СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2404/2024-ГК

г. Пермь

09 апреля 2024 года

Дело № А50-24174/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 09 апреля 2024 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Власовой О.Г.,  

судей Назаровой В.Ю., Ушаковой Э.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  Коржевой В.А.,  

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела  извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем  размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца,  индивидуального предпринимателя ФИО1  

на решение Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года по делу № А50-24174/2023 

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН  

<

***>)  

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав установил: 

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее -  истец) обратился в Арбитражный суд Пермского края с иском к  индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее –  ответчик) о взыскании компенсации в размере 500 000 руб. за незаконное  использование товарного знака «LOVE SECRET», обязании прекратить  

 

использование товарного знака путем предложения к продаже, продаже и  рекламе контрафактных товаров на маркетплейсе «OZON» в течение 5  календарных дней с даты вступления в законную силу решения суда (с учетом  уточнения).  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года  (резолютивная часть от 25.01.2024) исковые требования удовлетворены  частично, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение  исключительных прав в сумме 16 438 руб., расходы по уплате государственной  пошлины в сумме 427 руб. В удовлетворении остальной части требований  отказано.  

Не согласившись, истец обратился в Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда  первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.  

 В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что  карточка ответчика на маркетплейсе OZON не удалена, товар продолжает  рекламироваться, но временно недоступен к продаже в виду отсутствия его в  наличии. В подтверждении данного довода истец приобщил к материалам дела  надлежащим образом заверенные скриншоты страницы маркетплейса. Факт  временного отсутствия товара в наличии не свидетельствует о прекращении  незаконного использования обозначения сходного с товарным знаком истца,  поскольку вышеуказанный товар в любой момент может снова стать  доступным к продаже.  

Заявитель также не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что  материалы дела не содержат доказательств оказания ответчиком услуг,  относимых к 35 МКТУ или аналогичных услуг.  

Помимо этого, в материалах дела отсутствует мотивированное заявление  ответчика о снижении размера компенсации, а также соответствующие  доказательства.  

Суд пришел к выводу об отсутствии необходимости анализа и учета  дополнительного соглашения к договору коммерческой концессии № 1/2022 от  08.02.2022 при вынесения решения, которым стороны установили, что договор  вступает в силу с момента подписания и распространяет свое действие на  отношения сторон, возникшие с 08.02.2022.  

В рамках настоящего спора суд по собственной инициативе  скорректировал расчет истца, поставив компенсацию в зависимость от периода  неправомерного использования, что противоречит положениям действующего  законодательства.  

Явку представителей в заседание суда апелляционной инстанции стороны  не обеспечили, что не является препятствием к рассмотрению апелляционной  жалобы.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  

 

Федерации.  

Как следует из материалов дела, истец является обладателем  исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ N 697311, дата  государственной регистрации: 11.02.2019, сроком до 04.06.2028, в отношении  товаров 25 и 35 класса МКТУ.  

В обоснование заявленных требований истец указал, что в результате  поиска в сети "Интернет" им выявлен факт размещения ответчиком рекламы, а  также предложения к продаже и продажи однородных товаров с незаконным  использованием обозначения "LOVE SECRET", сходного до степени смешения  с товарным знаком истца на маркетплейсе "OZON", а именно:  https://www.ozon.ru/product/trusy-stringi-1-  

sht1039299443/?asb=paA6gal5k9krpcjWiAsEi870aSEFNGOI%252F02xPlyzAG 

Y%253D&asb2=EKPM2kcwuf27xxKFoKt3g73Huq2bqwB_9X0xww8YFWROWN T2jWIgjXirJcXLIAwC&avtc=1&avte=2&avts=1691995642&keywords=love+secr  et&sh=75v2R2sfIg.  

В подтверждение данных обстоятельств истец приложил к иску скриншоты  сайта https://www.ozon.ru от 17.04.2023, а также копию чека по заказу товара от  23.08.2023.  

Претензионные требования истца не были удовлетворены, что явилось  основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.  

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции  исходил из их обоснованности, однако произвел перерасчет заявленной истцом  компенсации.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы истца,  оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие  исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на  средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой  результат или такое средство по своему усмотрению любым не  противоречащим закону способом.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на  результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать  другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием  (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия  правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.  

 

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого  зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит  исключительное право использования товарного знака в соответствии со  статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом  (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на товарный знак.  

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой  Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10),  согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без  разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в  отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак  зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения.  

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального  смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями  соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом,  несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься  указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если  потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или  лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.  

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения  определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности  товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой  степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой  степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства)  товарного знака и спорного обозначения.  

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной  возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара  представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При  этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из  которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей,  взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.  

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения  товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и  смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по  своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких  элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и  обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не  принимается.  

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и  однородности товаров не требуется.  

 

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность  смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные  обстоятельства, в том числе:  

используется ли товарный знак правообладателем в отношении  конкретных товаров;  

длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; 

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории  товаров и их цены);  

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим  со спорным обозначением элементом.  

При определении вероятности смешения также могут учитываться  представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического  смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных  потребителей соответствующего товара.  

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени  однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не  каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.  

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных  настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной  деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного  права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от  нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.  Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.  При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от  доказывания размера причиненных ему убытков.  

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных  настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных  обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе  требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков  выплаты компенсации, в том числе в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака.  

В пункте 61 Постановления N 10 разъяснено, что заявляя требование о  взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации  либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров),  истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6  части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы,  

 

подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров  (товаров) и их цену.  

В свою очередь, ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и  размер требуемой истцом компенсации (пункт 62 Постановления N 10).  

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет  доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят  следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и  факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным  знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых  товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате  такого использования возникнет вероятность смешения. При определении  размера компенсации, исчисленной в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515  ГК РФ, подлежит установлению стоимость товаров, на которых незаконно  размещен товарный знак, или стоимость права использования товарного знака.  

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и  от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос  оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость,  относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.  

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, истец  являются правообладателями исключительных прав на товарный знак  

" " по свидетельству Российской Федерации № 697311.  

Товарный знак зарегистрирован в Государственном реестре товарных  знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 11.02.2019 сроком до  04.06.2028, дата приоритета 04.06.2018, в отношении широкого перечня товаров  25-го и услуг 35-го классов МКТУ.  

Из представленных в дело документов следует, что между истцом и ИП  ФИО3 заключен договор коммерческой концессии от 08.02.2022   № 1/2022, предоставляющий право на использования товарного знака по  свидетельству № 697311 в отношении товаров 25 класса МКТУ и услуг 35  класса МКТУ, договор прошел государственную регистрацию 02.08.2022.  

Исключительная концессия передана по договору на срок до 08.02.2027 в  отношении всех товаров, указанных в свидетельствах на товарные знаки.  

Согласно условиям указанного договора, пользователь выплачивает  правообладателю за предоставление права использования товарного знака №  697311 разовый паушальный платеж в размере 500 000 руб.  

Как указывает истец, в последующем, 08.08.2023, между истцом и ИП  ФИО3 подписано дополнительное соглашение № 1, согласно  которому, право пользования товарным знаком № 697311 предоставлено истцу  на срок действия исключительного права на товарный знак. Государственная  регистрация изменений произведена Роспатентом 18.10.2023.  

 

Формула расчета: 500 000 руб. (паушальный взнос) * 2 (двукратная  стоимость) = 1 000 000 руб.  

Впоследствии истец уменьшил заявленную ко взысканию сумму  компенсации до однократного размера - паушального взноса в сумме 500 000  руб.  

При этом, судом установлено, что по договору коммерческой концессии от  08.02.2022 № 1/2022, истцу предоставлено право на использование товарного  знака по свидетельству № 697311 в отношении товаров 25 класса МКТУ и  услуг 35 класса МКТУ. То есть размер паушального взноса за 2 класса МКТУ  установлен сторонами в общем размере 500 000 руб.  

Ответчик заявил о снижении размера компенсации, полагает, что размер  компенсации, заявленный истцом, является чрезмерным, противоречит  принципам разумности и справедливости и несоразмерен обстоятельствам и  последствиям допущенного нарушения.  

При расчете исковых требований истец исходил из вознаграждения за  использование товарного знака в размере 500 000 руб., предусмотренного  договором коммерческой концессии от 08.02.2022, заключенным между истцом  и ИП ФИО4 сроком на 5 лет (пункт 9.1. договора).  

Согласно представленного ответа ООО «Интернет Решения» (OZON),  карточка товара была создана продавцом не позднее 18.06.2023.  

Ответчиком представлен скриншом из личного кабинета продавца,  которым также подтверждается дата создания карточки 18.06.2023.  

Судом первой инстанции учтено, что спорный товар с обозначением  «LOVE SECRET» находился в продаже в период с 18.06.2023 по 17.08.2023 - 2  месяца (60 дней), доказательств более длительного использования ответчиком  товарного знака истца не представлено.  

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к  выводу, что цена, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование товарного знака истца тем способом,  которым его использовал ответчик, составляет 273 руб. 97 коп. в день исходя из  следующего: 500 000 руб. - стоимость использования товарного знака за 5 лет;  100 000 руб. в год; 8 333,33 руб. в месяц; 273 руб. 97 коп. в день.  

Обоснованность взимания такой цены (273 руб. 97 коп. в день), которая  при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование товарного знака истца тем способом, которым его использовал  ответчик подтверждается позицией Суда по интеллектуальным правам,  изложенной в постановлении от 08.12.2022 по делу N А65-2379/2022, от  29.01.2024 по делу N А10-519/2022.  

Материалами дела подтверждается, что ответчик осуществлял реализацию  товара с использованием обозначения "LOVE SECRET", сходного до степени  смешения с товарным знаком по свидетельству РФ № 697311, только на  маркетплейсе Озон.  

 

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалы дела не  содержат доказательств оказания ответчиком услуг, относимых к 35 классу  МКТУ или аналогичных услуг.  

Произведя перерасчет размера компенсации исходя из использования  только одного класса МКТУ, периода использования ответчиком товарного  знака (60 дня), с учетом стоимости использования товарного знака,  предусмотренной договором коммерческой концессии от 08.02.2022, суд  первой инстанции посчитал, что сумма компенсации в размере 16 438 руб. 20  коп. (273 руб. 97 коп. (плата за 1 день)/2 (классы МКТУ) x 60 дней (срок  использования) x 2 (двукратный размер)), является обоснованной и  подлежащей удовлетворению.  

Вместе с тем, апелляционная коллегия соглашается с доводами истца о  том, что судом первой инстанции неверно определено, что ответчиком  нарушены права истца только в отношении 25 класса МКТУ.  

Из представленных истцом в дело доказательств, в том числе скриншотов и  чека, следует, что спорные товары предлагались к продаже с использованием  интернет-сайта (маркетплейс OZON) именно ответчиком.  

Между тем, указанный ошибочный вывод суда не привел к принятию  неправильного решения.  

Согласно расчету суда апелляционной инстанции, однократная стоимость  права составила 16 438 руб. 20 коп. из расчета 273 руб. 97 коп. х 60 дней  (период с 18.06.2023 по 17.08.2023).  

Поскольку истец просил взыскать с ответчика компенсацию в однократном  размере стоимости права использования товарного знака, компенсация  подлежит взысканию в соответствии с указанным расчетом, исходя из  однократной стоимости права использования, а соответственно требования  истца - частичному удовлетворению.  

Истец в жалобе указывает, что суд вышел за пределы полномочий,  самостоятельно изменив способ расчета суммы компенсации, по отношению к  тому способу, который был выбран истцом, приняв за основу период  неправомерного использования равный 60 дням.  

В пункте 61 Постановление N 10 разъяснено, что если правообладателем  заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости  права использования произведения, то определение размера компенсации  осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах  обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который  использовал нарушитель.  

Следовательно, применительно к данным обстоятельствам при  определении размера компенсации в двукратном размере стоимости права  использования произведения, расчет суммы компенсации должен был быть  проверен судом на основании данных о цене, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем  способом, который использовал нарушитель.  

 

По смыслу положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, определенный истцом  размер компенсации является единственным (одновременно и минимальным, и  максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с  чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.  

При определении компенсации в двукратном размере стоимости права  использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности  необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта  интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации  должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ  использования, а также период его использования.  

Установленная судом на основании имеющихся в материалах дела  доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимость, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  соответствующего результата интеллектуальной деятельности, в двукратном  размере составляет компенсацию, подлежащую взысканию за соответствующее  нарушение.  

Определение судом суммы компенсации в размере стоимости права в  меньшем размере по сравнению с заявленным требованием не может  рассматриваться как снижение размера компенсации, если суд определяет  размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая  оказалась меньше, чем заявлено истцом.  

Цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование объекта интеллектуальных прав, может  определяться в том числе с учетом ранее заключенных правообладателем  лицензионных договоров на предоставление права использования того же  результата интеллектуальной деятельности, и учитываться может в том числе  сублицензионный договор (статья 1238 ГК РФ).  

Вместе с тем представление в суд лицензионного/концессионного договора  (иных договоров) не предполагает того, что компенсация во всех случаях  должна быть определена судом в размере цены указанного договора (стоимости  права использования), поскольку с учетом норм статьи 1301 ГК РФ за основу  рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  соответствующего результата интеллектуальной деятельности тем способом,  который использовал нарушитель.  

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного  договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права  использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности  исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных  доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения  независимого оценщика.  

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании  лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и  

 

обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного  договора; объем предоставленного права; способы использования права по  договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в  отношении которых предоставлено право использования и в отношении  которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам);  территория, на которой допускается использование (Российская Федерация,  субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.  

Как следует из расчета суда апелляционной инстанции, перерасчет размера  компенсации исходя из периода использования ответчиком товарного знака (60  дня), с учетом стоимости использования товарного знака, предусмотренной  договором коммерческой концессии от 08.02.2022 и добровольного снижения  истцом требования о взыскании компенсации однократного использования  товарного знака.  

Ссылки на то, что суд изменил способ расчета суммы компенсации,  являются несостоятельными.  

Ссылки ФИО1 на то, что в ходе рассмотрения дела (08.08.2023)  вступили в силу изменения к договору коммерческой концессии, которые  судом не были исследованы, не могут служить основанием для отмены  обжалуемых судебных актов, поскольку не влияют на правильность выводов  судов.  

Истец не указываете, каким образом изменения в договор, внесенные после  окончания периода нарушения его истца на товарный знак, должны повлиять на  размер компенсации, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи  1515 ГК РФ.  

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе истца, не имеют  правового значения для настоящего спора, поскольку не влияют на  правильность вышеизложенные выводы суда апелляционной инстанции при  установлении размера подлежащей взысканию компенсации исходя из  обстоятельств нарушения ответчиком прав истца на товарный знак.  

Отказывая в удовлетворении требования истца об обязании прекратить  использование товарного знака N 697311 путем предложения к продаже,  продаже и рекламе контрафактных товаров в сети "Интернет" суд первой  инстанции правомерно руководствовался следующими обстоятельствами.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита  исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на  средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления  в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о пресечении  действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу,  совершающему такие действия или осуществляющему необходимые  приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие  действия.  

В пункте 57 Постановления от 23.04.2019 N 10 разъяснено, что в случае  нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять  

 

защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и  пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о  пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о  запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.  

Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих  угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может  быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или  осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам,  которые могут пресечь такие действия.  

Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если  противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется  угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о  запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара,  если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об  общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о  запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных  сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой  запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229  ГК РФ).  

Таким образом, меры, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ (в том числе  требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу  нарушения), являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права и  применяются в связи с конкретным нарушением. Абстрактный запрет  установлен непосредственно законом.  

Следовательно, требование правообладателя о пресечении действий,  нарушающих право, в силу закона может быть предъявлено только к лицу,  совершающему такие действия или осуществляющему необходимые  приготовления к ним. Иными словами, данный способ защиты права  предусмотрен для длящегося или незавершенного правонарушения и такие  меры являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права,  поэтому применяются в связи с конкретным правонарушением.  

Судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела, установлено, что  предложение к продаже товара, с использованием товарного знака истца,  отсутствует. Карточка товара, который был приобретен истцом, является  неактивной.  

В то же время абстрактные требования об общем запрете конкретному  лицу на будущее в любое время использовать результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации в силу закона удовлетворению не  подлежат, поскольку удовлетворение такого требования также влечет  нарушение принципа исполнимости судебного акта, так как привлечение  ответчика к ответственности за каждое последующее правонарушение  возможно только посредством предъявления нового иска, а не путем  

 

предъявления к исполнению исполнительного листа, содержащего абстрактный  запрет.  

С учетом того, что спорный товар снят с публикации, в удовлетворении  требования истца об обязании ответчика прекращении незаконного  использования спорного обозначения, сходного до степени смешения с  товарным знаком № 697311, правомерно отказано.  

Выводы суда по установленным обстоятельствам дела заявителями  апелляционных жалоб не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).  

Доводы сторон направлены на переоценку выводов суда, оснований для  которой суд апелляционной инстанции не усматривает.  

Само по себе несогласие с принятым судебным актом основанием для его  отмены не является.  

Нарушения норм процессуального права, являющихся безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлены, заявитель жалобы на такие нарушения не ссылается.  

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по  уплате государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, относятся на ее подателя.  

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года по  делу № А50-24174/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий  двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Г. Власова 

Судьи В.Ю. Назарова  Э.А. Ушакова