АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3589/22 

Екатеринбург

24 ноября 2022 г.

         Дело № А71-5042/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 ноября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Тихоновского Ф.И., Соловцова С.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.07.2022по делу № А71-5042/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в суде округа принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Нефтяного газового машиностроения» (далее – общество «Нефтьгазмаш», кредитор) - ФИО3 (доверенность от 07.09.2021).; в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – Магда А.В. (доверенность от 12.05.2021 серия 18АБ № 167835).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.05.2021 возбуждено дело о признании общества с ограниченной ответственностью «Производственная фирма Машиностроитель» (далее – общество «ПФ Машиностроитель», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.07.2021 в отношении общества «ПФ Машиностроитель» введено наблюдение; временным управляющим должникомутверждена ФИО4 (определение от 10.08.2021), сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.08.2021 №149.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.03.2022 общество «ПФ Машиностроитель» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО5, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.04.2022 №67.

Общество «Нефтьгазмаш» 17.11.2021 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника его требования в размере 2 166 555 руб. 98 коп.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.07.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2022, требование общества «Нефтьгазмаш» в сумме 2 166 555 руб. 98 коп., в том числе: 2 165 002 руб. 57 коп. долга и процентов за пользование кредитом, а также 1553 руб. 41 коп. неустойки, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 11.07.2022 и постановление от 25.09.2022 отменить и принять новый судебный акт, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель считает, что, поскольку общество «ПФ Машиностроитель» входит в одну группу лиц с обществами с ограниченной ответственностью «Машиностроитель», «Гарт-Сателлит» и «Вердикт» (далее – общества «Машиностроитель», «Гарт-Сателлит» и «Вердикт»), поскольку интересы обществ «Гарт-Сателлит» и «Вердикт» в деле № А71-14434/2020 о банкротстве общества «Машиностроитель» представляли те же представители, которые представляют кредитора, что свидетельствует о заинтересованности должника и кредитора, фактическая аффилированность которых также усматривается из поведения кредитора, не раскрывшего подробности приобретения у публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) непросроченного долга, который не взыскивался банком, с торгов не продавался и возможность погашения которого была у заемщика и поручителя, что говорит о заинтересованности последних в уступке прав требований от Сбербанка кредитору, об аффилированности которого также говорит непринятие мер по оспариванию предъявленных к должнику требований обществ «Гарт-Сателлит» и «Вердикт», имеющих признаки фиктивности. По мнению заявителя, придя к выводу о возможности погашения должником долга по кредиту, при наличии обстоятельств, свидетельствующих об аффилированности должника и кредитора, суды не определили порядок удовлетворения требований последнего с учетом Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020. Заявитель полагает, что в период ликвидации общества «Машиностроитель» его руководитель ФИО6, имея возможность исполнить обязательства перед Сбербанком, переводит долг на подконтрольного ему кредитора с целью увеличения процента голосов подконтрольных кредиторов и получения контроля за реализацией имущества общества «Машиностроитель», в отношении которого также подконтрольным обществом «Гарт-Сателлит» подано заявление о банкротстве, хотя, действуя законно, ФИО6 мог погасить долг перед Сбербанком и в конкурсной массе общества «Машиностроитель» было бы имущество, не обремененное залогом, а в реестре требований кредиторов отсутствовал бы связанный с ФИО6 кредитор, а также долг перед должником, но названные общества не воспользовались возможностью погасить долг и получить залоговое имущество в свое распоряжение. Заявитель считает, что кредитор не доказал экономическую целесообразность приобретения прав требований у Сбербанка, в том числе в целях приобретения необходимого ему залогового оборудования, при том, что кредитор находится по месту массовой регистрации компаний и не имеет помещения для такого оборудования, и не обоснована цель выкупа прав требований ни в деле о банкротстве должника, ни в деле о банкротстве общества «Машиностроитель», хотя для получения в деле о банкротстве залогового имущества после признания торгов несостоявшимися, кредитору придется доплатить за такое имущество, за вычетом размера его требования, при том, что это имущество могло быть приобретено кредитором на торгах, а также не обосновано включение в реестр, при том, что при погашении долга в процедуре банкротства должника, кредитор лишается права претендовать на залоговое имущество в деле о банкротстве общества «Машиностроитель», ввиду чего заявитель настаивает, что наращивание кредиторской задолженности и контроль за процедурой банкротства являлись действительной целью договора уступки, источники денежных средств для оплаты по которому не раскрыты, что может говорить о предоставлении денежных средств аффилированными лицами должника, в частности, обществами «Гарт-Сателлит» и «Вердикт», являющимися также основными кредиторами должника.

Общество «Нефтьгазмаш» в отзыве просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 30.09.2014 между Сбербанком (банк) и обществом «Машиностроитель» (заемщик) подписан кредитный договор 

<

***>, по условиям которого банк обязался предоставить заемщику кредит, а заемщик обязался возвратить кредит и уплатить проценты за пользование кредитом, а также другие платежи в размере, в сроки и на условиях договора.

В обеспечение надлежащего исполнения обществом «Машиностроитель» обязательств по кредитному договору от 30.09.2014 

<

***> между Сбербанком (банк) и обществом «ПФ Машиностроитель» (поручитель) подписан договор поручительства от 24.05.2017 №22/8618/0182/041/14П02, по условиям которого должник обязался отвечать перед банком за исполнение обществом «Машиностроитель» денежных обязательств по уплате долга и процентов по кредитному договору от 30.09.2014 № 2216/8618/0182/041/14.

Между Сбербанком (цедент) и обществом «Нефтьгазмаш» (цессионарий) 01.12.2020 подписан договор уступки прав (требований) №1, по условиям которого цедент уступил цессионарию права (требования) к обществу «Машиностроитель», вытекающие из кредитного договора от 30.09.2014 

<

***> в редакции дополнительных соглашений от 24.05.2017 №1, от 11.09.2017 №2 и от 30.09.2019 №3, в общей сумме 2 166 555 руб. 98 коп., в том числе: 2 002 200 руб. ссудной задолженности, 155 335 руб. 28 коп. просроченной ссудной задолженности, 7467 руб. 29 коп. процентов за кредит, 1553 руб. 41 коп. неустойки.

В соответствии с пунктом 1.2 договора уступки прав (требований), к цессионарию также перешли права по договорам, заключенным в обеспечение исполнения обязательств общества «Машиностроитель» по кредитному договору, а именно права, вытекающие из договора залога оборудования от 30.09.2014 №22/8618/0182/041/14301 (с учетом дополнительных соглашений от 24.05.2017 №1, от 11.09.2017 №2, от 30.09.2019 №3), заключенного с обществом «Машиностроитель», со всеми заключенными к нему дополнительными соглашениями; договора залога оборудования от 24.05.2017 №22/8618/0182/041/14З02, заключенного с обществом «Машиностроитель», со всеми заключенными к нему дополнительными соглашениями; договора залога оборудования от 11.09.2017 №22/8618/0182/041/14З03, заключенного с обществом «Машиностроитель», со всеми заключенными к нему дополнительными соглашениями; договора ипотеки от 11.09.2017 №1315/6; договора поручительства от 30.09.2014 №22/8618/0182/041/14П01, заключенного с ФИО2 со всеми заключенными к нему дополнительными соглашениями; договора поручительства от 24.05.2017 №22/8618/0182/041/14П02, заключенного с обществом «ПФ Машиностроитель» со всеми заключенными к нему дополнительными соглашениями.

Стоимость уступаемого права требования определена сторонами в размере 2 166 555 руб. 98 коп., подлежащих уплате в течение 5 рабочих дней с даты подписания договора. 

Из материалов дела установлено исполнение цессионарием обязательств перед банком по оплате стоимости приобретенного права к заемщику и его поручителям.

Согласно пункту 2.4 договора, уступка прав (требований) по договору происходит в момент поступления от цессионария денежных средств в сумме, указанной выше, в полном объеме на счет цедента.

В адрес общества «Машиностроитель» 02.12.2020 направлено уведомление кредитора об уступке прав (требований).

Реализуя вышеназванное право требования, общество «Нефтьгазмаш» в деле № А71-14434/2020 о банкротстве общества «Машиностроитель» обратилось с заявлением о включении указанной задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.03.2022 по делу №А71-14434/2020 требование общества «Нефтьгазмаш» признано обоснованным в размере 2 166 555 руб. 98 коп. и включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Машиностроитель» в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества данного общества по договорам залога от 30.09.2014 №22/8618/0182/041/14З01, от 24.05.2017 №22/8618/0182/041/14З02, от 11.09.2017 №22/8618/0182/041/14З03, договору ипотеки от 11.09.2017 №1315/6.

В рамках настоящего дела о банкротстве неисполнение обязательств по договору поручительства от 24.05.2017 №22/8618/0182/041/14П02 также явилось основанием для обращения общества «Нефтьгазмаш» в суд с заявлением о включении его требования в размере 2 166 555 руб. 98 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Федеральном законе от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 142 Закона о банкротстве), в силу которой, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений этим прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением долгов должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35)), пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле, для чего требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора, а основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Необходимо также иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, которое приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов с обоснованными требованиями и должника.

При рассмотрении обоснованности требования подлежат проверке доказательства возникновения долга в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Согласно статье 361 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

При неисполнении (ненадлежащем исполнении) должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя, который отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и иных убытков кредитора, вызванных неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункты 1, 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства (пункт 1 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кредитор имеет право на установление его требования как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (пункт 1 статьи 363, статья 323 Гражданского кодекса, пункт 51 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 июля 2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из имеющихся доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что требования Сбербанка к обществу «Машиностроитель» (основному должнику) и должнику (поручителю) уступлены обществу «Нефтьгазмаш» по договору от 01.12.2020 №1, который не оспорен и недействительным не признан, принимая во внимание, что обоснованность и размер требований кредитора к поручителю по кредитному договору общества «Машиностроитель» подтверждены представленными доказательствами, включая соответствующие кредитный договор, договоры поручительства и уступки прав, и при этом соответствующие требования общества «Нефтьгазмаш» установлены в деле № А71-14434/2020 о банкротстве основного должника - общества «Машиностроитель» и подтверждены определением суда от 04.03.2022 по названному делу о банкротстве о включении требований кредитора в размере 2 166 555 руб. 98 коп. в реестр требований кредиторов общества «Машиностроитель», суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае обоснованных денежных требований кредитора к должнику как поручителю общества «Машиностроитель» по кредитному договору (с учетом обеспечительных сделок), заключенному с банком, в также наличия всех необходимых правовых оснований для включения заявленного требования кредитора в реестр требований кредиторов должника, при том, что доказательства иного в материалы дела не представлены.

При этом возражения ФИО2, являвшегося на дату подписания кредитного договора с банком и предоставления поручительства банку по данному договору руководителем общества «Машиностроитель», об аффилированности должника и кредитора, отсутствии экономической целесообразности приобретения прав требования, реальной целью чего является получение контроля над процедурой банкротства должника в ущерб интересам других кредиторов, являлись предметом оценки судов и по результатам исследования и оценки материалов по делу и представленных доказательств отклонены ввиду следующего.

Так, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что в данном случае аффилированными лицами являются должник и общество «Машиностроитель», входящие в одну, группу лиц, суды, в то же время, установили, что в материалы дела не представлены надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии аффилированности между указанными лицами и кредитором обществом «Нефтьгазмаш», и такие доказательства не представлены ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций, при том, что в любом случае действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым, заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Довод ФИО2 о неприменении судами утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц по результатам исследования и оценки доказательств судом округа во внимание не принимается как противоречащий материалам дела, в том числе, с учетом того, что, исследовав и оценив все имеющиеся доказательства, и, установив, что требование независимого кредитора Сбербанка приобретено обществом «Нефтьгазмаш» после опубликования в ЕФРСБ уведомления о намерении общества «Гарт-Сателлит» обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества «Машиностроитель» (сообщение от 27.10.2020 №05503976), суды исходили из того, что в данном случае такое приобретение не может быть признано способом компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен, в частности, в пункте 6.2 названного Обзора, так как после размещения сообщения о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества «Машиностроитель», что является публичной, открытой и гласной процедурой, невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение последнего, ввиду чего в таком случае выкуп долга у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования, а, кроме того, применение в подобном случае указанного выше пункта 6.2 Обзора привело бы к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем, при том, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Помимо изложенного, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, с учетом всех установленных выше конкретных обстоятельств дела, исходя из того, что обстоятельства предоставления кредита банком носили реальный характер, размер соответствующего долга определен на дату уступки банком обществу «Нефтьгазмаш» права требования к основному заемщику и его поручителям, а также, установив, что обязательства по договору уступки прав (требований) кредитором исполнены в полном объеме, что подтверждается материалами дела, лицами, участвующими в деле, не опровергнуто и доказательства иного в дело не представлены, и, приняв во внимание реальный характер результата, достигнутого сторонами, совершившими реальные действия по предоставлению кредита и приобретению прав требований к должникам, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для отнесения сделки с обществом «Нефтьгазмаш» к числу мнимых, совершенных лишь для вида, без порождения соответствующих правовых последствий (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), при том, что в самостоятельном порядке данная сделка никем не оспорена, недействительной не признана.

Довод ФИО2 о наличии у заемщика и его поручителя возможности самостоятельно исполнить обязательств по кредитному договору не приняты судами во внимание, поскольку сами по себе не свидетельствуют о недействительности сделки по уступке права требования, и являются несостоятельными, так как в реестр требований как в деле основного заемщика, так и в деле о банкротстве поручителя (должника в настоящем деле) включаются требования иных кредиторов, из чего следует, что исполнение обязательств должниками в пользу банка, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами, повлекло бы за собой преимущественное удовлетворение требований отдельного взятого кредитора, что явилось бы основанием для оспаривания сделки на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, а, кроме того, вопреки позиции ФИО2, объем приобретенных новым кредитором прав не превышает размер требований первоначального кредитора, не связанного с должником, действительность и обоснованность которых подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что исключает возможность контроля кредитора над процедурой банкротства должника и реализацией имущества последнего и, соответственно, не позволяет прийти к выводу, что получение обществом «Нефтьгазмаш» статуса конкурсного кредитора каким-либо образом может повлечь причинение вреда имущественным интересам должника и иных кредиторов.

Ссылка ФИО2 на наличие сомнений в экономической целесообразности приобретения аффилированными кредиторами права требования к должнику по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, не принята судами во внимание, в том числе, с учетом того, что названные обстоятельства, на которые ссылается ФИО2, сами по себе не являются достаточным и безусловным основанием для отказа в удовлетворении требования цессионария, а в материалах дела отсутствуют доказательства того, что банк или правопреемник действовали исключительно с целью причинить вред кредиторам должника, и направленность действий кредитора на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника из материалов дела не усматривается и не подтверждена какими-либо надлежащими доказательствами, а, кроме того, экономическая целесообразность приобретения права требования к заемщику и его поручителям в полной мере раскрыта кредитором, заявившим о наличии заинтересованности в приобретении залогового оборудования для использования в своей деятельности, что не противоречит нормам действующего законодательства и не влечет нарушения прав и законных интересов кредиторов должника.

Довод ФИО2 о необоснованном отказе в истребовании доказательств, в частности, копий книг покупок и продаж, информации и выписки по расчетным счетам должника, по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, не принят судами во внимание, как несостоятельный, в том числе, с учетом того, что факт наличия у должника средств, достаточных для удовлетворения требований банка на дату уступки права требования, и его намерение погасить указанный долг, на которые ссылается ФИО2, сами по себе не имеют правового значения при рассмотрении обоснованности заявленного кредитором требования, при том, что у должника имеются непогашенные требования перед банком, и ФИО2 не обосновал, как неистребование названных доказательств не позволило в полной мере проверить правомерность и обоснованность требований кредитора.

Таким образом, при принятии обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для включения требований общества «Нефтьгазмаш» в реестр требований кредиторов должника, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций, являлись предметом исследования и оценки судов, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.  Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.07.2022 по делу № А71-5042/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2022 по тому же делу оставитьбез изменения, кассационную жалобу ФИО2 –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.А. Оденцова 

СудьиФ.И. Тихоновский 

С.Н. Соловцов