/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-30909/2018

25 октября 2018 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23 октября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 октября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Т.А. Кашиной, В.В. Черемошкиной 

при ведении протокола судебного заседания секретарем В.В. Тутаевым

при участии: 

от истца: представитель М.В. Кузнецов по доверенности от 26.06.2018 г.

от ответчика: представитель И.А. Алембаев по доверенности от 26.04.2018 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24905/2018) СПб ГКУ «Фонд капитального строительства и реконструкции» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.08.2018 г. по делу № А56-30909/2018 (судья М.В. Кузнецов), принятое

по иску СПб ГКУ «Фонд капитального строительства и реконструкции»

к ООО «МВ-Проект»

о взыскании 3 339 714 руб. 91 коп.

и по встречному иску ООО «МВ-Проект»

к СПб ГКУ «Фонд капитального строительства и реконструкции»

о взыскании

установил:

Санкт-Петербургское государственное казенное учреждение «Фонд капитального строительства и реконструкции» (далее – истец, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с иском к обществу с ограниченной ответственностью «МВ-Проект» (далее – ответчик, Общество) о взыскании с ответчика неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ за период с 12.01.2017 по 27.02.2018 г. в размере 2 780 972 руб. 51 коп., неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ с 28.02.2018 до момента фактического исполнения обязательства и неустойки (штрафа) за нарушение пункта 1.4 Контракта в размере 558 742 руб. 40 коп. 

В ходе рассмотрения дела ответчик заявил, а суд фактически принял для совместного рассмотрения с первоначальным иском встречный иск о взыскании с истца задолженности по оплате выполненных работ в размере 2 547 348 руб. 09 коп., неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ в размере 101 101 руб. 44 коп., пени за нарушение сроков оплаты выполненных работ с 17.07.2018 г. по дату фактической оплаты в размере 1/300 ставки рефинансирования от суммы основного долга за каждый день просрочки, штрафа за нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 2.2.2 Контракта в размере 279 371 руб. 20 коп., штрафа за нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 4.3 Контракта в размере 279 371 руб. 20 коп., а также убытков в виде излишне взысканных неустоек в размере 218 269 руб. 72 коп. 

Решением арбитражного суда от 04.08.2018 г. первоначальный иск удовлетворен частично, а именно: с истца в пользу ответчика взыскано 420 500 руб. пени., а в доход федерального бюджета - 11 410 руб. госпошлины; встречный иск удовлетворен полностью, а именно с ответчика в пользу истца взыскано 2547 348 руб. 09 коп. задолженности, 101 101 руб. 44 коп. пени за нарушение сроков оплаты, пени за нарушение  сроков оплаты выполненных работ с 17.07.2018 г. по дату фактической оплаты в размере 1/300 ставки рефинансирования от суммы основного долга за каждый день просрочки, 279 371 руб. 20 коп. штрафа за нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 2.2.2 контракта, 279 371 руб. 20 коп. штрафа за нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 4.3 контракта, 218 269 руб. 72 коп. убытков, а также 50 000 руб. судебных расходов и 40 127 руб. расходов по госпошлине; при этом, в результате зачета суд постановил взыскать с ответчика в пользу истца 3 095 088 руб. 09 коп.

Данное решение обжаловано в апелляционном порядке истцом, в жалобе ее податель просит решение изменить, в полном объеме удовлетворив его требования по первоначальному иску и в полном же объеме отказав в удовлетворении встречного иска, полагая, в частности, неверно определенным судом первой инстанции расчет неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ, поскольку в силу статьи 401 Гражданского кодекса РФ вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное, отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником, а само по себе сообщение ответчика (подрядчика) о наличии каких-либо обстоятельств по смыслу статей 401, 405 и 716 Гражданского кодекса РФ не освобождает его от ответственности за неисполнение обязанность по Контракту в установленный срок, при том, что дата начала исполнения Контракта определяется его условиями, с которыми ответчик согласился, представив также на согласование заказчику календарный план выполнения работ, что предполагает осознание им реальных сроков выполнения всех этапов работ по Контракту, о чем (согласовании (его согласии) с этими сроками вне зависимости от приведенных им в суде обстоятельств) свидетельствует также подписание им дополнительных соглашений к Контракту.

Таким образом, по мнению Учреждения, ответчик в нарушение статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса РФ не подтвердил свои доводы в этой части (не представил доказательства невозможности выполнения работ), при том, что возможность применения импортных материалов предполагалась Контрактом (пункты 11.3 и 12.4), а в нарушение пункта 1 статьи 716 Гражданского кодекса РФ подрядчик не предупредил заказчика о соответствующих обстоятельствах, а следовательно - в силу пункта 2 этой статьи - он не вправе на них ссылаться при предъявлении к нему требований заказчиком, что – изложенное в совокупности -  представляется тем более верным в связи с исполнением Контракта за счет бюджетных средств, что требует от сторон повышенного внимания и осмотрительности.

Также со ссылкой на толкование условий Контракта по правилам статьи 431 Гражданского кодекса РФ истец полагает, что из них не следует возложение обязанности по получению технических условий на Заказчика (наоборот в силу – в частности - пункта 2.4.2 Контракта и других его положений эта обязанность лежит на Обществе), при том, что последним не доказано принятие всех разумных меры по устранению возникших, по его мнению, препятствий для (продолжения) завершения работ при недоказанности и того, в какой форме должно было выражаться в этой связи содействие заказчика, а кроме того – при осведомленности подрядчика о порядке исчисления (размерах), согласно Контракту и соответствующим нормативно-правовым актам, неустоек.

Тем не менее, вопреки изложенному – без оценки соответствующих обстоятельств, норм права и условий Контракта, суд первой инстанции, как ссылается истец, ограничился лишь согласием с представленным ответчиком расчетом неустойки по первоначальному иску, размер которой, в действительности – согласно изложенному в апелляционной жалобе расчету – должен составлять 2 234 906 руб. 96 коп.

Кроме того, по мнению Учреждения, не оценены судом надлежащим образом условия Контракта в части обязанности подрядчика по предоставлению обеспечения, а именно - сделаны преждевременные выводы о невозможности его предоставления при подтверждении материалами дела вины Общества в его непредоставлении, наличии обязанности по предоставлению обеспечения в течение всего срока (непрерывно) действия Контракта (вне зависимости от причин истечения действия предыдущего обеспечения) и опять же при отсутствии со стороны ответчика доказательств принятия всех разумных мер для своевременного предоставления нового обеспечения.

Применительно к требованиям встречного иска податель жалобы полагает, что судом нарушены его процессуальные права на предоставление возражений на этот иск (с учетом порядка предъявления этого иска, его принятия и рассмотрения судом), также указывая на отсутствие правовых оснований для его удовлетворения как в части взыскания задолженности по оплате выполненных работ, так и в части штрафа согласно пункту 2.2.2 Контракта за нарушение обязанности Учреждения по предоставлению исходных данных, необходимых для выполнения работ (поскольку такая обязанность у заказчика в силу условий Контракта отсутствует, как и право подрядчика на взыскание соответствующих санкций), штрафа в соответствии с пунктом 4.3 Контракта за нарушение сроков рассмотрения технической документации (так как эти сроки не находятся в прямой зависимости с мерой ответственности заказчика, установленной пунктом 5.12 Контракта), а равно и оснований для взыскания с истца заявленных Обществом убытков в силу недоказанности нарушения его прав, причинно-следственной связи по этим убыткам и отсутствия вины подрядчика в их возникновении, а также заявленных ответчиком судебных издержек (ввиду недоказанности размера этих расходов и их чрезмерности).

В заседании апелляционного суда истец поддержал доводы своей жалобы, ответчик возражал против ее удовлетворения по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

При этом, как следует из содержания апелляционной жалобы, решение суда первой инстанции обжалуется истцом только в части (размера удовлетворенных требований по первоначальному иску и в части оснований для удовлетворения встречного иска), в связи с чем и при отсутствии возражений ответчика суд в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ проверяет решение только в обжалуемой части, проверив законность и обоснованность которого в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд пришел к следующим выводам:

Как установлено судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами по делу, 05.05.2015 г. между Комитетом по строительству и ответчиком заключен Государственный контракт № 40/ОК-15 (далее и выше – Контракт), согласно условиям которого Общество приняло на себя обязательства выполнить проектные и изыскательские работы по объекту: «Строительство дошкольного образовательного учреждения по адресу: ул. Брянцева, участок 1 (западнее дома 16, литера А по ул. Ушинского)», при том, что дополнительным соглашением от 14.03.2017 г. № 3 Комитет по строительству передал, а Учреждение приняло на себя в полном объеме права (требования) и обязанности Заказчика по Контракту.  

Пунктом 8.2 Контракта установлен срок выполнения работ – не позднее 16.12.2016 г.; сроки выполнения отдельных этапов работ определены сторонами в Календарном плане, согласно которому в редакции дополнительного соглашения от 12.02.2016 г. № 2 работы по I этапу «Инженерные изыскания» подлежат выполнению в период с 05.05.2015 по 05.09.2015 г., по II этапу «Проектная документация» – с 05.05.2015 по 15.03.2016 г., по III этапу «Иная документация» – с 05.05.2015 по 18.11.2015 г., по IV этапу «Рабочая документация» – с 20.03.2016 по 16.12.2016 г.

Как ссылается истец, ответчик выполнил работы с нарушением установленного Контрактом срока, в связи с чем Учреждение направило Обществу требование оплатить неустойку в размере 2 325 183 руб. 66 коп., и поскольку указанное требование было оставлено ответчиком без удовлетворения, истец, посчитав свои права нарушенными, обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Суд первой инстанции, руководствуясь, помимо прочего, статьями 329 пункт 1, 330, 702, 708 пункт 1 и 758 Гражданского кодекса РФ, первоначальные исковые требования признал подлежащими частичному удовлетворению на основании пункта 5.5 Контракта, в силу которого в случае просрочки исполнения обязательств Подрядчик уплачивает неустойку в порядке, установленном постановлением Правительства от 25.11.2013 г. № 1063. 

При этом, возражая против удовлетворения иска в этой части, ответчик указал на невозможность выполнения работ в установленные сроки в связи с нарушениями истцом обязанностей по Контракту, а также иными действиями истца, и суд в этой связи сослался на то, что  в соответствии с пунктом 2.2.2 Контракта к обязанностям заказчика относится оказание содействия подрядчику в получении запрашиваемых технических условий у инженерных ведомств, а также предоставление подрядчику исходно-разрешительную документацию в объеме, определенном заданием на проектирование, а согласно части 7 статьи 48 Градостроительного кодекса РФ, технические условия предоставляются по запросам федеральным органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов, органов местного самоуправления или правообладателей земельных участков. 

В данном случае, как установил суд, ответчик неоднократно обращался к истцу за содействием, что подтверждается наличием в материалах дела доказательств обращения к Учреждению с требованием передать документацию, осуществить запрос технических условий в инженерные ведомства; в то же время, необходимое содействие оказывалось неоперативно, а по определенным запросам не оказывалось вовсе; при том, что препятствием для выполнения работ по подготовке технической документации стадии «Проектная документация» в сроки, указанные в Календарном плане (дополнительное соглашение № 1 к Контракту), явилась необходимость проведения в соответствии с распоряжением Правительства Санкт-Петербурга от 12.02.2015 г. № 10-рп «О программе первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в Санкт-Петербурге в 2015 году и на 2016-2017 годы» заседания научно технического и экспертного совета, которое было организовано заказчиком по Контракту (Комитетом по строительству) 18.04.2016 г., в то время как срок по завершению промежуточных этапов выполнения работ по подготовке технической документации, определенный Календарным планом - до 15.03.2016 г.  

В этой связи и сославшись на пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса РФ, суд признал, что расчет неустойки истцом за нарушение конечного срока выполнения работ должен быть соразмерно уменьшен путем исключения из периода начисления неустойки периода в 155 дней, при том, что в соответствии с пунктом 4.3 Контракта срок рассмотрения составляет 15 рабочих дней, а истцом, по мнению ответчика, с чем согласился и суд первой инстанции, систематически нарушались сроки рассмотрения технической документации, что также существенно повлияло на конечный срок выполнения работ.  

Также, как установил суд, до настоящего времени истцом не приняты и не оплачены работы стадии «Рабочая документация», выполненные ответчиком, то влечет применение пункта 1 статьи 406 Гражданского кодекса РФ; кроме того, ответчик указывал на неверный порядок исчисления истцом неустойки за нарушение сроков выполнения работ, поскольку он не учитывает, что ряд разделов технической документации не был подготовлен в связи с отсутствием необходимости, и в частности, не  были подготовлены следующие разделы по пункту 2.34 «Вынос ливневой канализации», пункту 2.37 «Вынос сети теплоснабжения» и пункту 4.31 «Вынос ливневой канализации», при том, что объем таких работ и необходимость их выполнения в соответствии с пунктом 12.5 Задания на проектирование (приложение № 1 к Контракту) зависит от технических условий ресурсоснабжающих организаций, и заказчик по Контракту не предоставил ответчику технические условия, предусматривающие требования к перечисленным разделам документации, а отсутствие необходимости подготовки данных разделов подтверждается также тем, что разработанная ответчиком техническая документация стадии «Проектная документация» получила положительное заключение государственной экспертизы. 

Таким образом, при расчете неустойки истцом не была уменьшена цена работ на указанные части работ; помимо этого, фактически заключение Контракта произошло 19.05.2015 г., т.е. на 15 дней позднее даты, указанной в Контракте, с учетом того, что именно 19.05.2015 г. был подписан акт передачи экземпляра Контракта от Комитета по строительства (прежний заказчик) к ответчику, и ответчику стало известно о его подписании, а соответственно, ответчик смог приступить к выполнению обязанностей по Контракту не ранее указанной даты.  

При таких обстоятельствах и опять же исходя из положений пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса РФ, судом расчет неустойки истцом за нарушение конечного срока выполнения работ признан некорректным и подлежащим соразмерному уменьшению путем исключения из периода начисления неустойки указанного периода в 15 дней, при том, что истцом также неверно указано количество дней просрочки с учетом того, что уведомление о расторжении Контракта (от 24.11.2017 г. № 19608/17-0-0) было получено ответчиком 17.12.2017 г., а в соответствии с частью 13 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта, и, таким образом, решение о расторжении, полученное ответчиком 17.12.2017 г., вступило в силу 27.12.2017 г., а правомерно определенным в силу всех изложенных обстоятельств периодом просрочки для расчета неустойки является период с 12.01.2017 по 27.12.2017 г., в связи с чем и со ссылкой на пункт 7 Правил определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем) и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, утвержденных постановлением Правительства РФ от 25.11.2013 г. № 1063, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 38 Обзора судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017 г.), суд признал обоснованным размер неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ в сумме 530 593 руб. 88 коп. (за минусом подтвержденной материалами дела уже произведенной ответчиком оплаты части неустойки за нарушение конечных сроков выполнения работ в размере 110 093 руб. 32 коп. итоговая сумма неустойки, подлежащая взысканию, составляет 420 500 руб.), поддержав также и довод ответчика об отсутствии оснований для взыскании неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ с 28.02.2018 г. до момента фактического исполнения обязательств, так как Контракт расторгнут 27.12.2017 г. и дальнейшее завершение работ по контракту ответчиком не представляется возможным, и в то же время, не найдя, исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 71, 73 и 77 Постановления № 7, оснований для снижения по ходатайству ответчика размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса РФ.  

Кроме того, суд поддержал довод ответчика об отсутствии оснований для взыскания штрафа за нарушение пункта 1.4 Контракта (ненадлежащее исполнение обязательства по предоставлению обеспечения исполнения Контракта), что - невозможность предоставления банковской гарантии - обусловлено отсутствием графика производства работ на 2017 г.  

Применительно к встречному иску суд признал его подлежащим удовлетворению в полном объеме, исходя в этой связи, помимо прочего, из того, что в 2017 г. истец отказывал в приемке работ со ссылкой на отсутствие оформления дополнительного лимитного соглашения (копия письма истца от 02.06.2017 г. № 10011/17-0-0); при этом, до момента расторжения Контракта подрядчик выполнил работы по подготовке технической документации стадии «Проектная документация», а также значительную часть работ по подготовке технической документации стадии «Рабочая документация», что подтверждается титульными листами разделов «Рабочая документация», согласованными Учреждением, письмами с отметками о согласовании (копии титульных листов разделов «Рабочая документация», писем с отметками о согласовании, накладными о передаче); общий размер задолженности по оплате выполненных работ составляет 2 547 348 руб. 09 коп., а с истца ввиду этого также надлежит взыскать неустойку за нарушение сроков оплаты (работ, оплаченных с нарушением срока на оплату, что подтверждается копиями актов приемки-передачи документации, платежных поручений, работ, в приемке которых истец необоснованно отказал), общий размер которой (указанной неустойки) на дату подачи встречного иска составляет 101 101 руб. 44 коп. 

Кроме того, как сослался ответчик и с чем согласился суд, в соответствии с пунктом 5.12 Контракта за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных Контрактом, за исключением просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных Контрактом, подрядчик вправе требовать уплаты штрафа в размере 279 371 руб. 20 коп., и в данном случае, заказчик допустил нарушение своих обязанностей, а именно - согласно пункту 2.2.2 Контракта он был обязан оказывать содействие подрядчику в получении запрашиваемых технических условий у инженерных ведомств и согласовывать их, однако данную обязанность не исполнил, поскольку содействие оказывалось ненадлежащим образом, а технические условия запрашивались и предоставлялись с существенной задержкой во времени. 

Так, в частности, технические условия на вынос электрических сетей были представлены в составе договора компенсации нарушенного права, заключенного между Комитетом по строительству и ПАО «Ленэнерго» лишь 16.02.2016 г. (договор № К-СПб-22749-15/38739-Э-15 от 16.02.2016 г.), а технические условия  на временно технологическое присоединение к электрическим сетям содержатся в договоре, заключенном лишь 16.05.2016 г. (дополнительное соглашение № 1 от 16.05.2016 г.); исходные данные для проектирования от АО «Санкт-Петербургские электрические сети» получены лишь 02.12.2015 г.; технические условия на вынос кабельных линий ООО «Агроторг» получены лишь 09.03.2016 г. (технические условия ООО «Агроторг»); технические условия водоснабжения получены в составе договора, заключенного лишь 23.12.2015 г.; технические условия на подключение от ГУП «ТЭК СПб» получены Комитетом по строительству лишь 08.12.2016 г., а технические условия ПАО «Ростелеком» получены лишь 19.02.2016 г. 

С учетом изложенного суд посчитал подлежащим взысканию с истца штраф в размере 279 371 руб. 20 коп. (за нарушение обязанности, предусмотренной пункта 2.2.2 Контракта); также ответчик сослался на то, что в соответствии с пунктом 4.13 Контракта проверка представленной документации должна осуществляться в течение 15 рабочих дней, однако заказчиком данный срок систематически нарушался, что подтверждается представленными в материалы дела документами, с учетом чего с него, как признал суд, надлежит взыскать штраф в размере 279 371 руб. 20 коп. за нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 4.3 Контракта. 

И наконец, как указало Общество во встречном иске, на основании требования Комитета по строительству об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии от 12.01.2017 г. № 18-99/17-0-0 ООО КБ «Центрально-Европейский Банк», выдавший банковскую гарантию в обеспечение исполнения обязательств подрядчика по контракту, выплатил сумму, определенную как размер следующих неустоек: за нарушение срока выполнения работ по этапу «Инженерно-изыскательские работы» в размере 35 572 руб. 65 коп.; за нарушение срока выполнения работ по этапу «Проектная документация» в размере 108 175 руб. 80 коп. и за нарушение конечного срока выполнения работ по Контракту в размере 110 093 руб. 92 коп. 

В этой связи суд пришел к выводу, что неустойка за нарушение срока выполнения работ по этапу «Проектная документация» и за нарушение конечного срока выполнения работ по контракту взыскана необоснованно с учетом, во-первых, того обстоятельства, что заказчик существенно нарушил сроки предоставления исходных данных и представил значительную их часть лишь в ходе проведения государственной экспертизы или непосредственно перед ней, что и повлекло получение отрицательного заключения экспертизы и смещение сроков, а во-вторых, того, что еще одной причиной получения изначально отрицательного заключения государственной экспертизы являлась невозможность исполнить требование распоряжения Правительства Санкт-Петербурга от 12.02.2015 г. № 10-рп «О программе первоочередных мероприятий  по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в Санкт-Петербурге в 2015 году и на 2016-2017 годы», а именно: учреждение экспертизы указало, что в соответствии с требованиями названного распоряжения применение импортного оборудования и материалов необходимо подтвердить протоколом научно-технического совета исполнительного органа государственной власти Санкт-Петербурга, при том, что, как указывает ответчик, впервые заседание научно-технического и экспертного совета было организовано заказчиком по контракту 15.04.2016 г., что подтверждается представленной в материалы дела копией протокола от 18.04.2016 г. № 1/2016, и до этого у подрядчика отсутствовала объективная возможность по завершению этапа «Проектная документация», и поскольку впоследствие предложенные подрядчиком решения по выбору оборудования были согласованы без замечаний, 01.07.2016 г. было получено положительное заключение экспертизы. 

Также, как установил суд, в соответствии с календарным планом, являющимся неотъемлемой частью Контракта, на включенный в стадию «Проектная документация» этап 2.39 «Передача ПСД в экспертизу, сопровождение прохождения экспертизы» отводится 4 календарных месяца (с 15.11.2015 по 15.03.2016 г.); однако, до 18.04.2016 г. подрядчик не мог начать выполнять этап 2.39., а между сроком начала выполнения работ по этому этапу (15.11.2015 г.) и заседанием научно-технического и экспертного совета (18.04.2016 г.) прошло 155 дней, и в этой связи, по мнению ответчика, для целей расчета неустоек дата начала расчета неустойки (дата окончания промежуточного и конечного срока) должна быть смещена на 155 дней; при том, что определенные в расчете Комитета по строительству на основе календарного плана просрочки составили: по этапу «Проектная документация» - 108 дней, что менее 155 дней, а по конечному сроку – 25 дней, что также менее 155 дней; при таких обстоятельствах предъявление требований к гаранту являлось необоснованным и, учитывая компенсацию подрядчиком соответствующих расходов гаранта (уведомление от ООО КБ «Центрально-Европейский Банк», регрессное  требование ООО КБ «Центрально-Европейский Банк» и платежное поручение об уплате по регрессному требованию), суд признал подлежащими взысканию с Учреждения в соответствии со статьей 375.1 Гражданского кодекса РФ убытки в размере излишне взысканных неустоек. 

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате полного (подробного и всестороннего) исследования и анализа обстоятельств дела (доводов и возражений сторон), и обоснованного применения соответствующих правовых норм, отклоняя доводы апелляционной жалобы, и исходя, в частности, из того, что (применительно к соблюдению процессуальных норм при принятии и рассмотрении встречного иска, а также соблюдения в связи с этим процессуальных прав Учреждения) соответствующих нарушений (как относящихся к безусловным основаниям для отмены судебного акта, так и повлекших принятие неправильного по существу решения) судом не допущено, поскольку данный – встречный – иск был рассмотрен в заседании с участием истца (совместно с его первоначальным иском), при том, что в досудебном порядке Общество обращалось к Учреждению с соответствующей претензией, в удовлетворении которой последнее отказало, что свидетельствует о его осведомленности о сути предъявленных к нему требований (их предмете и основаниях), при отсутствии также с его стороны и каких-либо ходатайств (например - об отложении) с целью формирования своей позиции по встречному иску.

Также апелляционный суд исходит из того, что и на стадии апелляционного обжалования истец встречные исковые требования надлежаще не оспорил (документально их не опроверг), и учитывая, в частности, в этой связи, что он не опроверг как факт выполнения ответчиком работ, стоимость которых последний предъявил к взысканию, так и допущенную заказчиком просрочку в их оплате, а равно как и нарушение им положений пункта 2.2.2, отмечая в этой части, что вывод о возложении (наличии) обязанности по оформлению исходно-разрешительной документации (нарушение которой (данной обязанности) влечет применение пункта 5.12 Контракта), включая согласование (получение) технических условий, именно на заказчика подтверждается, в числе прочего, фактическим оформлением этой документации на имя первоначального заказчика по Контракту  - Комитета по строительству (л.д. 63–92 т. 2), что соответствует и процитированной судом части 7 статьи 48 Градостроительного кодекса РФ; кроме того, применительно к обоснованности встречного иска (что также относится и к оценке судом первой инстанции исковых требований Учреждения) суд обращает внимание на то, что предусмотренная Контрактом возможность использования подрядчиком строительных материалов и оборудования импортного производства не исключает обязательности получения разрешения на их использование уполномоченного органа (в данном случае – Научно-технического и экспертного совета при Комитете по строительстве), которое – данное разрешение (согласование) – было получено только 18.04.2016 (что всецело зависело от заказчика по Контракту) и что, соответственно, как правомерно признал суд первой инстанции, влечет пропорциональное смещение сроков выполнения работ по Контракту.

С учетом – помимо прочего – изложенного ответчик правомерно сослался - и суд, исследовав и оценив обстоятельства (материалы) дела, согласился с этим – на наличие препятствий для выполнения в установленный Контрактом срок работ по не зависящим от подрядчика обстоятельствам, и истец в жалобе наличие этих обстоятельств (в частности – невозможность использования импортных материалов без соответствующего согласования, необходимость исчисления периода просрочки выполнения работ с учетом дат фактического заключения и расторжения контракта и т.д.) опять же документально не опроверг; более того – излагая в своей жалобе новый расчет неустойки за допущенную ответчиком просрочку (отличный от расчета, представленного Учреждением в суде первой инстанции), истец тем самым подтвердил неправомерность последнего, а – соответственно – суд вправе был руководствоваться расчетом, представленным ответчиком, который податель жалобы надлежаще не оспорил.

При таких обстоятельствах, оценивая первоначальные и встречные исковые требования, суд правомерно - исходя из положений статей 404 и 406 Гражданского кодекса РФ (вина и просрочка кредитора) - учел степень вины кредитора (в данном случае – заказчика) в допущенной подрядчиком просрочке исполнения, также как в силу приведенных в обжалуемом решении мотивов признал подлежащими взысканию с истца в полном – заявленном – объеме убытки и расходы на оплату услуг представителя, доказательств чрезмерности или неотносимости которых Учреждение не представило.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.08.2018 г. по делу № А56-30909/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Т.А. Кашина 

 

В.В. Черемошкина