АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-875/24 

Екатеринбург

11 сентября 2024 г.

 

Дело № А47-2311/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Кочетовой О. Г., Артемьевой Н. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 (далее – управляющий, заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.12.2024 по делу № А47-2311/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Оренбургской области приняли участие:

представитель арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 09.01.2024), ФИО3 (паспорт, доверенность от 02.02.2024);

представитель акционерного общества «Российский сельскохозяйственный Банк» (далее – Банк) – ФИО4 (паспорт, доверенность от 19.02.2024 № 33/0500-7).

 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.06.2020 ФИО5 (далее – должник) признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО1 

Банк 08.09.2023 обратился в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) управляющего, выразившиеся в непроведении собраний кредиторов в рамках настоящей процедуры банкротства), ненаправлении в адрес кредитора отчетов о деятельности, неоткрытии в акционерном обществе «Российский сельскохозяйственный Банк» специального банковского счета должника и в несвоевременном распределении денежных средств, поступивших в конкурсную массу от реализации залогового имущества. Кроме того, Банк также просил об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно его предмета, привлечены общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Арсеналъ» и «СК «Аскор».

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.12.2023 жалоба удовлетворена частично; признано незаконным бездействие управляющего, выразившееся в ненаправлении в адрес Банка отчетов о своей деятельности, неоткрытии в данном Банке специального счета должника и несвоевременном распределении в пользу Банка денежных средств, поступивших в конкурсную массу от реализации залогового имущества; в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 определение суда первой инстанции от 25.12.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, управляющий обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований Банка.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на отсутствие оснований считать, что права Банка были нарушены открытием залогового счета в иной кредитной организации, поскольку в любом случае все средства, полученные от реализации залогового имущества, направлены на погашение требований Банка, какой-либо материальный ущерб для кредитора отсутствует; отмечает, что залоговому кредитору не предоставлено законодательно право контролировать и вести операции, проходящие по специальному залоговому счету должника, путем открытия такого счета в Банке; отмечает, что в случае открытия залогового счета в Банке на должника были бы возложены дополнительные финансовые обязательства по оплате банковской комиссии за открытие такого счета в сумме 5000 руб., тогда как при открытии залогового счета в публичном акционерном обществе «Сбербанк» (далее – общество «Сбербанк») должник получил финансовую выгоду за счет капитализации процентов за хранение на расчетном счете денежных средств; настаивает, что условие в положении о порядке реализации залогового имущества, разработанное Банком, об открытии специального залогового счета в определенной кредитной организации не может оказывать влияние на управленческие решения управляющего, как антикризисного менеджера.

Помимо изложенного, заявитель кассационной жалобы приводит доводы по эпизоду жалобы, связанному с несвоевременным перечислением залоговому кредитору денежных средств, поступивших от реализации имущества должника; в частности, отмечает, что невозможность распределения денежных средств, вырученных от реализации предмета залога банка незамедлительно в течение 5 рабочих дней с даты их поступления на специальный счет должника дополнительно обусловлена невозможностью оперативного определения размера расходов финансового управляющего на реализацию предмета залога в порядке пункта 6 статьи 138 и пункта 5 статьи 213.27 Федерального закона от 27.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку на запрос управляющего от уполномоченного органа только 28.09.2023 получены реквизиты и определена окончательная сумма расходов на реализацию залога; настаивает, что рассчитать сумму, подлежащую перечислению Банку, при соблюдении установленного для арбитражного управляющего срока на перечисление денежных средств 13.03.2023 корректно было невозможно с учетом того, что на указанную дату арбитражному управляющему в принципе не была известна даже прогнозная сумма остатка текущей задолженности перед уполномоченным органом, как и невозможность определить при сложившихся обстоятельствах в порядке пункта 5 стать 213.27 Закона о банкротстве корректно пропорцию в размере 10% и для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

В отзыве на кассационную жалобу Банк просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, требования Банка в сумме 11 389 060 руб. 86 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченные залогом имущества должника (решение от 11.06.2020).

Банк, ссылаясь на то, что управляющий не открыл специальный счет и не перечислил вырученные от продажи обремененных залогом объектов недвижимого и движимого имущества ФИО5 денежные средства в адрес кредитора в нарушение норм Закона о банкротстве и условий утвержденного Положения о порядке, условиях и сроках продажи имущества должника, а также не проводил собрания кредиторов и не направлял отчетов о своей деятельности, что повлекло нарушение прав и законных интересов залогового кредитора на получение информации о ходе проведения процедуры реализации имущества должника, обратился в суд с соответствующей жалобой, содержащей требование об отстранении управляющего от исполнения возложенных обязанностей в настоящем деле.

Отказывая в удовлетворении требований залогового кредитора в части непроведения собраний кредиторов, суды указали на то, что в процедуре реализации имущества должника-гражданина у управляющего отсутствует обязанность проводить собрание кредиторов, за исключением случаев, когда необходимо разрешать вопросы, отнесенные к исключительной компетенции собрания, и в данном случае Банк не указал, какие мероприятия требовали решения собрания кредиторов.

В указанной части судебные акты лицами, участвующими в деле, не обжалуются, в связи с чем предметом кассационного рассмотрения не являются (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Признавая жалобу Банка обоснованной и подлежащей удовлетворению в остальной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что материалами дела подтверждаются факты нарушений управляющим требований статей 138, 213.9, 213.26 Закона о банкротстве при выполнении возложенных на него обязанностей. 

При этом суды руководствовались следующим. 

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статье 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закон о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника кредиторов и общества.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав. По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения жалобы соответствующих лиц о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника. Обращение в арбитражный суд заявителя обусловлено характером нарушения его прав и вытекает из подлежащих применению норм материального права, следовательно, заявитель жалобы должен указать (назвать) обжалуемые действия, дать правовое обоснование своего требования и указать, какие его права и законные интересы нарушены.

Кредитор в качестве одного из оснований жалобы ссылался на неисполнение управляющим обязанности по направлению в адрес Банка ежеквартальных отчетов о ходе проведения процедуры реализации имущества должника, что лишило последнего возможности своевременно осуществлять контроль за проводимыми управляющими мероприятиями по формированию конкурсной массы. 

При рассмотрении данного эпизода жалобы суды исходили из того, что в целях контроля за деятельностью финансового управляющего при банкротстве граждан абзацем двенадцатым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность финансового управляющего по направлению кредиторам отчета финансового управляющего не реже чем один раз в квартал.

Установив, что иного порядка предоставления отчета финансового управляющего кредиторам не предусмотрено, суды пришли к выводу, что финансовый управляющий должника обязан был направлять кредиторам отчет о своей деятельности не реже одного раза в квартал, в то время как отчет (от 19.09.2023) был направлен кредиторам лишь с сопроводительным письмом от 19.09.2023.

Суды первой и апелляционной инстанций установив, что решение о признании должника банкротом и введении процедуры реализации принято 11.06.2020, при этом отчет о своей деятельности управляющим кредиторам в течение 2020 года, 2021 года, а также за 1 и 2 кварталы 2023 года – не направлялся, сопоставив сроки, когда управляющий, действуя добросовестно и разумно должен был приступить к исполнению своих обязанностей, учитывая, что отсутствие информации о ходе процедуры банкротства является нарушением прав конкурсных кредиторов в связи с тем, что у них отсутствует возможность своевременно и в полном объеме контролировать ход процедуры, пришли к обоснованному выводу, что такое поведение финансового управляющего (бездействие) не отвечает положениям Закона о банкротстве и требованиям добросовестности, нарушает права кредиторов на своевременное получение информации, соответственно, признали доказанным наличие правовых оснований для удовлетворения жалобы Банка в данной части.

При этом суды проанализировали представленные управляющим почтовые квитанции и заключили, что подобные документы не могут быть расценены в качестве должных доказательств исполнения предусмотренной абзацем двенадцатым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве обязанности, поскольку из данных квитанций не представилось возможным установить характер и содержание почтового вложения.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных выводов у суда округа в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 АПК РФ).

В качестве второго основания для признания действий (бездействия) управляющего незаконным Банком приведены доводы о том, что управляющим в течение длительного времени не предпринимались действия по погашению требований Банка за счет поступивших от реализации залогового имущества денежных средств. 

Как установлено судами, должнику принадлежало на праве собственности имущество – здание главного корпуса литер ЕЕ1 (производственная база) с кадастровым номером 56:18:0601008:148; земельный участок площадью 15 586,08 кв. м с кадастровым номером 56:18:0601008:23, расположенные по адресу: 

<

...>; комплекс энергоресурсосберегающий посевной ЭРА-П, 2008 г.в.; катки выравниватели 2008 г.в., 2 шт.

Указанное имущество находилось в залоге у Банка, обеспечивая исполнение требований перед ним. 

На основании пункта 7.6 утвержденного залоговым кредитором Положения денежные средства, вырученные от реализации имущества, должны быть перечислены на счет банка в срок не более 5 (пяти) рабочих дней с даты ее поступления на специальный счет должника.

Управляющим организованы публичные торги по продаже имущества, в том числе здания главного корпуса литер ЕЕ1 (производственная база) и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

...>, в соответствии с условиями разработанного Банком порядка реализации залогового имущества. 

Сообщением на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве от 28.02.2023 № 10884477 управляющий уведомил о  заключении договора с победителем торгов – ФИО6; цена приобретения составила 1 250 000 руб.

В соответствии с пунктами 2.2, 2.3 договора купли-продажи от 17.02.2023, заключенного финансовым управляющим с победителем торгов, предусмотрено, что покупатель обязуется оплатить продавцу денежные средства, указанные в пункте 2.1 данного договора, в срок не позднее тридцати дней с даты его заключения путем перечисления платежным поручением денежных средств на расчетный счет продавца. Датой платежа и исполнения покупателем обязательства по оплате считается дата поступления денежных средств на расчетный счет продавца.

Денежные средства, вырученные от реализации залогового имущества, поступили на счет, открытый в обществе «Сбербанк», 06.03.2023.

Управляющим 09.03.2023 в адрес уполномоченного органа направлено требование о предоставлении сведений о текущей задолженности (с расшифровкой видов задолженности и сумм задолженности) ФИО5 по обязательным платежам по названным объектам недвижимости, а также банковских реквизитов.

Письмом от 13.03.2023 уполномоченный орган сообщил, что налог на имущество физических лиц составляет 76 760 руб. 49 коп., земельный налог – 719 руб.

Управляющим 17.03.2023 перечислены денежные средства уполномоченному органу в сумме 77 479 руб. 49коп.

После погашения данной задолженности по налогам в отношении реализованного предмета залога (здания производственной базы и земельного участка) в соответствии с информацией, указанной уполномоченным органом в письме от 13.03.2023, управляющим денежные средства, вырученные от реализации данного предмета залога, в адрес залогового кредитора – не направлены.

Впоследствии уполномоченный орган направил в адрес управляющего письмо от 14.07.2023, в котором указал на наличие отрицательного сальдо по единому налоговому счету в сумме 16 126 руб. 97 коп., из которых транспортный налог – 10 379 руб., земельный налог – 719 руб., пени – 5028 руб. 97 коп., и дополнительно сообщил, что за 2022 год по сроку уплаты до 01.12.2023 инспекцией будет начислена текущая задолженность в сумме 76 513 руб., в связи с чем целесообразно зарезервировать денежные средства, поступившие в конкурсную массу.

Кредитор, полагая, что управляющим необоснованно затянута процедура погашения требований Банка за счет реализации заложенного имущества, указывал на наличие оснований для признания действий управляющего в данной части незаконными. 

Управляющий, в свою очередь, ссылаясь на то, что перечислить часть соответствующей выручки возможно было только после продажи всего комплекса имущества, обремененного залогом в пользу Банка, а также после уплаты всех связанных с данным имуществом обязательных платежей, возражал против удовлетворения жалобы.   

Суды первой и апелляционной инстанций, проверяя доводы Банка и возражения управляющего по данному эпизоду жалобы, приняв во внимание, что сформировавшаяся на момент продажи залогового имущества задолженность перед бюджетом в сумме 77 479 руб. 49 коп. управляющим погашена еще 17.03.2023; отметив, что еще в письме от 14.07.2023 уполномоченный орган сообщал о необходимости резервирования денежных средств для уплаты налогов за 2022 год по сроку уплаты до 01.12.2023 в сумме, явно не сопоставимой с выручкой от продажи залогового имущества, фактически выплаченной впоследствии залоговому кредитору, в связи с чем признали, что при обладании сведениями о необходимости уплаты по итогам налогового периода обязательных платежей за счет части выручки от продажи залогового имущества управляющему надлежало резервировать необходимую сумму, даже в том случае если она определена приблизительно, а не удерживать всю полученную от покупателя имущества оплату, не учитывая, что таковая (1 250 000 руб.) значительно больше начисленных налогов (76 513 руб.).

Как справедливо отмечено судами, само по себе отсутствие законодательно установленного срока перечисления денежных средств залоговому кредитору не подтверждает возможность перечислить такие денежные средства в любой не ограниченный по продолжительности срок, поскольку необходимость перейти к расчету с залоговым кредитором в максимально короткие сроки после реализации имущества должника, не дожидаясь продажи всего имущества должника, это обязанность управляющего, а длительное нераспределение денежных средств в ожидании реализации полного комплекса залогового имущества, реализуемого при этом разными лотами, не обеспечивает интересы залогового кредитора.

Соответственно, поскольку в разумный срок после получения от уполномоченного органа сведений о сумме обязательств должника перед уполномоченным органом, начисленных за имущество, являющееся предметом залога, управляющим не были перечислены денежные средства в адрес Банка как залогового кредитора, суды признали жалобу в данной части обоснованной, а бездействие управляющего по нераспределению денежных средств, поступивших от реализации залогового имущества, – не соответствующим закону. 

Довод кассационной жалобы управляющего о том, что у него в принципе отсутствовала возможность определения суммы, подлежащих уплате в бюджет налогов, – ранее конца сентября 2023 года – только после получения от уполномоченного органа сведений об итоговой сумме обязательств должника и реквизитов для перечисления, судом округа отклоняется как несостоятельный. 

В рассматриваемом случае суды, проанализировав представленную между управляющим и уполномоченным органом переписку, связанную с определением размера возникших у должника обязательств перед уполномоченным органом за принадлежащее ему имущество, являющееся предметом залога Банка, установили, что уже в июле 2023 года управляющий обладал достаточной информацией для определения суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, после чего мог зарезервировать указанную сумму на расчетном счете должника для уточнения реквизитов уполномоченного органа, а оставшиеся денежные средства направить на расчеты с залоговым кредитором. 

С учетом установленных обстоятельств, суды пришли к правильному выводу о том, что управляющий своим бездействием нарушил требование пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, что повлекло необоснованное длительное удержание денежных средств, принадлежащих Банку, управляющим, и следовательно, нарушение прав Банка на своевременное и полное получение от должника денежных средств.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций в указанной части являются верными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В качестве третьего эпизода жалобы на действия управляющего Банк ссылался на непринятие управляющим мер по открытию специального залогового счета в кредитной организации, определенной в соответствии с условиями Порядка реализации залогового имущества должника. 

Как установлено судами и указывалось выше, должнику на праве собственности принадлежало имущество – здание строительного цеха и земельный участок, являющееся предметом залога в пользу Банка и в отношении которого Банком разработано положение о порядке его реализации.

Пункт 1.4 соответствующего Положения предусматривает, что арбитражный управляющий открывает в Россельхозбанке отдельный счет должника, который предназначен только для удовлетворения требований кредиторов за счет денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, в соответствии со статьей 138 Закона о банкротстве (специальный банковский счет должника); для обеспечения исполнения обязанности должника по возврату задатков, перечисляемых участниками торгов по реализации имущества должника, арбитражный управляющий по аналогии с пунктом 3 статьи 138 Закона о банкротстве открывает в Россельхозбанке отдельный банковский счет должника; денежные средства, находящиеся на этом счете, предназначены для погашения требований о возврате задатков, а также для перечисления суммы задатка на основной счет должника в случае заключения внесшим его лицом договора купли-продажи имущества должника или наличия иных оснований для оставления задатка за должником.

Согласно пункту 7.6 указанного Положения денежные средства, вырученные от реализации имущества, направляются на удовлетворение требований Банка в порядке, установленном статьей 138 Закона о банкротстве. Указанная сумма должна быть перечислена на счет банка в срок не более 5 (пяти) рабочих дней с даты ее поступления на специальный счет должника, открытый управляющим в соответствии с пунктом 3 статьи 138 Закона о банкротстве.

ФИО1 открыт лицевой счет по вкладу физического лица в обществе «Сбербанк», который использовался им как счет для совершения финансовых операций, связанных с реализацией предметов залога.

Залоговый кредитор, настаивая на том, что управляющим специальный банковский счет должника ФИО5 в ходе реализации обремененного залогом имущества должника в Россельхозбанке не открыт, соответственно, действиями управляющего нарушены условия утвержденного порядка реализации имущество должника и пункта 3 статьи 138 Закона о банкротстве, обратился с рассматриваемой жалобой на действия управляющего.

Суды первой и апелляционной инстанции, исходя из того, что необходимость открытия при реализации залогового имущества специального счета в Россельхозбанке прямо предусмотрена Положением о продаже, утвержденном залоговым кредитором, заключили, что в силу положений абзаца 2 пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве это являлось обязательным для финансового управляющего, не заявлявшего возражений относительно редакции указанного документа в порядке абзаца 3 пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Суды посчитали незаконным и нарушающим права залогового кредитора бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в неоткрытии специального счета должника в Россельхозбанке.

Между тем судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее. 

Согласно пункту 1 статьи 133 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет. На основной счет должника зачисляются денежные средства должника, поступающие в ходе конкурсного производства. С основного счета должника осуществляются выплаты кредиторам в порядке, предусмотренном статьей 134 настоящего Закона (пункт 2 названной статьи).

Действительно, в силу пункта 3 статьи 138 Закона о банкротстве для удовлетворения требований кредиторов за счет денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, конкурсный управляющий открывает в кредитной организации отдельный счет должника (специальный банковский счет). Правовой режим специального банковского счета предполагает его особую защищенность, в частности, невозможность списания с него денежных средств на основании распоряжений иных, помимо конкурсного управляющего лиц, в том числе в безакцептном (бесспорном) порядке.

Вместе с тем, являясь субъектом профессиональной деятельности (статья 20 Закона о банкротстве), арбитражный управляющий в процедуре банкротства принимает текущие управленческие решения.

В абзаце девятом пункта 2 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, указано, что по смыслу названной нормы, а также положений пункта 5 статьи 20.3, пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве вопросы выбора кредитной организации для проведения расчетов организации-банкрота в ходе конкурсного производства отнесены к компетенции конкурсного управляющего. При выборе такой кредитной организации последний обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника и его кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве). 

Аналогичная правовая позиция изложена и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2018 № 305-ЭС18-5150. 

Из указанных положений следует, что указание залоговым кредитором в Положении о порядке реализации имущества должника на обязательное открытие управляющего специального залогового счета должника в строго определенной залоговым кредитором кредитной организации – не исключает принятия управляющим собственного управленческого решения в части выбора кредитной организации, которое должно быть обосновано принципами разумности и добросовестности, стремлением минимизировать расходы, осуществляемые за счет имущества должника, из которого формируется конкурсная масса, направляемая на погашение требований кредиторов, защищая тем самым интересы как должника, так и кредиторов.

Обжалуя бездействие управляющего в указанной части, Банк настаивал на нарушении управляющим обязанности по открытию специального банковского счета именно в Россельхозбанке, как это предусмотрено Положением о продаже имущества посредством публичного предложения, утвержденным залоговым кредитором.

При этом в ходе рассмотрения жалобы по указанному эпизоду на действия управляющего по существу, управляющий аргументированно высказывался о том, что выбор кредитной организации для открытия специального залогового счета был обусловлен условиями, на которых кредитные организации открывают такой счет. В частности, управляющий последовательно приводил доводы о том, что за открытие специального счета должника-банкрота в Россельхоззбанке предусмотрена банковская комиссия в сумме 5000 руб., что дополнительно бы только увеличило сумму текущих обязательств должника, тогда как за открытия специального счета в кредитной организации, выбранной управляющем, – Сбербанке такая комиссия вовсе отсутствовала, а кроме того по условиям договора об открытии счета на денежный остаток подлежали начислению и уплате проценты. 

С учетом того, что в настоящем случае управляющий, действуя в рамках предоставленных ему статьей 20.4 Закона о банкротстве полномочий, открыл счет должника в иной кредитной организации, обосновав свое управленческое решение и целесообразность открытия такого счета в Сбербанке, равным образом как и мотивировав нерациональность использования расчетного счета, открытого в Россельхозбанке, ввиду невыгодных финансовых условий для использования такого счета,  в связи с чем суд округа полагает, что у судов отсутствовали основания для признания действий (бездействия) управляющего по данному эпизоду жалобы.  

При ином подходе, при условии, что управляющий, выбирая кредитную организацию для открытия залогового счета должника, руководствовался интересами не только залогового кредитора, но и иных кредиторов, а также должника, обеспечивая тем самым баланс интересов всех участников дела о банкротстве, а также снижая возможные суммы текущих расходов, возникших в процедуре банкротства, признание в таком случае бездействия по неоткрытию счета в конкретном банке, указанном залоговым кредитором, будет означать отказ в одобрении добросовестных действий управляющего, направленных на защиту конкурсной массы и снижение необоснованных расходов.

При таких обстоятельствах суд округа приходит к выводу, что судами при вынесении обжалуемых судебных актов неправильно применены положения статей 20.3, 20.4, пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить судебный акт первой инстанции и (или) апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если в дополнительном исследовании имеющихся в деле доказательств необходимости не имеется, но этим судом неправильно применена норма права.

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но неверно применены положения закона в части вопросы выбора кредитной организации для открытия и ведения банковских счетов должника-банкрота, суд округа считает возможным обжалуемые судебные акты отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении жалобы Банка по данному эпизоду.

В оставшейся части, как указывалось ранее, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции являются законными, вследствие чего подлежат оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.12.2023 по делу № А47-2311/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу отменить в части признания незаконным бездействия финансового управляющего имуществом должника ФИО5 – ФИО1, выразившегося в неоткрытии в акционерном обществе «Российский Сельскохозяйственный банк» специального банковского счета должника. В удовлетворении жалобы акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в указанной части – отказать.

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Г. Кочетова 

 

Н.А. Артемьева