ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15357/2024

г. Челябинск

13 марта 2025 года

Дело № А76-38759/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Журавлева Ю.А., судей Ковалевой М.В., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола помощником судьи Кузнецовой И.А.,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

публичного акционерного общества «Агрегат» на решение Арбитражного суда  

Челябинской области от 10.10.2024 по делу № А76- 38759/2022. В заседании приняли участие представители: 

публичного акционерного общества «Агрегат» - ФИО1  

(паспорт, доверенность, диплом); 

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность,  

диплом); 

общества с ограниченной ответственностью «Тирни энд Хендерсон» -  

ФИО4 (паспорт, доверенность). 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет; явку представителей в судебное заседание не обеспечили.  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.  

публичное акционерное общество «Агрегат», ОГРН 

<

***>, г. Сим Челябинской области (далее – истец, ПАО «Агрегат») 23.11.2022 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО2, г. Москва (далее – ответчик, ФИО2), о взыскании убытков в размере 100 000 руб., связанных с заключением дистрибьюторского договора № 11-12/Д от 12.11.2019 (т. 1 л.д. 3-5).  

В обоснование исковых требований истец указывает, что при заключении  

с обществом с ограниченной ответственностью «Тирни энд Хендерсон» дистрибьюторского договора № 11-12/Д от 12.11.2019 на реализацию запланированной к поставке заводом продукции ФИО2 утверждены заведомо не соответствующие рыночным цены. При этом, с учетом ранее действовавшего между сторонами дистрибьюторского договора б/н от 22.02.2011, ФИО2 были достоверно известны цены, по которым Общество с ограниченной ответственностью «Тирни энд Хендерсон» реализовывало полученное от ПАО «Агрегат» оборудование конечным потребителям. Кроме того, из нового договора исключены некоторые положения, наделяющие поставщика дополнительными правами, и, наоборот, на него возложены дополнительные обязанности.  

Определением арбитражного суда от 30.11.2022 исковое заявление принято к производству с рассмотрением в общем порядке на основании ст.127 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (т. 1 л.д. 1-2).  

Заявлением исх. от 16.02.2023 (т. 1 л.д. 84) истец увеличил сумму иска до 151 692 692 руб. 57 коп. Обосновывает сумму ущерба данными из Заключения ООО «ОМ-Консалт» № 1590/Э-22 (л.д. 85-123 т.1) о рыночной стоимости поставленного заводом дистрибьютору в период с ноября 2019 года по декабрь 2020 года товара.  

Увеличение требований принято судом на основании ст. 49 АПК РФ. 

Ответчик отклонил исковые требования по доводам представленного в материалы дела в порядке ст. 131 АПК РФ письменного отзыва (л.д. 130-133 т.1). Указывает на взаимную выгоду многолетнего сотрудничества ПАО «Агрегат» и ООО «Тирни энд Хендерсон», что и выразилось в заключении нового дистрибьюторского договора № 11-12/Д от 12.11.2019 взамен ранее имевшего места дистрибьюторского договора б/н от 22.02.2011. Отмечает констатацию вступившим в законную силу решении суда по делу А40-143970/2020 значительно возросший после заключения дистрибьюторского договора № 11-12/Д от 12.11.2019 объем реализации обществом «Агрегат» продукции и суммы выручки, преюдициальный характер данных выводов для истца. По мнению ответчика, у ПАО «Агрегат» не имелось возможности самостоятельной реализации продукции в связи с отсутствием в структуре управления соответствующих служб, а их создание повлекло бы несение затрат, намного превышающих выгоду.  

Определением суда от 26.09.2022 Общество с ограниченной ответственностью «Тирни энд Хендерсон», ОГРН 

<

***>, г. Москва, привлечено к участию в деле в порядке ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

В суд через электронную систему «Мой Арбитр» 18.04.2023 поступили дополнительные пояснения ответчика (т. 2 л.д. 5-10). По мнению ответчика, истцом не доказан ни состав реального ущерба, ни состав упущенной выгоды, вследствие чего в удовлетворении исковых требований следует отказать. Как указывает ответчик, исковые требования фактически направлены на пересмотр  

других судебных актов, которыми уже установлено отсутствие у истца убытков. Вопреки утверждениям в иске и последующих правовых позициях истца, заключение и исполнение дистрибьюторского договора № 11/12д от 12 ноября 2019 года полностью отвечало интересам истца и продолжало многолетнее сотрудничество с ООО «Тирни энд Хендерсон», ранее осуществлявшееся на основании дистрибьюторского соглашения от 22 февраля 2011 года.  

Третье лицо возражало против удовлетворения судом заявленных исковых требований на основании письменных пояснений, поданных в порядке ст. 81 АПК РФ (т. 3 л.д. 8-13, 114-117, 119-122, т. 6 л.д. 39-45, 70). По мнению третьего лица, наличие убытков (упущенной выгоды) истцом не доказано, а также не доказана недобросовестность, неразумность ответчика при заключении дистрибьюторского договора от 12.11.2019. Третье лицо полагает, что имеет место наличие доказательств обратного - выгодности для ПАО «Агрегат» сделки (ДД), эффективности работы дистрибьютора, последовательного, из года в год, увеличения объёма оборотов реализации товаров. Оснований для взыскания упущенной выгоды в рамках заявленных требований у истца также не имеется.  

Истцом заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы по делу (т. 3 л.д. 15-178).  

Ответчиком в материалы дела представлены письменные пояснения по делу (т. 3 л.д. 70-77, 79-82 т. 5 л.д. 138-142). ФИО2 просил суд отказать в удовлетворении уточненных исковых требований в связи с тем, что истец не доказал ни возникновение у предприятия убытков, ни упущенной выгоды вследствие неправомерных действий ответчика. Указывает на значительный рост объемов производства, отпуск ПАО «Агрегат» дистрибьютору товаров с наценкой, превышающей 130% от их себестоимости производства. Методически неверным считает заключение специалиста № 1590/Э-22 о рыночной цене оборудования.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.07.2023 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Союза «Южно-уральская торгово-промышленная палата», г. Челябинск, ФИО5 и ФИО6 (т. 5 л.д. 52-53).  

В арбитражный суд 03.05.2024 поступило заключение Союза «Южно-уральская торгово-промышленная палата» № 026-05-00438 от 24.04.2024 (т. 7, л.д. 1-64).  

В суд 11.07.2024 от истца поступили письменные объяснения (т. 7 л.д. 72-75), касающиеся заключения судебной экспертизы. Считает выводы экспертов недостоверными.  

В суд 11.07.2024 от ответчика поступили письменные пояснения по делу с учетом заключения эксперта (т. 7 л.д. 94-102, т. 8 л.д. 24-34). Ответчиком указано, что экспертами в заключении № 026-05-00438 от 24 апреля 2024 года даны полные и исчерпывающие ответы на все поставленные судом вопросы. По мнению ответчика, истцом также не представлены доказательства наличия у ПАО «Агрегат» реального ущерба, то есть реализации продукции по  

Дистрибьюторскому договору в ноябре 2019 - декабре 2020 года в адрес ООО «Тирни энд Хендерсон» по цене ниже ее себестоимости. Ответчик указал, что в заключении эксперта № 026-05-00438 от 24 апреля 2024 года установлено, что финансовым результатом, полученным ПАО «Агрегат» от реализации товара (ГАСИ) в период с 12.11.2019 по 31.12.2020 по дистрибьюторскому договору № 11/12-Д от 12.11.2019, заключенному между ПАО «Агрегат» и ООО «Тирни энд Хендерсон», являлась валовая прибыль. Кроме того, эксперт установил, что сумма реализации готовой продукции превышает себестоимость реализованной готовой продукции, и валовая прибыль от реализации составила 59 198 212 руб. 90 коп. По мнению ответчика, заключение эксперта № 026-05-00438 от 24 апреля 2024 года подтвердило необоснованность заявления истца о наличии у ПАО «Агрегат» убытков от исполнения в 2020 году заключенного ФИО2 дистрибьюторского договора.  

Третьим лицом в материалы дела также поступили письменные пояснения в порядке ст. 81 АПК РФ (т. 7 л.д. 103-106), в которых ООО «Тирни энд Хендерсон» указало, что убытки (упущенная выгода) не доказаны истцом, судебная экспертиза наличие убытков также не подтвердила.  

В судебном заседании 12.09.2024 заслушан эксперт ФИО6 

В судебном заседании 12.09.2024 в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 26.09.2024.  

После перерыва 26.09.2024 в суд от истца поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы (т. 8, л.д. 35-36).  

Судом отказано в назначении повторной судебной экспертизы, поскольку отсутствуют предусмотренные частью 2 статьи 87 АПК РФ основания, при этом несогласие с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения. Более того экспертами, в том числе в судебном заседании даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2024 (резолютивная часть от 26.09.2024) в удовлетворении исковых требований отказано.  

Не согласившись с принятым решением суда от 10.10.2024, ПАО «Агрегат» обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило обжалуемый судебный акт отменить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал на то, что размер причинённого ущерба (упущенной выгоды) ПАО «Агрегат» определен как разница между стоимостью реализованного оборудования по ценам, закреплённым в приложении к договору от 12.11.2019 г. «Спецификация и цена товара» (т. 1, л.д. 19-28) и рыночной стоимостью товаров, определённой в заключении специалиста ООО «ОМ-Консалт» № 1590/3-22 от 09.01.2023 (т. 1 л.д. 124-125, таблица «Расчёт размера убытка»). Доводы истца о недобросовестности действий бывшего директора общества по заключению договора на продажу оборудования (ГАСИ) подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами. Вывод суда о необоснованности исковых  

требований (отсутствия убытков в виде упущенной выгоды) основан на выводах эксперта, сделанных в заключении № 026-05-00438 от 24.04.2024 (т.7, л.д. 1-64). При этом судом не дана оценка возражениям истца о недопустимости заключения эксперта как доказательства соответствия цен на оборудование, указанным в договоре от 12.11.2019, рыночным и отсутствия убытков (упущенной выгоды) у ПАО «Агрегат». Суд первой инстанции фактически уклонился от проверки и оценки возражений ПАО «Агрегат» о существенных ошибках, допущенных экспертом, изложенных в рецензии на заключение эксперта, суд отказал в ходатайстве истца о назначении повторной экспертизы для выяснения обстоятельств, имеющих значения для рассмотрения дела (Аналогичная позиция изложена Верховным Судом РФ в Определении № 305-ЭС21-10740 по делу № А40-17687/2020). Сам по себе факт наличия прибыли, а не убытка (как финансового результата) у ПАО «Агрегат» за спорный период, не свидетельствует об эффективной работе дистрибьютера, потому как с учетом занижения отпускной цены. Поставщик не дополучил прибыли в размере 151 692 692 руб. 57 коп., которая является упущенной выгодой для ПАО «Агрегат».  

Рассмотрев ходатайство ПАО «Агрегат» о назначении повторной экспертизы, апелляционный суд протокольным определением отказал в его удовлетворении, исходя из следующего.  

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.  

По смыслу указанной нормы права, судебная экспертиза назначается судом в том случае, когда лицом, участвующим в деле, обоснована действительная необходимость проведения такой экспертизы, невозможность разрешения спора без разъяснения вопросов, требующих специальных знаний, и наличие объективных сомнений и противоречий в имеющихся документах.  

Основания для проведения повторной экспертизы закреплены в части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.  

Из толкования данной нормы закона следует, что назначение экспертизы является правом суда, реализуемым только при наличии оснований для проведения повторной экспертизы.  

В заключении были даны полные конкретные и достаточно ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или  

неоднозначных толкований предмета (обстоятельств) исследования.  

Мотивы в обоснование ходатайства о назначении повторной экспертизы не свидетельствуют о порочности заключения экспертизы, являются субъективным мнением лица, не обладающим специальными познаниями, при этом истцом в состав не было заявлено о необходимости проверки заключения эксперта на предмет его достоверности.  

Несогласие ПАО «Агрегат» с заключением экспертизы само по себе не является основанием для назначения повторной экспертизы при отсутствии предусмотренных законом оснований, наличие которых в данном случае не обосновано. Удовлетворение необоснованного ходатайства привело бы к неоправданному затягиванию рассмотрения спора, увеличению судебных издержек без достаточных к тому оснований и не соответствовало бы целям эффективного правосудия.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ПАО «Агрегат» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.01.1993 на основании постановления Администрация города Аши и Ашинского района Челябинской области № 42 под основным государственным регистрационным номером 

<

***> (т. 1 л.д. 56-58).  

Держателем реестра акционеров является Закрытое акционерное общество «ВТБ Регистратор» (ГРН 2157457032665 от 11.02.2015).  

 Согласно выписке из ЕГРЮЛ генеральным директором общества с 16.01.2020 является ФИО7 – ГРН 2207400024973.  

 Как указывает истец, после вступления ФИО7 в должность генерального директора, ему стало известно о фактах допущенных бывшим директором ФИО2 нарушений, повлекших убытки ПАО «Агрегат».  

Из материалов дела следует, что 22.02.2011 между ПАО «Агрегат» в лице генерального директора ФИО2 (поставщик) и ООО «Тирни энд Хендерсон» (дистрибьютор) было заключено дистрибьюторское соглашение (т. 1 л.д. 38-48), согласно которому дистрибьютор осуществляет дистрибьюцию гидравлического аварийно-спасательного инструмента производства ПАО «Агрегат» (далее - товар, ГАСИ) на территории РФ, Украины, Казахстана, прочих стран СНГ и Балтии на эксклюзивных условиях.  

ПАО «Агрегат» в лице генерального директора ФИО2 12.11.2019 заключило с ООО «Тирни энд Хендерсон» дистрибьюторский договор № 11/12д, согласно которому последнее осуществляет эксклюзивное право на дистрибьюцию на оговоренной территории предоставленного заводом товара (л.д. 7-18 т.1). Срок действия договора установлен до 31.12.2026. Цена поставляемого товара согласована в Приложении № 1 к договору (л.д. 19-28 т.1).  

Истец считает, что в рамках дистрибьюторского договора № 11-12/Д от 12.11.2019 ответчиком на продаваемую продукцию должны были быть установлены цены, определяемым истцом как «рыночные» (цены, по которым, по мнению истца, продукция реализуется конечным потребителям, в частности,  

по государственным контрактам, заключаемым в системе государственных закупок) на основании заключения специалиста № 1520/Э-22 от 16 декабря 2022 года, подготовленного ООО «ОМ-Консалт».  

Мнение о возникновении убытков у общества послужило основанием для обращения истца с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд.  

Поскольку наличие убытков не подтверждается установленными обстоятельствами, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требования истца о взыскании денежных средств в размере 151 692 692 руб. 57 коп не подлежат удовлетворению.  

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.  

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей (далее - корпоративные споры), в том числе споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее - участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.  

Согласно положениям пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, входящее в состав органов юридического лица (директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.  

В соответствии с положениями пунктов 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи.  

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении  

ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган этого общества, члены коллегиального исполнительного органа, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 названного Закона).  

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума от 30.07.2013 № 62) арбитражным судам следует принимать во внимание, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.  

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.  

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.  

Ответственность бывшего руководителя и учредителя должника за  

причинение ими убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками (статьи 65 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.  

При определении виновности контролирующего деятельность общества лица, следует констатировать в его действиях признаки недобросовестного или неразумного поведения, установленные в том числе п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».  

В соответствии с упомянутыми пунктами, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;  

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам  

юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;  

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;  

4) после прекращения своих полномочии удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;  

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;  

2) до принятия решения не предпринял действии, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;  

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

В рассматриваемом случае истец утверждает, что ответчик, являясь генеральным директором истца, причинил истцу убытки за период с ноября 2019 года по декабрь 2020 года, подписав от имени ПАО «Агрегат» договор и закрепив в договоре отпускные цены на продукцию, существенно ниже рыночной стоимости товара, сложившейся на момент заключения договора. Размер причинённого ПАО «Агрегат» ущерба (упущенной выгоды) определён истцом как разница между стоимостью реализованного оборудования по ценам, закреплённым в приложении к договору «Спецификация и цена товара», и стоимостью того же самого оборудования по ценам, которые истец считает рыночными, и которые определены в заключении специалиста ООО «ОМ-Консалт» № 1590/Э-22 от 09.01.2023.  

Вместе с тем, суд первой инстанции установил то, что причинение убытков (упущенной выгоды) действиями ответчика истцом не доказано, судебная экспертиза наличие убытков также не подтвердила.  

Заключение эксперта в ответе на вопрос номер 2 подтвердило довод третьего лица об отсутствии у ПАО «Агрегат» каких-либо убытков в виде упущенной выгоды от реализации в период с 12.11.2019 по 31.12.2020 г. изделий ГАСИ по ценам, установленным в приложении № 1 к Договору. Оснований для непринятия результатов судебной экспертизы по мотивам недопустимости не имеется.  

Отсутствие у ПАО «Агрегат» убытков вследствие заключения договора также подтверждено выводами судов по делу А76-30735/2021 по иску ООО «Интеллект ресурс» в интересах ПАО «Агрегат» к ООО «Тирни энд Хендерсон» о признании договора недействительным. Так, в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по делу А76-30735/2021 сделан вывод о необоснованности примененного ПАО «Агрегат» подхода к определению убытков как разницы между ценами, установленными производителем для дистрибьютора, и ценами для конечного потребителя:  

«Утверждение о том, что наличие разницы между ценами для конечного потребителя и отпускными ценами производителя означает материальный ущерб для производителя, необоснованно, не соответствует положениям статьи 2 ГК РФ и целям осуществления коммерческой деятельности, направленной на извлечение дохода, а также условиям исполнения предыдущего соглашения 2011 года».  

Согласно определению Верховного суда РФ № 309-ЭС24-9368 от 01.07.2024 по тому же делу А76-30735/2021, факт причинения истцу (ПАО «Агрегат») ущерба заключением договора признан неподтвержденным.  

Вопросы о целесообразности заключения дистрибьюторского договора от 12.11.2019, выгодности его условий для ПАО «Агрегат», а также экономических последствиях его исполнения для бизнеса истца, подробно исследовались судами всех инстанций при рассмотрении арбитражного дела А76-30735/2021.  

Истцом также не представлены доказательства наличия у ПАО «Агрегат» реального ущерба, то есть доказательства того, что имущество фактически было продано по цене ниже цены его создания или приобретения. В этом случае реализация продукции ГАСИ по Дистрибьюторскому договору в ноябре 2019 - декабре 2020 года в адрес ООО «Тирни энд Хендерсон» осуществлялась бы по цене ниже ее себестоимости.  

Судебными экспертами при ответе на вопрос № 3 установлена фактическая себестоимость единицы товара (ГАСИ), по которой товар списывался со склада готовой продукции ПАО «Агрегат» в реализацию в период с 12.11.2019 по 31.12.2020, в соответствии с данными бухгалтерского учета ПАО «Агрегат», по каждой номенклатурной позиции, указанной в Приложении № 1 к Дистрибьюторскому договору № 11/12-Д от 12.11.2019 г. (стр. 30-31 Заключения эксперта (т.7 л.д.30-31)).  

При ответе на Вопрос № 4 экспертами установлено, что финансовым результатом, полученным ПАО «Агрегат» от реализации товара (ГАСИ) в период с 12.11.2019 по 31.12.2020 по Дистрибьюторскому договору № 11/12-Д от 12.11.2019, заключенному между ПАО «Агрегат» и ООО «Тирни энд Хендерсон», являлась валовая прибыль в размере 59 198 212 (Пятьдесят девять миллионов сто девяносто восемь тысяч двести двенадцать руб. 90 коп.) (стр. 26 Заключения эксперта(т.7 л.д.26)).  

Основываясь на материалах дела и проведенных исследованиях, эксперт пришел к выводу о том, что, поскольку в контексте рассматриваемого спора прикладное значение имеет нижняя граница рыночного ценового диапазона на  

изделия ГАСИ ПАО «Агрегат», которая, согласно имеющимся в материалах дела сведениям, для существенной части изделий ГАСИ фактически наблюдалась на уровне до 29% ниже цен, зафиксированных спорным Дистрибьюторским договором № 11/12-Д от 12.11.2019, установленные Дистрибьюторским договором № 11/12-Д от 12.11.2019 цены на изделия ГАСИ ПАО «Агрегат» соответствовали рыночному уровню цен по состоянию на 12.11.2019 (т. 7, л.д. 14, 29).  

Таким образом, согласно Заключению эксперта № 026-05-00438 от 24 апреля 2024 г., ПАО «Агрегат» не только не понесло какие-либо убытки при реализации в ноябре 2019 - декабре 2020 г. Дистрибьюторского договора на условиях, согласованных ФИО2, но и получило прибыль в размере 59 198 212,90 руб.  

Установленные судом обстоятельства и выводы судов по делу № А76-30735/2021 опровергают доводы иска и апелляционной жалобы о недобросовестности или противоправности действий ответчика.  

Поскольку имеющейся в деле судебной экспертизой установлено, что зафиксированные Дистрибьюторским договором № 11/12-Д от 12.11.2019 цены на изделия ГАСИ ПАО «Агрегат» соответствовали рыночному уровню цен по состоянию на 12.11.2019, истец не понёс какие-либо убытки в виде упущенной выгоды от реализации в период с 12.11.2019 по 31.12.2020 изделий ГАСИ по ценам, установленным в Приложении № 1 к Дистрибьюторскому договору, а финансовым результатом, полученным ПАО «Агрегат» от реализации ГАСИ в период 12.11.2019 - 31.12.2020 в соответствии с Дистрибьюторским договором, являлась валовая прибыль, и в материалах дела отсутствуют доказательства противоправного характера поведения, недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ФИО2, наличия убытков у ПАО «Агрегат» и их размера, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.  

 Несогласие сторон с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, иное толкование участниками спора норм действующего законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.  

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства дела, собранные по делу доказательства, исследованы судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и получили надлежащую правовую оценку в судебном акте.  

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2024 по делу № А76-38759/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Агрегат» - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Ю.А. Журавлев  

Судьи: М.В. Ковалева  

 С.В. Матвеева