ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-19459/2019

г. Киров

29 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 ноября 2023 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейКалининой А.С., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании во веб-связи:

представителя ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 24.10.2022 (до перерыва);

представителя конкурсного управляющего ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 09.09.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2023 по делу № А82-19459/2019

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «ТД Спецодежда» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Торговый дом Спецодежда» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

определением арбитражного суда от 18.10.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Торговый дом Спецодежда» (далее – АО «ТД Спецодежда», должник).

Определением суда от 16.01.2020 (резолютивная часть от 09.01.2020) в отношении АО «ТД Спецодежда» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 16.08.2020 (резолютивная часть от 11.08.2020) АО «ТД Спецодежда» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего АО «ТД Спецодежда» возложено на временного управляющего ФИО5.

Определением суда от 23.11.2021 (резолютивная часть от 17.11.2021) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик).

22.09.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований. С учетом уточнения управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 в размере 11 121 620,41 руб. и взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 11 121 620,41 руб. Уточнение заявленных требований принято судом 18.10.2022.

06.12.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований. С учетом уточнения управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 в размере 26 984 620,41 руб. и взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 26 984 620,41 руб.

Определением суда от 08.12.2022 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2023 ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам АО  «Торговый дом Спецодежда» в общей сумме 26 984 620,41 руб., с ФИО3 в пользу АО «Торговый дом Спецодежда» взысканы денежные средства в размере 26 984 620,41 руб.

ФИО3 с принятым определением суда не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

ФИО3 указывает, что с очевидностью для всех не представляла собой реального руководителя или иного контролирующего должника лица и не может быть привлечена к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям. Апеллянт ссылается на невозможность нахождения документации должника по юридическим адресам должника и ООО «Гражданин» к моменту написания под диктовку ФИО7 возражений ФИО3 на заявление 09.11.2021. Написанные от руки возражения ФИО3 отдала ФИО7 В иных формах ФИО3 в процессе не участвовала. Акты приема-передачи документации должника между ФИО7 и ФИО3 в материалы дела представлены не были, поскольку такие акты никогда не составлялись и не подписывались. Как отмечает апеллянт, ФИО7 переложил ответственность с реально виновного лица на номинального. Из написанных ФИО3 возражений не представлялось возможным установить, какие документы у нее якобы имелись и как непередача конкурсному управляющему конкретного документа, наличие которого у ФИО3 следовало устанавливать путем инициирования спора об истребовании документации, негативным образом повлияла на проведение процедур банкротства в целом. ФИО3 не знала о существовании не только ООО «Гражданин», но и АО «ТД Спецодежда», соответственно, никакие документы, касающиеся деятельности данных организаций, материальные ценности ФИО7 ей никогда не передавал, в ее распоряжении ничего не имеется и при всем желании ей нечего передавать конкурсному управляющему, где документация и имущество, если оно имелось, ФИО3 неизвестно. Невозможность удовлетворения требований кредиторов АО «ТД Спецодежда» не находится в причинно-следственной связи с непередачей ФИО3 документации должника конкурсному управляющему. Заявителем не раскрыты конкретные обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы должника в связи с неисполнением ФИО3 названной обязанности. Сама по себе непередача документов не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства и не может служить бесспорным и единственным основанием для привлечения обязанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Отсутствие у конкурсного управляющего документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность общества, не помешало ему обнаружить остатки товарно-материальных ценностей вне юридического адреса должника и произвести их инвентаризацию. Иного имущества (запасов), помимо обнаруженного и реализованного в ходе конкурсного производства, по предположению ФИО3, не было в принципе, а бухгалтерский баланс не отражал и не мог отражать фактическое количество и стоимость активов на дату введения конкурсного производства, а потому не мог служить основанием для вывода о реальном наличии у должника активов на сумму 70 875 тыс. руб.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 09.08.2023 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 10.08.2023.

Конкурсный управляющий АО «ТД Спецодежда» ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что ФИО3 в период с 03.07.2019 по 11.08.2020, являясь единственным участником и руководителем ООО «Гражданин», единственного акционера АО «ТД Спецодежда», имела право давать обязательные для исполнения должником указания и определяла действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий. Кроме того, ФИО3 были переданы все документы, материальные ценности, печати и штампы АО «ТД Спецодежда». ФИО3 в период с 03.07.2019 по 11.08.2020 являлась контролирующим должника лицом. В материалах дела имеются копии бухгалтерских балансов должника, предоставленные налоговым органом, в частности, в соответствии с балансом за 2018 г., активы АО «ТД Спецодежда» составляют 70 875 тыс. рублей. В связи с отсутствием документации конкурсный управляющий не имел возможности определить основные активы должника и идентифицировать их. Из имеющегося в распоряжении управляющего бухгалтерского баланса невозможно идентифицировать состав запасов и других активов. Кроме того, не передача документов АО «ТД Спецодежда» исключила возможность восстановления платежеспособности должника посредством введения в отношении должника процедуры финансового оздоровления или внешнего управления. Вследствие непередачи документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, конкурсный управляющий был лишен возможности взыскать дебиторскую задолженность, за счет которой могли быть удовлетворены требования кредиторов. Конкурсному управляющему не было передано никаких материальных ценностей. Факт написания указанных пояснений ФИО3 не оспаривает, подтверждает также, что передавала документ, удостоверяющий личность, ФИО7 Передавая паспорт, а также, написав процессуальный документ, представленный в суд под диктовку, ФИО3 не могла не осознавать возможность наступления негативных последствий совершаемых ею действий. Кроме того, ФИО3 не обращалась в правоохранительные органы в связи с неправомерным использованием ее документов, введением ее в заблуждение при подготовке пояснений, представленных в суд.

В дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе ФИО3 приводит обоснование номинального статуса. Апеллянт отмечает, что именно ФИО7 является обязанным лицом к передаче документации должника. ФИО3 обращает внимание, что денежные обязательства, включенные в реестр требований кредиторов должника, значительная часть которых вменяется в вину ФИО3, возникли у общества до приобретения ею статуса директора и участника ООО «Гражданин», никакие сделки, действия в ущерб кредиторам АО «ТД Спецодежда» она не совершала, поскольку фактически стала руководителем организаций, прекративших свою деятельность до приобретения ею «на бумаге» номинального статуса контролирующего лица. ФИО3 просила учесть ее процессуальное поведение, раскрытие суду информации о фактическом руководителе должника, принять во внимание наличие на ее иждивении сына, материальное положение, отсутствие образования, которое бы позволило оценить риски и последствия неправомерного поведения (неосознанного выступления в качестве номинального руководителя акционера должника). Указанные обстоятельства являются основаниями для снижения размера субсидиарной ответственности. По мнению апеллянта, взыскиваемая сумма явно несоразмерна допущенным ей нарушениям и может быть определена порядка 10% от размера ответственности, определенного в линейной пропорции от числа отработанных календарных дней, то есть от 2 698 462,04 руб., и в таком случае составит 269 846,20 руб.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы неоднократно откладывалось, на основании статьи 18 АПК РФ изменялся состав суда, в связи с чем рассмотрение дела начиналось заново.

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 22.11.2023.

ФИО3 в суде апелляционной инстанции ходатайствовала об истребовании у Межрайонной ИФНС России № 7 по Ярославской области и Межрайонной ИФНС России № 9 по Ярославской области копий документов и информации в отношении общества с ограниченной ответственностью «Гражданин».

Согласно части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Поскольку в ходатайстве не указаны причины, препятствующие ФИО3 получению доказательств, кроме того, ходатайство об истребовании документов и сведений не было заявлено в суде первой инстанции, учитывая, что у апеллянта, надлежаще извещенного о судебном разбирательстве, было достаточно времени для заявления данного ходатайства в суде первой инстанции, учитывая срок рассмотрения дела (более 1 года), при этом объективные причины, препятствующие своевременно заявить подобное ходатайство в суде первой инстанции апеллянтом не названы, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательства.

В судебном заседании представители ФИО3 и конкурсного управляющего должника поддерживали доводы жалобы и отзыва на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий в своем заявлении  указал, что он обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2021 по делу № А82-19459/2019 Б/910 в удовлетворении заявления отказано. В судебном акте отражено: из представленных пояснений лиц, участвующих в рассмотрении заявления следует, что на момент признания должника банкротом документация должника была передана ФИО7 ФИО3 и находилась у нее. При указанных обстоятельствах суд полагает, что заявителем не доказано, что ФИО7 являлся обязанным лицом по передаче документации конкурсному управляющему. Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий подал апелляционную жалобу.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 по делу № А82-19459/2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2021 по делу № А82-19459/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба конкурсного управляющего АО «Торговый дом Спецодежда» ФИО5 – без удовлетворения.

Судами первой и апелляционной инстанции установлено, что ФИО3 03.07.2019 приобрела ООО «Гражданин» и стала его директором. Указанное общество, в свою очередь, владело акциями АО «Торговый дом Спецодежда».

В своих возражениях ФИО3 указала, что летом 2019 года приобрела ООО «Гражданин» и стала его директором. Общество в свою очередь владело акциями АО «ТД Спецодежда». Документы обоих организаций хранились у нее в офисе по месту ведения деятельности, однако в результате ограничений пандемии работать стало невозможно. У ФИО3 возникла задолженность по аренде офиса, поэтому арендатор расторг договор аренды. При этом они не сумели вывезти из офиса документацию обоих компаний, которая сейчас должна находиться в офисе. 

При рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 судами было указано, что мер по истребованию документации должника от арендодателя помещения, в котором данная документация находилась, арбитражным управляющим не принималось. Управляющий указывает, что он был утвержден конкурсным управляющим АО «Торговый дом Спецодежда» 11.08.2020, в то время как 27.07.2020 налоговым органом принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ ООО «Гражданин» по причине недостоверности места нахождения юридического лица, о чем 29.09.2020 была сделана публикация в Вестнике государственной регистрации. Таким образом, как полагает управляющий, он не мог истребовать документацию должника, поскольку он не знал о местонахождении документации должника (согласно пояснениям ФИО3 документация не хранилась по месту нахождения должника) и налоговым органом установлено отсутствие ООО «Гражданин» по его месту нахождения. Кроме того, адрес местонахождения самого должника АО «Торговый дом Спецодежда» является недостоверным с 20.08.2019.

При наличии указанных обстоятельств управляющий делает вывод о том, что ФИО3 в период с 03.07.2019 по 11.08.2020, являясь единственным участником и руководителем ООО «Гражданин», единственного акционера АО «ТД Спецодежда», имела право давать обязательные для исполнения должником указания и определяла действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий. Кроме того, ФИО3 были переданы все документы, материальные ценности, печати и штампы АО «ТД Спецодежда». 

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий полагает, что ФИО3 в период с 03.07.2019 по 11.08.2020 являлась контролирующим должника лицом.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника, по мнению управляющего, свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Процедура конкурсного производства в отношении должника введена 18.08.2020, следовательно, в течение трех дней после указанной даты ФИО3 обязана передать конкурсному управляющему документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника. Кроме того, нахождение документации у третьего лица не освобождает единоличный исполнительный орган от обязанности по обеспечению сохранности документации и передачи ее конкурсному управляющему. В свою очередь, ФИО3, будучи контролирующим лицом АО «ТД Спецодежда», не предпринимала попыток возврата документов, материальных ценностей, печатей и штампов должника, что, как полагает заявитель, свидетельствует о неправомерном поведении генерального директора.

24.03.2022, как следует из заявления, конкурсный управляющий направил в адрес ФИО3 требование о передаче документов, материальных ценностей, печатей и штампов АО «ТД Спецодежда», ответ на данный запрос в адрес конкурсного управляющего не поступал.

В материалах дела имеются копии бухгалтерских балансов АО «ТД Спецодежда», предоставленные налоговым органом, в частности, в соответствии с балансом за 2018 год, активы АО «ТД Спецодежда» составляют 70 875 тыс. рублей, в т.ч.: материальные внеоборотные активы – 1 467 тыс. руб.; запасы – 62 953 тыс. руб.; финансовые и другие оборотные активы – 6 345 тыс. руб.

В связи с отсутствием документации конкурсный управляющий не имел возможности определить основные активы должника и идентифицировать их. Из имеющегося в распоряжении управляющего бухгалтерского баланса невозможно идентифицировать состав запасов и других активов. Кроме того, не передача документов АО «ТД Спецодежда» исключила возможность восстановления платежеспособности должника посредством введения в отношении должника процедуры финансового оздоровления или внешнего управления.

Непередача ФИО3 бухгалтерских и иных финансово-хозяйственных документов, материальных ценностей, как указывает управляющий, повлекла невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов должника. Вследствие непередачи документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, конкурсный управляющий был лишен возможности взыскать дебиторскую задолженность, за счет которой могли быть удовлетворены требования кредиторов. Конкурсному управляющему не было передано никаких материальных ценностей, конкурсный управляющий был лишен возможности принять в ведение и продать имущество должника. Вследствие непередачи документов, подтверждающих наличие или отчуждение активов должника, конкурсный управляющий также был лишен возможности проверить обоснованность совершенных с этими активами сделок.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ), Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», суд апелляционной инстанции отмечает, что поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд после 01.07.2017, в части применения процессуальных положений они подлежат рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Соответственно, суд первой инстанции правомерно руководствовался материально-правовыми нормами, закрепленными в главе III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Указанной нормой закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данное правило соотносится со статьями 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

При этом в рассматриваемом случае необходимо учитывать, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Судами установлено, что ранее конкурсный управляющий АО «ТД Спецодежда» ФИО5 обращался в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7.

Определением суда от 26.02.2021 к участию в рассмотрении указанного заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Определением суда от 13.04.2021 к участию в рассмотрении указанного заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9.

Определением суда от 27.05.2021 к участию в рассмотрении указанного заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28.06.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 было отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 01.03.2023 №301-ЭС23-4091 кассационная жалоба ФИО3 на определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2021, постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28.06.2022 по делу № А82-19459/2019 возвращена заявителю в связи с отказом в удовлетворении ходатайства ФИО3 о восстановлении пропущенного процессуального срока.

В ранее рассмотренном обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 судами установлено, что по договору купли-продажи от 01.04.2019 ФИО8 реализовал ООО «Гражданин» 95 процентов акций и ФИО9 – пять процентов акций Торгового дома; по договору купли-продажи от 26.04.2019 ФИО9 продал принадлежавшие ему пять процентов акций должника ООО «Гражданин». В период с 21.07.2018 по 01.04.2019 единственным акционером и до 16.05.2019 – генеральным директором АО «ТД «Спецодежда» являлся ФИО8, который 11.04.2019 в связи с приобретением ООО «Гражданин» 95 процентов акций Торгового дома по акту приема-передачи передал ООО «Гражданин» в лице генерального директора ФИО7 документацию за 2017 - 2019 годы, материальные ценности, электронные носители, печати и штампы должника. В период с 11.04.2019 по 11.08.2020 ФИО7 осуществлял полномочия руководителя ООО «Гражданин» – единственного акционера Торгового дома; в период с 16.05.2019 по 05.06.2019 директором ООО «ТД «Спецодежда» являлся ФИО9, согласно пояснениям которого после ознакомления с предоставленными ему документами Торгового дома он отказался от продолжения трудовой деятельности в организации должника и возвратил всю его документацию ФИО7, принимавшему его на работу. С 03.07.2019 должность генерального директора ООО «Гражданин» занимала ФИО3, которая приобрела 100 процентов доли в уставном капитале данного общества; при передаче дел, как новому руководителю, ФИО3 были переданы также документы Торгового дома. При рассмотрении спора в суде первой инстанции ФИО3 сообщила о нахождении всей документации должника в арендуемом ею офисе по месту ведения предпринимательской деятельности. При этом в течение 2019 года АО «ТД «Спецодежда» вело хозяйственную деятельность, что подтверждается представленными в материалы дела книгами покупок и продаж.

Суды приняли во внимание, что с 16.05.2019 полномочия ФИО8 в качестве генерального директора Торгового дома прекращены, на должность директора назначен ФИО9 Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении АО «ТД «Спецодежда» по состоянию на 07.10.2019 (приложена к заявлению о признании должника банкротом) налоговым органом указано на недостоверность сведений по директору должника (ФИО9), запись о недостоверности внесена 25.06.2019 по заявлению физического лица.

Кроме того, в кассационной жалобе, направленной в Верховный Суд Российской Федерации, ФИО3 указала, что решением № 5 от 23.05.2019 единственного акционера АО «ТД Спецодежда» ООО «Гражданин», подписанным ФИО7, полномочия ФИО9 были досрочно прекращены. Обратного из материалов дела не следует. 

Суды ранее пришли к выводу об отсутствии у ФИО7 обязанности по обеспечению передачи бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему.

Сведения о выходе ФИО7 из состава участников общества внесены в ЕГРЮЛ 22.07.2019, с названной даты ФИО3 является единственным участником ООО «Гражданин» и его руководителем.

Таким образом, с 23.05.2019 у должника, по сути, отсутствовал руководитель, обратного не доказано. Соответственно, с 22.07.2019 фактически на единственном участнике должника (ООО «Гражданин», руководителем которого являлась ФИО3) лежали обязанности по хранению документов АО «ТД Спецодежда», в том числе бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, либо принятию конкретных мер по их розыску, восстановлению и передаче документов арбитражному управляющему.

В своих возражениях, представленных в рамках рассмотрения обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО3 указала, что летом 2019 года приобрела ООО «Гражданин» и стала его директором. Общество в свою очередь владело акциями АО «ТД Спецодежда». Документы обоих организаций хранились у нее в офисе по месту ведения деятельности, однако в результате ограничений пандемии работать стало невозможно. У ФИО3 возникла задолженность по аренде офиса, поэтому арендатор расторг договор аренды. При этом они не сумели вывезти из офиса документацию обоих компаний, которая сейчас должна находиться в офисе.

Довод конкурсного управляющего о не установлении юридического факта получения ФИО3 необходимой конкурсному управляющему документации был судами отклонен, поскольку самой ФИО3 указанный факт не опровергался, в то время как конкурсный управляющий доказательств обратного в обоснование своей позиции не представил.

Следовательно, ссылка апеллянта на отсутствие акта приема-передачи документации, подтверждавшего получение документации АО «ТД «Спецодежда», признается несостоятельной, поскольку ФИО3 в своих письменных пояснениях подтвердила факт нахождения в ее распоряжении документации должника, и, как следствие, отсутствие таковой в распоряжении ФИО7 или иных лиц, в разные периоды времени являвшихся руководителями и (или) акционерами должника и ООО «Гражданин».

При этом ФИО3 факт подписания названных пояснений и их представление не отрицала, ссылаясь лишь на то, что написала их под диктовку ФИО7 и не осознавала последствия такого действия, в том числе, и передачи ему своего паспорта.  

Между тем надлежащих доказательств, того, что ФИО3 была неспособна осознавать последствия совершения ею действий по принятию обязанностей единственного учредителя и генерального директора ООО «Гражданин» (единственного акционера АО «ТД Спецодежда») либо действовала под влиянием насилия или угрозы в ходе рассмотрения настоящего спора не представлено. Судебная коллегия отмечает, что, являясь дееспособным совершеннолетним лицом, ФИО3 могла и должна была осознавать последствия совершения или несовершения вменяемых ей действий, обязана была принимать все меры для надлежащего исполнения добровольно взятых на себя обязанностей, включающих в себя также обязательства по ведению бухгалтерской отчетности общества, по ее восстановлению в случае утраты или не передачи предыдущим руководителем, а также по передаче документации конкурсному управляющему.

Сведения об обращении в правоохранительные органы в связи с неправомерным использованием документов ФИО3 в материалах дела отсутствуют.

Как верно отметил суд первой инстанции, с момента привлечения ФИО3 к участию в обособленном споре о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности (27.05.2021) и до момента обращения конкурсного управляющего с рассматриваемым заявлением (28.04.2022, первые пояснения в рамках рассмотрения настоящего заявления ФИО3 представлены 08.12.2022) ответчик позицию, отличную от ранее изложенной в пояснениях, поступивших в суд 09.11.2021, не озвучивала.

ФИО3 не отрицала факт её извещения о судебном разбирательстве по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, при этом с материалами указанного спора своевременно не знакомилась, участие в судебных заседаниях не принимала, дополнительных пояснений не направляла, в связи с чем несет риск несовершения процессуальных действий (статья 9 АПК РФ). 

ФИО3 не представила суду апелляционной инстанции объективных препятствий для осуществления ею процессуальных прав и обязанностей привлеченного к участию в деле третьего лица при рассмотрении вышеназванного обособленного спора, учитывая продолжительность судебного разбирательства. Доказательств того, что суд первой инстанции воспрепятствовал реализации ФИО3 права на судебную защиту в суд апелляционной инстанции не представлено. При этом незнание опубликованного в установленном порядке Федерального закона не освобождает от ответственности привлекаемое к ней лицо (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 8-П).

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по результатам рассмотрения заявления к ФИО7 установлено наличие документации должника у ФИО3 

Довод ФИО3 о том, что она являлась номинальным руководителем, не принимается во внимание.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 6 Постановления № 53, номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку номинальный характер руководства не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно. Названным пунктом предусмотрена лишь возможность снижения размера ответственности номинального директора и только в том случае,  если  он  раскроет  недоступную  третьим  лицам  информацию  о фактическом  директоре  и  о  сокрытом  имуществе  должника  или фактического  директора.  

Следовательно, номинальный статус руководителя должника сам по себе не освобождает последнего от предусмотренной Законом о банкротстве субсидиарной ответственности. Приняв на себя формальный статус директора, ответчик тем самым принял на себя и соответствующие данному статусу обязанности, в том числе по отношению к должнику, которые он в силу своего статуса руководителя должен был осуществлять разумно и добросовестно.

В данном случае неосуществление ФИО3 фактического управления деятельностью АО «ТД «Спецодежда» не является основанием для освобождения её от ответственности, однако может быть учтено при определении его размера, исходя из того насколько действия ответчика по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

В свою очередь наличие обстоятельств, являющихся основанием для освобождения или уменьшения размера ответственности, заявителем жалобы не доказано. 

При рассмотрении обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 ФИО3 добровольно уклонилась от представления тех сведений и доказательств, которые могли бы повлиять на установление фактически контролировавшее должника лицо и обстоятельств действительного местонахождения документации АО «ТЦ «Спецодежда». Доказательств того, что ФИО3 обращалась с требованиями к предыдущим руководителям должника о передаче ей документации общества в материалы дела не представлено. 

В данном случае, ссылаясь на то, что фактическим руководителем должника являлся ФИО7, ФИО3 пытается пересмотреть результат рассмотрения обособленного спора, в судебных заседаниях которого она участие не принимала, ограничившись представлением от своего имени письменной позиции, не оспоренной своевременно и надлежащим образом и положенной в основу судебных актов, имеющих преюдициальное значение для настоящего обособленного спора. 

ФИО3 не доказала принятие ею всех необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации общества, не проявила ту степень заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась. Достаточные и убедительные доказательства, подтверждающие отсутствие её вины, добросовестность и разумность своих действий в интересах должника в деле отсутствуют.

Из материалов дела также не следует оказание ФИО3 содействия конкурсному управляющему в обнаружении имущества и документации должника. 

В соответствии с бухгалтерским балансом по состоянию на 31.12.2018 балансовая стоимость активов должника составила 70 875 тыс. руб., из которых основные средства – 1 469 тыс. руб., 62 953 тыс. руб. – запасы, 237 тыс. руб. - налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям, 3 227 тыс. руб. – дебиторская задолженность, 110 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты; 2 881 тыс. руб. – прочие оборотные активы; пассивы должника составляют 70 875 тыс. руб., из которых 10 тыс. руб. – уставный капитал, 7 241 тыс. руб. – нераспределенная прибыль, 35 071 тыс. руб. – заемные средства (долгосрочные обязательства). 15 066 тыс. руб. – заемные средства (краткосрочные обязательства), 13 488 тыс. руб. – кредиторская задолженность.

Бухгалтерская отчетность за 2019 год в налоговый орган не представлялась ни одним из бывших руководителей должника, обратного не доказано.

Согласно книге покупок, представленной в материалы дела МИФНС России №5 по Ярославской области в ответ на запрос суда первой инстанции, в 1 квартале 2019 года должник приобрел имущество на сумму 67 971 771 руб. Согласно книге продаж, во 2 квартале 2019 года должник реализовал имущество на сумму 67 991 331 руб. 

Сведения о приобретенном и реализованном имуществе (перечень и количество имущества, цена покупки и продажи за единицу имущества, контрагент по сделке и т.п.), первичная документация на данное имущество у конкурсного управляющего отсутствуют. 

Суд первой инстанции верно отметил, что непредставление расшифровки дебиторской задолженности, первичных документов, подтверждающих данную дебиторскую задолженность, которая была отражена в бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2018, расшифровки запасов должника и подтверждающих документов, привело к невозможности установить дебиторов должника, сумму дебиторской задолженности, предпринять меры к дальнейшему взысканию дебиторской задолженности с целью формирования конкурсной массы, а также невозможности принятия мер в целях поиска и реализации отраженных в бухгалтерском балансе запасов должника в сумме 62953 тыс. руб.

Из отчета конкурсного управляющего и реестра требований кредиторов следует, что в реестр требований кредиторов должника в составе второй очереди включены требования двух кредиторов – МИФНС №5 по Ярославской области, ФИО10, в составе второй очереди включены требования шести кредиторов -  МИФНС №5 по Ярославской области, ИП ФИО11, ПАО «Сбербанк России», ООО «Текстиль ПРО», ООО «Оптовая текстильная компания», ИП ФИО12 в общей сумме 4 165 928,59 руб. основного долга. Требования по оплате неустойки, включенные в реестр требований кредиторов должника, составляют сумму 1 535 998,77 руб.

Кроме того, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов АО «ТД Спецодежда», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, требования трех кредиторов – ООО «ТД СТК», ООО «Термопол ТД», АО «Почта России» в сумме 4 743 031,02 руб.

Требование индивидуального предпринимателя ФИО13 в размере 15 863 000 руб. основного долга признано подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов АО «ТД Спецодежда», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Судами установлено, что за время проведения процедуры конкурсного производства в конкурсную массу поступили денежные средства, полученные от реализации имущества должника в сумме 613 850 руб. Сведения о погашении требований кредиторов в отчете не содержатся.

 Доказательств наличия у должника иных активов, помимо отраженных в отчетности, в материалах дела не имеется. Сведения о бухгалтерской отчетности на более позднюю дату в материалы дела не представлены, 2018 год является последним отчетным годом для должника, предшествующим введению конкурсного производства.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в связи с непередачей ФИО3 конкурсному управляющему документации должника, о наличии в ее распоряжении которой она сообщала ранее, привело к невозможности установления дебиторов должника, и, как следствие, взыскания дебиторской задолженности или ее продажи в целях пополнения конкурсной массы должника и расчетов с имеющимися кредиторами, а также невозможности выявления отраженных в бухгалтерской отчетности запасов должника в целях их оценки и последующей реализации для пополнения конкурсной массы.

В отсутствие документов о деятельности должника управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и т.п. (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 № 305-ЭС21-23266 по делу № А40-184062/2019).

Материалами настоящего спора подтверждается, что отсутствие бухгалтерских и иных документов существенно затруднило ведение конкурсного производства, а именно не позволило конкурсному управляющему в полной мере выявить имущество должника, эффективно оспаривать сделки должника, обладающие признаками недействительности, сделало невозможным работу с дебиторской задолженностью.

Доказательств, опровергающих позицию конкурсного управляющего, что непередача ответчиком документации привела к невозможности сформировать конкурсную массу в размере, достаточном для погашения требований кредиторов должника, апеллянтом не представлено.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что поскольку у должника фактически отсутствовал руководитель, то именно ФИО3, являющаяся руководителем единственного акционера должника, действуя добросовестно и разумно, как лицо, контролировавшее деятельность должника, должна была обеспечить сохранность документов должника и надлежащую их передачу; неисполнение данной обязанности не позволили конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника; доказательств, опровергающих презумпцию наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием ФИО3, последней не представлено; доказана вся совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2022 № 308-ЭС16-6482(24,25) по делу № А63-577/2015 основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства:

- наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника (абзац третий пункта 19 Постановления № 53);

- доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов;

- проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

Однако, как указывалось ранее, доказательств, свидетельствующих о наличии подобных обстоятельств, в материалы дела и судам не представлено; каких-либо действий, которые могли бы привести к восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь, привлеченным к субсидиарной ответственности лицом не совершено. 

Ссылка заявителя жалобы в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные апеллянтом судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не идентичны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего спора. Как указывалось ранее, учитывая отсутствие в спорный период руководителя должника, вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2021 по настоящему делу в отношении ФИО7, в данном случае именно ФИО3 является единственным лицом, обязанным передать документацию арбитражному управляющему. 

Иных убедительных аргументов, основанных на доказательствах и опровергающих законные и обоснованные выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетов всех обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2023 по делу № А82-19459/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

Е.Н. Хорошева

ФИО14

ФИО1