АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-7124/2021

03 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Елисеевой Е.В., Прытковой В.П.

 

при участии представителей

общества с ограниченной ответственностью «Холдинг-Менеджмент»:

ФИО1 по доверенности от 01.10.2022,

общества с ограниченной ответственностью «Холдинг-Сервис»

в лице конкурсного управляющего ФИО2:

ФИО3 по доверенности от 31.03.2023,

общества с ограниченной ответственностью «Топаз»:

ФИО4 по доверенности от 04.04.2023

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Центрстроймеханизация» 

 

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.10.2022 и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023

по делу № А29-7124/2021,

 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Топаз» 

(ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>)

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

общества с ограниченной ответственностью «Центрстроймеханизация» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЦентрСтройМеханизация» (далее – ООО «ЦСМ», должник) в Арбитражный суд Республики Коми обратилось общество с ограниченной ответственностью «Топаз» (далее – ООО «Топаз») с заявлением о включении требования в сумме 27 485 982 рубля 99 копеек в реестр требований кредиторов должника.

Заявление мотивировано наличием у ООО «ЦСМ» задолженности перед правопредшественником кредитора – обществом с ограниченной ответственностью «Холдинг-Сервис» (далее – ООО «Холдинг-Сервис»), возникшей из неисполнения денежного обязательства по агентскому договору от 20.08.2016. 

Суд первой инстанции определением от 04.10.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023, признал требования ООО «Топаз» обоснованными, однако подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 названного Федерального закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратилось ООО «ЦСМ» с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает, что требования ООО «Топаз» не подлежат включению в реестр требований кредиторов, поскольку между сторонами фактически сложились отношения по поводу увеличения уставного капитала. Податель жалобы полагает, что спорные правоотношения носили притворный характер. По мнению ООО «ЦСМ», судам надлежало применить положения статей 17 и 27 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Заявитель полагает, что схема правоотношений в настоящей ситуации отличается от приведенной в пункте 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020).

Заявитель указывает, что суды не приняли во внимание, что участники ООО «ЦСМ» и аффилированные с ними лица выбрали модель агентского договора вместо передачи имущества закрытого акционерного общества «Холдинг-Центр» (далее – ЗАО «Холдинг-Центр») в уставный капитал, чтобы прикрыть фактическое увеличение уставного капитала не за счет вклада (взноса) кредитора (ООО «Топаз»), а за счет фактических бенефициаров группы компаний, в число которых входят кредитор, должник, а также ЗАО «Холдинг-Центр» (залогодержатель активов, впоследствии перешедших к должнику). Максимальную выгоду от выбранной модели правоотношений получили участники должника, регулярно получавшие дивиденды, а также аффилированные с ними лица. Кредитор являлся лишь промежуточным звеном в транзите активов к должнику и действовал не самостоятельно, а в интересах фактических выгодоприобретателей. Направленность действий сторон спора на обеспечение максимальной выгоды от заключения агентского договора именно для бенефициаров, а равно притворности данной сделки, по мнению подателя жалобы, подтверждается неисполнением должником денежного обязательства по ней, уступкой права требования аффилированному лицу. 

По мнению ООО «ЦСМ», в рассмотренном случае имели место правоотношения по договору покрытия. Размер возможного к изъятию имущества либо денежных средств (в результате выхода номинального участника) за счет совершенной притворной сделки в виде агентского договора увеличился. ООО «ЦСМ» обращает внимание, что сделка совершена на условиях, не доступных иным участникам гражданского оборота и выходящих за рамки разумной хозяйственной деятельности: договор заключен на значительную сумму между кредитором и должником, который был учрежден при участии аффилированных к кредитору лиц менее чем за один месяц до заключения указанного договора и не имел возможности исполнить его условия даже при предоставлении длительной рассрочки. При этом кредитор длительное время не принимал мер к истребованию долга. 

Доводы заявителя подробно изложены в кассационной жалобе. 

ООО «Топаз» в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в судебном заседании окружного суда, а также представитель ООО «Холдинг-Сервис» возразили относительно приведенных в ней доводов и просили оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Холдинг-Менеджмент» в судебном заседании окружного суда поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, а также заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «Топаз» (агент) заключило с ООО «ЦСМ» (принципал) агентский договор от 20.08.2016, по условиям которого принципал поручает, а агент обязуется от своего имени и за счет принципала совершить юридические и иные действия по приобретению для принципала у ЗАО «Холдинг-Центр» имущества, принадлежащего последнему на праве собственности, а должник, в свою очередь, –  выплатить агенту вознаграждение и принять от него исполнение по договору. 

Принципал в силу пункта 2.1.3 договора обязуется предоставить агенту денежные средства для выполнения договора. Размер вознаграждения агента за совершение действий, предусмотренных в пункте 1.5.1 договора, составляет 200 000 рублей, которые должны быть уплачены не позднее 31.12.2018 (пункт 3.1 договора).  Размер компенсации расходов агента на приобретение имущества, то есть за совершение действий, предусмотренных пунктами 1.5.2, 1.5.3 договора, а также условия и порядок оплаты, подлежит указанию сторонами в акте приема передачи имущества (пункт 3.2 договора).

Согласно пункту 3.3 договора для выполнения агентом обязательств по заключенным договору (договорам) уступки права требования, договору купли-продажи имущества, проданного на торгах или при принятии агентом имущества, оставляемого за собой по правилам статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» принципал обеспечивает предоставление агенту денежных средств в размере, достаточном для выполнения агентом условий данных сделок и с учетом сроков, в которые сделки подлежат исполнению агентом.

ООО «Топаз» получило от ЗАО «Холдинг-Центр» имущество по акту приема-передачи от 24.07.2017 и передало его ООО «ЦСМ» по акту от 30.09.2017.

Согласно пункту 3 акта размер компенсации расходов агента на приобретение имущества, то есть на совершение действий, предусмотренных пунктами 1.5.2, 1.5.3 договора, составил 67 678 210 рублей 21 копейку, указанная денежная сумма уплачивается в срок не позднее 01.03.2019. 

Стороны составили акт сверки по агентскому договору за период 01.01.2016-17.07.2019, согласно которому у ООО «ЦСМ» имеется задолженность в общей сумме 61 296 965 рублей 98 копеек.

ООО «Топаз» уступило требования к ООО «ЦСМ» в суммах по 30 648 482 рубля 99 копеек индивидуальным предпринимателям ФИО5 и ФИО6 по договорам уступки от 18.07.2019. Впоследствии соглашением от 24.06.2021 ООО «Топаз» и ИП ФИО6 прекратили действие договора уступки права требования (цессии) от 18.07.2019 путем его расторжения. 

Арбитражный суд Республики Коми определением от 24.06.2021 возбудил настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЦСМ», определением от 14.12.2021 ввел в отношении должника процедуру наблюдения. 

ООО «Топаз» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «ЦСМ» требования по агентскому договору в сумме 27 485 982 рублей 99 копеек, рассчитанной с учетом частичного исполнения должником обязательства в пользу ИП ФИО6 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Контролирующее должника лицо не просто способно оказывать влияние на деятельность юридического лица – должника, а вправе давать обязательные для исполнения должником указания или иным образом определять деятельность должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). К контролирующим должника лицам, в частности, относятся руководитель должника (управляющая должником организация), ликвидатор должника, член ликвидационной комиссии; лицо, которое имеет право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица (статья 61.10 Закона о банкротстве).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что реальность спорных правоотношений по агентскому договору и размер задолженности подтверждены представленными доказательствами, то есть являются обоснованными.

Вместе с тем суды признали требования ООО «Топаз» подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходя из того, что кредитор являлся лицом, аффилированным по отношению к ООО «ЦСМ» (находящимся под влиянием одного бенефициара). Наличие у кредитора соответствующего статуса установлено судами и лицами, участвующими в рассмотрении спора, не оспаривается.

Как отмечено в пункте 2 Обзора от 29.01.2020, обобщившего правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица, не может быть понижена очередность удовлетворения требования кредитора лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц.

В частности, понижению подлежит очередность удовлетворения требований, возникновение которых связано с попытками контролирующего должника лица вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, предоставления отсрочки платежа по договорам подряда, аренды, других договорных конструкций.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Как отмечено в пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Для субординации спорного требования необходимо установить следующие обстоятельства:

– наличие у кредитора статуса контролирующего должника лица либо наличие факта аффилированности лиц при условии, что такое лицо действовало под влиянием контролирующего должника лица;

– предоставление таким лицом должнику, находящемуся в состоянии имущественного кризиса, необоснованной отсрочки (рассрочки) платежа (компенсационного финансирования). При этом кредитор вправе опровергнуть факт выдачи компенсационного финансирования, представив соответствующие доказательства.

Очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа (имущественного предоставления в ином виде), предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, также может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства (пункт 9 Обзора от 29.01.2020).

В рассмотренном случае судебные инстанции установили, что договор купли-продажи от 23.05.2016 № 01-05/16 заключен в месячный срок после регистрации ООО «ЦСМ» (28.04.2016), при этом кредитор после передачи имущества должнику каких-либо действий по взысканию задолженности, в том числе в судебном порядке не предпринимал. С учетом изложенных обстоятельств, а также принимая во внимание, что изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника, а, кроме того, возникновение и существование спорных обязательств было бы невозможно, если бы кредитор и должник не были бы аффилированными лицами, суды верно посчитали, что договор представлял собой такую модель финансирования должника, которая имела целью перераспределение риска на случай банкротства. 

По итогам анализа установленных фактических обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что требования ООО «Топаз» о возврате компенсационного финансирования не могут конкурировать с независимыми кредиторами и подлежат субординации.

Оснований для того, чтобы отказать кредитору в удовлетворении его заявления по мотиву притворности суды не обнаружили. 

Позиция должника сводится к тому, что долг перед кредитором образовался у него в результате совершения цепочки внутригрупповых перечислений между аффилированными (заинтересованными) участниками с целью обеспечения поэтапного «транзита» активов ЗАО «Холдинг-Центр» в собственность должника. ООО «Топаз», заключая сделку, изначально не имело возможности самостоятельно исполнить ее условия, а после передачи имущества должнику  кредитор каких-либо действий по взысканию задолженности, в том числе в судебном порядке, а также по обращению на него взыскания не предпринимал.

Между тем, суды предыдущих инстанций дали надлежащую оценку аргументам ООО «ЦСМ», справедливо отметив, что само по себе совершение ряда внутригрупповых перечислений между аффилированными (заинтересованными) участниками с целью обеспечения поэтапного «транзита» активов ЗАО «Холдинг-Центр» в собственность должника, не свидетельствует о том, что компенсационное финансирование, предоставленное ООО «Топаз», в действительности носило притворный характер и прикрывало вклад в уставный капитал должника.

В ситуации, когда участник не наделяет общество достаточными активами для осуществления хозяйственной деятельности через формирование уставного капитала, а делает это посредством гражданско-правовых сделок, исходя из пункта 9 Обзора от 29.01.2020, требование такого кредитора к должнику, как отмечалось ранее, подлежит субординации.

При этом доказательств наличия отношений по договору покрытия между должником и кредитором в материалы дела не представлено. В материалах дела не имеется сведений об изъятии у должника какого-либо актива с последующим возмещением в виде предоставления спорного имущества. Подтверждений мнимости правоотношений по агентскому договору заявитель не привел, а доводы ООО «ЦСМ» о «транзитном» характере движения имущества и о его приобретении ООО «Топаз» не только за счет имевшихся у него денежных средств не имеют правового значения и не оказывают влияния на наличие у ООО «ЦСМ» обязанности оплатить полученное имущество. Должник является не звеном при перемещении актива, а конечным приобретателем, который реально получил и использовал имущество в хозяйственной деятельности. Кроме того, ООО «Топаз» не является участником должника и не могло использовать корпоративные механизмы капитализации. 

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе аргументов не имеется.

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. 

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.10.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023 по делу № А29-7124/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центрстроймеханизация» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

Е.В. Елисеева

В.П. Прыткова