АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А82-18134/2018

16 июня 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.06.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 16.06.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Кузнецовой Л.В.

 

в отсутствие участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«Реминдустрия» ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 29.10.2022  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023

по делу № А82-18134/2018

 

по заявлению конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Реминдустрия» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

ФИО1

о признании сделок должника недействительными

и о применении последствий их недействительности,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, –ФИО2 

и его финансовый управляющий ФИО3, 

ФИО4,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Реминдустрия» (далее – Общество; должник) конкурсный управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделок по перечислению должником ФИО5 с 06.10.2017 по 28.11.2018 денежных средств в сумме 2 903 357 рублей в качестве оплаты услуг по соглашениям об оказании юридической помощи, и о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 2 903 357 рублей в конкурсную массу должника.

Заявление конкурсного управляющего основано на пунктах 1 и 2 статьи 61.2, статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10, 168 и 170 (пункте 1) Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции определением от 29.10.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023, отказал в удовлетворении требования конкурсного управляющего о признании сделок должника недействительными и о применении последствий их недействительности.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 29.10.2022 и постановление от 16.02.2023 и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на аффилированность ФИО5 по отношению к Обществу и его генеральному директору ФИО2, о чем свидетельствует отказ суда в утверждении ФИО5 финансовым управляющим ФИО2 в деле о его банкротстве. ФИО5 представляла интересы ФИО2 в арбитражных судах и судах общей юрисдикции как в корпоративных спорах, так и в спорах, касающихся лично ФИО2 Кроме того, ФИО5 оказывала Обществу правовые услуги, имела статус адвоката и арбитражного управляющего, следовательно, знала о неудовлетворительном финансовом состоянии должника и о совершении сделок с целью вывода из его собственности активов, в частности денежных средств, во избежание обращения на них взыскания по требованиям кредиторов.

Заявитель жалобы считает необоснованным вывод судов о доказанности возврата ФИО5 в кассу должника наличных денежных средств, ошибочно выплаченных ей, в сумме 1 376 857 рублей, поскольку Общество являлось крупной подрядной организацией и осуществляло все расчеты в безналичной форме; принятие Обществом от ФИО5 наличных денежных средств в таком большом размере противоречит утвержденному Банком России порядку ведения кассовых операций.

Конкурсный управляющий настаивает на мнимости юридических услуг, в качестве оплаты которых должник перечислял в пользу ФИО5 денежные средства, а также полагает, что имелись основания для признания оспоренных сделок недействительными в связи с неравноценностью встречного предоставления со стороны ФИО5 и причинением в результате вреда имущественным правам кредиторов, злоупотреблением сторонами правом. Как отмечает заявитель, к соглашениям об оказании юридической помощи не приложены отчеты о выполненных работах; при этом акты выполненных работ не являются доказательством фактического оказания услуг; за ряд услуг производилась двойная оплата; в большинстве судебных заседаний ФИО5 не принимала участия лично; не представлены документы, подписанные непосредственно ФИО5 Споры с ее участием в основном заканчивались утверждением мировых соглашений, по части споров судебные акты приняты не в пользу должника.

ФИО5 в письменном отзыве на кассационную жалобу отклонила доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 29.10.2022 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Общество (доверитель) и ФИО5 (адвокат) с 01.11.2014 по 03.08.2018 заключали соглашения об оказании юридической помощи, в соответствии с которыми доверитель поручил, а адвокат обязался оказывать доверителю юридические услуги в рамках правового абонентского обслуживания в объеме и на условиях, определенных в соглашениях. Стоимость юридической помощи установлена сторонами в виде фиксированного ежемесячного вознаграждения, а также оплаты за оказание отдельных видов услуг.

Во исполнение обязательств по оплате оказанной юридической помощи Общество с 06.10.2017 по 28.11.2018 перечислило ФИО5 2 903 357 рублей.

Арбитражный суд Ярославской области определением от 11.10.2018 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества; определением от 27.05.2019 ввел в отношении Общества процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим ФИО1; решением от 19.11.2019 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердив ФИО1 конкурсным управляющим имуществом должника.

Посчитав, что платежи должника в пользу ФИО5 являются недействительными сделками на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве и статей 10, 168 и 170 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии условия, когда сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о банкротстве (абзац пятый).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В рассмотренном случае спорные платежи совершены в период, установленный как в пункте 2, так и в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, согласно которому для признания таких сделок недействительными необходимо доказать, что получившему исполнение кредитору было известно о признаке неплатежеспособности (недостаточности) имущества должника (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Постановление № 63). 

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 12 Постановления № 63).

В силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве не является недействительной сделка, подпадающая под признаки предпочтительности, если она совершена в обычной хозяйственной деятельности должника, если цена передаваемого имущества не превышает один процент стоимости активов должника за последний отчетный период перед этой сделкой.

Как правило, к обычным относятся типичные для должника сделки, существенно не отличающиеся от аналогичных, ранее неоднократно совершавшиеся им в течение продолжительного периода времени, например, платежи по длящимся обязательствам.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита (пункт 14 Постановления № 63).

Таким образом, критерием для квалификации сделки как совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что ранее между сторонами неоднократно совершались аналогичные по своему характеру сделки. При этом действующее законодательство не исключает применение положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве к сделкам, совершенным в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В соответствии с абзацем пятым пункта 12 Постановления № 63 получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Само по себе размещение в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом; это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе путем проверки его по указанной картотеке (абзац седьмой пункта 12 Постановления № 63).

Удовлетворяя требования кредитора в рамках обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций не выявили у Общества и ФИО5 признаков аффилированности (заинтересованности) как юридической, прямо предусмотренной пунктами 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве, так и фактической, без наличия формально-юридических связей между лицами; статус арбитражного управляющего получен ФИО5 в сентябре 2019 года, то есть гораздо позднее совершения спорных сделок, что, однако, наряду с представлением в судах интересов руководителя Общества, также не свидетельствует об ее аффилированности по отношению к должнику.

С учетом отсутствия доказательств заинтересованности ФИО5 по отношению к должнику, суды не усмотрели ее осведомленности на момент принятия спорных платежей о наличии у Общества признаков неплатежеспособности, недостаточности денежных средств для исполнения имеющихся обязательств перед контрагентами. Оказываемые юридические услуги не охватывали всей деятельности должника, позволявшей сделать вывод о нахождении его в тяжелом финансовом положении.

При этом суды установили, что сумма каждого платежа не превышала одного процента стоимости активов Общества, определенной на основании его бухгалтерской отчетности за последний отчетный период.

Констатировав, что спорные перечисления являются типичными, суды учли длящийся характер правоотношений сторон (с 2014 года), сложившуюся между ними регулярную обычную практику оказания юридической помощи и ее оплаты в аналогичных суммах и в определенные сроки, что свидетельствует об ординарности оспоренных перечислений, совершавшихся в оплату юридического сопровождения предпринимательской деятельности должника.

При изложенных обстоятельствах судебные инстанции признали платежи должника в пользу ФИО5 в сумме 2 903 357 рублей совершенными в рамках обычной хозяйственной деятельности, что в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве исключает возможность оспаривания таких сделок на основании статьи 61.3 названного закона.

Сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абзац первый). Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац второй).

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Оспоренные платежи совершены с 06.10.2017 по 28.11.2018 – более чем за год до, а также после возбуждения дела о банкротстве должника (11.10.2018), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды сочли правоотношения сторон по соглашениям об оказании юридической помощи реальными, а также пришли к выводу о недоказанности совершения сделок в отсутствие равноценного встречного предоставления со стороны ФИО5 и о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника в результате их совершения.

Как установили суды двух инстанций, оказанные ФИО5 Обществу юридические услуги зафиксированы в двухсторонних актах приема-передачи выполненных работ (оказанных услуг), подписанных со стороны Общества уполномоченным лицом и скрепленным печатью организации. Фактическое выполнение ФИО5 в спорный период функций по юридическому сопровождению деятельности должника, представление ею интересов Общества в арбитражных судах и судах общей юрисдикции подтверждается данными, размещенными на сайте информационного ресурса «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет», а также имеющимися в материалах дела доказательствами, в частности, электронной перепиской головного офиса и обособленных подразделений Общества, рабочей перепиской ФИО5 с руководством Общества. Экономическая целесообразность вступления в правоотношения по оказанию юридической помощи заключалась для должника в необходимости выполнения существенного объема работы по юридическому сопровождению с учетом масштабов его финансово-хозяйственной деятельности, наличия в штате более 1000 работников; Общество являлось одним из крупнейших налогоплательщиков в Ярославской области, имело обособленные подразделения на территории иных субъектов федерации; оказываемые юридические услуги затрагивали различные сферы правоотношений и деятельности должника.

Суды не установили ненадлежащего исполнения ФИО5 обязательств по оказанию юридических услуг; двойная оплата ряда услуг, на которую ссылается конкурсный управляющий, опровергается представленными доказательствами.

Суды также не усмотрели несоответствия установленного в соглашениях размера вознаграждения за оказанные услуги его действительной рыночной стоимости, завышения цены юридических услуг, ее чрезмерности и неразумности; приняли во внимание, что предусмотренная сторонами стоимость услуг не превышала рекомендованные в регионе расценки на услуги адвокатов.

Представленные в материалы дела квитанции к приходным кассовым ордерам от 07.12.2018 № 1 и от 19.12.2018 № 4 суды приняли в качестве надлежащих доказательств передачи ФИО5 в кассу Общества наличных денежных средств в сумме 1 376 857 рублей, ошибочно выплаченных ей ранее, отметив, что проведение основных расчетов в безналичной форме не исключает возможность работы организации в отношениях с физическими лицами с наличными денежными средствами.

Убедительных подтверждений создания сторонами фиктивного документооборота суды не выявили.

Представленные доказательства и приведенные доводы суды учли в совокупности с прочими доказательствами и возражениями участвующих в деле лиц. Несогласие заявителя с оценкой судами предыдущих инстанций доказательств не принимается во внимание судом округа в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следствие, является верным вывод судебных инстанций, резюмировавших, что оспоренные платежи совершались должником при наличии равноценного встречного исполнения со стороны ФИО5; оснований для вывода о причинении такими платежами вреда имущественным интересам кредиторов также не имелось.

Приведенные обстоятельства позволили судам прийти к заключению, что исполнение соглашений об оказании юридической помощи и оплата по ним не повлекли уменьшения конкурсной массы, активов должника, а равно увеличения его обязательств; наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам также не доказано.

В любом случае в отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделок вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделок, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделок недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При установленных обстоятельствах суды пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания платежей в пользу ФИО5 недействительными сделками по правилам, предусмотренным в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

Также по правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Оценив оспоренные сделки на предмет их ничтожности в силу статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не усмотрели обстоятельств, указывающих на злоупотребление сторонами правом, направленности действий сторон на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их сговора для реализации противоправных целей и нарушения иных охраняемых законом прав лиц (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Направленность волеизъявления Общества и ФИО5 на достижение других правовых последствий, кроме вытекающих из правоотношений по юридическому сопровождению деятельности организации, не подтверждена соответствующими доказательствами.

Суды установили, что реальность оказания ФИО5 должнику юридических услуг подтверждена совокупностью представленных в материалы дела доказательств; стороны совершили действия, направленные на возникновение именно тех правовых последствий, которые предусмотрены соглашениями об оказании юридической помощи.

При таких условиях суды обоснованно не усмотрели у спорных сделок признаков мнимости, совершения их в целях вывода денежных средств из оборота Общества в условиях его неплатежеспособности, и пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания этих сделок недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответствуют нормам материального и процессуального права.

Аргумент заявителя жалобы о неправильной оценке судами доказательств подлежит отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств спора и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 29.10.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 по делу № А82-18134/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Реминдустрия» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

С.В. Ионычева

Л.В. Кузнецова