежными средствами, снятыми со счетов в апреле и октябре 2014, поскольку они с указанных счетов и не снимались, а переводились в иные вклады. Следовательно, находящиеся на валютных счетах ответчика денежные средства не могли использоваться им для оплаты по оспариваемым договорам.

Довод о снятии ответчиком в период с 01 04.2014 по 17.04.2015 года в размере 103 410 271,59 руб. с учетом периода совершения сделки также, по мнению суда апелляционной инстанции, не свидетельствует о наличии у него наличных денежных средств на момент совершения сделки.

Так, по состоянию на 10.10.2017 и до 16.10.2017 на расчетном рублевом счете ФИО4 № 40817-810-2-3407-0000051 (т.67, л.д. 101), открытом в Банке ВТБ  (ПАО), отсутствовали денежные средства, входящий остаток составил «0» руб.

Следовательно, на момент совершения предполагаемых наличных платежей 13.10.2014 им не могли использоваться денежные средства с рублевого расчетного счета, поскольку в этот момент они там отсутствовали.    

Необходимо учитывать, что ФИО4 денежные средства вносились на собственные счета, в том числе, например: 16.10.2014 – 5 000 000 руб., в то время как выписка не содержит информации о снятии 13.10.2014  - 8 500 000 руб., либо в какие  - либо иные предшествующие даты.

Кроме того, снимаемые ответчиком позднее 16.10.2014 денежные средства снова направлялись им на собственные счета (см. п.1.1 отзыва), либо на приобретение иного имущества, в том числе транспортных средств, но эти платежи производились легально, путем проведения банковских операций, а не путем снятия наличности со счета.

Кроме того, из выписки по счету № 40817-810-2-3407-0000051 следует, что 16 октября 2014 года ответчиком на собственный счет были внесены 5 000 000 рублей и 17 октября 2014 года - еще 4 200 000 рублей.

Указанные суммы соизмеримы с теми, что указаны сторонами в приходных кассовых ордерах от 13 октября 2014 года, но тогда эти средства должны были быть списаны со счета ФИО4 более ранней датой, а не, наоборот, зачислены на его счет позднее предполагаемой оплаты по оспариваемым договорам.

Более того, с учетом средств, направленных ответчиком на приобретение имущества в спорный период, достаточными денежными средствами в рассматриваемый период времени 13.10.2014 он не располагал.

Обстоятельство отсутствия достаточных денежных на эту дату 13.10.2014 средств у ответчика в спорный период установлено также вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.10.2018.

Следовательно, по мнению суда апелляционной инстанции, ФИО4 не доказал свою финансовую возможность оплатить должнику 8 500 000 руб.  -13.0.2014, а, соответственно, им и не доказан факт осуществления оплаты по оспариваемым договорам купли- продажи. 

Апелляционным судом также установлено, что на момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатёжеспособности, а ее совершение способствовало его несостоятельности, поскольку у него имелись к тому времени следующие неисполненные обязательства:

-перед ООО «Банк развития бизнеса» в размере 7 257 777 рублей с 18 марта 2014 года,

-перед ООО «Агроресурсы» в размере 2 366 886 рублей с 16 июля 2014 года,

-перед ООО «Медэкспорт - Северная звезда» в размере 1 519 290 рублей с 17 августа 2014 года,

-перед ООО С А «Коместра РЕ» в размере 1 000 000 рублей с 20 сентября 2014 года,

-перед АО Россельхозбанк в размере 749 361 рублей с 10 октября 2014 года.

Все указанные требования не удовлетворены должником и по настоящее время, включены в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, с сентября 2014 года должник перестал исполнять основную часть обязательств с наступившим сроком исполнения. 

 Более того, как следует из материалов настоящего дела, размещенных в электронном виде в «Картотека арбитражных дел», в данный период времени (сентябрь-октябрь 2014 года) должником совершены на сравнимых условиях о цене (многократно заниженная стоимость) пять договоров купли-продажи, в силу которых должником отчуждены все нежилые помещения, не обременённые залогом в пользу третьих лиц (договор купли-продажи от 13 октября 2014 года с ФИО3, договор купли-продажи от 29 сентября 2014 года с ФИО22, договор купли-продажи от 29 сентября 2014 года с ФИО23), что привело, по существу, к прекращению хозяйственной деятельности должника, состоявшей в розничной реализации медицинской продукции, поскольку именно на данные помещения должник обладал аптекарской лицензией.

           При рассмотрении всех обособленных споров об оспаривании сделок должника суды пришли к выводу, что в 2014 году должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества (определения арбитражного суда от 27 июля 2017 года (договор купли-продажи квартиры от 29 сентября 2014 года с ФИО22), от 13 октября 2017 года (договор купли-продажи от 29 сентября 2014 года с ФИО23), постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31 мая 2018 года (агентские договоры в период с 15.01.2014 по 07.10.2014 с ФИО24), от 31 мая 2018 года (агентские договоры в период с 15.01.2014 по 06.10.2014 с ФИО25), от 08 октября 2018 года (агентские договоры в период с 19.02.2014 по 23.09.2014 с ФИО26), от 21 февраля 2019 года (агентские договоры в период с 23.05.2014 по 07.10.2014 с ФИО27.) и др.).

Следуя правовому подходу, обозначенному в определении Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 24 декабря 2018 года № 304-ЭС16-17384. в целях опровержения при наличии выводов судов в предшествующих обособленных спорах о неплатежеспособности в последующих спорах возможно прийти к обратному выводу только опровергнув предыдущие выводы.

Аналогичный вывод следует из постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21 февраля 2019 года по настоящему делу.

Ответчиком в рамках настоящего обособленного спора выводы о неплатежеспособности должника в 2014 году, сформированные судами ранее в настоящем деле при рассмотрении иных споров об оспаривании сделок, документально не опровергнуты.

Сами по себе обстоятельства отсутствия заявленных к должнику исков илиисполнительных производств об отсутствии признака неплатёжеспособности в смысле статьи  Закона о банкротстве не свидетельствуют.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС17-11710, неплатёжеспособность имеет место при наличии обязательств с наступившим сроком исполнения, включенных впоследствии в реестр требований кредиторов. При этом «не имеют значения показатели бухгалтерской, налоговой и финансовой отчетности, поскольку данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности».

Похожий подход изложен Верховным Судом РФ в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 22 декабря 2016 года №308-ЭС 16-11018.

Таким образом, довод апелляционной жалобы о положительных показателях бухгалтерской отчетности по состоянию на 2011 - 2014 годы в подтверждение отсутствия признака неплатежеспособности и недостаточности имущества является несостоятельным.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость дополнительной проверки наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Такая проверка осуществлена судом первой инстанции, который, оценив в совокупности все обозначенные выше обстоятельства, пришел к правильному выводу о наличии у должника соответствующих признаков на момент совершения оспариваемых сделок.

Совокупность вышеуказанных обстоятельствах свидетельствует о недостаточности у ООО «Система гарант» денежных средств для расчетов с кредиторами как на момент совершения оспариваемой сделки, так и непосредственно после этого, поскольку должник в короткий период времени перевел все свое ликвидное имущества на иных лиц,  в связи с чем должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Также суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что ФИО4 в настоящем споре не может быть признан добросовестным, поскольку знал о противоправной цели должника.

Для целей признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить осведомленность контрагента о противоправной цели должника, цели причинения ее совершением вреда имущественным правам кредиторов. При этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абзац 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 года № 63 при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об обстоятельствах неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества, во внимание принимается то. насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Недобросовестность ответчика подтверждается совокупностью следующих обстоятельств.

ФИО4 приходится супругом ФИО15

Действительно, решением Мирового судьи судебного участка № 3 Ленинского района г. Кемерово от 13 декабря 2007 года по делу № 2-515/07-3 расторгнут брак между ФИО15 и ФИО4, зарегистрированный 08 августа 1998 года в ОЗАГСе г. Кемерово.

Однако, ФИО4 и ФИО15 не желали наступления правовых последствий, связанных с расторжением брака, совершая действия по его прекращению в судебном порядке для вида, о чем свидетельствует следующее:

-в паспортах ФИО17 отсутствуют отметки о расторжении брака;

- после вынесения решения Мирового судьи от 13 декабря 2007 года по делу № 2-515/07-3 стороны получили повторное свидетельство о заключении брака взамен утраченного;

- после расторжения брака ФИО17 зарегистрированы по одному адресу как в г. Кемерово, так и в г. Москва;

- в материалы дела представлено согласие супруга серии 77АВ № 33047290 от 16 марта 2017 года, в котором ФИО15 дает согласие своему супругу ФИО4 на совершение сделки;

- 27 февраля 2015 года ФИО17 приобретают именно в совместную собственность земельный участок, баню, беседку в с. Силино Кемеровского района Кемеровской области.

При таких обстоятельствах, поведение ФИО4 и ФИО15 в гражданском обороте должно быть квалифицировано как поведение супругов с точки зрения возникновения соответствующих правовых последствий, осведомленности и связанности действий.

Указанное обстоятельство установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11 октября 2018 года, определение судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы в коллегию от 17 декабря 2018 года).

22 апреля 2014 года (за полгода до совершения оспариваемых сделок) ФИО12, являющимся бенефициаром и директором должника, и ФИО15 заключен договор ипотеки в обеспечение якобы существовавшего между ними заемного обязательства.

Указанные сделки вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 признаны притворными, однако факт совершения соответствующих действий (подписание фиктивных документов) имел место, что свидетельствует о наличии между ФИО12 и супругами ФИО17 определенных отношений.

Данное обстоятельство установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11 октября 2018 года, определение судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы в коллегию от 17 декабря 2018 года).

Как следует из представленных в дело сведений о доходах ФИО15 ее местом работы являлся ИП ФИО16 Из выписок должника по расчетным счетам следует, что ООО «Система Гарант» на протяжении 2014 года имело хозяйственные отношения с ИП ФИО16, письма от имени ИП ФИО16 от должника получала именно ФИО15

В целом, обстоятельство недобросовестности ответчика, наличия его связей с ФИО12 и ООО «Система гарант» установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03 мая 2018 года по делу № А27-22572/2015 (стр. 16 определения).

Суд первой инстанции, исходил из наличия между действиями должника, ФИО4 и  ФИО15 признаков взаимосвязанности, поскольку ФИО4 в одно и то же время приобретает недвижимое имущество как у должника (договор купли- продажи нежилого помещения от 08 октября 2014 года), так и у ООО «Система Гарант» (договоры купли-продажи от 13 октября 2014 года), в котором должник является единоличным исполнительным органом и одним из участников совместно с ФИО28; ФИО4 без наличия на то каких-либо оснований принимает от должника в дар недвижимое имущество стоимостью 8 000 000 рублей; в 2017 году (т. 64 л.д. 149) ФИО4, реализует гараж ФИО28 по договору купли- продажи; в ходе судебного разбирательства представитель ФИО17 пояснял о наличии у его доверителей и должника долгих партнерских и доверительных отношений.

Судебные акты по делу № А27-22572/2015 не имеют преюдициального значения при рассмотрении настоящего спора, однако должны учитываться при принятии судебного акта и приниматься во внимание в отсутствие оснований для правовой и фактической переоценки (соответствующая позиция последовательно занимается Верховным Судом РФ (определения Верховного Суда РФ от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704, от 18.07.2016 № 305-ЭС16-1140, от 16.06.2017 № 305-ЭС15-16930, от 07.05.2018 № 306-ЭС15-3282, от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724 и др.)).

Из материалов дела усматривается, что непосредственно после обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с настоящим иском ответчик ФИО4 совершил действия по отчуждению объектов недвижимости третьему лицу ФИО5 также по 50 000 руб. и 60 000 рублей, соответственно, но переход права собственности до настоящего времени не осуществлен в результате своевременно принятых обеспечительных мер Арбитражным судом Кемеровской области по ходатайству конкурсного управляющего.

При таких обстоятельствах, повторно рассмотрев дело, оценив материалы дела и представленных дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о признании недействительными сделок:

- договора купли – продажи нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916, расположенного по адресу: 

<

...> п, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО4 13 октября 2014 года ;

- договор купли – продажи нежилого помещения общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенного по адресу: 

<

...> п, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО4 13 октября 2014 года.

Как следует из материалов регистрационного дела, представленного УФСГР КиК в отношении спорных объектов недвижимости, после поступления в суд заявлений об оспаривании сделки ФИО4 заключены договоры купли – продажи от 23.03.2017 года на отчуждение спорных объектов недвижимости ФИО5

Государственная регистрация перехода права собственности не произведена.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 N 1689/11, сформулирован правовой подход, согласно которому передача недвижимого имущества по договору купли-продажи, по смыслу положений статей 8 и 131 Гражданского кодекса, не является необходимым условием возникновения права собственности покупателя на это имущество. Право собственности считается перешедшим к покупателю с момента его государственной регистрации за этим лицом, следовательно, препятствий возврата имущества в натуре в конкурсную массу суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

По итогам рассмотрения настоящих обособленных споров судом правомерно   применена односторонняя реституция с учетом специфики дела о банкротстве и отсутствии доказательств поступления именно должнику денежных средств в каком – либо размере, в связи с чем, применены последствия в виде возврата имущества в виде истребования у ФИО4 нежилого помещения общей площадью 39,1 кв.м., кадастровый № 42:32:0101017:916, расположенного по адресу: 

<

...>, пом. 1п и нежилого помещение общей площадью 52,9 кв. м., кадастровый № 42:32:0103013:5697, расположенного по адресу: 

<

...> п.

Таким образом, обжалуемый судебный акт в части признания недействительными сделок, совершенных должником с ФИО4, принят при правильном применении норм материального права, соответствует фактическим обстоятельствам дела, выводы суда подтверждены соответствующими доказательствами, оснований для его изменения суд апелляционной инстанции не усматривает.

   Между тем, суд второй инстанции не соглашается с определением суда первой инстанции о признании  недействительной сделкой  договора купли – продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года, заключенного  между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО3, применении  последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, истребовании у ФИО3, ФИО11 нежилого помещения с кадастровым № 42:32:0103013:4627, площадью 51,3 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, пом. № 1п.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.04.2018 предписано суду при новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует привлечь к участию в деле ФИО11 (привлечена определением от 14.06.2018); кроме этого предложить конкурсному управляющему представить допустимые доказательства совершения сделки по заниженной цене, а также недобросовестности контрагента по сделке, в данном случае – ФИО3, его осведомлённости о противоправной цели должника, в частности, о наличии у общества «Система гарант» признаков неплатёжеспособности на дату совершения сделки. По результатам оценки дополнительно представленных доказательства принять законный и обоснованный судебный акт с применением норм, регулирующих спорные правоотношения.   

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом «Система Гарант» в лице директора ФИО12 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключён договор от 13.10.2014 купли-продажи спорного нежилого помещения.

Согласно пункту 3 договора цена продажи составляет 100 000 руб.

Вместе с тем, условие пункта 7 договора предусматривает обязанность продавца уплатить покупателю штраф в размере 4 200 000 руб. в случае неосуществления государственной регистрации перехода права собственности на помещение к покупателю.

В материалы дела представлена расписка от 17.10.2014 о получении ФИО12 как директором общества «Система гарант» от ФИО3 денежных средств в размере 4 200 000 руб. по договору купли-продажи нежилого помещения по адресу: 

<

...>, в полном объёме.

Документы на государственную регистрацию перехода права собственности на спорное нежилое помещение сданы в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области 17.10.2014.

Регистрация перехода права собственности по спорной сделке произведена 31.10.2014 (запись от 31.10.2014 № 42-42-07/049/2014-279).

Дело о банкротстве общества «Система гарант» возбуждено определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.10.2016 по заявлению кредитора – общества с ограниченной ответственностью Страхового агентства «Коместра-РЕ».

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве должника.

Для признания сделки, совершённой должником в течение трёх лет до возбуждения в отношении него дела о банкротстве, недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель оспариваемой сделки – причинение вреда имущественным правам кредиторов – конкурсный управляющий усмотрел в заниженной цене продажи спорного нежилого помещения. При этом он исходил из того, что цена сделки по договору купли-продажи от 13.10.2014 составляет 100 000 руб., а среднерыночная цена аналогичных объектов – 2 512 500 руб.

Действительно, на момент совершения оспариваемой сделки у должника уже имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, о чем изложено и в настоящем постановлении.

Установив наличие у должника признаков неплатёжеспособности на момент совершения оспариваемой сделки, суды первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем, для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам необходимо установить такое обстоятельство как осведомлённость контрагента по сделке, в данном случае – ФИО3, о противоправной цели должника, в частности о наличии у общества «Система гарант» признаков неплатёжеспособности.

Таких доказательств материалы дела не содержат.

Кроме того, и кредитором ФИО6 при рассмотрении дела в арбитражном апелляционном суде подтверждено, что ФИО3 не является заинтересованным по отношению к должнику лицом. В отношении него не установлено каких – либо дружественных (прочных хозяйственных) связей с учредителями или руководителем должника ФИО12

Следовательно, ФИО3 не является лицом заинтересованным ни по отношению к обществу «Система гарант», ни по отношению к его директору – ФИО12

Поэтому ссылка суда первой инстанции на наличие у должника многочисленных кредиторов, в пользу которых имеются вступившие в законную силу судебные акты, недостаточна для вывода об осведомлённости ФИО3 о таких решениях судов.

На дату заключения оспариваемого договора купли-продажи от 13.10.2014 на сайте «Картотека арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru/) имелись сведения о делах в отношении общества «Система Гарант»: № А45-6431/2013, № А45-14431/2014, № А27-3606/2014, производство по двум из которых прекращено, а размер исковых требований по третьему делу № А27-3606/2014 составлял 25 187 руб. 98 коп., что не может свидетельствовать об осведомленности ФИО3 о наличии внутренних (не раскрытых третьим незаинтересованным лицам) признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества общества «Система Гарант».

На сайте Федеральной службы судебных приставов (http://fssprus.ru/iss/ip/) по состоянию на 13.10.2014 сведения об исполнительных производствах, возбуждённых в отношении общества «Система Гарант» либо его директора ФИО12, отсутствовали.

В обоснование довода об осведомленности ФИО3 о причинении вреда кредиторам должника совершением оспариваемой сделки, суд первой инстанции  указал на то, что  предложения продавца по указанию в договоре цены, несоответствующей фактической, должно было породить у незнакомых людей обоснованные сомнения относительно правомерности отчуждения.

Учитывая, что подобное несоответствие условий договора фактическим действиям сторон договора при определенных обстоятельствах (недействительность сделки), могло очевидно повлечь неоправданные риски для покупателя, суд первой инстанции посчитал, что ответчики, проявляя обычную степень осмотрительности, должны были предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник за символическую цену отчуждает объекты недвижимости, использующиеся в хозяйственной деятельности.

Суд исходил из того, что ФИО3 не мог не осознавать того, что сделка с такой ценой и совершенная в указанных целях уклонения от уплаты налога в достаточном размере, нарушает права как минимум одного кредитора - государства в лице уполномоченного органа, в связи с чем, суд не усматривает оснований для признания такого поведения добросовестным и расценивает указанное обстоятельство как непринятие необходимых мер для выяснения обстоятельств неплатежеспособности или несостоятельности должника.

Покупатель, исходя из требований разумности, должны были проявить осмотрительность и выяснить причины предложения занижения цены продажи, усомнившись в платежеспособности продавца, либо вообще отказаться от сделки.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учётом норм налогового законодательства.

Таким образом, указание в договорах купли-продажи нереальной цены с целью занижения налоговой базы организации-продавца само по себе не влечёт недействительности таких сделок.

Суд апелляционной инстанции также считает не соответствующим имеющимся в деле доказательствам вывод суда о совершении сделки по заниженной цене.

Этот вывод сделан исключительно на основании пункта 3 договора купли-продажи от 13.10.2014, согласно которому цена продажи спорного нежилого помещения составляет 100 000 руб.

Каких-либо документов о передаче ФИО3 ФИО12 денежных средств именно в сумме 100 000 руб. материалы дела не содержат.

Из пояснений ФИО12 следует, что по согласованию с бухгалтером общества «Система Гарант» условие о цене сделки в 100 000 руб. прописано в договоре в целях минимизации налогообложения должника.

В то же время условие пункта 7 договора от 13.10.2014 предусматривает обязанность продавца уплатить покупателю штраф в размере 4 200 000 руб. в случае неосуществления государственной регистрации перехода права собственности на помещение к покупателю.

Данное условие гарантирует покупателю в случае, если сделка не состоится, получить от продавца возврат уплаченных 4 200 000 руб.

Сумма – 4 200 000 руб. указана также в расписке ФИО12, написанной им от лица директора общества «Система гарант», о получении от ФИО3 денежных средств в размере 4 200 000 руб. по договору купли-продажи нежилого помещения по адресу: 

<

...>, в полном объёме.

Расписка датирована 17.10.2014, что соответствует дате передачи документов на государственную регистрацию сделки в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области.

В тот же день ФИО12 по приходному кассовому ордеру от 17.10.2014 № 13 внёс денежные средства в размере 4 200 000 руб. на счёт общества «Система гарант» в Банке и произвёл погашение задолженности общества «Система гарант» перед Банком по кредитному договору от 27.12.2013 № К/Ю/13/13, что подтверждается сообщением Банка.

Совокупность перечисленных обстоятельств свидетельствует о недоказанности вывода о совершении сделки по цене в 100 000 руб.

Как указывал ФИО3, объявление о продаже спорного нежилого помещения по цене 4 800 000 руб. было размещено на сайте «Авито» (https://www.avito.ru/), но в результате переговоров с продавцом ему удалось снизить цену до 4 200 000 руб.

Заявленное ФИО3 ходатайство об истребовании у администрации сайта https://www.avito.ru/ сведений о данной публикации удовлетворено, но из ответа следует о невозможности представления данной информации за давностью прошедшего временного периода. 

При этом из материалов дела не усматривается мотивов для продажи спорного имущества по столь заниженной цене постороннему лицу.

Кроме того, судом апелляционной инстанции исследованы доказательства финансовой возможности ФИО3, поскольку судом первой инстанции данные обстоятельства не устанавливались.

          Из представленных ФИО3 в суд апелляционной инстанции доказательств следует, что 29.10.2012г. ФИО3 приобретен объект недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...>. которое с 01.12.2013г. сдано в аренду ООО «Балатон и К», с ежемесячной арендной платой 80 000.00 рублей, а с 01.01.2014г. арендная плата была увеличена до 90 000,00 рублей.

01.07.2013г. ФИО29 (мать ФИО3) передала ФИО3 по договору безвозмездного пользования земельный участок сельскохозяйственного назначения, в последующем сданный ФИО3 в аренду Главе крестьянского фермерского хозяйства ФИО30, с ежегодной арендной платой в размере 250 000.00 рублей.

07.03.2012г. ФИО3 продал принадлежавшее ему транспортное средство ГАЗ-САЗ-35071 за 590 000.00 тысяч рублей, полученные денежные средства были в дальнейшем направлены в счет оплаты по оспариваемому договору.

10.10.2014г. ФИО3 в целях приобретения спорного объекта недвижимости взял в долг у ФИО31 1 000 000.00 рублей.

13.10.2014г. ФИО3 снял со счета открытого в ОАО «Россельхозбанке» снял денежные средства в размере 729 500.00 рублей, снятая сумма направлена в счет оплаты по оспариваемому договору.

13.10.2014г. ФИО32 (мать ФИО10 (Бруенко) О.А.) передала ФИО3 денежные средства в размере 360 000,00 рублей, для приобретения спорного объекта недвижимости. Финансовая возможность наличия передачи данной суммы подтверждается расходным кассовым ордером №3 АО «Россельхозбанк».

14.10.2014г. ФИО33 (отец ФИО3) передал ФИО3 денежные средства в размере 110 000,00 рублей, для приобретения спорного объекта недвижимости. Финансовая возможность наличия передачи данной суммы подтверждается соглашением № 145616/0453 с ОАО «Россельхозбанк».

В период с 22.07.2013г. по 10.10.2014г. со счета ФИО3 № 40817.810.62600.0445535 снято денежных средств в размере 997 770.00 рублей.

В период с 01.01.2012г. по 01.09.2014г. со счета ФИО11 № 40817.810.0.2621.0017544 снято денежных средств в размере 1 532 345.00 рублей.

Денежные средства, снятые за указанные периоды со счета ФИО3 и ФИО11 частично откладывались, и были направлены для приобретения спорного объекта недвижимости.

Согласно справке ИП ФИО34 ФИО11 получила ежемесячные пособия за период с июля 2012г. по октябрь 2013г. на общую сумму 143 876.96 рублей.

Таким образом, по состоянию на 17.10.2014г., дата составления расписки, передачи ФИО3 директору ООО «Система Гарант» ФИО12 денежной суммы в размере 4 200 000,00 рублей за приобретенный объект недвижимости, ФИО3 обладал финансовой возможностью единовременной выплаты данной суммы с учетом наличия иных обязательств и постоянных расходов (совершения коммунальных платежей, уплаты кредитов, приобретения продуктов питания, расходов на транспорт и т.п.).

Более того, финансовая возможность внесения суммы в размере 4 200 000.00 рублей, так же подтверждается приобретением 04.05.2018г. за 3 500 000,00 рублей, помещения расположенного по адресу: 

<

...>. помещение 2.

Кредитор ФИО6 в судебном заседании также не оспаривал наличие у ФИО3 финансовой возможности рассчитаться по оспариваемому договору именно в сумме 4 200 000 руб., также отметил, что прямые доказательства дружественных связей ФИО3 с руководителем должника материалами дела не подтверждено.

Суд апелляционной инстанции при оценке добросовестности действий ФИО3 учитывает и последующее его поведение после совершения оспариваемой сделки.

В отличие от ФИО4, ФИО3, получив заявление об оспаривании сделки,  не стал предпринимать никаких попыток по отчуждению спорного имущества третьим лицам, в целях ухода от применения судом  возможных последствий недействительности сделки.

Из его пояснений и представленных доказательств (тома дела 23, 37,58, 62) следует, что воля ФИО3 при заключении оспариваемой сделки была направлена на достижение ее правовых последствий, характерная для договоров такого рода. ФИО3 не только имел намерение приобрести спорное имущество в собственность, но и совершил в дальнейшем действия, указывающие на намерение владения и пользования имуществом: организовал в нем аптечный пункт по продаже лекарственных средств, передал его в залог в целях обеспечения возврата микрозайма по договору № 22- м от 25.12.2015,  и т.д.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания недействительной сделкой  договора купли-продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО3, применения последствий недействительности сделки и взыскания с ФИО3.

Выводы суда первой инстанции, сделанные при разрешении спора с ФИО3 и ФИО11, не соответствуют обстоятельствам дела, что является основанием для частичной  отмены судебного акта с вынесением нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего (пп.3 п.1 ст.270 АПК РФ). 

Таким образом, апелляционная жалоба ФИО3 подлежит удовлетворению в полном объеме.

            В связи с тем, что проигравшей стороной в споре с ФИО3 и ФИО11 является общество с ограниченной ответственностью «Система Гарант», с него на основании статьи 110 АПК РФ подлежит взысканию:

-  в пользу ФИО3 возмещение понесенных им судебных расходов в размере 9 000 (девять тысяч) рублей (3 000 руб. – за подачу первой апелляционной жалобы, 3 000 руб. – за подачу кассационной жалобы, 3 000 руб. – за подачу второй апелляционной жалобы);

-  в пользу ФИО11 возмещение понесенных ею судебных расходов в размере 3 000 (три тысячи) рублей (за подачу кассационной жалобы).

            Апелляционные жалобы ФИО4 и  ФИО5  подлежат оставлению судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

            Поскольку ФИО35 и ФИО5 являются лицами, проигравшими спор, на основании статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на них.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 270, 271, п. 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 12.12.2018 (резолютивная часть объявлена 27.11.2018) Арбитражного суда  Кемеровской области по делу № А27-19247/2016 отменить в части признания недействительной сделки – договора купли-продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО3, применения последствий недействительности сделки и взыскания с ФИО3, ФИО11 судебных расходов.

           Вынести в этой части новый судебный акт, изложив в следующей редакции.

           В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Система Гарант» о признании недействительной сделки – договора купли-продажи нежилого помещения от 13 октября 2014 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Система Гарант» и ФИО3, отказать.

           Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Система Гарант» в пользу  

ФИО3 9 000 (девять тысяч) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

           Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Система Гарант» в пользу  

ФИО11 3 000 (три тысячи) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

           В остальной части определение от 12.12.2018 (резолютивная часть объявлена 27.11.2018) Арбитражного суда  Кемеровской области по делу № А27-19247/2016 – оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО4 и  ФИО5  - без удовлетворения.

           Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

          ПредседательствующийО.О. ФИО36 

Судьи Е.В. Кудряшева

ФИО37