Арбитражный суд Московской области

   107053, ГСП 6, г. Москва, проспект Академика Сахарова, д.18 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А41-10084/20

05 июня 2020 г.

г.Москва

Резолютивная часть объявлена 03 июня 2020 г. 

Полный текст решения изготовлен 05 июня 2020 г. 

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Коваля А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ГУП МО «КС МО», ФИО7 о защите чести, достоинства и деловой репутации,

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора,– Главное управление региональной безопасности Московской области, МУ МВД России «Орехово-Зуевское», ГСУ СК России по Московской области, Прокуратура Московской области,

При участии: 

от ответчиков – ФИО8 по доверенностям от 18.05.2020г., от 23.10.2019г.

от истца и третьих лиц – не явка, извещены

установил:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 обратились в Орехово-Зуевский городской суд Московской области с исковым заявлением к ГУП МО «КС МО», ФИО7 о защите деловой репутации, а именно опровержении не соответствующих действительности сведений, которые были распространены ФИО7 10 сентября 2019 года в судебном заседании Арбитражного суда Московской области по арбитражному делу № А41-30091/2019 и которые порочат честь и достоинство истцов, а именно: «Данная группа лиц, которых мы приводим как соответчиками, мы считаем, что они виновны в том, что в деле о банкротстве у государственного унитарного предприятия, где основным участником является Правительство Московской области, то есть бюджет, украли 100 миллионов»; возложении на ответчиков – ГУП МО «КС МО» и ФИО7 – обязанность в солидарном порядке компенсировать причиненный моральный вред в общей сумме 30 000 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, истцом привлечены – Главное управление региональной безопасности Московской области, МУ МВД России «Орехово-Зуевское», ГСУ СК России по Московской области, Прокуратура Московской области.

Определением Орехово-Зуевского городского суда Московской области от 15.11.2019г. дело передано по подсудности в Арбитражный суд Московской области.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.04.2020г. дело принято к производству Арбитражного суда Московской области.

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

В предварительном судебном заседании присутствовал полномочный представитель истцов. 

В судебное разбирательство истец и третьи лица своих представителей не направили, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания.

Судом ходатайство представителя истцов об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции рассмотрено и его в удовлетворении отказано в условиях отсутствия согласия или такого рода ходатайств от иных лиц, участвующих в деле. При этом суд учитывает, что к ходатайству об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции была приложена доверенность только от одного из истцов – ФИО2, доверенности от остальных истцов приложены не были.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 121-124, 153, 156 АПК РФ в отсутствие истца и третьих лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте ВАС РФ http://kad.arbitr.ru/.

Рассмотрев материалы дела, исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся доказательства, судом установлено следующее.

Обращаясь в суд, истцы ссылаются на то, что в производстве Арбитражного суда Московской области рассматриваются дела № А41-30091/2019 и №А41-33343/2019.

В ходе рассмотрения этих дел представителем ГУП МО «КС МО» ФИО7 в ходе оглашения в судебном заседании своей позиции были сообщены суду сведения, которые, по мнению истцов, порочат их честь, достоинство и деловую репутацию.

Так, истец утверждает, что 10.09.2019г. в судебном заседании по делу № А41-30091/2019 представитель ФИО7 якобы заявил, что ответчики (истцы по настоящему делу) совершили хищение кражу у предприятия денежных средств в сумме 100 миллионов рублей и виновны в этом хищении, в виде фразы следующего содержания:

«Уважаемый суд, хотелось бы немножко все-таки прояснить ситуацию. У нас какая-то непонятная ситуация происходит. В данном случае ГУП МО «КС МО» - он как потерпевшая сторона, потому что мы в деле о банкротстве, у нас, грубо говоря, у государственного унитарного предприятия, где основным участником является Правительство Московской области, т.е. бюджет, украли 100 миллионов. Мы хотим эти деньги вернуть. Вот, Закон о банкротстве, а именно глава о субсидиарной ответственности, предусматривает, что действия (бездействие) контролирующих лиц привели к наступлению негативных последствий, именно банкротство. Однако, у нас 61.11 статья, предусмотрено, что при совокупности определенных обстоятельств, на которые мы ссылались, данная норма перекладывает бремя доказывания на ответчиков.

Потому ответчики должны доказать отсутствие причинно-следственной связи. Все доводы по 61.11 и так далее мы привели в своем заявлении. По этой причине, уважаемый суд, хотелось бы все-таки немножко, ну, направить в русло рассмотрение как-то по существу данного вопроса. Не мы нанесли ущерб, а нам нанесли ущерб. Мы хотим вернуть денежные средства в бюджет Российской Федерации, потому что мы - государственное унитарное предприятие". Не присоединившиеся к данному коллективному исковому заявлению иные организации - это их будет ответственность, и там уже они уже сами будут решать, в том числе, возможно, и правоохранительные органы, по какой причине они не присоединяются. Мы отстаиваем свои права. Данная группа лиц, которых мы приводим как соответчиками, мы считаем, что они виновны...».

Истцы полагают, что данная распространенная информация не соответствует действительности и порочит их деловую репутацию, поскольку фактически ставит в известность неопределенный круг лиц об их недобросовестном поведении в сфере предпринимательской деятельности, что наносит вред их деловой репутации в сфере предпринимательской деятельности. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истцов в суд с настоящими исковыми требованиями.

Согласно статье 150 ГК РФ деловая репутация является нематериальным благом, защищаемым в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных.

В соответствии с пунктами 1, 7 статьи 152 ГК РФ юридическое лицо вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если лицо, распространившее такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности, при этом, обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. 

Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Следовательно, для применения способа защиты необходима совокупность трех этих условий.

При заявлении требования о защите деловой репутации истец должен доказать факт распространения сведений об истце и порочащий характер этих сведений. Бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений относится на ответчика.

Надлежащими ответчиками по искам о защите деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности и умаляющих репутацию сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Суд, оценив в соответствии со статьями 64, 66, 67, 68, 71 АПК РФ представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые истцами сведения и действия ответчиков по доведению в судебных заседаниях до суда своей позиции, не направлены на умаление деловой репутации истцов, поскольку сообщены суду в установленном процессуальным законом порядке, являются правовой позицией ответчиков по делу и формой их процессуального выступления, и не распространены среди неопределенного круга лиц, либо в средствах массовой информации.

Как следует из материалов дела, в рамках дела № А41-30091/2019 ГУП МО «КС МО» обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО10, МУП О/З «ДЕЗ ЖКХ», АО «ПРОТЕКТ», АО «УК НКС», ООО «Ариэлла» о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств.

До настоящего времени указанное дело не рассмотрено по существу, конечный судебный акт не принят, судом осуществляются процессуальные действий по рассмотрению дела, представителями сторон представляется письменные доказательства и иные процессуальные документы, содержащие письменную позицию и ходатайства сторон.

Как разъяснено в пунктах 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Суд с учетом вышеизложенных разъяснений полагает, что действия представителя ГУП МО «КС МО» ФИО7 по доведению в ходе судебного заседания до суда своей позиции по обстоятельствам спорных правоотношений не могут быть расценены как порочащие деловую репутацию истцов, поскольку такое сообщение имело место в ходе судебного разбирательства, в рамках доведения до суда своей позиции. 

Указанные сведения подлежат проверки в процессе официальной деятельности суда как органа государственной власти по разрешению гражданско-правовых и административных споров и подлежат оценке арбитражным судом в рамках рассмотрения вышеуказанных дел.

Таким образом, обращение гражданина или юридического лица за защитой своих прав и законных интересов в суд согласно пунктам 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 само по себе не являются основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также суд учитывает, что отсутствуют основания для привлечения ответчиков к ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, поскольку отсутствует такой признак как распространение данных сведений среди неопределенного круга лиц, либо в средствах массовой информации, ввиду того, что данные сведения были сообщены в рамках судебного заседания в процессе официальной деятельности суда.

Рассматривая настоящий спор, судом также принимается во внимание направленность и форму изложения представителем ФИО7 оспариваемых сведений, который, несмотря на провокационные, прямые и уточняющие вопросы другой стороны, излагал свою позицию именно в форме судебного выступления. То есть указанные сведения были сообщены не в виде утверждения о совершении именно истцами правонарушений, а в форме вероятностных и оценочно-квалификационных выражений в контексте своей правовой позиции по делу.

Напротив, из текста искового заявления и стенограммы судебного заседания усматривается, что такой вывод и утверждение в форме вопроса были сделаны уже самим представителем ответчиков (истцов по настоящему делу).

Суд также принимает во внимание, что сам процесс критики, оценки и осуждения деятельности не может рассматриваться незаконным, а, следовательно, выводы такого процесса и их дальнейшее оглашение - порочащими, поскольку это всегда сопряжено с выражением субъективного мнения, содержащего оценочные суждения, что не противоречит ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, и позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации.

В результате оценки общей смысловой направленности сообщенных представителем ФИО7 сведений, судом достоверно установлено, что данные сведения не направлены на дискредитацию истца или умаление его деловой репутации, а вызваны сильной эмоциональной оценкой хода и результата судебного разбирательства с ответчиками, сообщением суду своей позиции и оценки спорных правоотношений.

Обстоятельства, при которых были сообщены указанные сведения, не позволяют суду прийти к выводу о том, что данные сведения были сообщены с намерением причинить вред деловой репутации истцов. Указанные сведения по своему смысловой направленности является мнением представителя истцов, основанным на имеющейся у него и полученной в установленном законом порядке информации.

Юридическая же тактика и методика ведения судебных процессов, их последовательность, и юридическая оценка спорных правоотношений, само по себе не является нарушением действующего законодательства или злоупотреблением правом, при наличии установленных законом оснований для подачи и рассмотрения таких сведений.

В связи с этим, оспариваемые сведения не могут рассматриваться как порочащие деловую репутацию истцов, поскольку не направлены на умаление их деловой репутации, и были сообщены суду в ходе официального судебного разбирательства, в рамках которого должны быть оценены судом.

Совокупность изложенных обстоятельств являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о защите деловой репутации и взыскании морального вреда.

Иные доводы, обстоятельства и требования, изложенные истцами, относительно деятельности правоохранительных органов и полученных результатов при рассмотрении заявлений и обращений истцов и ответчиков, а также при проведении проверочных мероприятий, наличие в иных действиях ответчиков признаков клеветы и т.д., рассмотрены и отклонены судом, поскольку не являются предметом настоящего судебного разбирательства.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы относятся на истцов.

Согласно статье 333.21 НК РФ при подаче настоящего иска нематериального характера подлежала уплате госпошлина в сумме 6 000 руб.

Истцом в качестве доказательств уплаты госпошлины был приложен чек-ордер на сумму 300 руб., в связи с чем недоплаченная госпошлина в сумме 5 700 руб. подлежит взысканию с истцов в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с истцов ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в доход федерального бюджета с каждого по 1 140 руб. государственной пошлины, а всего 5 700 руб. государственной пошлины.

Решение  может быть обжаловано в  Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.

Судья                                                                                                  А.В. Коваль